Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Форум о военно-морском флоте

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 07 янв 2014, 21:14

08.07.1945 г. линейный корабль "Севастополь" был награжден орденом Красного Знамени.




"Севастополь" в 1951-м году


"Севастополь" в 1953-м году

24.07.1954 г. "Севастополь" был переклассифицирован в учебный линейный корабль.


На "Севастополе". 1955-год.

17.02.1956 г. исключен из списков судов ВМФ "...в связи с передачей в отдел фондового имущества для демонтажа и реализации", 7.07.1956 г. расформирован и в 1956-1957 гг. разделан на базе "Главвторчермета" в Севастополе на металл. На страну сел Никита Хрущев...

О балтийских линкорах - продолжение следует.
С уважением ко всем, Евгений Митьков
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 10 янв 2014, 17:20

Разговор о балтийских линкорах дредноутах будет совершенно неполным без более подробного упоминания о "Полтаве".
Это - второй корабль (по дате спуска на воду) в серии из четырех дредноутов типа «Севастополь».
Заложен 16 июня 1909 года (3 июня, по старому стилю) на Адмиралтейском заводе в городе Санкт-Петербурге одновременно с линкором «Гангут». Спущен на воду 27 июня 1911 года. Вступил в строй 4 декабря 1914 года. После приемочных испытаний перешел в Гельсингфорс, где базировался в составе первой бригады линейных кораблей Балтийского флота.


"Полтава" на повторных испытаниях после замены гребных винтов, 21 ноября 1915 года

В апреле 1918 года участвовал в «Ледовом походе» из Гельсингфорса в Кронштадт, а в октябре был переведен в Петроград для консервации.

24 ноября 1919 года, во втором часу дня, на стоявшем в Петрограде, на длительном хранении (на консервации), у стенки Адмиралтейского завода, линкоре «Полтава» возник сильный пожар.
24 ноября 1919 года по недосмотру вахтенных в носовом котельном отделении уровень трюмной воды со слоем нефти достиг зольников единственного работавшего на корабле котла, от чего возник пожар, длившийся 15 ч.

25 ноября, Г. Четверухин присутствовал у наморси, на докладе командира «Полтавы» Дмитрия Павловича Белоброва, который заметно волновался… По его словам, пожар начался во втором часу дня, в первой кочегарке (первом, носовом котельном отделении, три котла которого имели нефтяное отопление) и продолжался 12 (15) часов…
Пожар возник вследствие недосмотра вахтенных, чему способствовала недостаточная освещённость трюма котельного отделения — одна свеча на всё помещение
, (подача электроэнергии с берега в условиях топливного кризиса была прекращена) и был ликвидирован усилиями прибывших городских пожарных команд и спасательного судна «Руслан».
В результате пожара полностью выгорели:
три паровых котла,
центральный артиллерийский пост,
нижняя и верхняя боевые рубки со сложенным в них для долговременного хранения артиллерийским имуществом,
коридоры электропроводов,
носовая электродинамо (электостанция).

Комиссия, расследовавшая обстоятельства пожара, не обнаружила злого умысла, поэтому в отношении командира корабля Белоброва и старшего инженер-механика Лемса ограничились «фитилями» (выговорами), восстановление повреждений причинённых пожаром, в условиях разрухи было признано невозможным…

Последующие решения о восстановлении линкора неоднократно переносились, в связи с финансовыми затруднениями.
В результате, корабль был разоружён, а его механизмы, кабели и прочее оборудование были использованы для восстановления и ремонта трех других однотипных линкоров. Постановлением Совета труда и обороны от 2 сентября 1924 года с корабля были сняты остатки артиллерийского вооружения.
7 января 1926 года переименован в «Михаил Фрунзе».



В начале 1920-х годов рассматривались различные проекты перестройки корабля. Один из проектов предполагал переделку бывшего линкора в авианосец с последующим переводом на Черное море. Проектные требования к авианосцу выглядели так: два 76-мм орудия, по десять зенитных и противоминных пушек, четыре «аэрогнезда», четыре подводных торпедных аппарата; бронирование верхней палубы 100-мм, борта — 250-мм плитами; скорость 30 узлов, дальность плавания полным ходом 1800, экономическим — 3800 миль. Предполагалось, что авианосец сможет брать на борт 50 самолетов. Однако проект так и не был реализован.

Учитывая состояние корабля (отсутствие на нем артиллерии). Оперативное управление штаба РККФ предложило переоборудовать «Полтаву». как и недостроенный линейный крейсер «Измаил», по примеру флотов других стран, в авианосец. НТК выполнил проработки, показавшие. Что переоборудованная «Полтава» сможет обеспечить базирование пятидесяти самолетов. Однако состояние экономики и промышленности страны не позволило реализовать эту прогрессивную идею.

Весной 1925 года в рамках подготовки первых советских программ военного судостроения встал вопрос о восстановлении и вводе в строй всех четырех балтийских линкоров. Поскольку линкор «Полтава» в отличие от других линкоров был не только поврежден пожаром и разоружен. но и начал, по существу, демонтироваться, для его восстановления требовалось принятие специальных решений. Первое из них состоялось во время «большого» похода Морских сил Балтийского моря в июне 1925 года под флагом Председателя Реввоенсовета СССР (РВСС) наркома по военным и морским делам М.В.Фрунзе. В том же месяце врид начальника Морских сил (НМС) РККА представил Председателю РВСС доклад с конкретными предложениями по восстановлению «Полтавы», после чего работы начались.


В июне 1925 года возникло предложение восстановить линкор в прежнем качестве и вновь ввести его в строй. 7 января 1926 года корабль был переименован в «Фрунзе».
За полгода работы с участием 356 рабочих Балтийского завода были фактически частью растрачены, частью в условиях НЭП разворованы все выделенные на восстановление средства, и 26 февраля комиссия во главе с замнаркомвоенмором И. С. Уншлихтом признала невозможным восстановление линкора в течение ближайших двух лет.

5 августа 1927 года было принято решение возобновить восстановление «Фрунзе» с учетом новых требований. Однако выяснилось, что денег на столь масштабный проект не хватает. 25 февраля 1928 года правительство согласилось выделить две трети необходимой суммы, и 11 мая было получено разрешение начать работы. Линкор планировлось восстановить с «малой модернизацией»: вместо прежних 25 котлов корабль получал 12 новых, более мощных, из числа изготовленных для линейных крейсеров типа «Измаил». Однако 17 декабря 1928 года Совет труда и обороны своим решением прекратил восстановительные работы.

31 января 1930 года техническое управление Управления Военно-Морских Сил выступило с предложением о вводе «Фрунзе» в строй в качестве плавучей батареи с прежним вооружением, но с уменьшенным числом старых котлов. Советский флот крайне нуждался в линкорах, поэтому 7 октября 1930 года начальник морских сил Р. А. Муклевич подписал приказ о подготовке предварительных расчетов и технического задания на восстановление линкора «Фрунзе» в трех вариантах:

1. Как плавбатареи, вводимой в строй в минимальные сроки и с наименьшими затратами;

2. Как плавбатареи с постепенной достройкой (ежегодно зимой) в виде линкора по типу «Марата»;
3. С переделкой в линейный крейсер со скоростью хода 27 уз.


В конце октября 1930 года на совещании высшего командного состава был одобрен второй вариант, однако уже в декабре стало известно, что вследствие резкого сокращения ассигнований работы на «Фрунзе» в 1931 году не смогут быть даже начаты. 12 января 1931 года Муклевич обратился к наркомвоенмору К. Е. Ворошилову с просьбой разрешить использование оборудования линкора «Фрунзе» для других кораблей и в качестве мобилизационного запаса, а корпус сдать на слом. Нарком отказал, и корабль три месяца стоял на приколе. Две его средние башни начали демонтировать для отправки на Дальний Восток, где их в 1934 году стали использовать в системе береговой обороны Владивостока на острове Русском.

В апреле 1931 года была высказана мысль о переделке линкора в трехбашенный линейный крейсер по проекту Б. Е. Алякрицкого и С. Н. Благовещенского. В процессе обсуждения были предложеные еще три проекта такой переделки. В конечном итоге неизменными остались лишь два требования: сокращение числа башен до трех и увеличение скорости до 27-30 узлов.

Вообще, на перестройке "Полтавы" имеет смысл останосться более подробно.
26 ноября 1926 года СТО СССР утвердил шестилетнюю «Программу строительства морских сил РККА», которой, в частности, предусматривалось восстановление «Фрунзе» по второй очереди программы: на 1927/28—1931/32 операционные годы.

Восстановление корабля в то время связывалось и с его модернизацией. Модернизация линкоров типа «Севастополь» в середине 20-х годов стала предметом оживленной дискуссии среди военно-морских специалистов, которые, были весьма озабочены тем. что эти корабли не только морально устарели, но и изначально обладали рядом серьезных недостатков.

Этой проблеме было посвящено «Особое совещание», созванное в НТК 10 марта 1927 года НМС Р.А.Мукпевичем. Основной доклад на нем сделал В.П.Римский-Корсаков, один из наиболее авторитетных специалистов того времени. Он отметил, что наши линкоры строились исходя из опыта русско-японской войны и в наибольшей степени воплотили в себе идеи, являвшиеся следствием Цусимы.

Так. по мнению докладчика, почти сплошное бронирование бортов защищало линкоры от фугасных снарядов, но было совершенно недостаточным против снарядов бронебойных. Бортовая броня (225 мм) пробивалась ими* со всех дистанций до 130 кб. то есть до предельной дальности стрельбы 305-мм орудий главного калибра самих линкоров; любое попадание в крыши башен (76 мм) и их неподвижную броню (75—150 мм) могло вывести башню из строя или вызвать взрыв погреба. Совершенно неудовлетворительно было и горизонтальное бронирование палубы (37.5 + 25 мм).
Этот факт был установлен еще в 1913 году при отстреле линкором «Иоанн Златоуст» броневых плит русских линкоров типа «Севастополь», установленных на опытовом корабле (бывшем эскадренном броненосце «Чесма»).

В.П.Римский-Корсаков делал вывод о необходимости. с одной стороны, усиления горизонтального бронирования одной из палуб до 75 мм. а с другой — увеличения дальности стрельбы орудий главного калибра. Последнее могло быть, по его мнению, достигнуто прежде всего за счет использования облегченных (около 370 кг) 305-мм снарядов со специальными баллистическими колпачками, что позволяло повысить дальность стрельбы до 175 кб (у считавшихся вероятными противниками английских линкоров с 381 -мм орудиями она оценивалась в 150 кб).

Вторым, более сложным путем повышения дальности стрельбы (теоретически до 162 кб обычным снарядом и до 240 кб облегченным) являлось увеличение угла возвышения орудий главного калибра с 25 до 45°, что требовало модернизации башен (осуществленной впоследствии лишь на линкоре «Парижская коммуна», где удалось достигнуть дальности стрельбы модернизированным снарядом 190 кб). Реализация этих мероприятий должна была сопровождаться повышением в 1.5-2 раза скорострельности главного калибра, применением новых дальномеров с увеличением высоты их установки, а также внедрением новых приборов управления огнем. Обязательным считалось также оснащение линкоров двумя гидросамолетам и корректировщиками.





Большие нарекания вызывала и противоминная артиллерия: казематные 120-мм орудия с дальностью стрельбы до 75 кб считались уже малоэффективными при отражении торпедных атак эсминцев, к тому же из-за их низкого расположения наводчики не видели на таких дистанциях своих целей: кроме того, носовые орудия заливались даже на небольшом волнении. Поэтому В.И.Римский-Корсаков предлагал заменить всю казематную артиллерию спаренными 100-мм башнями. Требовалось и усиление зенитной артиллерии, однако все это носило характер пожеланий, так как нужных артиллерийских систем в наличии не было.

Как о деле решенном и первоочередном на совещании говорилось о переводе котлов со смешанного на нефтяное отопление. При этом, однако, вследствие ликвидации угольных ям усугублялась слабость бортовой противоминной зашиты, которая считалась совершенно недостаточной из-за весьма малого (около 3 м) отстояния продольной переборки от борта. Выходом из положения могла стать установка булей. но она приводила к нежелательному снижению скорости хода на I—2 уз.

Для повышения мореходности кораблей требовалась также установка носовой наделки в надводной части, предотвращавшей заливание палубы на волнении. Кроме того необходимо было внедрить противохимическую защиту. обновить прожекторное устройство, средства радиосвязи и многое другое.

Реализация всех этих мероприятий потребовала бы затрат более 40 млн руб. на каждый линкор, а получение таких средств считалось в то время маловероятным. Поэтому Р.А.Мукле-вич поручил 11ТК проработать как максимальный. так и минимально необходимый варианты модернизации с обязательным переходом на нефтяное отопление котлов и сохранением скорости хода не ниже 22 уз.



После обследования корпуса судна его состояние было признано удовлетворительным, и Балтийский завод получил указание приступить к детальной разработке проекта. Однако техническое задание постоянно менялось, предлагались новые и новые варианты модернизации, в результате чего в августе 1934 года, в связи с началом массового строительства легких кораблей и подводных лодок, вновь поступило предложение исключить линкор из списков на восстановление. К концу года это решение было принято окончательно.

В сентябре 1935 года вновь вернулись к идее восстановления линкора в качестве тихоходной плавучей батареи, но пока шла работа над вариантами проекта уже началось проектирование новых линкоров, в связи с чем 9 июля 1939 года Главный Военный Совет ВМФ окончательно признал восстановление «Фрунзе» нецелесообразным и постановил демонтировать оставшееся оборудование на запасные части для линкоров типа «Марат». Корпус планировалось вывести в море и установить на банке для использования в качестве мишени.

В 1941 году корпус был сдан в Отдел фондового имущества для разборки на металл, и начало войны застало его в Угольной гавани Ленинградского порта. Носовая оконечность до 15 шпангоута уже была разобрана, на палубе сохранились первая башня (без орудий), носовая боевая рубка, одна дымовая труба. В июне 1941 года, было принято решение отбуксировать корпус в Кронштадт, для использования в качестве ложной цели для германской авиации. Осенью 1941 года при проводке через Морской канал, в результате попадания авиабомб, корпус получил несколько пробоин с левого борта и лёг на грунт у бровки канала. Вскоре, на возвышающейся над водой верхней палубе, был оборудован артиллерийский корректировочный пункт (пост), а корпус с высоко выступающим из воды бортом, был использован в качестве прикрытия и базы сторожевых катеров, охраняющих подступы к Ленинграду с моря. Работы по подъему затонувшего корпуса линкора велись с 21 января по 31 мая 1944 года, после чего он был сдан на слом и в 1946 году окончательно разобран.

После войны при восстановлении и модернизации 30-й батареи Севастополя, башни и орудия взяли с балтийского линкора «Фрунзе» (бывший «Полтава») и модернизировали, где они и находятся по сей день.

Две башни линкора «Полтава» в настоящее время находятся в составе «Ворошиловской батареи», филиала Военно-исторического Музея Тихоокеанского флота, вблизи Владивостока, на острове Русском...



( Продолжение - следует)
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 04 фев 2014, 22:07

Еще один из русских балтийских линкоров типа "Севастополь" - это "Петропавловск" - позже - "Марат", а затем "Волхов"


"Петропавловск" на ходовых.

Как и об остальных кораблях этой серии, ф уже говорил обо всех перипетиях их проектирования и постройки выше, в начале темы, а потому тут снова приведу только краткие его ТТХ и основные, "личные моменты" жизни этого существа.

«Петропаавловск» — линкор русского и советского Балтийского флота, третий (по дате закладки и дате спуска на воду) линейный корабль типа «Севастополь».

В строю с 1914 года (в 1921—1943 назывался «Марат»). Участвовал в Первой мировой войне, Гражданской войне, Советско-финской войне (обстрел укреплений противника на острове Бьёрке) и Великой Отечественной войне во время обороны Ленинграда. С 1950 учебный корабль под названием «Волхов». В 1953 исключен из состава ВМФ СССР и списан на слом.


Водоизмещение23 288/26 900 тонн
Длина184,9 м
Ширина26,9 м
Осадка9,1 м
Скорость парадная 24,6 узлов
Автономность плавания ок.3000 миль
Экипаж 1220 офицеров и матросов
Вооружение
Артиллерия12(4x3) х 305-мм орудия,
16(16x1)х120-мм орудия
Торпедно-минное вооружение4 450-мм торпедных аппарата


Заложен 15 июня 1909 года в Санкт-Петербурге на Балтийском заводе. Спущен на воду 27 августа 1911 года. Зачислен в состав действующего флота в конце декабря 1914 года.

Участвовал в Первой мировой войне. В 1918 году во время Ледового похода Балтийского флота, вместе с другими кораблями БФ, перешёл из Гельсингфорса в Кронштадт.

31 мая 1919 года эсминец «Азард», занимавшийся разведкой под прикрытием линкора «Петропавловск», вошёл в контакт с кораблями противника. Преследуемый семью британскими эсминцами, «Азард» вывел их прямо под пушки линкора. «Петропавловск» открыл огонь из 12-дюймовых, а затем и из 120-мм орудий. Британские эсминцы, сблизившись с противником до 47 кабельтовых, развернулись и ушли. Этот бой был единственным морским сражением в истории, в котором участвовал какой-либо из 4-х линкоров типа «Севастополь».

К 11 июня 1919 года белогвардейцы потеснили части 6-й стрелковой дивизии, державшие оборону приморского фланга фронта, и подошли вплотную к фортам «Красная Горка» и «Серая Лошадь», включённым в систему Кронштадского укреплённого района. В ночь с 12 на 13 июня 1919 года на этих фортах вспыхнул мятеж. Одним из руководителей мятежа являлся старший штурман линкора «Петропавловск» С. А. Селлинг. Утром 13 июня 1919 года мятежники послали радиотелеграмму командующему английской эскадрой: «„Красная Горка“ в вашем распоряжении».

Однако какой-либо реакции англичан не последовало. Тогда мятежники предъявили ультиматум руководству Балтфлота и, несмотря на призыв Реввоенсовбалта прекратить мятеж, открыли огонь по Кронштадту. В ответ линейным кораблям был отдан приказ открыть ответный огонь. Первым на Большой рейд вышел для стрельбы «Андрей Первозванный», затем к нему присоединился «Петропавловск». 16 июня 1919 года с Большого кронштадского рейда оба линкора произвели интенсивный обстрел фортов «Красная Горка» и «Серая Лошадь». В результате восставшие покинули укрепления, расстреляв всех арестованных коммунистов.

В 1921 году экипаж линкора принял участие в антибольшевистском восстании под лозунгом «Советы без коммунистов». После подавления восстания часть экипажа перешла в Финляндию, часть была репрессирована.

О причинах такого "мятежеопасного состояния" экипажей балтийских линкоров я тоже уже говорил выше, в рассказе о "Севастополе", но тут тоже немного скажу.
События, происшедшие в Кронштадте в марте 1921 года и тотчас же совершенно справедливо квалифицированные как мятеж, потрясли не только Балтийский флот. Ленин посчитал их более опасными, чем все белое движение в целом, и призвал делегатов проходившего в то время Х съезда РКП(б) лично возглавить штурм Кронштадтской крепости. В выборе средств ведения войны красные командиры щепетильностью не отличались. Так, Тухачевский приказал атаковать находившиеся во главе восстания линкоры “Севастополь” и “Петропавловск” “удушливыми газами и ядовитыми снарядами”. Правда, выполнить этот приказ не успели. 18 марта Кронштадт пал, а через день там уже вовсю лютовал новый комендант крепости — бывший центробалтовец П.Дыбенко...

Так уж вышло, что четыре балтийских дредноута в те дни оказались по разные стороны баррикад. “Гангут” и “Полтава” находились на так называемом “долговременном хранении” в Петрограде, а вот действующие “Петропавловск” и “Севастополь” как раз и стали инициаторами мятежа. Это дорого обошлось их экипажам. Хотя от артиллерийского обстрела корабли пострадали незначительно, но организованная “фильтрация” моряков вылилась в расстрелы. Пожалуй, самым драматичным в этой истории было то, что наш флот опять понес потери, соизмеримые с цусимскими, но на сей раз от рук своих же соотечественников. И потери эти снова были инспирированы Пятой Колонной...

На “Севастополь” и “Петропавловск” из Петрограда прибыли новые экипажи. Среди задач, поставленных перед их красными командирами (или, как их тогда называли, краскомами), на первое место выдвигалась усиленная идеологическая обработка личного состава. Начали с того, что “запятнанные” участием в мятеже названия линкоров решили заменить на новые, “революционные”.

31 марта 1921 года на общем собрании матросов “Севастополь” постановили переименовать в “Парижскую коммуну”, а “Петропавловск” — в “Марат”. О мотивах, побудивших выбрать именно такие названия, теперь можно только гадать.
Если с “Коммуной” дело обстоит более-менее ясно, то присвоение имени Марата крупнейшему кораблю Красного флота выглядит, мягко говоря, странным. Существует версия, будто бы во французском флоте в то время имелся некий корабль, названный в честь убийцы Марата аристократки Шарлотты Корде, и возмущенные таким фактом матросы дали своему линкору новое имя в качестве ответа. Увы, корабля “Корде” во Франции никогда не было! По всей вероятности, “парижский уклон” в названиях наших линкоров вызван желанием “насолить” французам, с коими в первую очередь связывалась поддержка, Врангеля и белополяков.
Так или иначе, но мы имеем труднообъяснимый факт, когда флагманский линкор красного Балтфлота по лучил название в честь далекого от коммунистической идеологии деятеля французской буржуазной революции, а такие имена, как “Ленин”, “Карл Маркс” и “Энгельс”, достались всего-навсего эсминцам, хотя и блистательным кораблям типа "Новик".

Экономическое положение Советской России после гражданской войны было плачевным, о достройке наиболее совершенных русских дредноутов не могло быть и речи. В результате Красному флоту пришлось довольствоваться лишь четырьмя линкорами типа “Севастополь”, из которых выгоревшая “Полтава” практически не подлежала восстановлению.

Техническое состояние “севастополей” к моменту принятия программы возрождения флота было удручающим. В 1923 году из линкоров мог самостоятельно передвигаться только один “Марат”. Да и тот, находясь в строю в течение всей гражданской войны, требовал немедленного ремонта, денег на который, увы, не было.

Тем не менее “Марат” в июне 1925 года под флагом председателя Реввоенсовета М.Фрунзе совершил первое заграничное плавание, посетив с дружеским визитом Кильскую бухту.


"Марат" на якоре в Кильской бухте. 1925 год.

В самом конце 1924 года после кое-какого ремонта вошла в строй и “Парижская коммуна”, хотя работа по приведению ее в боеспособный вид продолжалась еще больше года. Вслед за ней наступил черед и “Гангута”. Летом 1925 года началось его восстановление. Одновременно на борту корабля появилось новое имя — “Октябрьская революция”. “Полтава”, хотя и была также переименована во “Фрунзе”, но так и осталась ржаветь на Морском полигоне.

Разумеется, в 20-е годы балтийские дредноуты первого поколения по всем элементам порядково отставали от своих зарубежных собратьев. Поэтому необычайно остро встал вопрос об их скорейшей модернизации.

Начали с “Марата”. В 1928 году он ошвартовался у стенки Балтийского завода и простоял там три года. За это время на линкоре полностью заменили котлы (вместо 25 со смешанным угольно-нефтяным отоплением установили 22 чисто нефтяных), сняли не оправдавшие себя турбины крейсерского хода, усовершенствовали системы связи и навигации, заменили дизель-генераторы, котельные вентиляторы и другие вспомогательные механизмы и устройства. С целью повышения мореходности корпус оснастили носовой наделкой с закрытым полубаком.

Установка новых систем управления огнем потребовала существенной переделки носовой надстройки и замены простой фок-мачты на башнеподобную, внутри которой, кстати, разместили лифт. А чтобы дым не мешал командно-дальномерным постам, пришлось изменить форму носовой трубы, отведя дымоход назад. Все это, конечно, улучшило характеристики линкора, однако его вооружение и защита остались прежними. И даже такой факт, что на испытаниях 1931 года “Марат” развил очень приличную скорость в 23,8 узла, никак не мог компенсировать безусловную слабость бронирования.


"Марат" после модернизации

Опыт модернизации “Марата” был учтен при проведении работ на втором корабле — “Октябрьской революции”. Правда, на этот раз решили не выводить линкор из строя надолго, а проводить его реконструкцию поэтапно в течение трех-четырех зим — так, чтобы к началу каждой кампании он был в боеспособном состоянии.

На “Октябрьской революции” котлы также заменили на нефтяные — на сей раз всего лишь на 12 штук, но более производительных, построенных еще для “Измаила” (все-таки задел по русским линейным крейсерам не пропал даром!). Боевую рубку сделали друхъярусной, для чего поверх собственной смонтировали вторую, снятую с “Фрунзе”. Конструкцию башнеподобной мачты изменили, поскольку выяснилось, что на “Марате” она сильно подвержена вибрации. Поэтому мачта стала не цилиндрической, а конической, с гораздо большей площадью опоры. У грот-мачты поставили громоздкие краны для спуска на воду гидросамолета и катеров. Ну и самое главное — несколько усовершенствовали бронирование, доведя толщину казематов и крыш башен до 152 мм. Такое решение выглядело несколько странным. Если в усилении горизонтальной брони башен еще был резон, то аналогичное мероприятие в отношении 120-мм артиллерии следует признать абсолютно бессмысленным: при увеличившихся дистанциях боя низко расположенная артиллерия среднего калибра в 30-е годы уже являлась скорее лишним грузом, чем средством самообороны от миноносцев.

На этом, собственно, модернизация русских балтийских дредноутов завершилась. В дальнейшем работы по их усовершенствованию свелись лишь к установке дополнительных зениток и различных приборов.
“Марат” перед самым началом войны вместо пушек Лендера получил 6 современных 76-мм зенитных орудий 34-К и две новейшие 76-мм спаренные установки 81-К, а также шесть 37-мм автоматов и 26 стволов 12,7-мм пулеметов. Чтобы освободить место под погреба боезапаса пушек 81-К, установленных на кормовых срезах, наконец-то сняли два 120-мм орудия из казематов. Кроме того, в 1938 году “Марат” был оборудован размагничивающим устройством — он стал первым в мире боевым кораблем с противомагнитной защитой.

То есть, говоря о межвоенной службе этого корабля, следует выделить следующее:
31 марта 1921 года линкор «Петропавловск» был переименован в «Марат».

С 20 по 27 июня 1925 года, во время первого учебного похода кораблей МСБМ, на линкоре «Марат» держал свой флаг Народный комиссар по военным и морским делам, представитель РВС СССР Михаил Васильевич Фрунзе. Учебный поход был предпринят с целью отработки и решения учебных задач, изучения театра. Район плавания включал Балтийское море от Лужской губы до Кильской бухты. За семь дней корабли прошли 1730 миль.

После похода М. Ф. Фрунзе писал:
«… мы строим и построим сильный Балтийский флот. Ядро его у нас уже есть. Наша походная эскадра — неплохое начало. Республика позаботится, чтобы это начало увенчалось ещё лучшим концом»
.
В 1928—1931 годах линкор прошёл капитальный ремонт и модернизацию.



До и после модернизации

С 10 мая по 5 июня 1937 года «Марат» совершил поход в Великобританию для участия в морском параде по случаю коронации британского короля Георга VI, зайдя на обратном пути в Мемель, Либаву и Таллин.


"Марат" в Великобритании, 1937-й год


Прием британской делегации на борту "Марата".

В октябре 1938 года на линкоре «Марат» впервые в мире была испытана система защиты от магнитных мин, разрабатывавшаяся в ЛФТИ под руководством А. П. Александрова.

В декабре 1939 года линкоры «Марат» и «Октябрьская революция» вели огонь по финским тяжёлым береговым батареям, расположенным на островах, близ Выборга. Охранение линкоров со стороны Финского залива осуществлял эсминец «Ленин»...

Самым серьезным испытанием для Советского ВМФ стала Великая Отечественная война. Но крупнейшим кораблям флота — линкорам — так и не довелось принять участие в морском бою с кораблями противника. Целями для их артиллерии стали вражеские сухопутные войска и авиация. Но характер войны изменился, и это в общем-то было думато и ожидаемо.
И если в Первую Мировую этот корабль ничем себя фактически не проявил - в отличие от своих черноморских собратьев, - то в Отечественную линкор с лихвой показал врагу, на что способны и его мощнейшая артиллерия, и его экипаж - русские моряки, защищающие свою Родину. С самых первых недель войны корабль был включен в систему обороны Ленинграда.

23 сентября 1941 года корабль в Кронштадте был серьезно поврежден во время авианалёта. Повреждения были вызваны прямым попаданием бомб, сброшенных пикирующими бомбардировщиками Ю 87, один из которых пилотировал ставший позже известным ас люфтваффе Ганс-Ульрих Рудель (в мемуарах Руделя указывается, что он атаковал «Марат» дважды — 16 сентября он сбросил на палубу «Марата» бомбы массой 500 кг, 23 сентября — бомбу массой 1000 кг со специальным взрывателем с замедлением детонации). Две бомбы, предположительно весом по 500 кг, разорвались с интервалом в доли секунды — одна несколько в нос, а другая в корму от фок-мачты — и вызвали детонацию боеприпаса первой башни главного калибра. В результате сама башня, «подпрыгнув», упала в образовавшийся пролом палубы. Носовая надстройка вместе со всеми боевыми постами, приборами, зенитной артиллерией, носовой боевой рубкой и находившимися там людьми завалилась на правый борт, рухнув в воду. Туда же упала носовая дымовая труба вместе с кожухами броневых колосников. Погибли командир корабля капитан 2 ранга Иванов П. К., старший помощник капитан 2 ранга Чуфистов В. С. и еще 324 человека. В результате полученных повреждений корабль был частично затоплен и лег на грунт.


Поражение "Марата". Снимок, сделанный с одного из пикировщиков во время атаки. Бундесархив.


Отброшенная взрывом фок-мачта "Марата". 1941 г.


Схема повреждений корабля.

С этим эпизодом связано очень много глубинных заблуждений - но об этом - ниже
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 04 фев 2014, 22:49

Официальная историография Балтфлота гласит:
«Марат» и «Октябрьская революция» вступили в реальное противоборство с немцами только в сентябре 1941-го, когда германские войска вышли к ленинградским заставам и оказались в радиусе поражения главного калибра линкоровской артиллерии.
«Октябрьская революция» стрелял прямо из Средней гавани Кронштадта, а также с Кронштадского и Петергофского рейдов. «Марат» занял позицию в ковше Морского канала. Огонь 305-миллиметровых пушек дредноутов оказался серьезной помехой. Поэтому вскоре немцы попытались нейтрализовать корабли атаками с воздуха. В результате 18 сентября в «Марат» попали три 500-килограмовые бомбы. А «Октябрьскую революцию» 21 сентября поразили 4 бомбы весом от 250 до 500 килограммов. Оба корабля были серьезно повреждены. Роковым оказалось 23 сентября. В этот день «Октябрьская революция» получила еще 2 авиабомбы по 250 килограммов. А «Марат» погиб – бомба весом в тонну, сброшенная с пикировщика, пилотируемого гауптманом Руделем, пробила броню - проникла внутрь корпуса, где и взорвалась. В результате сдетонировал артпогреб носовой башни главного калибра – более треть корпуса линкора была практически оторвана, а сам корабль вскоре заполнился водой и сел на дно. Погибли 326 человек – треть экипажа, включая командира, старшего помощника, комиссара и еще нескольких старших офицеров. Если бы не малая глубина гавани Кронштадта, то дредноут неминуемо бы затонул.


Что ж - Ганс Ульрих Рудель - действительно крепкий орешек, страшный враг, умелый и стойкий противник. Как и Маресьев, летавший в бой без ног, не раз и не два садящийся в расположении наших войск и вытаскивавший своих сбитых товарищей...


Г.У. Рудель


Рудель - слева


Одна из "Штук" Руделя

И даже после войны не раз бравший призы в горнолыжных соревнованиях - учавствуя в них наравне со всеми, но - без ног.


Рудель и его стрелок принимают поздравления с 1300 ( тысяча трехсотым!) боевым вылетом

Да, Рудель был сильным человеком - и пусть он убежденный нацист - не отдать ему должного - нельзя. Победить ТАКОГО врага - дорогого стоит.
Рудель был - асом. Но был ли Г.У.Рудель "убийцей "Марата"?

Что же пишут "маститые российские историки" (типа мэтры) о событиях 23 сентября 1941 года, предшествующих "знаменитой" атаке Г.-У. Руделя, во время которой был "потоплен" линкор "Марат"?

1. М.В. Зефиров, Д.М. Дегтев, Н.Н. Баженов "Цель - корабли. Противостояние люфтваффе и советского Балтийского флота" (М. АСТ,2008, ISBN 978-5-17-045858-5) (стр.141-142):

"В 10.00 по московскому времени последовал первый за этот день налет на Кронштадт, в ходе которого новые разрушения получил Морской завод. По воспоминаниям очевидцев, когда на него падали бомбы, то кроме гула разрывов, доносились еще и лязг железа, и глухой грохот обвалов. В нескольких местах был перебит водопровод и фонтаны воды хлестали из земли. Военком ОВРа бригадный комиссар Р.В. Радун позднее вспоминал об этом дне: "Противник летает нахально, а у нас только зенитки, да и стреляют неважно. А истребителей всего шесть. Больше нет. Вся флотская авиация работает в интересах фронта под Ленинградом".

Через полтора часа РЛС 2-го корпуса ПВО засекли новую групповую цель, подходившую с южного направления. Это были 30 Ju-87 из StG2 "Иммельман", летевшие на высоте 3000 метров под прикрытием Bf-109F из JG54. Их отчетливо увидели с линкора "Марат", после чего башня главного калибра N4 под командованием лейтенанта Н.И.Мухина дала по самолетам трехорудийный залп шрапнельными снарядами с дистанционными взрывателями. Они взорвались высоко в небе, образовав огромные дымные шары. Затем открыли огонь 76-мм и 45-мм зенитки линкора. Все небо окрасилось облачками разрывов. Но это не могло остановить немецких пилотов. Сделав заход над базой, штурмовики выстроились в круг, после чего стали поочередно пикировать на корабли.
Все цели были поделены между экипажами, при этом "Штуки" гауптмана Штеена и обер-лейтенанта Руделя, несшие 1000-кг бомбы наносили удар по "Марату""


2. Дмитрий Хазанов "Воздушные налеты на Кронштадт в сентябре 1941 года" ("Флотомастер" N1, 2001 г. ) Стр. 39:
"Наиболее мощный налет последовал 23 сентября - шестью волнами вражеские бомбардировщики подходили к цели. В 10.00 большой группе одномоторных и двухмоторных "юнкерсов" не удалось нанести точных ударов по кораблям. В 11.30 завесу зенитного огня преодолела и приготовилась к бомбометанию группа примерно из 30 Ju 87. От строя пикировщиков отделились два самолета и почти отвесно понеслись к тому месту где стоял "Марат". Первую "Штуку" пилотировал командир группы III/StG 2 капитан Э.-З. Штеен, совершавший 300-й боевой вылет. Несомненно, он решил отметить это событие и "точно положить тонную бомбу на палубу русского линкора". Второй самолет не отставал от ведущего и временами стрелку Штеена унтер-офицеру Леману казалось, что вот вот его кабину сомнет мотором несущейся следом машины за штурвалом которой находился обер-лейтенант Г.-У. Рудель."

* * *
Итак, оба источника сообщают нам, что Ju-87 из StG2 "Иммельман" участвовали во втором налете на Кронштадт, и произошло это после 11.30 (через полтора часа после 10.00 по московскому времени), и что "знаменитая" атака Г.-У. Руделя, во время которой был "потоплен" линкор "Марат" произошла именно во время второго налета.
А что говорят различные источники о первом налете на Кронштадт, который произошел 23 сентября 1941 года в период между 10.00 и 11.30?

1. А.В. Платонов "Трагедии Финского залива"
http://militera.lib.ru/h/platonov_av/04.html
"В одиннадцатом часу с "Марата" на дистанции свыше 300 кабельтовых в направлении Петергофа обнаружили группу бомбардировщиков противника, за которой шли еще несколько волн "юнкерсов". По боевой тревоге линкор приготовили к бою, и дальномерные посты начали выдачу дистанции и курсового угла на орудия всех калибров. В 10:49 по первой группе самолетов произвели выстрел шрапнелью из носовой 305-мм башни. Снаряд разорвался с недолетом, но бомбардировщики противника сначала разделились на две группы, а затем, резко изменив курс, устремились на Кронштадт...."


2. "Бюллетень борьба за живучесть на кораблях эскадры КБФ" N 2, 1943
Стр. 5:
" .
..23 сентября в 11 часов при очередном налете около 60 самолетов, в корабль попало не менее двух бомб, причем одна из них проникла в район 1 котельного отделения, а вторая около 1 башни...
Боевая рубка и фок-мачта, оторванные силой взрыва от основания, упали на правый борт, броневая крыша и стенка 1 башни были снесены в воду, оба борта корабля в районе 25-52 шпангоутов разрушены. Свет на корабле погас, т.к. 1 котельное отделение было разрушено, а пар в действующих котлах 4 котельного отделения сел из-за разрушения вспомогательной магистрали в носовой части корабля. Корабль получил крен до 5 град на правый борт и медленно начал садиться на грунт с дифферентом на нос.
Произведенным обследованием было установлено, что основное повреждение корабль получил по левому борту, в районе 1 башни. Здесь борт совершенно разрушен. Так, что водолаз имеет возможность по грунту зайти внутрь корабля. С правого борта в этом районе на некоторой высоте осталась неповрежденная обшивка...."


3. А.В. Платонов "Трагедии Финского залива"
http://militera.lib.ru/h/platonov_av/04.html
"...до сих пор нет точной ясности, сколько бомб попало в "Марат". В то время считали, что две бомбы, предположительно весом по 500 кг, разорвались с интервалом в доли секунды -- одна несколько в нос, а другая в корму от фок-мачты -- и вызвали детонацию боеприпаса первой башни главного калибра. В результате сама башня, "подпрыгнув", упала в образовавшийся пролом палубы. Носовая надстройка вместе со всеми боевыми постами, приборами, зенитной артиллерией, носовой боевой рубкой и находившимися там людьми с оглушительным лязгом и грохотом приподнялась и завалилась на правый борт, рухнув в воду. Туда же улетела носовая дымовая труба вместе с кожухами броневых колосников. Смертью храбрых погибли на своих командных пунктах и боевых постах командир корабля капитан 2 ранга П.К. Иванов, старший помощник капитан 3 ранга B.C. Чуфистов и еще 324 человека. В командование кораблем вступил капитан 3 ранга Л. Е. Родичев. Собственно в тот момент "Марата", как линкора, уже не существовало. Большую часть конструкций с 20-го по 57-й шпангоуты как бы выдрало из корпуса. В районе взрыва, при высоте борта 14 м, осталось неповрежденных участков у днища с правого борта всего 4 м, а с левого -- только 2,5 м. Носовая оконечность от форштевня до 20-го шпангоута лежала на грунте с креном на левый борт, часть корабля в корму от 57-го шпангоута находилась на плаву с креном на правый борт. Их соединяли между собой остатки набора корпуса от киля до уровня второго дна. Силой взрыва котлы второго котельного отделения в двух местах проломили водонепроницаемую переборку на 57-м шпангоуте, отделявшую его от подбашенного отделения второй башни главного калибра, что привело к затоплению последнего. От сотрясения повсеместно пострадали заклепочные соединения, в том числе и удаленные от места взрыва. Нарушению водонепроницаемости корпуса корабля и его [253] переборок в значительной мере способствовали повреждения, полученные 16 сентября и естественный износ корпусных конструкций. Из-за разрыва паровой магистрали уже через 3-4 минуты после взрыва давление пара упало до нуля, что привело к остановке турбогенераторов и обесточиванию корабля.
Носовые дизель-генераторы, как и пост энергетики и живучести, уничтожило взрывом, а кормовые дизель-генераторы находились в ремонте. Несмотря на столь тяжелейшие условия, сразу после взрыва началась борьба за живучесть корабля. Для выравнивания крена затопили некоторые помещения левого борта, но его удалось уменьшить с 5 градусов лишь до 3,5 градусов -- дальнейшему спрямлению корабля мешала лежавшая на грунте скрученная носовая часть. Предпринималась попытка поднять пар в котельных отделениях N 4 и N 6, но к форсункам вместе с мазутом поступала вода, и разжечь топки котлов не удалось. Также потерпела неудачу попытка запустить не отремонтированные кормовые дизель-генераторы. Таким образом, действовало только аварийное освещение, использовать же водоотливные и противопожарные средства стало невозможно. При свете ручных фонарей личный состав пытался бороться с поступлением воды путем заделки отверстий, конопатки швов и постановки подпор. Однако быстрое распространение воды по корпусу зачастую делало невозможным установить места пробоин, она заливала отсек за отсеком. После того как практически все помещения оказались затоплены, "Марат", приняв около 10 000 т воды, стал садиться уцелевшей кормовой частью на грунт, благо глубина в этом месте не превышала 11 м. Пришлось бороться и с пожаром в районе второй башни главного калибра, где горели обмундирование, отделка помещений и краска. Хотя с берега протянули пожарный шланг длиной около 300 м, в основном с огнем справились с помощью огнетушителей. Борьба за живучесть корабля продолжалась в течение двух часов, после чего, когда окончательно разрядились аккумуляторы аварийного освещения, дали команду "покинуть корабль". К вечеру того же дня, когда организовали подачу электроэнергии с берега, часть экипажа вернулась на линкор и возобновила борьбу за живучесть. Впрочем, расчеты 76-мм зенитных артустановок, расположенных на [254] крыше четвертой башни главного калибра, так и не покинули корабль, продолжая отражать очередные атаки самолетов противника. К сожалению, предпринятые меры не увенчались успехом, и к утру 24 сентября "Марат" окончательно лег на грунт, при этом уровень воды во внутренних помещениях достиг примерно половины высоты пространства между средней и нижней палубами, то есть не затопленными оказались преимущественно жилые помещения."

* * *
Итак, оба источника сообщают нам, что за 30 минут до "знаменитой" атаки Г.-У. Руделя, во время которой был "потоплен" линкор "Марат", он уже был потоплен!

Какие отсюда можно сделать выводы?
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 05 фев 2014, 03:20

1. Официальная историография заблуждается, утверждая, что "Марат" потопил Г.-У. Рудель.
2. Фанаты Г.-У.Руделя, фанаты люфтваффе, а также целый взвод "новых российских" историков - все они, могут рвать волосы на голове, и других местах своего тела, посыпать свою голову пеплом и биться в падучей истерике, ибо "Марат" потоплен за полчаса до прилета Ганса Руделя! Вот, собственно говоря, и "весь хрен до копейки"!

Возникает вопрос, а кто именно потопил линкор "Марат"?

Дмитрий Хазанов "Воздушные налеты на Кронштадт в сентябре 1941 года" ("Флотомастер" N1, 2001 г. ) Стр. 38:
"Немцы отмечают участие в налетах на "большевистскую морскую крепость" известных командиров групп эскадры KG 77 капитанов Й.Поттера и Д.Пельца. Оба капитана вместе с наиболее подготовленными экипажами из I и II/KG77 также бомбили места стоянок кораблей в сумерках.

Вскоре после рассматриваемых событий первого из них наградили "Рыцарским Крестом", а второго удостоили Дубовых Листьев. Пельцу будет суждено стать одним из наиболее знаменитых летчиков двухмоторных "юнкерсов" и четвертым по счету генерал-инспектором германской бомбардировочной авиации. К сожалению, наградные листы на обоих офицеров и другие доступные документы люфтваффе не позволяют уточнить результаты атак ими советских кораблей в Кронштадте."


"Рыцарский Крест" и Дубовые Листья по германским меркам очень высокие награды, и за простое участие в вылетах ими не награждают. Данные награды по статусу можно сравнить с Героем Советского Союза. Поэтому нет сомнений в том, что указанные капитаны Й.Поттер и Д.Пельц награждены именно за потопление "Марата", ибо других подвигов под Ленинградом в сентябре 1941 года немецкая авиация не совершила.

Вероятнее всего при потоплении "Марата" были использованы мины ВМ-1000, применявшиеся в германской авиации как тяжелые авиабомбы. Каждая мина содержала 700 кг взрывчатки. Такого количества взрывчатого вещества вполне достаточно, чтобы при близком падении накренить корабль водоизмещением 23 000 тонн (что и произошло с "Маратом" незадолго до гибели"), а при прямом попадании разрушить взрывной волной броневые палубы и вызвать детонацию боезапаса в погребе башни главного калибра N1.
* * *
Справка:
Мины серии BM (Bombenminen).

В Германии в 1940-1944 годах были созданы или находились в процессе конструирования пятнадцать образцов донных мин неконтактного действия, объединенных общим обозначением BM (Bombenminen), которые предназначались для установки с самолетов. Эти пятнадцать образцов были объединены в одну группу, поскольку в их конструкции использовался принцип конструкции фугасной авиабомбы.



Известны следующие обозначения мин этой серии:
BM 1000 I,
BM 1000 II,
BM 1000 C,
BM 1000 F,
BM 1000 H,
BM 1000 J-I,
BM 1000 J-II,
BM 1000 J-III,
BM 1000 L,
BM 1000 M,
BM 1000 T,
BM 500,
BM 250,
Winterballoon,
Wasserballoon.


Из всего этого многоообразия до уровня серийного изготовления и применения были доведены лишь мины BM 1000 I, BM 1000 II, BM 1000 H, BM 1000 M и Wasserballoon.

В основном, все мины BM 1000 имеют одинаковое устройство за исключением незначительных отличий типа размеров узлов, размера бугеля подвески, размеров лючков.

Мина Wasserballoon хотя и отнесена к минам серии BM 1000, однако значительно отличается по своим размерам, предназначению и конструкции. Она описывается в конце этой части статьи.

Весо-габаритные характеристики всех мин серии BM 1000:

-длина (по корпусу) - 162.6 см.,
-диаметр - 66.1 см.,
-общий вес -870.9 кг.,
-вес заряда - 680.4 кг.,
-тип ВВ - смесь гекосгена с тротилом 50/50.


Корпус всех мин BM 1000 состоит из трех отдельных частей, сваренных вместе: носовой части оживальной формы, цилиндрической части, и хвостовой части.
Носовая часть сделана из штампованной стали, а остальные три части сделаны из антимагнитной 18% марганцевой стали.

На корпусе мины размещаются:
2. Бугель Т-образного профиля предназначенный для подвешивания мины к самолету.
3. Бомбовый взрыватель (3) Rheinmetall Zuender 157/3 (RZ 157/3).
4. Защитный колпак взрывного устройства. Само взрывное устройство помещается под этим колпаком

Бомбовый взрыватель RZ 157/3, размещаемый в том же точно месте, что и взрыватели обычных авиабомб, в данном случае играет вспомогательную роль. Его задачи следующие:
1.В момент отделения мины от самолета взорвать два пиропатрона с помощью которых сбрасывается носовой обтекатель (если мина укомплектована таковым).
2.В случае, если мина при достижении нулевой высоты ударилась о твердый грунт, взорвать ее.
3. В случае, если после достижения миной нулевой высоты ее замедление находится в пределах 20-200 гр. ( попала в воду), замкнуть главный включатель основного взрывного устройства.

Проще говоря, задача бомбового взрывателя состоит в том, чтобы в случае штатной ситуации включить главный включатель мины, а при падении на землю, взорвать мину.
Устройство взрывателя довольно простое. Прежде всего, до подвешивания мины к самолету и подключения взрывателя к бортовой электросети самолета его электросхема, не имеющая собственных источников питания, неработспособна и никаких действий произвести не может. Этим обеспечивается полная безопасность хранения и транспортировки мины. После подвешивания мины и в момент присоединения взрывателя к бортовой сети самолета два подпружиненных плунжера-контакта взрывателя утапливаются вниз и размыкают цепь взрывателя. В результате этого даже после этого электроцепь взрывателя остается не подключенной к сети самолета. И лишь в момент отделения мины от самолета цепь взрывателя на короткое время соединяется с электроцепью самолета и конденсаторы взрывателя заряжаются.

В случае, если мина ударилась о твердую поверхность, то есть произошло замедление большее чем 200 грамм, то инерционный стержень во взрывателе замыкает цепь взрывателя на собственный детонатор и мина взрывается.
При касании мины поверхности воды, что дает замедление в пределах между 20 и 200 граммами, начинают вибрировать два вибрационных замыкателя, которые замыкают цепь взрывателя на главный включатель мины и начинается отработка программы приведения взрывного устройства в боевое положение. Но об этом ниже.

Размеры, форма защитного колпака взрывного устройства зависят от установленного в данной мине взрывного устройства и комплектации мины. Известно 10 вариантов колпака, обозначаемых SH 1, SH 2, SH 3, SH 4, SH 5, SH 6, SH 7, SH 8, SH 9, SH 11

Варианты комплектации мины, от которой зависят режимы ее сбрасывания.

Комплектация первая.

Это сама мина со взрывным устройством, закрытым защитным колпаком любой марки кроме SH 7, SH 8 или SH 9, и без каких либо внешних добавлений вроде носового обтекателя, тормозного диска, стабилизатора и стабилизирующего парашюта. В связи с этим, вследствие большой скорости падения, на применение мины имеются определенные ограничения - высота сбрасывания - 100-2000 метров, скорость самолета до 459 км/час, глубина воды в месте сброса 7-35 метров. Дно моря в месте падения мины должно быть достаточно плотным чтобы мина могла лечь на дно в положении близком к горизонтальному. Это особенно важно для магнитных датчиков цели.

Комплектация вторая.

Это сама мина со взрывным устройством, закрытым защитным колпаком марок SH 7, SH 8 или SH 9. Эти защитные колпаки отличаются от колпаков других марок тем, что снабжены десятью кронштейнами с проушинами и шпильками. На верхушку защитного колпака уложен мягкий тканевый контейнер стабилизирующего парашюта LS 3.
К четырем кронштейнам прикреплены четыре ленты, удерживающие парашютный контейнер в закрытом состоянии. В центре они связаны между собой с помощью 6-метрового фала. Второй конец фала закрепляется на самолете. К шести остальным кронштейнам прикреплены лямки самого парашюта.

При отделении мины от самолета фал высвобождает удерживающие ленты, контейнер, который имеет четыре лепестковых клапана, раскрывается и выпускает парашют наружу.Диаметр купола парашюта в раскрытом состоянии 102 см, длина строп 2.44 метра. Купол из искусственного шелка зеленого цвета. Стропы искусственного шелка белого цвета.

Парашют стабилизирует положение бомбы носом вниз при снижении и заметно снижает скорость снижения при сбрасывании с больших высот (разумеется, скорость снижения бомбы на парашюте многократно больше скорости снижения парашютиста). Парашют позволяет сбрасывать мины с высот от 100 до 7000 метров при скорости самолета до 644 км/час. Глубина воды также должна быть в пределах 7-35 метров. Также парашют уменьшает скорость погружения мины в воде, что позволяет использовать мину при недостаточно плотном дне моря.
Однако, эта комплектация в значительно большей мере демаскирует мину как в момент снижения, так и под водой. Ведь тяжелые фугасные бомбы обычно не имеют парашютов и если мина первой или третьей комплектации могут быть приняты наблюдателями за обычные авиабомбы, то наличие парашюта явно указывает на то, что сброшена именно мина. Да и при поиске мины водолазами или с лодок, белые стропы и довольно большой по размеру купол облегчают обнаружение мины, поскольку после падения мины парашют от нее не отделяется.

Комплектация третья

Мина комплектуется носовым тормозным диском (Bugspiegles) , носовым обтекателем (Bugverkleidung) и хвостовым оперением (Leitwerke).

Носовой тормозной диск предназначен для снижения скорости падения мины за счет того, что плоская тупая передняя поверхность мины имеет значительное сопротивление. Носовой тормозной диск просто приклеен к носовой части корпуса. Существовало два образца носового тормозного диска - BS 1, который изготавливался из прессованного картона, и BS 2. который изготавливался из динала (прессованный картон, пропитанный смолой).

Носовой обтекатель предназначался для снижения сопротивления воздуха во время транспортировки мины самолетом. Он представлял собой шесть алюминевых сегментов, образующих, если их сложить вместе, купол оживальной формы. Передние концы сегментов удерживались вместе за счет алюминевого конуса и маленького диска, приделанных к металлическому стержню, который ввинчивался в носовую часть мины. Задние концы сегментов соединялись вместе алюминевым кольцом, надеваемым на тормозной диск. Это кольцо обнимало задние концы сегментов. Стержень в своем заднем конце имел два пиропатрона.

В момент отделения мины от самолета пиропатроны взрывались и перебивали стержень. Вся эта конструкция ( стержень с конусом и маленьким диском, сегменты и кольцо) разлеталась в воздухе и далее мина падала, имея торможение за счет тормозного диска. Стабилизатор обеспечивает вертикальное положение мины в воздухе.
Существовало два типа носовых обтекателей. У обтекателя BV 2 пиропатроны подрывались электроимпульсом, получаемым от взрывателя RZ 157/3 по проводу, который проходил от взрывателя сквозь заряд и выходил к стержню в месте его крепления. У обтекателя BV 3 пиропатроны подрывались механическим способом. Для этого от пиропатронов протягивались две вытяжные проволочки, которые проходили через отверстие в одном из сегментов и крепились к самолету.

Хвоствое оперение представляло собой конус, надеваемый на хвостовую часть мины и закрепляемый болтами. Этот конус имел восемь перьев-стабилизаторов и кольца, надеваемого на задние концы перьев. Хвостовое оперение изготавливалось из прессованного картона, пропитанного смолой (динала). Cуществовало двенадцать типов хвостового оперения ( LW 1, LW 2, LW 4, LW 5, LW 6, LW 8, LW 9, LW 11, LW 12, LW 14, LW 15, LW 17). Они различались своей длиной, формой и количеством перьев, способом крепления к мине. Оперения LW 1, LW 2, LW 4, LW 5, LW 6, LW 8, LW 9, LW 11, LW 12 крепились к защитным колпакам взрывных устройств, а LW 14, LW 15, LW 17 непосредственно к кормовой части мины.
Как правило, носовые тормозные диски и хвостовые оперения разрушались при ударе мины о воду.
В этой комплектации ограничения по сбрасыванию аналогичны второй комплектации (можно сбрасывать мины с высот от 100 до 7000 метров, глубина воды должна быть в пределах 5-35 метров). Однако, скорость самолета не должна быть больше 459 км/час ( против 644 у второй комплектации).

Комплектация четвертая.

В этой комплектации мина не имеет носового обтекателя и носового тормозного диска. Роль тормозного устройства выполняет тормозной парашют LS 1, который крепится к оперению. Это маленький компактный парашют, присоединенный к концу оперения LW 17. Парашют (76.2 см. в диаметре) изготовлен из сетчатого искуственного шелка. Он имеет 12 зеленых камуфляжных строп из искусственного шелка приблизительно 1.53 метра длиной. Он упакован в легком тканевом коричневого цвета пакете, который прикреплен свободно к хвостовому оперению мины и присоединен к кольцу оперения четырьмя стальными проволоками, связанными с четырьмя зажимами. 12 парашютных строп, в свою очередь, присоединены к четырем проволочными тягам, и вытяжная фала протянута на самолет.

При отделении мины от самолета вытяжной фал обеспечивает раскрытие парашюта.

Ограничения в этой комплектации точно такие же, как в третьей комплектации (можно сбрасывать мины с высот от 100 до 7000 метров, глубина воды должна быть в пределах 5-35 метров, скорость самолета 459 км/час). Но здесь преимущество перед второй комплектацией в значительно меньших размерах парашюта.

Следует заметить, что хвостовое оперение, изготовленное из просмоленого прессованного картона при ударе мин о воду разрушалось. Следовательно, в четвертой комплектации парашют после приводнения мины мог оказаться на некотором удалении от мины, а при наличии течения уносился далеко от мины. Это было невозможно во второй комплектации

Мины BM 1000 I не могли использоваться использоваться в первой и второй комплектациях, поскольку крепеж взрывного устройства был недостаточно прочен. В третьей комплектации эта мина должна была использоваться с носовым обтекателем BV 3, поскольку внутри корпуса не было кабеля от бомбового взрывателя к пиропатронам. Наиболее часто эта мина использовалась в четвертой комплектации.

Мины BM 1000 II могли использоваться во всех комплектациях. В третьей комплектации эта мина должна была использоваться с носовым обтекателем BV 3, поскольку внутри корпуса не было кабеля от бомбового взрывателя к пиропатронам.

Мины BM 1000 H. Этот вариант был создан в 1940 под взрывные устройства MA 101 и MA 102, которые требовали больших размеров отверстия под взрывное устройство, чем имели BM 1000 I и BM 1000 II. Крепление для взрывного устройства и защитная крышка взрывного устройства устроены по-другому, а корпус мины - немного отличается по длине. С этой миной также используется носовой обтекатель BV 3.

Мины BM 1000 M. В общем, аналог мины мины BM 1000 H, за исключением того, что с этой миной используется носовой обтекатель BV 2, поскольку электрическое управление пиропатронами более надежное. Эта мина была последней из серии ВМ 1000 поступившей на вооружение и производившейся серийно.

На этом заканчивается общее описание немецких авиационных морских донных неконтактных мин серии ВМ 1000.Оно дает возможность понять как доставлялись мины этой серии к месту установки и как они достигали поверхности воды и дна. Остается пояснить, какие самолеты могли заниматься установкой этих мин.

1 мину серии BM 1000 могли нести самолеты Ju 87B, Ju 87 R, Ju 87C, Ju 87D, Me Bf 110, He 111, Me Bf 210

2 мины серии BM 1000 могли нести самолеты Ju 88, FW 200C, Do 217E, Do 217K

4 мины серии BM 1000 могли нести самолеты Ju 88B.

Количество мин, которые могли быть подвешены к самолету той или иной марки определяется не только его грузоподьемностью, но и количеством, и размещением узлов подвески.

Летом 1944 немецким Лафтваффе было приказано создать и применить мины, которые могли бы уничтожать уничтожать мосты на Рейне и других главных реках. Эта мина была попыткой выполнить это требование. В качестве основы была взята зажигательная бомба Flam C 250, которая вместо взрывателя оснащалась оптическим взрывным устройством.
Мина загружалась взрывчатым веществом так, чтобы придать ей небольшую положительную плавучесть и позволить ей плыть в вертикальном положении носом вниз по течению. Несколько витков детонирующего шнура было прикреплено на внутренней части хвостовой части мины. Когда мина заплывала под мост, оптическое взрывное устройство ссрабатывало, взрывая детонирующий шнур, который разрушал хвостовую часть мины и вскрывал отсек плавучести. Это приводило к погружению мины. Одновременно воспламенялся огнепроводный шнур, который горел несколько секунд, позволяя мине погрузиться в воду. Когда огнепроводный шнур догорал, детонатор взрывал разрывной заряд, и столб воды взрыва разрушал мост.
Длина мины 101.14 см.,
диаметр 38.1 см.,
Вес заряда 39.9 кг. гексонита.

С парашютом LS 3 она может сбрасываться с высоты 99 - 990 метров при глубине воды от 1.5 до 15 метров на скорости самолета до 644 км/час.
Изображения мины не имеется, поэтому в качестве иллюстрации использован рисунок авиабомбы FLAM C 250, которая отличается от Wasserballon лишь наличием в верхней половине корпуса воздушной полости и иным взрывным устройством. Применение этой мины подтверждается сегодня еще и тем, что ВМ–1000 («Моника») обнаружили в конце октября в ходе дноуглубительных работ в районе Большого Кронштадтского рейда.
22 июля 1941 года немецкие самолеты He-111 выставили на подходах к Кронштадту в районе маяка Толбухин 16 мин такого типа. До конца Великой Отечественной войны, получения трофейной технической документации на мины такого типа и появления на вооружении Балтийского флота специальных акустических тралов, траление подобных мин не представлялось возможным. В годы войны координаты постановки авиационных мин, засеченные наблюдателями Кронштадта были частично утрачены, поэтому часть мин этого типа впоследствии не были обнаружены и разминированы.

Возникнет вопрос, а какой корабль тогда атаковали Штеен и Рудель, если "Марат" был потоплен за полчаса до их прилета? Они атаковали, но не потопили линкор "Октябрьская Революция". Но это тема для разговора об "Октябьской революции", который пойдет - ниже. А пока я возвращусь к судьбе "Марата"
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 05 фев 2014, 03:41

Ниже - снимки, сделанные с бортов люфтваффе:


Взрыв на "Марате"


"Марат" с оторванной носовой оконечностью

После повреждения линкора в командование кораблем вступил капитан 3 ранга Л. Е. Родичев, под руководством которого силами рабочих Кронштадтского ремонтного завода и уцелевших моряков была частично восстановлена боеспособность корабля. 31 октября 1941 года башни № 4 и № 3 смогли вести огонь, а 9 ноября 1942 открыла огонь и башня № 2.



Оставшиеся три орудийных башни и зенитные установки продолжали использоваться до окончания блокады Ленинграда.
31 мая 1943 года линкору было возвращено его прежнее имя «Петропавловск».




Картина петербургского художника Дениса Базуева

В первые послевоенные десятилетия о линкорах вспоминали мало. В войне заметного следа они не оставили – хвастать особо было нечем, поэтому первое подробное издание, освещавшее постройку и боевую деятельность балтийских дредноутов, появилось только в 1983 году. Но Великой Отечественной войне там уделено всего несколько страниц



А публикация, где гибель «Марата» описывалась более-менее обстоятельно, вообще увидела свет лишь после развала СССР – в 1993 году

В 1945 году по распоряжению ВМФ ЦКБ-17 разработало проект восстановления линкора «Петропавловск» как полноценной боевой единицы с масштабной модернизацией. Для замены оторванной носовой оконечности предполагалось использовать конструкцию корпуса линкора «Фрунзе».

Предполагалось, что восстановленный линкор сохранит 3 башни ГК и получит полностью новую артиллерию среднего и малого калибра из 8 спаренных 130-миллиметровых орудий и 6 спаренных 85-миллиметровых орудий. Таким образом, предполагалось усилить ПВО корабля, практически приведя её к современным стандартам.

Большие ожидаемые трудозатраты и перспектива получения в качестве компенсации за «Петропавловск» одного из итальянских линкоров класса «Витторио Венетто» или «Джулио Чезаре» (затем на ЧФ «Новороссийск») привели к отказу от проекта. Главным его недостатком было то, что даже восстановленный линкор уже не являлся бы в полной мере боевым кораблём из-за совершенно недостаточной скорости.

28 ноября 1950 года «Петропавловск» был переклассифицирован в несамоходное учебное артиллерийское судно, получившее название «Волхов», 22 сентября следующего года переведён в класс несамоходных учебных кораблей, а в 1953 году — разобран на металл...
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение Andreas » 28 мар 2014, 21:02

Советские линкоры проекта 23 "Советский Союз"

http://otvaga2004.ru/atrina/atrina-hist ... kij-soyuz/
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 14 май 2014, 15:01

Да, действительно, Андрей - проект 23 - крайне любопытный проект. И он тем более заслуживает отдельного разговора - хотя бы потому, что был близок к оконечной реализации.
Но будем идти последовательно. Перед разговором о ЛК "Советский Союз" ( а затем и о судьбах ЛК НЕотечественной постройки, но служивших нам) необходимо завершить разговор о русских дредноутах. Приговор которым - хоть в качестве учебных кораблей или УТС, хоть в качестве "артиллерийских кораблей давления" ( по примеру янки) - подписал недоброй для нашего ВМФ памяти Никита Сергеич Хрущев.
О судьбе "Севастополя" я уже говорил - и вот дошел черед и до "Гангута". Тем более, что сам Севастополь, тоже отданный Никитой Сергеичем Украине и оконечно преданный и потерянный ЕБН - СНОВА ВЕРНУЛСЯ ДОМОЙ.
Да и сама ситуация на Украине сегодня в своей динамике растягивается во времени и позволяет выделить немного времени для не связанных непосредственно с Украиной тем.

Вкратце напомню то, о чем развернуто говорилось выше:

Заложен 16 июня 1909 года (3 июня, по старому стилю) на Адмиралтейском заводе, в один день с однотипным линкором «Полтава». 24 сентября 1911 года спущен на воду, в 1914 достроен, прошёл ходовые и приёмные испытания, в конце декабря, был зачислен в состав действующего флота, перешёл в Гельсингфорс, где был включён в состав 1-й бригады линейных кораблей Балтийского флота.



Принимал участие в Первой мировой войне. 11 ноября 1915 года под прикрытием линкоров «Гангут» и «Петропавловск» крейсерами 1-й бригады крейсеров было поставлено минное заграждение из 550 мин южнее острова Готланд. 25 ноября на минах этого заграждения подорвался немецкий крейсер «Данциг».


"Гангут" на походе.

Совершив всего три боевых похода во второй половине 1915 года на обеспечение минных постановок в Балтийском море, «Гангут» весь остальной период Первой мировой войны простоял в Гельсингфорсе.

19 октября 1915 года на стоящем на гельсингфорсском рейде «Гангуте» произошло возмущение нижних чинов команды. Вечером матросы отказалась от ужина, а затем потребовали убрать с корабля старшего офицера барона Э. Э. Фиттингофа. При попытке захватить оружие, были остановлены офицерами. Командир «Гангута» капитан 1-го ранга А.Кедров с трудом удержал матросов от выступления, пообещав разобраться в их требованиях, главными из которых были улучшение питания и выдворение с корабля офицеров немецкого происхождения. 20 октября на «Гангут» прибыл командующий Балтийским флотом адмирал Канин. Началось расследование, работу следственной возглавил адмирал А. Небольсин. Всего было арестовано 95 матросов, 34 из них привлечены к суду. 26 матросов были приговорены к каторжным работам на срок от 4 до 15 лет, 8 матросов судом были оправданы.
В общем-то стандартная ситуация бузы на боевом корабле, фактически не учавствующем в боевых действиях, но находящегося в состоянии "на кампании". Я уже разбирал этот вопрос, когда говорил о Черноморском флоте в этой же теме.
Официальная советская историография говорит, что
Взмущение рядовых матросов явилось реакцией на пассивность могучего корабля, в условиях военного времени. До этого, офицерский состав, томясь от безделия, допустил излишнюю подозрительность и необоснованные придирки к рядовому составу, с явно выраженной политической мотивацией, на предмет выявления неблагонадёжных матросов…

Фактически же на корабле, не задействованном в боевой работе флота, проводили агитационную пропаганду представители различных политических партий, распространяя листовки, в которых, в частности сообщалось, что новейшие линкоры, простаивают под влиянием флотских офицеров немецкого происхождения… И тут кстати - коммунистическим, большивистским представителям принадлежит МИНИМАЛЬНАЯ роль. Тут - классические действия либеральной Пятой Колонны, которая и привела Российскую Империю при мягкотелости Николая Второго - к февралю 1917-го.
Как привела мягкотелость и трусость Януковича Украину к февралю 2014-го.

История повторяется...
Как великолепно сказал Василий Ключевский:
История ничему не учит, но жестоко наказывает за незнание своих уроков

В условиях бездействия в военное время, в условиях относительно безопасной и сытой жизни нарастало эмоционально-психологическое напряжение в отношениях между командным и рядовым составом корабля. В итоге, для эмоциональной разрядки, послужил смехотворный повод…
После выполнения пусть физически тяжёлой, но по условиям того времени обычной и штатной для кораблей с СЭУ на твердых топливах, работы по погрузке на корабль угля, вместо традиционно полагающегося после выполнения такой работы макаронов с мясом («макароны по флотски»), рядовому составу была предложена гречневая каша… Реакция матросов была молниеносной….
Вопрос: Кто распорядился приготовить кашу, вместо макаронов по флотски?…
Ситуация была явно спровоцирована…
О чём думал адмирал Небольсин, расставляя акценты в итогах работы следственной комиссии???…
Ясно одно, эти акценты были расставлены неверно, как минимум с психологической точки зрения.

С 12 по 17 марта 1918 года, в составе первого отряда кораблей, совершил ледовый переход из Гельсингфорса в Кронштадт.
В ноябре 1918 года, переведен в Петроград где, после консервации, более пяти лет, простоял на длительном хранении, у стенки Ленинградского завода.
В конце 1924 года, были начаты восстановительные работы.



18 апреля 1925 года, линкор «Гангут» зачислен в состав учебного отряда Морских Сил Балтийского моря.
26 апреля 1925 года, продолжен ремонт корабля на кронштадском «Пароходном» заводе.
15 мая 1925 года, на линкоре «Гангут», впервые были подняты военно-морской флаг СССР и гюйс.

2 июля 1925 года, приказом по Морским Силам Балтийского моря, от 2 июля 1925 года, кораблю присвоено новое название — «Октябрьская революция».

Первоначальные ТТХ и конструкцию ЛК "Гангут" имел следующие:
Корабль имел 180 метров длины по ватерлинии и 181,2 метра полной длины. Имел ширину 26,9 метров и осадку 8,99 метров, на 49 сантиметров больше, чем проектная.
Водоизмещение - 24800 тонн при полной загрузке, что более чем на 1500 тонн превосходило проектное водоизмещение в 23288 тонн.

Силовая установка Гангута была построена на "Франко-русском заводе" в Санкт-Петербурге. Десять паровых турбин Парсонcа приводили в движение четыре винта. Машинное отделение было расположено между третьей и четвертой орудийными башнями в трех поперечно расположенных отсеках. Внешние отсеки имели каждый по две турбины высокого давления (ahead and reverse) на каждый крайний гребной вал. В центральном машинном отделение располагались две турбины низкого давления (ahead and astern) и также четыре ходовые турбины - по две на каждый из центральных гребных валов.

Силовая установка имела полную проектную мощность 42000 лошадиных сил (31 319 квт), но реально выдала 52000 лошадиных сил в ходе испытаний другого корабля этого проекта - Полтава - на максимальную скорость 21 ноября 1915 года, где была достигнута скорость 24,1 узла.

Двадцать пять водотрубных паровых котлов системы Ярроу адмиралтейского типа давали пар для турбин под проектным давлением 17.5 атмосфер.
Каждый котел был снабжен торникрофтовской форсункой для смешанного нефте-угольного питания. Котлы были объединены в две группы. Передняя состояла из двух котельных впереди второй башни, ближняя к носу имела три котла, вторая - шесть. Задняя располагалась между второй и третьей башнями и состояла из двух отсеков по восемь котлов в каждом. При полной загрузке корабль брал 1877,1 тонн угля и 710 тонн мазута, и это позволяло пройти 3500 морских мили (6500 км) на скорости в 10 узлов (19 км/ч).

Главное вооружение представляло собой двенадцать 12-дюймовых (305-мм) орудий длиной ствола 52 калибра производства Обуховского завода, размещавшиеся в четырёх трёхорудийных башенных установках. Шестнадцать 120-мм 50-калиберных пушек образца 1905 года размещались в казематах в качестве противоминного калибра. Корабль имел лишь одну 30-калиберную 3-дюймовую зенитную пушку на юте. Зенитная артиллерия была усилена в ходе Первой мировой войны. Конуэй пишет, что четыре 75-мм пушки были дополнительно расположены на крышах крайних башен в течение войны.

Четыре 450-мм неподвижных подводных торпедных аппарата с тремя торпедами на каждый.
Главный броневой пояс имел высоту в 5,06 м, из которых при проектной осадке над водой возвышались 3,06 м, но из-за перегруза кораблей и увеличившейся реальной осадки, броневой пояс уходил в воду почти на лишний метр.
В районе цитадели, на протяжении 116,5 м, главный пояс имел толщину в 225 мм, в оконечностях, доходивших до носа и почти до самой кормы, его толщина уменьшалась до 125 мм. Верхний пояс имел высоту 2,26 м и простирался от траверза четвёртой башни до носа корабля, между носовым и кормовым траверзами его толщина составляла 125 мм, в носовой оконечности она уменьшалась до 75 мм, в районе кормовой оконечности верхний пояс отсутствовал.

Главный пояс нижней частью опирался на специальную полку, принимавшую на себя его вес. Носовой броневой траверз имел толщину 50 мм, в середине корпуса переходя в барбет первой башни, имевший толщину от 50 мм в нижней части до 125 мм в верхней.
Аналогичную схему имел и 125-мм кормовой траверз, переходивший в барбет четвёртой башни толщиной от 100 до 200 мм.
Помимо наружных броневых поясов, вертикальное бронирование корпуса включало в себя продольные броневые переборки, проходившие по всей длине цитадели на расстоянии 3,4 м от борта и предназначавшиеся для защиты внутренних помещений от осколков снарядов, пробивших главный или верхний броневой пояс. Между нижней и средней палубами переборки имели толщину в 50 мм, а между средней и верхней — 37,5 мм.
Горизонтальное бронирование корпуса состояло из трёх броневых палуб. Верхняя в 37,5 мм (покрывала цитадель и носовую оконечность; в кормовой оконечности её толщина составляла лишь 6 мм). Средняя палуба над цитаделью 25 мм в средней части корабля и 19 мм — в пространстве между бортами и продольными броневыми переборками. В носовой оконечности она имела толщину 25 мм по всей ширине корабля, а в кормовой — 37,5 мм по всей ширине, кроме участка над румпельным отделением, где она уменьшалась до 19 мм. Нижняя палуба в районе цитадели имела толщину в 12 мм, но в межбортовом пространстве она переходила в 50-мм броневые скосы, лежавшие на 12-мм стальной рубашке. В кормовой оконечности нижняя палуба была горизонтальной по всей ширине корпуса и имела толщину в 25 мм.

Поворотная часть башен главного калибра имела толщину бортовых и вертикальных стенок в 203 мм, тогда как задняя стенка, служившая противовесом, выполнялась из 305-мм бронеплиты. Крыша и днище подвижной части имели толщину в 76 мм.
Неподвижное бронирование (барбет) от 75 мм до 200 мм (по некоторым данным — 125 мм). Казематы противоминного калибра были образованы 125-мм верхним броневым поясом и 50-мм продольной переборкой, тогда как их орудийные амбразуры защищались толькопротивоосколочными щитами.
Бронирование стенок боевых рубок составляло 250 мм, крыши — по разным данным, 100 или 120 мм. Кожухи дымовых труб защищались бронированием толщиной 75 в районе основания и 22 мм — в остальной части.

Специальной противоминной защиты корабли не имели, её роль лишь отчасти восполнялась двойными дном и бортом, доходившим до кромки главного броневого пояса и продольными 9-мм переборками из стали повышенного сопротивления.
В 1934—1936 прошел очередной ремонт и модернизацию на Балтийском заводе.

Продолжение - ниже
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 14 май 2014, 15:13

Модернизация линейного корабля «Октябрьская революция»

12 сентября 1931 года линкор стал к стенке Балтийского завода. Его модернизацию (по списочному типу проведенной на «Марате», но с учетом ее опыта) и капитальный ремонт предполагалось выполнить за три зимы (1931—1934 годы) таким образом, чтобы к началу каждой летней кампании корабль был бы боеспособен.

Работы на линкоре (зав. № С-1102) велись в соответствии с составленной в начале 1932 года КБ Балтийского завода спецификацией и заключались в следующем.

Прежние 25 котлов со смешанным отоплением были заменены на 12 более производительных (паропроизводительность 41,39 т/ч вместо 11,5 т/ч, параметры пара: давление 16 кгс/см2, температура 200°С) с нефтяным отоплением, которые предполагалось установить на линейные крейсеры типа «Измаил»; их разместили в шести котельных отделениях. Кроме того, как и на «Марате», были удалены не оправдавшие себя турбины крейсерского хода. Мощность на валах возросла при этом с 42 000 до 57 500 л.с. (при форсировании — до 60 600 л.с.), частота вращения гребных винтов увеличилась с 290 до 332 об/мин. Масса энергетической установки снизилась с 3259 до 2823 т, а занимаемый ею объем — с 10 475 до 7895 м3. Вместо прежних 1700 т угля и 750 т мазута корабль стал принимать до 2115 т мазута, при этом дальность плавания экономическим ходом 14,2 уз составила 2500 миль, а полным ходом —1225 миль (удельный расход топлива на этих режимах соответственно составлял 0,918 и 0,616 кг на 1 л.с./ч).


"Октябрьская революция" в окончании модернизационных работ. 1934-й год.

На испытаниях в 1934 году при водоизмещении 25 100 т «Октябрьская революция» развила 22,87 уз при максимальной мощности механизмов. Время, потребное для развития паров, составляло в зависимости от температуры воды от 60 до 80 мин, а «при условии спешности» — от 20 до 55 мин.

Состав и мощность корабельной электростанции остались без изменений (четыре турбогенератора и два дизель-генератора по 320 кВт, три дизель-генератора по 120 кВт).

В целях повышения мореходности корабль, как и «Марат», получил носовую наделку в виде полубака (высота в диаметральной плоскости 1,5 м, протяженность около 20 м) с новыми клюзами, волноломом и другими устройствами.
При этом наибольшая длина линкора возросла до 184,85 м, а высота борта на носовом перпендикуляре составила 15,76 м (относительная высота надводного борта — 3,7% от длины по ватерлинии при осадке 9,1 м). Как и на «Марате», в районе наделки был снят 76-мм верхний броневой пояс, а на 14 шп. установлен 50-мм траверз. В связи с сокращением объема помещений, занимаемых энергетической установкой, в частности, упразднением носового котельного отделения, была проведена перепланировка помещений и оборудованы новые посты (также по типу «Марата») и 23 новые каюты (на 36 мест). Поскольку при испытаниях «Марата» выявилась значительная вибрация командно-дальномерного поста (КДП) главного калибра, находящегося на топе фок-мачты, ее конструкцию изменили на более жесткую: вместо цилиндра основой мачты стал усеченный конус. Такое решение позволило оборудовать внутри фок-мачты ряд новых помещений, в частности, походные рубки командира корабля и флагмана. Кроме того, увеличили на один этаж высоту носовой боевой рубки (для этого использовали боевую рубку с бывшего линкора «Фрунзе»), усилили бронирование кожухов дымовых труб (между верхней и средней палубами) с 22 до 56 мм. В районе котельных отделений, от 64 до 86 шп., а также в районе 46—57 шп. побортно установили новые продольные переборки. Прочие переделки были в основном теми же, что и на «Марате» (улучшившая непотопляемость установка 11-мм поперечных переборок, разделивших каждое из трех котельных отделений на два отсека, и другие).

Первоначальными планами, помимо реализованного на «Марате» повышения скорострельности 305-мм орудий до 2—3 выстр./мин, установки КДП и новых ПУС главного и противоминного калибров, предусматривалась установка четырех находившихся в разработке 37-мм зенитных автоматов 11-К, обеспечение базирования гидросамолета-разведчика (с размещением катапульты на 3-й башне), оснащение корабля параванами с усовершенствованными средствами их постановки, обновление средств радиосвязи (как на «Марате»), а также монтаж импортной пневмопочты.

При модернизации 1931—1934 годов корабль получил два поста КДП2-6 (Б-22 с дальномером ДМ-6 и стереотрубой СТ-5) для выдачи целеуказания главному калибру, а позже — и четыре КДП2-4 (Б-12 с дальномером ДМ-4 и стереотрубой СТ-3) для обеспечения противоминного калибра. В отличие от «Марата», 305-мм башни были оснащены также 6-м дальномерами ДМ-6. В дополнение к ПУС системы Н.К.Гейслера (образца 1909 года), ставшим запасными, были установлены ПУС образца 1932 года (система центральной наводки «Гора»). Предусматривались два центральных артиллерийских поста (носовой и кормовой), а также четыре поста управления огнем противоминного калибра (по числу батарей 120-мм орудий). Основной являлась система центральной наводки «Каземат» образца 1929 года, а прежняя (Н.К. Гейслера) стала аварийной.

Линкор вышел из модернизации с зенитным вооружением, включающим шесть 76,2-мм орудий системы Лендера (по три на концевых башнях) и четыре 45-мм полуавтомата 21-К (вследствие провала с разработкой 37-мм автомата 11-К), а также четыре счетверенных 7,62-мм пулемета. Для выдачи целеуказания зенитному оружию предусматривались два дальномера. Катапульты линкор не получил, а для спуска на воду и подъема с нее гидросамолета и катеров над 3-й башней установили громоздкие универсальные краны грузоподъемностью 20 т с большим вылетом, придавшие «Октябрьской революции» характерный силуэт.

Начатая в 1931 году модернизация линкора была завершена 4 августа 1934 года и велась, как и было запланировано, с перерывами для плаваний в летние кампании 1932 и 1933 годов. Такая «прерывистость» работ позволила выявить и устранить еще до окончания ремонта ряд недостатков, таких, например, как появление на больших скоростях значительной вибрации кормовой оконечности, сопровождавшейся образованием трещин в наружной обшивке. После модернизации 1934 года водоизмещение корабля составило: стандартное — 24 235 т (осадка — 8,71м, метацентрическая высота — 1,0 м), полное —- 26 690 т (осадка — 9,47 м, метацентрическая высота — 1,67 м). Стоимость капитального ремонта и модернизации «Октябрьской революции» составила 26,5 млн. руб. по судостроительной части и 13,5 млн. руб. по вооружению (на «Марате» — всего 16,7 млн. руб.).

В предвоенный период линкор ежегодно находился в кампании с начала мая по конец декабря, совершая в среднем по 7—9 выходов в море. С мая 1934 года по июнь 1941 года включительно он прошел 56 605 миль. В июне 1935 года у Демонстейской банки корабль сел на мель, временно потерял ход и повредил днище; доковый ремонт занял 25 сут. Устранение водотечности путем бетонирования привело к снижению запаса топлива на 100 т (полноценный доковый ремонт, восстановивший спецификационную емкость топливных цистерн, был выполнен в 1940 году и занял 55 сут).

Последние (в течении всего срока службы) испытания на мерной миле линкор прошел 10 июня 1938 года, развив скорость 22,48 уз при частоте вращения гребных винтов 320 об/мин. В зимнее время линкор проходил текущие ремонты, сопровождавшиеся частичным обновлением оборудования и вооружения. Так, в зиму 1938/39 года были сменены 12 изношенных стволов у 120-мм казематных орудий, а три дизеля фирмы Фельзера, приводившие 120-кВт электрогенераторы, заменили на два отечественных 38-В-8 мощностью по 500 л.с., при этом лишившийся приводного дизеля генератор был преобразован в унформер для получения переменного тока. На крыши башен были уложены 76-мм броневые листы массой по 7 т.

В феврале 1940 года линкор встал в очередной ремонт. Наряду с проведением других работ было сменено 25% водогрейных трубок в котлах. Прежние шесть открытых 76,2-мм зенитных орудий системы Лендера заменили новыми 76,2-мм артустановками 34-К с 12-мм броневыми башнеподобными щитами. Корабль получил два поста (носовой и кормовой) управления огнем зенитного калибра с импортными приборами ПУАЗО «Вест-5» выпуска 1939 года. Однако зенитные орудия не имели силового дистанционного наведения и наводились прислугой с помощью системы Н.К.Гейслера («совмещения стрелок»). Весной 1941 года к ним, как и на «Марате», добавили две спаренные 76,2-мм артустановки 81-К, расположив их на кормовых срезах и сняв для этого два кормовых 120-мм казематных орудия. Кроме того, вместо малоэффективных 45-мм орудий 21-К (которые были сняты еще в 1937 году) и счетверенных пулеметов установили 12 новейших по тому времени 37-мм автоматов 70-К (по три на 2-й и 3-й башнях и по три на мостиках и крыльях фок- и грот-мачт), а также 12,7-мм пулеметы: 4x1, 2x2 ДШК и 2x412,7-мм Виккерса (последние — на кормовых срезах в корму от артустановок 81-К).

Резко возросший зенитный боезапас размещался в двух погребах снятых 120-мм орудий, а в двух других погребах — совместно со 120-мм боезапасом. К бортовым (на кормовых срезах) 76,2-мм артустановкам патроны от элеваторов подавались, как и на «Марате», по средней палубе вручную (по цепочке). Подача зенитных патронов из погребов на верхнюю палубу осуществлялась в железных ящиках электрическими элеваторами производительностью 10 (при ручном приводе — 4) ящиков в минуту, а с палубы на крыши башен — поштучно вручную (76,2-мм — по желобу с помощью конвейера, а 37-мм со скоростью 30 патронов в минуту — при участии четырех человек). На автоматные мостики патроны подавались в ящиках электрическими элеваторами верхнего уровня. Боезапас 120-мм орудий подавался из погребов парными (для снарядов и зарядов) элеваторами со скоростью 17 выстр./ мин (8 выстр./мин — при подаче вручную при участии двух человек). К началу войны боекомплект включал: 305-мм выстрелов — около 1200 в четырех погребах, 120-мм выстрелов — 2780 снарядов и 3380 зарядов в семи погребах, 76,2-мм патронов — около 2000,37-мм патронов — 33 800 (без кранцев первых выстрелов).

Кроме того, на корабле, как и на «Марате», находилось 12 450-мм торпед образца 1912 года (масса — 936 кг, из них 116 кг — боевое зарядное отделение, дальность хода 6000 м при скорости 28 уз) для четырех пневматических подводных торпедных аппаратов (их крышки располагались на 3,80 м ниже ватерлинии), торпедный погреб находился в районе 115—116 шп. Для управления торпедной стрельбой в носовой и кормовой минных рубках предусматривались четыре визира. Интересно отметить, что тренировки с этим морально устаревшим оружием проводились практически ежегодно с 1927 по 1939 год (всего было произведено 87 выстрелов, при этом потеряно семь торпед).В состав вооружения корабля входили также четыре паравана-охранителя типа Л-1, четыре — типа К-1 (приняты на вооружение в 1940 году) и два катерных контактных трала (полоса захвата у всех по 50—60 м). Отрабатывалась постановка параванов по паре в носу и в корме. Всего в периоды учений «Октябрьская революция» прошла с параванами 4256 миль (при скоростях до 18 уз). С мая 1940 года линкор имел четыре 90-см боевых прожектора системы Сперри (с вольтовой дугой высокой интенсивности, мощность 20,6 кВт), установленных на носовом и кормовом прожекторных мостиках (высота над ватерлинией соответственно 26 и 19 м).

На 22 июня 1941 года экипаж корабля включал 1443 человек (из них 67 — начальствующий состав, 228 — младший начальствующий состав).

Продолжение - ниже
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Русские линкоры. Судьбы "Императриц"

Сообщение EvMitkov » 14 май 2014, 15:56

Начало Великой Отечественной войны заста­ло «Октябрьскую революцию» на Таллинском рей­де, где он находился для поддержки операций флота по постановке минных заграждений в Бал­тийском море и в Финском заливе, одновременно осуществляя прикрытие Таллинской военно-морской базы. Уже 22 июня линкор открыл огонь по самолетам-разведчикам, на следующий день на нем начался монтаж размагничивающего устройства системы ЛФТИ.

1—2 июля 1941 года линкор (командир -контр-адмирал М.З.Москаленко) в охранении вось­ми эсминцев, пяти тральщиков и восьми малых охотников перешел из Таллина в Кронштадт. Этот переход (244,5 миль) оказался для корабля самым большим за все военное время.


Михаил Захарович Москаленко (1898 — 1985, Москва)
В 1914—1915 годах сначала учился в Школе юнг Черноморского флота, а затем в Минной школе в Севастополе. С 1916 года служил на крейсере «Кагул», линейном корабле «Свободная Россия», эскадренном миноносце «Калиакрия».
В 1919 году окончил Курсы командного состава Астрахано-Каспийской флотилии и был назначен заведующим хозяйственной частью этой же флотилии. С 1923 года — вахтенный начальник тральщика «Красный командир», а с 1924 года — штурман канонерской лодки «Знамя социализма».
В 1925 году назначен флаг-секретарем Реввоенсовета Морских сил Чёрного и Азовского морей.
В 1926 году был штурманом на плавбазе «Красный моряк». В 1927 году окончил штурманский класс Специальных курсов командного состава ВМС РККА и назначен штурманом на эскадренный миноносец «Петровский». С 1828 года — вновь флаг-секретарь Реввоенсовета Морских сил Чёрного и Азовского морей.
В 1929 году — помощник командира эскадренного миноносца «Незаможник», с марта 1931 года — командир и комиссар эскадренного миноносца «Фрунзе», а с 1933 года — крейсера «Профинтерн» Морских сил Чёрного и Азовского морей. В ноябре 1935 года назначен начальником отдела боевой подготовки штаба Черноморского флота.
В 1938 году кончил Курсы усовершенствования командного состав при Военно-морской академии им. К. Е. Ворошилова и назначен заместителем председателя Постоянной приемной комиссии при Наркомате ВМФ.
С 1940 года — начальник штаба эскадры Черноморского флота. В 1941 году окончил Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава при Военно-морской академии им. К. Е. Ворошилова.
С 1941 года — командир линейного корабля «Октябрьская Революция», а с июня 1942 года — командир Ленинградской военно-морской базы. С августа 1942 года — начальник штаба эскадры Балтийского флота, затем начальник Управления делами Наркомата ВМФ.
С 1945 года — командир отряда учебных кораблей Черноморского флота.
С 1949 года — заместитель председателя, а затем председатель Постоянной комиссии государственной приемки малых надводных кораблей.
С 1951 года — начальник Управления государственной приемки кораблей ВМФ. С 1960 года — в отставке. Умер в Москве.


Первые боевые выстрелы главным калибром были произведены 28 августа: шрапнелью удалось сбить аэростат-корректировщик над районом Ки­пень—Красное Село, а с 5 сентября линкор начал регулярный обстрел наступающих на Ленинград германских войск. Стрельба велась из средней га­вани Кронштадта, с Кронштадтского и Петергофс­кого рейдов. Еще в конце августа с корабля сняли четыре 120-мм орудия и 9 сентября вместе с их бо­евыми расчетами отправили на сухопутный фронт.


Линкор «Октябрьская революция» ведёт огонь по врагу.

16 сентября среди экипажа появились первые жерт­вы: осколками 305-мм снаряда, взорвавшегося сра­зу же после вылета из ствола, был убит один и ра­нено три человека.

19 сентября линкор на Петергофском рейде впервые подвергся ударам авиации противника и успешно их отразил. Однако около полудня 21 сен­тября в результате атаки 26 самолетов три авиа­бомбы кучно попали в носовую часть (район 20 шп.) стоявшего на якоре корабля, а многие разорвались неподалеку от борта. Фугасные бомбы (калибр 100 или 250 кг) пробили верхнюю 37-мм палубу и взор­вались в верхнем твиндеке, полностью разрушив шпилевое отделение, а также другие помещения между броневыми переборками на 29 и 14 шп. При этом средняя 25-мм палуба серьезных поврежде­ний практически не получила, однако часть ниже­лежащих помещений оказалась затопленной. Для уклонения от следующих атак потребовалось дать ход, но оба носовых шпиля были выведены из строя, и линкор, дав полный ход, шел три четверти часа на Малый Кронштадтский рейд, волоча становые яко­ря по дну. На новой стоянке корабль выдержал че­тыре подряд атаки авиации, по 20—40 самолетов в каждой, но новых попаданий не получил и в тот же день, перебив якорь-цепи, вошел в гавань и стал на швартовы к стенке у Лесных ворот. В ходе устра­нения повреждений на верхнюю палубу уложили 75— 90-мм броневые плиты.

В последующие дни «Октябрьская революция» продолжала подвергаться атакам с воздуха, длив­шимся иногда часами. 23 сентября одна 250-кг авиа­бомба попала в палубу над казематом №10, а вто­рая — в крышу 3-й башни (в стык с боковой стенкой).

В крыше башни образовалась пробоина размерами 60x70 см, а плита стенки сдвинулась на 3 см; при этом левое орудие вышло из строя, башенный даль­номер был разрушен, броневой колпак горизонталь­ного наводчика снесен, но башня продолжала дей­ствовать. 27 сентября линкор получил еще одно попадание фугасной 500-кг авиабомбой, которая, пройдя сквозь мостики фок-мачты, поразила палу­бу перед 2-й башней, повредив ее барбет и ряд ме­ханизмов; башня оказалась заклиненной и вышла из строя. Кроме того, корабль подвергся воздей­ствию 98 неконтактных взрывов авиабомб на рас­стоянии до 25 м от борта и 37 — в 25—50 м. Был поврежден борт в районе 52 шп., что привело к за­топлению восьми бортовых отсеков. В линкор по­пало также семь фугасных снарядов, которые выз­вали лишь поверхностные разрушения.

Несмотря на полученные повреждения, налеты авиации и артобстрелы, линкор в сентябре—октябре 1941 года вел огонь главным калибром. С нача­ла войны по 22 октября «Октябрьская революция» провела 110 стрельб, выпустив 880 305-мм снаря­дов: 26 бронебойных, 20 шрапнельных, остальные фугасные.




Огонь ГК

Открывал корабль огонь и противомин­ным калибром, израсходовав с 1 по 15 октября за три стрельбы по целям в Новом Петергофе 133 фу­гасных снаряда. По оценкам армейских частей, им было уничтожено несколько батарей (в том числе три калибром более 150 мм), разгромлена и рассе­яна психическая атака батальона пехоты противни­ка, шедшего с оркестром, в районе Туюзи, уничто­жено несколько бронетанковых и автомобильных колонн, а также много живой силы. При этом ко­рабль отразил 20 воздушных атак, в которых участвовало до 550 самолетов, сбросивших около 450 бомб, сбив своим огнем 10 машин и повредив одну.

22 октября 1941 года линкор перешел из Крон­штадта в Ленинград и стал к стенке Балтийского за­вода для ремонта и устранения полученных повреж­дений. Его артиллерия вошла в систему обороны города.

На 15 декабря 1941 года численность экипажа «Октябрьской революции» составляла 985 человек (краснофлотцев — 708, младших командиров — 206, командиров — 71). Боевые потери в личном составе в 1941 году составили 16 убитых и умер­ших от ран, а также 89 раненых, причем 62% потерь приходилось на зенитчиков. По ноябрь включитель­но на сухопутный фронт было списано 574 человек (из них за всю войну 48 погибло, 149 было ранено, а 116 вернулись на линкор).

В ремонтно-восстановительных работах актив­ное участие принял личный состав линкора, затра­тивший на них 12 250 человеко-дней. Опыт осенних боев выявил слабость средств ПВО линкора, поэто­му в феврале—марте 1942 года корабль получил четыре дополнительных 37-мм автомата 70-К, ус­тановленных по два на мостиках фок- и грот-мач­ты, к 20 апреля — третью спаренную 76,2-мм артустановку 81-К (размещена на палубе полубака), а в сентябре в корму от нее установили опытный обра­зец счетверенного 37-мм автомата 46-К (ранее нахо­дившиеся там два 12,7-мм пулемета ДШК были пе­ренесены на мостики мачт). За счет снижения 120-мм боекомплекта был увеличен и боезапас зениток.

В 1942—1943 годах были приняты меры по улучшению защиты корабля от артобстрелов и бом­бежек. Так, масса временного дополнительного бронирования в виде уложенных на палубы броневых плит превысила 100 т. При устранении поврежде­ний в районе 13—25 шп., а также в некоторых дру­гих местах, 37,5-мм настил верхней палубы был за­менен на50-мм; мостики мачт, на которых находи­лись зенитные орудия, радиорубки и другие посты, защитили 15-мм броневыми листами; получили до­полнительную броневую защиту и зенитные уста­новки на башнях. Еще в конце 1941 года были де­монтированы громадные 20-т краны над 3-й башней, так как опасались, что она может быть заклинена в случае разрушения этих кранов. В 1943 году их заменили двумя палубными 12-т кранами, снятыми с недостроенного крейсера «Петропавловск».

Находясь в Ленинграде, линкор неоднократно подвергался интенсивному артобстрелу (в первую военную зиму в него попало восемь снарядов ка­либром от 203 до 254 мм, при этом погибло 48 че­ловек, 149 получили ранения). Безрезультатными для противника оказались сочетавшиеся с одновременным артобстрелом последние четыре воздушных налета на корабль (21, 22, 24 и 27 апреля 1942 года), во время которых в общей сложности 62 самолета сбросили на линкор 48 бомб; при этом три из них были сбиты, а два подбиты. Больше корабль воз­душным налетам не подвергался и потерь в личном составе не имел.

В январе 1944 года линкор участвовал своим огнем в окончательном снятии блокады Ленингра­да. За восемь стрельб он выпустил с дистанции до 161 кб 182 305-мм снаряда (зафиксировано семь прямых попаданий в железобетонные доты, дзоты и командные пункты). Весной 1944 года часть лич­ного состава «Октябрьской революции» была на­правлена на укомплектование принимаемого в Анг­лии линкора «Архангельск», что привело к появле­нию 50—60% некомплекта в личном составе.

Последние 79 выстрелов главным калибром линкор произвел 9 июня 1944 года по финским ук­реплениям на Карельском перешейке (были зафик­сированы два прямых попадания в доты) на дис­танции до 164 кб. Всего за годы войны линкор «Ок­тябрьская революция» провел 126 стрельб главным калибром, выпустив 1442 снаряда. Зенитчики лин­кора отразили 24 налета авиации противника, в ко­торых участвовало 597 самолетов, сбив 13 и под­бив три из них. В корабль попало шесть авиабомб (из 465 сброшенных на него), а также 19 артилле­рийских снарядов.

За образцовое выполнение боевых заданий ко­мандования и проявленные личным составом мужество и отвагу 22 июля 1944 года линкор был награжден орденом Красного Знамени.

После Отечественной линкор до самой смерти ИВС оставался в строю, нес боевую службу.


«Ок­тябрьская революция» на рейде Кроншадта. Начало 50-х.

После июля 1954 использовался как УТС.


УТС «Ок­тябрьская революция». 1954-й.

Из состава Военно-морского флота исключен в 1956 году и порезан на иголки. А какой бы мог быть памятник русскому флоту... Тем более, что СССР был тогда на подъеме и МОГ СЕБЕ позволить более бережно отнестись к свидетелям своей военно-морской славы и искусства кораблестроения. Воистину: "...Что имеем - не храним. Потерявши - плачем..."
Немногое, что от него осталось - это якоря, кусок брони и артустановка, находящиеся сегодня в Кронштадте.


Главные якоря Холла линкора и между ними - элемент бронезащиты.











Старшина Иван Тамбасов спас линкор «Октябрьская революция» ценою своей жизни. 16 апреля 1943 года во время артиллерийской дуэли линкора с батареями врага, контуженный командир башни заставил себя подняться, голыми руками хватал раскалившиеся от пожара на палубе снаряды и выбрасывал их за борт. Последний снаряд взорвался возле самой его груди. Старшина Иван Тамбасов награжден за этот подвиг орденом Боевого Красного Знамени.


Иван Иванович Тамбасов (1922 год, Очуры, Хакассия, РСФСР — 16 апреля 1943 года, Ленинград, СССР)

Именем Ивана Тамбасова в Санкт-Петербурге названа улица.



И - немного видео в тему:

[youtube]http://www.youtube.com/watch?v=B-xo0d4TuXw[/youtube]
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 16789
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Пред.След.

Вернуться в Военно-морской флот

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: MailRu [Bot] и гости: 2