Торпедное оружие

Форум о военно-морском флоте

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 21 окт 2012, 22:33

палестинский казак писал(а): В НБП ИЛ-28 термин "пикирование" даже не используется

Козаки не здаються!
Яке таке "пiке"? Тiлкi тангаж у 33 градусов. А з трьома торпедами Il-28 взагалі літає як крокодил: низенько - низенко :D
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Володя » 21 окт 2012, 22:37

Зря смеётесь Андрей.Самолёт как раз таки и не плохой.Был у меня в Минске друг,военный лётчик,как раз из Западной группы войск.Он был истребитель,а про Ил-28 знал потому,что базировались на одной авиабазе.Хвалили его лётчики.А как пикировщик,не знаю об этом ничего.
Всем привет из Обетованой!
Володя
 
Сообщения: 2747
Зарегистрирован: 04 апр 2012, 04:51
Откуда: Торонто Онтарио Канада

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 21 окт 2012, 23:08

Володя писал(а):Зря смеётесь Андрей

"Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать", Народ (С)

Чертежи: http://www.airwar.ru/other/draw_an.html

Ту-2 - высокоплан


Ил-28 - высокоплан


Ту-14 - высокоплан


Ту-16 - среднеплан
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 22 окт 2012, 00:39

Alex писал(а):Тема о торпедах

Класс!
Еще утверждают, что торпеда SeaHake mod 4 ER может наводиться на цель по радиоканалу с использованием GPS - на фото видна надводная антенна.

http://topwar.ru/3094-sovremennaya-torpeda-chto-est-i-chto-budet.html
Сергей Юферев
Современная торпеда, что есть и что будет

Основным производителем торпед в России является ОАО «Концерн «Морское подводное оружие – Гидроприбор». Данное предприятие в ходе проведения международного военно-морского салона в 2009 году («МВМС-2009») представило на суд публике свои разработки, в частности 533 мм. универсальную телеуправляемую электрическую торпеду ТЭ-2. Данная торпеда предназначена для поражения современных кораблей подводных лодок противника в любом районе Мирового океана.
Торпеда обладает следующими характеристиками: длина с катушкой (без катушки) телеуправления – 8300 (7900) мм, общая масса – 2450 кг., масса боевого заряда – 250 кг. Торпеда способна развивать скорость от 32 до 45 узлов на дальности в 25 и 15 км соответственно и обладает сроком службы в 10 лет.
Торпеда оснащается акустической системой самонаведения (активная по надводной цели и активно-пассивная по подводной) и неконтактными электромагнитными взрывателями, а также достаточно мощным электродвигателем, обладающим устройством понижения уровня шума.
Торпеда может быть установлена на подводные лодки и корабли различных типов и по желанию заказчика выполнена в трех различных вариантах. Первый ТЭ-2-01 предполагает механический, а второй ТЭ-2-02 электрический ввод данных по обнаруженной цели. Третий вариант торпеды ТЭ-2 имеют меньшие массогабаритные показатели при длине в 6,5 метра и предназначен для использования на подводных лодках натовского образца, к примеру, на немецких подлодках проекта 209.
Торпеда ТЭ-2-02 специально разрабатывалась для вооружения атомных многоцелевых подводных лодок 971 проекта класса «Барс», которые несут ракетно-торпедное вооружение. Есть информация, что подобная АПЛ по контракту была закуплена военно-морским флотом Индии.
Самое печальное в том, что подобная торпеда уже сейчас не отвечает ряду требований предъявляемых к подобному оружию, а также уступает по своим техническим характеристикам иностранным аналогам. Все современные торпеды западного производства и даже новое торпедное оружие китайского производства имеет шланговое телеуправлении. На отечественных же торпедах применяется буксируемая катушка – рудимент почти 50-летней давности. Что фактически ставит наши подводные лодки под расстрел противника с гораздо большими эффективными дистанциями по стрельбе. Ни одна из представленных на выставке МВМС-2009 отечественных торпед не имела шланговой катушки телеуправления, у всех буксируемые. В свою очередь все современные торпеды оснащаются оптико-волоконной системой наведения, которая размещается на борту подводной лодки, а не на торпеде, что сводит к минимуму помехи от ложных целей.
К примеру, современная американская дистанционно-управляемая торпеда большой дальности Mk-48 разработанная для поражения скоростных подводных и надводных целей способна развивать скорость до 55 и 40 узлов на дистанциях в 38 и 50 километров соответственно (оцените при этом возможности отечественной торпеды ТЭ-2 45 и 32 узла на дальностях 15 и 25 км). Американская торпеда оборудована системой многократной атаки, которая срабатывает при потере торпедой цели. Торпеда способна самостоятельно обнаружить, осуществить захват и атаковать цель. Электронная начинка торпеды настроена таким образом, что позволяет поражать подводные лодки противника в районе командного поста, расположенного за торпедным отсеком.
Единственным положительным моментом на данный момент можно считать переход в российском флоте от тепловых к электрическим торпедам и вооружениям на ракетном топливе, которые на порядок устойчивее к всевозможным катаклизмам. Напомним, что АПЛ «Курск» со 118 членами команды на борту, которая погибла в акватории Баренцева моря в августе 2000 года, затонула в результате взрыва тепловой торпеды. Сейчас торпеды того класса, каким был вооружен подводный ракетоносец «Курск» уже сняты с производства и не эксплуатируются.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 22 окт 2012, 01:08

Максим Климов, vpk-news.ru
Какие торпеды нужны подлодке «Ясень»?



В самом конце января 2012 года в новостях прошла странная, на мой взгляд, информация: «Многоцелевая атомная подлодка (АПЛ) «Северодвинск» класса «Ясень» будет принята на вооружение ВМФ в этом году после производства необходимых самонаводящихся торпед», – сообщил ИТАР-ТАСС источник в оборонно-промышленном комплексе РФ. — Сама подлодка… уже давно прошла заводские ходовые испытания… ответственность… несет предприятие «Дагдизель».
К реальности отношения не имеет
Во-первых, за два уже состоявшихся выхода в море многоцелевой атомной подводной лодки (МЦАПЛ) «Северодвинск» «откатать» всю программу заводских ходовых испытаний фактически нереально. Ее выполнение требует сложной кропотливой и, к сожалению, длительной работы всех участвующих – разработчиков, строителей, контрагентов, флота.
• И это вполне объективный процесс, ведь речь идет о первой АПЛ ВМФ действительно полностью четвертого поколения, имеющей мощный и очень сложный гидроакустический комплекс (ГАК), крайне высокие требования по малошумности, многие уникальные системы (в отличие, например, от АПЛ проекта 955, где была преемственность и использование значительного задела по проекту 971). Короче говоря, информация о том, что АПЛ «Северодвинск» уже давно прошла заводские ходовые испытания, вызывает, скажем так, определенный скепсис.
Во-вторых, сама формулировка – «дело за производством потребных торпед: как только они будут созданы и успешно пройдут испытания» – говорит о том, что эти торпеды «еще не разработаны». Тогда, простите, где универсальная глубоководная торпеда (УГСТ) «Физик», мелькавшая (в очень ограниченном количестве) на сайте Госзакупок еще лет пять назад?
• Разработчик УГСТ «Физик» – ОАО «Мортеплотехника», входящее в ОАО «Концерн «Морское подводное оружие – Гидроприбор». Может быть, ОАО «Дагдизель» не изготовило торпеду? Однако о подготовке с 2002 года серийного производства УГСТ заявляло в СМИ совсем другое предприятие – завод «Двигатель», входящий в состав все того же ОАО «Концерн «Морское подводное оружие – Гидроприбор».
В-третьих, уж совсем не выдерживает критики «пассаж» ИТАР-ТАСС о том, что «Дагдизель» «выпускал торпеды, которыми была вооружена АПЛ «Курск», погибшая при их взрыве…». Про первопричину самой трагедии здесь говорить не будем. Однако «событие № 1» (по терминологии ГК ЦКБ МТ «Рубин» И.Г.Спасского) связано с торпедой 65-76А, разработчиком которой являлся ЦНИИ «Гидроприбор», а изготовителем – Машиностроительный завод имени Кирова в Алма-Ате (Казахская ССР).
• «Дагдизель» был одним из производителей торпеды УСЭТ-80, которая в плане взрывопожаробезопасности в катастрофе, произошедшей в августе 2000 года в Баренцевом море, показала себя с наилучшей стороны.
• Какой напрашивается вывод? Данная «информация» ИТАР-ТАСС (полученная от «источника в ОПК») не имеет отношения к реальности, а с учетом непростой ситуации, складывающейся вокруг морского подводного оружия (МПО) и фирм – его разработчиков, имеет явно выраженный «заказной» характер. Приходится сожалеть о публикации непроверенных сведений солидным информагентством.
«Планка требований»
• Вместе с тем появление этого материала поневоле заставляет задаться другим вопросом: какие же торпеды нужны «Ясеню»? Отмечу, что данный вопрос гораздо шире, чем кажется, и требует освещения еще ряда смежных проблем. Однако начнем с торпед.
• Для примера сошлюсь на взгляды командования ВМС Индии на новые тяжелые торпеды, изложенные в статье генерал-лейтенанта в отставке Нареша Чанда (SP’s NAVAL FORCES 6/2009). Согласно публикации перспективная торпеда должна обладать следующими ТТХ:
- скорость – 50 узлов,
- дальность – 40 км,
- радиус реагирования системы самонаведения (в благоприятных условиях) – 5 км,
- длина провода телеуправления – 50 км.
• Для ВМФ РФ эти требования нуждаются в дополнении с учетом появления таких целей, как фрегаты LCS со скоростью до 40–45 узлов. Для их поражения понадобятся высокие транспортные характеристики торпед – как по скорости (не менее 55–60 узлов), так и по дальности. Данная «планка требований» сегодня и в среднесрочной перспективе для нас выполнима только на тепловой энергетике (торпеда УГСТ «Физик»).
• Мнение ведущих специалистов ЦНИИ «Гидроприбор»: «Если бы после принятия на вооружение ВМФ электроторпеды УСЭТ-80 финансировались работы в электрическом направлении, мы сейчас могли бы иметь торпеду, соизмеримую по ТТХ с тепловой», высказанное в статье «Пример необоснованной критики. Создатели отечественного торпедного оружия возмущены и протестуют», к сожалению, реальных оснований (мощных отечественных серийных батарей на паре алюминий – окись серебра) под собой не имеет.
• Возможно, на точку зрения сотрудников ЦНИИ «Гидроприбор» повлияло наличие в составе ОАО «Концерн «Морское подводое оружие – Гидроприбор» крупного предприятия, занимающегося выпуском батарей, – завода «Уралэлемент». Однако реальный результат высказанной позиции – отечественная торпеда ТЭ2, обладающая по сравнению с современными западными электрическими торпедами намного худшими ТТХ (именно вследствие отсутствия у нас мощных батарей).

• Здесь нельзя пройти мимо еще одного вопроса тепловой энергетики – слухов о токсичности применяемого топлива. Бывший начальник Управления противолодочного вооружения ВМФ СССР Р.А.Гусев писал: «В создании тепловой силовой установки для универсальных торпед с ТТХ «на паритет» на однотипном, что и у американцев, однокомпонентном унитарном топливе мы хладнокровно опоздали и самое главное – надолго дискредитировали саму идею применения этого топлива… Мы пространно рассуждали о степени ядовитости паров этого топлива, возможной следности торпед при определенных ракурсах и еще о разных ученостях, а американцы клепали и клепали торпеды».
• Ведущие специалисты ОАО «Мортеплотехника» В.Ф.Гуров и Ю.И.Санников отмечают: «Существующее в некоторых кругах ВМФ мнение о высокой токсичности топлива чрезвычайно преувеличено. При эксплуатации торпед личный состав ВМФ может столкнуться с проблемой токсичности топлива только в аварийной ситуации при разгерметизации топливного резервуара. Заметим, что за 40 лет обращения с топливом в ОАО «НИИ мортеплотехники» не было ни одного случая профессионального заболевания или отравления, несмотря на многократный прямой контакт с топливом. Торпедное оружие США, использующее топливо Otto-Fuel II, эксплуатируется в десятках стран мира на всех континентах».
• Однако самым ярким примером малой токсичности унитарного топлива являются воспоминания С.И.Бердического в третьем томе книги «ЦНИИ «Гидроприбор» и его люди» о работах по теме «Связка» (попытке создания в середине 70-х годов мощного торпедного двигателя из «связки» шести двигателей ДП-294 – нашей копии двигателей американской торпеды Mk-46). Обоснованность, здравый смысл самой работы, когда вместо одного мощного оптимизированного двигателя пытаются реализовать «связку моторчиков», обсуждать не будем.
• Однако наиболее интересны подробности «махровых» нарушений мер безопасности по обращению с унитарным топливом, практиковавшиеся в ЦНИИ «Гидроприбор» в это время. Например, автор неоднократно, не имея возможности даже помыться, ходил несколько дней подряд полностью облитый «отработкой» масла и топлива после технического обслуживания торпеды с моря. Тем не менее, каких-либо серьезных последствий для здоровья С.И.Бердического (с его слов) не было.
• Да, последнее поколение западных электрических торпед практически догнало тепловые по транспортным характеристикам, но повторюсь – «их батарей» сегодня и в ближайшем будущем в нашем распоряжении нет. Задача ближайшей перспективы может и должна решаться тепловой энергетикой. Работы по электрическому направлению прекращать, разумеется, нельзя, но сегодня – в порядке глубокой модернизации ранее выпущенных изделий. Появятся у нас мощные батареи, тогда и «электрическая альтернатива» торпед будет рассматриваться наравне с электрическими.

• Очень жесткие ограничения ставятся по телеуправлению – возможность стрельбы на большие расстояния многоторпедными залпами с широкополосной линией связи (оптоволоконное телеуправление). В качестве примера можно привести торпеду DM2A4 (ФРГ), имеющую 60 км оптоволоконного провода на торпедной катушке. Шланговое телеуправление позволяет подлодкам ФРГ стрелять многоторпедными залпами, в том числе и на самых малых глубинах, имея минимальные ограничения в маневре.
• Характерно, что на ПЛ проекта 212 на рулях были натянуты специальные тросы для исключения попадания в гребной винт провода телеуправления при маневрировании ПЛ. Для наших дизель-электрических ПЛ, «стреноженных» устаревшей конструкцией телеуправления с буксируемой катушкой, это звучит как фантастика. И здесь, кстати, возникает вопрос: какие телеуправляемые торпеды попадут на борт наших новых «Варшавянок» (проекта 636.3) для Черноморского флота?
• Однако некоторые специалисты убеждены, что торпеда является «оружием ближнего боя» и высокие транспортные характеристики ей «не особо нужны»: мол, пусть на «большую дистанцию работают ракеты». Сторонники этой концепции не понимают современных условий подводной войны, резко (на рубеже 90-х – 2000-х годов) возросших возможностей противолодочных систем, особенно авиации.
• Когда дальность действия активных радиогидроакустических буев (РГАБ) измерялась несколькими километрами, подводная лодка, «обозначив себя», например, пуском ракет, могла скоростным броском «отскочить» от этой точки, выйдя за пределы обнаружения. Последующий переход на скрытный режим движения против пассивных РГАБ обеспечивал субмарине неплохие шансы на уклонение (конечно, зависело это от шумности ПЛ, расстояния между РГАБ и других условий).
• Однако уже в начале 90-х годов появились активные низкочастотные РГАБ (например, английский EAS), обеспечивавшие «подсвет» поля пассивных буев низкочастотным сигналом с малым затуханием в воде. Дальности обнаружения ПЛ возросли на порядок (и этот факт никак не зависит от шумности ПЛ!). Таким образом, в условиях современной ПЛО вероятность уклонения лодки после пуска ракет резко снизилась.
• В этих условиях роль скрытной торпедной атаки с больших дистанций не только не уменьшилась, но и возросла. И главное здесь – именно скрытность. Скрытность, которая требует стрелять с больших дистанций многоторпедными залпами в условиях неточного целеуказания.
• Кроме того, развитие противолодочных средств «уже вчера» требует «промежуточного носителя подводного оружия» – боевого необитаемого подводного аппарата (НПА). Считаю, что при всех наших проблемах технологические возможности создания такого средства есть уже сегодня.
• Уместно вспомнить, что, по мнению ряда американских специалистов в области подводной войны, главной особенностью подлодок четвертого поколения в недалеком будущем станет широкое применение НПА различного назначения и работы по этому направлению в США ведутся широким фронтом.

• Уровень развития авиационных противолодочных систем требует вооружить современные и перспективные субмарины зенитно-ракетными комплексами. При этом идеология его построения должна быть совершенно отличной от «классических ЗРК», работающих по принципу «вижу (например, РЛС) – стреляю».
• Первоочередная задача комплекса с ЗУР ПЛ – прикрытие уклонения подлодки «сверху», что требует исключения (или затруднения) постановки поля радиогидроакустических буев (РГАБ) самолетом или вертолетом, работающим на «поиске по вызову» – то есть нужна «барражирующая ЗУР», способная достаточно длительное время оперировать в назначенном районе, ведя поиск летательных аппаратов противника (а с обнаружением – их поразить).
• Возросшие возможности систем освещения обстановки увеличивают дистанцию «дуэлей» между субмаринами, и в этих условиях значительное преимущество перед тяжелыми торпедами получает скоростное подводное оружие, в первую очередь противолодочные ракеты (ПЛР), а точнее – противолодочные ракетные комплексы (ПЛРК). По данному направлению у нас имеется и замечательный советский задел, в котором мы значительно обошли «оппонентов».
• Необходимо, чтобы этот комплекс был именно «тактическим», а не «техническим», как ПЛРК советской разработки, когда частные «мелочи» (например эргономические нюансы использования ряда средств целеуказания) могли существенно ограничивать возможности противолодочных ракет. Следовательно, крайне важна комплексная оптимизация вопросов обнаружения – целеуказания – поражения.
• Что касается вопросов обнаружения и целеуказания (в связи с традиционным нашим отставанием от англосаксов), то, по мнению автора данной статьи, задача применения оружия на большую дистанцию может и должна быть разрешена для большинства тактических ситуаций действий сил ВМФ. Вопрос этот достаточно объемный и требует как минимум отдельной статьи. Однако с учетом того, что по нему и применению ПЛР прозвучали критические замечания в письме А.Н.Луцкого «Срочно требуются подводные роботы и противоторпедная защита», считаю необходимым коснуться хотя бы вкратце затронутых им проблем.
• Луцкий пишет: «ПЛР 86р и 83р. Да, скорость и дальность у них хорошие, но где взять целеуказание? Естественно, приоритет в дальности взаимного обнаружения (с учетом шумности и ракурса) и в первом залпе в пользу неприятеля. Кроме того, позиции его стрельбы оказываются вне пределов эффективной дистанции нашего ответно-встречного двухторпедного залпа».
• Отвечаю. Взаимные дальности обнаружения подсистемами шумопелегования ГАС подводных лодок сегодня могут составлять от нескольких десятков километров до нуля (то есть в случае столкновения субмарин). Это требует особого внимания к активным средствам освещения обстановки – гидролокаторам как к устройству, обеспечивающему гарантированное вскрытие обстановки и целеуказания в бою.
• Применение некоторых современных подходов, например, широкополосных сигналов, обеспечивает надежную помехоустойчивость. Также наметился прорыв по освещению гидролокаторами обстановки в условиях сложной гидрологии. Применение ПЛ в бою активных средств освещения обстановки (гидролокатора) нарушением скрытности уже не является: в ситуации, когда на нас идут торпеды, скрытности уже нет и лучший способ ее восстановить – точным применением оружия уничтожить противника. И в этом крайне важна роль эффективного широкополосного гидролокатора и скоростного подводного оружия – противолодочных ракет.
• Таким образом, необходимо снять ряд проблемных вопросов по их эффективному применению в условиях недостаточно точного целеуказания. В частности, скрытность нашей ПЛ при использовании активного оборудования может быть существенно повышена применением средств освещения обстановки с подводных роботов или системы освещения обстановки (СОПО) на ТВД.

• Комплекс средств противоторпедной защиты (ПТЗ). Вследствие отставания в скрытности и акустике отечественных ПЛ у нас сформировался «комплекс неполноценности»: «малошумность – это все» и «кто первый обнаружил – тот и победил». Причем наш вероятный противник во времена холодной войны делал все, чтобы данный «комплекс неполноценности» утвердить и закрепить.
• Для себя же проблему «первого залпа противника» ВМС США решили еще в середине 50-х годов наличием большого боекомплекта эффективных средств противоторпедной защиты – гидроакустического противодействия (СГПД). СГПД обеспечивают при своевременном их применении надежное уклонение от внезапной атаки противника. Характеристики ГАС (в том числе активных трактов) и оружия обеспечивали эффективное ответное применение оружия при продолжении боя с большой дистанции.
• Одна из причин исключительного внимания ВМС США к СГПД – значительное отставание в скрытности первых АПЛ от дизель-электрических подлодок (ДЭПЛ), то есть первый залп в большинстве случаев был за ДЭПЛ. А наличие большого количества ДЭПЛ в составе ВМФ СССР ставило вопрос выживания в дуэльных ситуациях ПЛА ВМС США крайне остро.
• Соответственно с середины 50-х годов ВМС США был выработан ряд мер для разрешения этой ситуации (в первую очередь СГПД), и с конца 50-х, решив проблему «дуэлей» с малошумными ДЭПЛ, ВМС США прекратили их строительство.
• К большому сожалению, в ВМФ СССР, на мой взгляд, это обстоятельство должным образом учтено не было. Ряд вопросов есть как к эффективности некоторых образцов СГПД ВМФ СССР, так и к недостаточному их количеству на борту. Так, например, в том же письме А.Н.Луцкого отмечалось: «Нынешние средства противоторпедной защиты отечественных ПЛ неэффективны против современных зарубежных торпед».
• Еще более жестко вопрос был поставлен в статье того же автора в «Морском сборнике» (№ 7, 2010): «Строящиеся ПЛ проектов «Ясень» и «Борей» предлагается оснастить системами ПТЗ, технические задания на разработку которых составлялись еще в 80-х годах прошлого столетия, результаты исследований эффективности этих средств против современных торпед свидетельствуют об исключительно низкой вероятности непоражения уклоняющейся ПЛ».
• Безусловно, подавление современных помехоустойчивых систем самонаведения (ССН) торпед требует массированного применения дрейфующих, а главное – самоходных приборов ГПД. Однако позволю себе не согласиться со специалистами ЦНИИ «Гидроприбор» по массогабаритным (и соответственно энергетическим) характеристикам таких устройств. Позиция ЦНИИ «Гидроприбор» – использование приборов калибра 120 мм (например, «Тунец»). Однако этот калибр не оптимален – скорость и время хода малы, а небольшая целевая нагрузка не позволяет применить мощный прибор ГПД.
• Для сравнения: дрейфующий прибор противоторпедной защиты «Вист-Э» (ЗАО «Аквамарин») имеет массу 13,5 килограмма. Очевидно, что для такого прибора в самоходном его исполнении необходим более мощный транспортный модуль – возможно, калибра около 200–210 миллиметров. Необходимость массированного применения таких приборов в условиях ограниченного времени требует применения многоствольных забортных пусковых установок (ЗПУ), навскидку – не менее 40 ЗПУ.
• Ссылки на некоторые западные комплексы самообороны с изделиями меньшего калибра (например, С303) несостоятельны. Мы существенно отстаем от развитых стран по элементной базе, конструктивным материалам, батареям и так далее, в том числе именно поэтому объективно не можем создать равное по ТТХ изделие в «западных» массогабаритах.
• Главное же требование к оружию и средствам противодействия – эффективность (а не «быть как у них»). Комплексы противоторпедной защиты наших ПЛ должны обеспечивать массированное применение мощных самоходных средств ГПД. Калибр 80–120 миллиметров для этого слишком слаб, калибр 324 не позволяет разместить большое количество ЗПУ на ПЛ. Оптимален калибр 200–210. Создание таких ЗПУ и приборов ГПД является исключительно актуальным как для отечественных ПЛ, так и для успешного продвижения наших ПЛ на экспорт.
• Вместе с тем ССН западных торпед последнего поколения – со сверхширокополосным сигналом и режимом скрытной гидролокации – ставят вопрос о принципиальной возможности эффективного противодействия им СГПД. Уровень современных торпедных ССН требует применения в контурах противоторпедной защиты наряду с СГПД и антиторпед. В ряде тактических ситуаций речь может идти об антиторпеде как о единственно эффективном средстве ПТЗ.

• Последнее и самое важное – ССН морского подводного оружия, повторюсь, никто и никогда за нас не разработает. Ситуации, когда «что-то такое можно купить на Западе», просто нет. Даже ближайший союзник США – Великобритания, рассматривая вопрос о приобретении американской торпеды Mk-48 mod.7, настаивала на полном доступе ко всем схемам и алгоритмам ее работы (и далеко не факт, что он был предоставлен). Нам современную торпеду со всеми алгоритмами никто не продаст.
• Системы самонаведения торпедного и ракетного оружия – это острие «меча» флота. Без эффективных современных ССН, причем именно отечественных, боевые возможности современного ВМФ, на мой взгляд, ненамного отличаются от возможностей броненосных эскадр XIX века.
• Советский опыт показывает, что определенные трудности в решении этих вопросов были. И единственное, что может избавить нас от аналогичных проблем в будущем, – ведение конкурсных разработок ССН, конкуренция различных групп разработчиков, проведение сравнительных испытаний в реальных условиях (в том числе сложных помеховых).
• Нонсенс, но первый и последний раз сравнительные испытания двух конкурирующих ССН у нас проводились в 1961 году (!). Разработчик одного из образцов и участник этих апробаций В.Н.Шехин отмечал («ЦНИИ «Гидроприбор» и его люди за 60 лет», том 3): «Уникальный случай в отечественном торпедизме – сравнительные стрельбы по выбору ССН, которых до и после этих стрельб больше не было. Нет и сейчас».
Не оттого ли наши проблемы по этой части? Вопрос этот исключительно важен, без его решения вся наша большая кораблестроительная программа теряет смысл.

Вывод. Комплекс вооружения перспективных ПЛ ВМФ должен включать в себя крылатые ракеты для поражения береговых целей, противокорабельные ракеты, «барражирующие» ЗУР, скоростные дальноходные тепловые (!) торпеды с шланговым телеуправлением, скоростное противолодочное оружие – противолодочные ракеты, средства противодействия и противоторпедной защиты, а именно – многозарядная (не менее 40) пусковая установка самоходных средств ГПД калибра около 210 миллиметров и активные средства поражения атакующих торпед – антиторпеды.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 27 окт 2012, 01:09

Российская тепловая торпеда УГСТ



Торпеда УГСТ разработана санкт-петербургским ФГУП «Научно-исследовательский институт морской теплотехники» совместно с подмосковным ГНПП «Регион».
УГСТ расшифровывается как «универсальная глубоководная самонаводящаяся торпеда». Эта тяжелая торпеда предназначена для поражения надводных кораблей (НК) и подводных лодок (ПЛ) противника и может выстреливаться из торпедных аппаратов калибра 533 мм (21 дюйм). УГСТ также полностью универсальна по носителю (НК и ПЛ). Кроме того, существуют две модификации торпеды: базовый вариант длиной 7,2 м для российских торпедных аппаратов и экспортный вариант длиной 6,1 м для торпедных аппаратов стандарта НАТО.
Конструктивно УГСТ включает (аппаратурный модуль, боевое зарядное отделение, резервуарное отделение с отсеком аппаратуры телеуправления, силовое отделение (двигательная установка), хвостовое отделение с рулевыми устройствами, водометный движитель и катушку с проводом телеуправления (БЛК).
Энергосиловая установка торпеды построена на основе аксиально-поршневого двигателя, который работает на однокомпонентном топливе. Особенностью двигателя является наличие вращающейся камеры сгорания, топливо в которую подается высоконапорным плунжерным насосом. Стартовый пороховой заряд, который размещен в камере сгорания, позволяет быстро наращивать мощность двигательной установки, что весьма важно на начальном участке хода торпеды. В качестве движителя на торпеде применен уникальный малошумный водомет, соединяющийся с двигателем напрямую, без редуктора.
Российским «ноу-хау», реализованным в конструкции торпеды УГСТ, являются двухплоскостпые рули, выдвигаемые за калибр торпеды после ее выхода из трубы торпедного аппарата. Такая конструкция рулей позволяет, по расчетам инженеров, в том числе существенно снизить шумность самой торпеды. Эффективность работы рулей также весьма высока и позволяет УГСТ уверенно проходить достаточно трудный начальный участок после выстреливания из торпедного аппарата подводной лодки или надводного корабля.



Что касается боевого зарядного отделения торпеды, то оно представляет собой небольшой отсек с вкладной капсулой, в которой и размещается непосредственно взрывчатое вещество. Существует несколько модификаций данного отделения, которые различаются по составу взрывчатого вещества, его массе и системе инициирования при подрыве.
На УГСТ установлен уникальный водометный движитель
Перед боевым отделением расположен головной отсек с аппаратурным модулем, который включает в себя системы самонаведения, телеуправления, управления движением и др. Система самонаведения УГСТ относится к активно-пассивному типу и включает в себя плоскую приемно-излучающую антенную решетку с регулируемым сектором обзора, а также специально разработанные приборы многоканальных активных гидролокаторов. Система самонаведения позволяет эффективно осуществлять поиск, обнаружение и захват цели с любой глубины. Имеется также возможность атаки цели по ее кильватерному следу. Примечательно, что головная часть УГСТ несколько отличается по своей форме от остальных торпед: она имеет затупленную форму с плоской стенкой, непосредственно за которой и установлена антенна ССН.



Основные тактико-технические характеристики торпеды УГСТ
Калибр, мм 533
Длина, м 7,2 (6,1)
Масса, кг 2200 (1800)
Масса ВВ, кг 300
Скорость хода, уз.:
– первый режим 50
– второй режим 30
Дальность хода, км:
– первый режим 40
– второй режим 50
Глубина хода, м до 500
Глубина стрельбы с ПЛ макс., м 400
Радиус реагирования ССН макс., км
– по ПЛ 2,5
– по НК 1,2
Радиус реагирования взрывателя, м
– по ПЛ 2
– по НК 6-8
Время индикации кильватерного
следа НК, с до 350
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 27 окт 2012, 20:04

Военно-промышленный курьер
Леонид Якутин
Морское подводное оружие: проблемы и возможности

Наш флот сегодня вынужден закупать дорогостоящие и морально устаревшие торпеды
В настоящий момент состояние отечественного морского подводного оружия (МПО) является одной из главных проблем Военно-морского флота России. На момент распада Советского Союза в 1991 году наблюдалось существенное отставание образцов МПО ВМФ СССР от аналогов, имевшихся в военно-морских силах развитых зарубежных стран (более ощутимое, чем для других видов/образцов ВВТ ВС СССР). В последующие годы оно стало еще значительнее.
В первую очередь хотелось бы рассмотреть наиболее серьезные недостатки торпедного и противолодочного оружия (ПЛО) российского ВМФ:
малые (много меньше западных) дальности стрельбы;
фактически отсутствие эффективного телеуправления торпед;
несовершенство системы самонаведения (ССН), применение в качестве противокорабельного канала ССН с вертикальным лоцированием кильватерного следа;
ограниченный срок службы (существенно меньший, чем у МПО развитых зарубежных стран);
большие габариты и веса;
ограниченный боекомплект противолодочного оружия на надводных кораблях (НК);
высокая стоимость.

ПОЛНЫЙ ПРОВАЛ В ВОПРОСАХ ТЕЛЕУПРАВЛЕНИЯ

Главная проблема системы самонаведения с вертикальным лоцированием кильватерного следа (ВЛКС) - значительная потеря позиций залпа по дистанции (торпеда заведомо стреляется "за цель" и потом ее догоняет) и догонной скорости (идет не по прямой к цели, а по "синусоиде"). Фактически еще в 60-е годы позиции стрельбы нашими торпедами калибра 53 см находились в зоне поражения противолодочного ракетного комплекса "Асрок" в благоприятных гидрологических условиях. Наша субмарина, не успев выстрелить, сама получала удар "дубиной" "Асрока".
Американцы начали заниматься разработкой аналогичных ССН еще в 40-е годы, однако от установки их на свои торпеды отказались. Вопреки широко распространенному мнению есть способы эффективно противодействовать торпеде с ССН ВЛКС, и в военно-морских силах США они прекрасно известны и отрабатываются.
Разумеется, кильватерный след корабля является весьма заметным и целесообразным объектом для использования при наведении торпед, однако существовали более эффективные варианты. Например, совершенствование горизонтального лоцирования, реализованного в системе самонаведения "Андромеда" еще в 1961 году, или ССН экспортной торпеды ТТ-5, обеспечивавшая минимальную потерю догонной скорости наведением торпеды исключительно внутри кильватерного следа.
Работы по телеуправлению (ТУ) начались в 60-х годах в ЦНИИ автоматики и гидравлики (Москва). "Была принята схема проводной линии связи, построенная на одновременной двусторонней размотке провода из катушки, размещенной в торпеде, и катушки, буксируемой за ПЛ-носителем. Системой телеуправления была оснащена торпеда типа СЭТ-53М, в 1969 году принятая на вооружение под индексом ТЭСТ-68. В 1971-м была создана торпеда ТЭСТ-71 на базе более современной торпеды СЭТ-65, затем - торпеда ТЭСТ-71М, вертолетная телеуправляемая торпеда ВТТ-1 на базе торпеды АТ-1" ("60 лет ЦНИИ "Гидроприбор", СПб, 2003).
В отличие от западных систем телеуправления, обеспечивавших управление несколькими торпедами залпа как по курсу, так и по глубине для максимального учета гидрологии, уменьшения шумности торпеды, изменения класса цели (например при "прыжке дельфина" ПЛ на поверхность), комплекс телеуправления наших дизель-электрических подводных лодок (ДЭПЛ) проектов 641Б и 877 обеспечивал управление одной торпедой и только в горизонтальной плоскости. До настоящего времени у нас применяется буксируемая лодочная катушка телеуправления. Воздействие потока воды на скорости приводит к закручиванию буксируемой катушки и обрыву провода телеуправления. Применение длинного кабель-троса для уменьшения этого эффекта исключает использование телеуправления на малых глубинах и возможность стрельбы многоторпедными залпами.
В конце 60-х на Западе пришли к шланговой лодочной катушке телеуправления, остававшейся при выстреле на задней крышке торпедного аппарата (ТА). При этом стравливание провода для компенсации послезалпового маневрирования подводной лодки производилось через защитный "шланг". Шланговое телеуп-равление позволило резко повысить надежность связи, уменьшить ограничения по скорости и маневрированию, обеспечить стрельбу многоторпедными залпами с телеуправлением, в том числе на самых малых глубинах. В результате повысилась эффективность торпедного оружия и значительно увеличились позиции стрельбы по дистанции.
В 70-е годы все необходимые проработки шланговой катушки были сделаны и у нас, однако на пути внедрения встал флот. Необходимость после выстрела снять с задней крышки ТА катушку и удалить из торпедного аппарата "шланг" требовала ручной работы матроса. А в тактико-техническом задании (ТТЗ) ВМФ давалось указание автоматической перезарядки ТА, выполнимое лишь в случае буксируемой катушки. Флот не пустил шланговое телеуправление на корабли, более того, широко распространялось мнение, что "нам это не нужно", так как наши подлодки уступают иностранным в шумности, у наших торпед высокая шумность и т. д. Основная торпеда АПЛ третьего поколения - УСЭТ-80 так и не получила телеуправления, предписанного ей в ТТЗ на разработку.
Между тем даже кратковременное телеуправление резко повышает эффективность залпа по ПЛ в реальных условиях, а реализация позиций стрельбы по надводным кораблям, следующим противоторпедным зигзагом на дистанции свыше 11-13 км, возможна только с телеуправлением. А главное - до середины 80-х телеуправление оставалось единственным эффективным средством обеспечения помехоустойчивости залпа в условиях мощного гидроакустического противодействия. Системы самонаведения во всех странах до начала 80-х не обладали необходимой помехоустойчивостью, поэтому для эффективной стрельбы еще с 50-х годов в ВМС США появилось обязательное условие - телеуправление, а для надводных кораблей - большой боекомплект ПЛО - возможность выполнения многократных атак ПЛ.
Все западные тяжелые торпеды и даже новые торпеды ВМФ Китая имеют шланговое телеуправление. Применение буксируемой катушки на наших торпедах - рудимент 50-летней давности. Это ставит российские подводные лодки фактически под расстрел оружия противника с гораздо большими эффективными дистанциями стрельбы.
Ситуация такова что, например, ни одна из представленных на международном военно-морском салоне IMDS-2009 торпед не имела шланговой катушки телеуправления, даже новейшая УГСТ (!). У всех - буксируемые...

ЭЛЕКТРИЧЕСКАЯ ВМЕСТО ТЕПЛОВОЙ УНИВЕРСАЛЬНОЙ

В 1964 году ВМФ СССР был проведен конкурс эскизных проектов перспективной универсальной торпеды УСТ - тепловой и электрической. Несмотря на то, что тактико-технические характеристики (ТТХ) тепловой торпеды на глубинах до 600 м получались существенно выше, для дальнейшей разработки под предлогом скорого появления в ВМС США АПЛ с глубиной погружения до 1000 м была принята электрическая. Образцом для ее батареи послужила выловленная американская торпеда Mk-44 с батареей, активируемой морской водой, - водно-химический источник тока (ВХИТ).
В период с 1964 по 1980 год были разработаны и приняты на вооружение электрические торпеды с ВХИТ - СЭТ-72 (40 уз., 8 км), УМГТ-1 (41 уз., 8 км), УСЭТ-80 (скорость свыше 45 уз., 18 км).
Выбор "электрического направления" развития универсальных торпед привел к следующему:
значительному отставанию универсальных торпед нашего ВМФ от торпед ВМС США по скорости, дальности, эффективным позициям залпа;
большому весу;
высокой стоимости торпедного оружия;
ограниченным срокам службы батарей (не более полутора десятков лет);
снижению ТТХ в процессе эксплуатации (свойственно всем электрическим торпедам);
из-за малой солености воды исключалось применение новых торпед в Балтийском море;
зависимости мощности от условий, ставящих под сомнение "официальные ТТХ". (Об этом в своей книге "Такова торпедная жизнь" писал заместитель начальника УПВ ВМФ в 80-х годах Р. А. Гусев: "СЭТ-72... В боевой комплектации произведено около двадцати выстрелов... Условий, при которых промышленность обещала скорость хода 40 узлов, нигде обнаружить не удалось. Имеем некоторый недобор по скорости хода... Ведь у нас с торпедой УСЭТ-80 будет та же проблема".)
Причины развития электрических торпед в европейских странах (Mk-24, DM2, SUT, F-17 и т. д.) - меньшая шумность (в сравнении с тепловыми), возможность скрытной атаки, "тихого убийства". Однако к нашим электрическим торпедам малошумность ни в коей мере не относилась. Более того, они "гремели" ощутимо громче западных тепловых.
Сегодня новейшие образцы зарубежных электрических торпед - "Блек Шарк", DM2A4 практически догнали тепловые по транспортным характеристикам, однако достигнуто это было на высокотехнологичных батареях с парой алюминий - окись серебра. Несмотря на то, что у нас разработка таких батарей упоминалась в отчете ЦНИИ имени академика А. Н. Крылова еще за 2006 год, и сегодня они в предложениях электротехнических компаний отсутствуют.
Последствия конкурса 1964 года сказываются до сих пор. Разрабатывавшуюся долго и мучительно, но так и не прошедшую все необходимые испытания торпеду УСТ (как УСЭТ-80) в 1980 году принял на вооружение ВМФ СССР. В дальнейшем со всеми проблемами она и была "унаследована" ВМФ РФ.
Высокая стоимость и ограниченный срок службы электрических торпед создали большие сложности для ВМФ России. Фактически наш флот сегодня вынужден закупать дорогостоящие и морально устаревшие (еще 30 лет назад) торпеды, например госзакупка 253/08/02 (2008 год) - 15 торпед УСЭТ-80 общей стоимостью 421 874 тысячи рублей.
Для сравнения: ВМС США заказали отделению Naval & Martine Integrated Systems фирмы Raytheon изготовление 115 комплектов аппаратуры для создания новой модификации торпеды Мк-48 mod.6 ADCAP. Стоимость работ составляла 14 млн долларов, срок окончания - середина 2004 года. Торпеда Мк-48 mod.6 должна отличаться от модификации 5 усовершенствованными гидроакустическими ССН, системами управления и двигательными установками (Naval Forces, 2001).
Закупка новых торпед ВМС США не производилась с 1993 до 2006 года. Однако благодаря модернизационным комплектам даже новейшая торпеда Mk-48 mod.7 может быть получена доработкой старых модификаций Mk-48.
Серийное производство торпед Mk 48 mod.7 было начато в июне 2006 года, а в августе ВМС США подписали контракт стоимостью 95,4 млн долларов на поставку 107 торпед (в том числе и для ВМС Австралии по программе сотрудничества в области морского партнерства Maritime Partnership Initiative), а также комплектующих для преобразования других модификаций торпед в модель mod.7 (Janes Defence Weekly, 2006, v. 43, № 51, p. 10).
Р. А. Гусев на вопрос, почему УСЭТ-80 - не Mk-48, отвечал: "Потому что "Запорожец" - не "Мерседес". Госзакупка 253/08/02 - фактически приобретение золотых по стоимости "Запорожцев", но уже в XXI веке.
Торпеду Mk-48, разработанную по программе RETORC-2 (1962-1971), приняли на вооружение ВМФ США в 1972 году. Конструктивно предельно простая и надежная, она была оснащена совершенной для своего времени ССН, шланговой системой теле-управления, мощной и энергоемкой энергоустановкой с аксиально-поршневым двигателем, работающим на унитарном топливе.
Появление торпеды Mk-48, ее высокие боевые качества заставили командование ВМФ и руководство Министерства судостроительной промышленности (МСП) СССР все-таки начать разработку перспективной универсальной тепловой торпеды УГСТ "Тапир" с высокими ТТХ - скоростью свыше 70 уз. на дальность более 20 км и глубине хода до 1000 м. Рекордные транспортные характеристики "Тапира" достигались применением паровой турбины замкнутого цикла, высоких параметров пара и гидрореагирующего топлива.
В 1983 году начались морские испытания "Тапира". В конце 1985-го был произведен успешный пуск на половинную дальность. Однако надежную работу энергетической системы управления (ЭСУ) торпеды в то время не могли обеспечить технологически. С учетом этого была выполнена проработка перекисного варианта, значительно превосходящего по транспортным характеристикам не только УСЭТ-80, но и Mk-48. Тем не менее жесткое противодействие этой разработке со стороны МСП, стоявшего за электрические торпеды, привело к закрытию темы.
Так нами была потеряна возможность создания дешевой (себестоимость изготовления опытной партии составляла 70 тысяч рублей при цене серийной УСЭТ-80 360 тысяч рублей) универсальной торпеды с высокими ТТХ и большим сроком службы.
Работы по созданию "кислородной версии" УГСТ - "Магот" велись на заводе им. Кирова (Алма-Ата) до развала СССР, однако поддержкой ведущих торпедных организаций флота и промышленности не пользовались и до развала СССР закончены не были.
Тепловые торпеды стояли на вооружении ВМФ СССР только как противокорабельные. Их развитие шло в направлении увеличения дистанции и скорости хода. Большие надежды ВМФ в 60-х связывались с "чемпионом" - перекисной торпедой 53-65 (скорость - 68,5 уз. на 12 км или 44 уз. на 22 км). Задача решалась "в лоб" - больше энергии, мощности... Увы, но при разработке были полностью упущены вопросы эксплуатации на флоте, создания комплекса корабль-оружие (например применения других типов ССН и телеуправления для повышения эффективных дистанций залпа). Флот был вынужден отказаться от ее эксплуатации, выбрав кислородную 53-65К.
История торпеды 53-65К весьма необычна - разработана инициативно ОКБ завода им. Кирова без ТТЗ, НИР, ОКР на основе выпускающихся комплектующих серийных торпед. Естественно, эта инициатива с места ведущими организациями флота и МСП была воспринята негативно. Более того, денежные средства для серийного выпуска торпед опытной партии завод был вынужден добывать незаконными способами. Однако фактический провал с торпедой 53-65 сделал этого "гадкого утенка" самой массовой противокорабельной торпедой ВМФ.
Простая, дешевая (стоимость в середине 80-х - 21 тысяча рублей), надежная торпеда 53-65К до настоящего времени стоит на вооружении ВМФ России и ряда других стран. В рамках определенных условий (малая дистанция до цели, ограниченная скорость цели, волнение моря и т. д.) она обладает очень высокой эффективностью. Однако эти "определенные условия" не соответствовали тактическим требованиям морского боя уже в 70-х годах... Главное - торпеда имела явно недостаточные дистанции залпа, следствие применения ССН с вертикальным лоцированием кильватерного следа при отсутствии телеуправления, и высокую шумность.

"ТОЛСТАЯ ТОРПЕДА"

4 марта 1958 года вышло постановление ЦК КПСС и Совмина СССР на разработку перспективной ударной торпеды ВМФ калибра 65 см. По своим характеристикам она, безусловно, была лучшей и представляла большую угрозу для ВМС США, в первую очередь для авианосных групп (АМГ).
К сожалению, ее уникальные возможности ВМФ воспринял слишком поздно. Государственные испытания торпеда прошла в 1965 году, но после этого долго ждала сначала носителя, потом освоения на флоте... В 1973-м торпеде в комплектации с ядерным боеприпасом (ЯБП) был присвоен шифр 65-73. В 1974-м ВМФ получил первый ее носитель - атомную субмарину проекта 671РТ, а в 1976-м на вооружение принимается ее модификация 65-76 с ССН с ВЛКС в неядерном варианте. С 1982 года началась доработка торпеды для применения с АПЛ 3-го поколения (резервом к разработке перспективной торпеды калибра 65 см ДСТ). В 1991 году торпеда 65-76А принимается на вооружение ВМФ, начинается ее серийный выпуск.
После трагедии "Курска" эта торпеда была заклеймена как "убийца". Во многих публикациях говорилось, что просвещенный Запад отказался от таких торпед еще в 50-х. Однако это не так. До середины 70-х годов на вооружении атомных субмарин ВМС США стояла перекисная торпеда Mk-16 ("ушла в отставку" с заменой всего старого боекомплекта ПЛ единой Мк-48). Перекисные торпеды (Tp617, Тр613 и Тр62) и сегодня на вооружении в ВМС Швеции и ряда других стран. При должном подходе к эксплуатации и отработке они доказали свою безопасность.
С закрытием темы УГСТ "Тапир" была начата разработка торпеды УГСТ "Физик" с аксиально-поршневым двигателем на унитарном топливе. Так, в 1986 году мы пошли по американскому пути - повторение Mk-48.
Этому предшествовали разработка в 80-х годах торпед с тепловой энергетической системой управления на унитарном топливе (65-см ударная торпеда ДСТ) и копирование в начале 70-х американской малогабаритной торпеды Mk-46. Формально "наша Mk-46" - торпеда МПТ-1 "Колибри" - была готова в 1973 году, однако "воспроизводство" американской ССН на нашей технологической базе затянулось: разработка (ССН "Керамика") завершилась только в 1982-м. Торпеда была достаточно холодно встречена ВМФ и МСП: во-первых, потому, что по ряду параметров она не соответствовала требованиям ВМФ, во-вторых, "за копирование наград не дают". Кроме того, воспроизводство западной торпеды 60-х годов на нашей технологической базе 80-х не обеспечило достижения ТТХ "исходного варианта". "Колибри" существенно уступала Mk-46... В результате место для нее в системе МПО ВМФ СССР нашлось только в составе неудачного по конструкции минного комплекса МТПК.
Думается, наилучшим вариантом было бы применение этой торпеды в качестве боевой части малогабаритного противолодочного ракетного комплекса (ПЛРК) для надводных кораблей ВМФ - как решение проблемы крайне недостаточного боекомплекта и эффективных дистанций залпа противолодочных торпед кораблей. Однако тема ПЛРК "Медведка" была закрыта (во многом в силу ряда принципиальных ошибок, заложенных еще на уровне ТТЗ).
Безусловной ошибкой, совершенной в СССР еще в 50-е годы, явилась монополизация разработки системы самонаведения (ССН) торпед организациями, не имеющими опыта в области гидроакустической техники. В связи с тем что на начальном этапе производилось копирование немецких образцов, задачу сочли несложной...

ОШИБКИ БЫЛИ СЛИШКОМ ОЧЕВИДНЫ

Между тем именно в середине ХХ века время "примитивных" ССН за рубежом закончилось. Новые требования к морскому подводному оружию заставляли искать свежие идеи. В Советском Союзе стала приветствоваться конкуренция лучших творцов гидроакустической техники, к ее созданию привлекались такие организации, как ЦНИИ "Морфизприбор", Институт радиотехники и электроники и Акустический институт АН СССР... Увы, разработка ССН у нас в стране сконцентрировалась в ЦНИИ "Гидроприбор" с минимальным использованием опыта и наработок сторонних организаций. Грубые промахи были сделаны и при налаживании научного сопровождения со стороны Военно-морского флота (28-й ЦНИИ). Вряд ли допущенные разработчиками в 70-80-х годах ошибки пропустили бы специалисты Научно-исследовательского центра радиоэлектронного вооружения (НИЦ РЭВ) ВМФ, уж слишком очевидны они были...
В 50-60-х принимаются на вооружение пассивные ССН (торпеды СЭТ-53, МГТ-1, САЭТ-60М), являющиеся во многом копиями первой немецкой самонаводящейся торпеды "Цаукенинг" (1943 год). Характерно, что одна из этих ССН (торпеда САЭТ-60М) стояла на вооружении нашего ВМФ до начала 90-х годов - уникальный случай долголетия для достаточно сложной военной электронной системы, свидетельствующий о нашем "благополучии" в вопросах разработки ССН торпед.
В 1961 году принимается на вооружение первая отечественная активно-пассивная ССН для торпеды СЭТ-40, а в 60-х годах активно-пассивные системы самонаведения получают и противолодочные торпеды калибра 53 см (АТ-2, СЭТ-65). В начале 70-х годов на основе разработок 60-х создается унифицированная для всех торпед ССН "Сапфир". Эти системы были вполне работоспособны, обеспечивали в простых условиях надежное наведение на цели, однако имели крайне низкую помехоустойчивость против СГПД и по характеристикам значительно уступали ССН торпед ВМС США.
Для перспективной торпеды 3-го поколения УСТ планка требований была задана ССН торпеды Mk-48mod.1, способной в благоприятных гидрологических условиях обнаруживать подводную лодку на дистанции более 2 км. Задача "догнать и перегнать Америку" была решена созданием к концу 70-х годов мощной низкочастотной ССН "Водопад", разрабатывавшейся для авиационной торпеды УМГТ-1 и установленной (в более мощном варианте) в торпеду УСЭТ-80. Новая система в условиях глубоководных полигонов Черного моря обеспечила заданный в ТТЗ радиус реагирования по неуклоняющимся субмаринам. Однако испытания в реальных условиях оказались разгромными.
Начальник отдела эксплуатации торпедного оружия 28-го ЦНИИ ВМФ Л. Бозин вспоминал: "Командир соединения подводных лодок 3-го поколения адмирал Томко отправлял лодки на боевую службу с тяжелым чувством... Зная, что торпеды не наводятся на цель, при выполнении боевого упражнения он так расположил стреляющую лодку и цель, что промахнуться было невозможно. А торпеда все равно не увидела цель..." И еще: "А что же Военно-морской институт? Реального вклада в разработку систем самонаведения в 70-80-х годах ученые Военно-морского института не внесли. Писали какие-то НИРы, отчеты, заключения. И на том спасибо. А смотрели туда, куда показывали. А показать разработчики могли только то, что имели: результаты работ на Черном море".
Схожая ситуация описана в воспоминаниях сотрудника научно-исследовательского института "Гидроприбор", участвовавшего в разработке: "Шел 1986 год. Северный флот в течение пяти лет стреляет практическими торпедами УСЭТ-80. Однако в режиме ПЛ результаты этих стрельб начали настораживать: может, моряки плохо осваивают эту торпеду или торпеда нестабильно наводится в условиях мелководных северных полигонов.
После неоднократных батисферных испытаний по реальным целям было установлено: ССН торпеды УСЭТ-80 в условиях полигонов Севера не обеспечивает требуемую по техническому заданию дистанцию реагирования.
Честь флота осталась на высоте, а ЦНИИ "Гидроприбор" потребовалось еще два года, чтобы поставить на торпеду УСЭТ-80 ССН, адаптированную в том числе и к условиям Севера".
Или: "...радовали своими успехами... самонаведенцы, завершающие свой цикл натурных испытаний торпеды "Колибри" (изделие 294, калибр 324 мм, 1973 год) с ССН, воспроизведенной на отечественной элементной базе... Эта ССН - "Керамика" - побила все рекорды долголетия. Практически не осталось ни одной торпеды, где бы при модернизации в качестве противолодочной ССН не была установлена эта ССН".
"УСЭТ-80К калибр 534 мм, 1989 года... новая двухплоскостная активно-пассивная акустическая ССН "Керамика".
Таким образом, все 80-е годы с реальной боеспособностью торпеды УСЭТ-80 (ССН) на флоте были большие проблемы (притом что старые ССН наводились нормально), которые удалось решить только в 1989 году путем установки "воспроизведенной на отечественной элементной базе" ССН американской торпеды... разработки 60-х годов (!). Причем историей этой - продолжающимся серийным выпуском данной ССН - разработчик не перестает гордиться и в XXI веке...
Как говорится, комментарии излишни!
Характерно и то, что разрабатывавшиеся НПО "Регион" системы самонаведения для авиационных противолодочных ракет АПР-1, АПР-2 уже в 60-х годах были значительно совершеннее и умнее, чем у основного разработчика. ССН современной торпеды УГСТ также результат трудов НПО "Регион". На основе знаний по АПР в Научно-производственном объединении была разработана антиторпеда комплекса "Пакет", но об этом чуть ниже.

СКОРОСТЬ И ДАЛЬНОСТЬ

На фоне обозначенных проблем безусловным нашим успехом следует считать разработку противолодочных ракет (ПЛР) для атомных подводных лодок.
Существует мнение: так как просвещенный Запад не имеет их на вооружении, то и нам не надо. Однако ПЛР - это скоростное оружие, обеспечивающее поражение подводных лодок противника в кратчайшие сроки и на гораздо больших дистанциях по сравнению с торпедами. Применение противолодочных ракет в ситуации, когда противник выстрелил первым, позволяет перехватить инициативу в бою и победить. Причем большую роль играет скорость доставки боевой части к цели. Заслуга ОКБ "Новатор" заключается именно в реализации этого требования, наиболее ярко проявившегося в ПЛР 86р калибра 65 см. Мнение, что дальность этой противолодочной ракеты (около 100 км) была не нужна, безграмотно. Дальность - эта следствие высокой скорости, обеспечивающей значительное увеличение эффективности на дистанциях, много меньших максимальной в сравнении с ПЛР 83р калибра 53 см.
К сожалению, ПЛР 83р и 86р имели некоторые недостатки - следствие ряда ошибок в ТТЗ на их разработку.
Одной из них стала надводная версия "Водопада" - ПЛР 83рн. Старт с подводной лодки налагает на ракету целый ряд дополнительных требований (а это и вес, и деньги), совершенно излишних для надводных кораблей. Боезапас наших противолодочных кораблей многократно уступал западным, более того, эта тенденция с каждым новым нашим проектом нарастала, примером тому может служить СКР проекта 11540 с абсолютно недостаточным боекомплектом из шести ракетно-торпедных пусковых установок (РТПУ) калибра 53 см.
В чем причины сложившейся ситуации? Во-первых, в оторванности нашей военной науки от флота. Здесь нельзя не вспомнить широко разрекламированную реактивную торпеду "Шквал". Да, 200 узлов в серийном изделии получили, однако целый ряд ограничений делал это оружие фактически бесполезным в бою. Интерес иностранных разведок к данной теме был направлен не на сам "Шквал", а на огромный объем стендовых отработок подводных ракет, проведенных у нас, ибо идеология разрабатывавшихся в США и Германии скоростных торпед была принципиально иной - неядерные, с ССН, высокой скоростью и малой дальностью, для применения авиацией и в качестве боевой части ПЛРК (то есть близко к тому, что у нас было на АПР).
Этот отрыв привел к целому ряду разработок, пригодных только для "бумажных войн". Флот, часто весьма иронично относящийся к очередным новостям науки, просто раздавлен текучкой, начиная от увеличивающегося из года в год объема бумажной работы и заканчивая мероприятиями суточного плана боевой подготовки, непрерывным "предъявлением проверяющим" и "устранением замечаний".
Следующая причина - недостатки подготовки (в первую очередь узкой специализации офицерского состава), организации и системы решения вопросов ВМФ. Офицер-оружейник (противолодочник) имел, как правило, слабые знания по акустике, системам обнаружения субмарин, так как учебные программы были нацелены на преимущественное изучение механической части.
В ряде случаев причины кроются в очень низком качестве математики тактических моделей, разработанных для научного сопровождения конструирования кораблей и МПО.
Еще одной причиной можно считать отсутствие единого органа с полномочиями и ресурсами, ответственного за перспективное развитие ВМФ. Перспективой ВМФ занимаются все и понемногу - Морской научный комитет, Военно-морская академия, 1-й ЦНИИ, 24-й ЦНИИ, центральные управления... В общем и целом - формально - только Главкомат ВМФ, на котором лежит огромный груз текущих дел.
Данная ситуация возникла не сегодня. Бывшим командующим Северным флотом адмиралом А. П. Михайловским (см. его книгу "Командую флотом") она описывается поразительно - то есть никак. О том, что задача освоения кораблей 3-го поколения ему главкомом ВМФ ставилась особо, Аркадий Петрович говорит не единожды, однако ни разу им не упомянуты острейшие проблемы, с которыми пришлось столкнуться флоту при ее выполнении (например УСЭТ-80).

А КАК У НИХ?

Видимо, есть смысл проанализировать опыт других государств, имеющих мощные военно-морские силы, в первую очередь США. Например, тщательно изучить разделение организационной структуры ВМФ на административную и оперативную, однако этот вопрос выходит за рамки данной статьи.
Сохранение на наших надводных кораблях торпедных аппаратов (ТА) калибра 53 см - не что иное, как рудимент Второй мировой войны. Весь мир еще полсотни лет назад перешел на ТА для малогабаритных торпед, имеющих дистанции залпа, аналогичные торпедам калибра 53 см (без телеуправления).
Про современные ТА НК очень хорошо сказал командир одного из американских эсминцев: "Я надеюсь никогда не испытать кошмара обнаружить ПЛ на дистанции их эффективного применения".
Малогабаритные торпеды в ВМС США являются оружием авиации и для кораблей уже давно стали "запасным пистолетом". Главное оружие ПЛО американских кораблей - ПЛРК "Асрок VLA" с зоной поражения от 1,5 до 28 км (с перспективой дальнейшего увеличения).
В арсеналах ВМФ РФ имеется значительное количество мин МТПК, выставить которые, если что, с учетом сокращения корабельного состава мы не сможем физически. В состав этих мин входит торпеда МПТ ("наша Мk-46"). Она, как и ее американская прародительница, обладает большим потенциалом и при соответствующем ремонте благодаря модернизации способна прослужить еще немало лет. "Наигравшись" в 90-х годах дорогой игрушкой - малогабаритной торпедой с "суперТТХ" Mk-50, американцы уже в XXI веке прагматично вернулись к разработке 60-х - Mk-46 с новой ССН, ставшей в модернизированом виде Mk-54.
Для нас аналогичное решение куда более целесообразно. Появление на наших НК калибра 324 мм (с модернизированной торпедой МПТ) объективно прокладывает дорогу антиторпеде комплекса "Пакет" (калибр 324 мм), которая сегодня должна являться главным элементом контура противоторпедной защиты (ПТЗ) корабля.

СЕГОДНЯ И ЗАВТРА

Принятие на вооружение с начала 90-х годов ВМС зарубежных стран новых образцов торпед (особенно их ССН) и систем обнаружения (в том числе на основе активного подсвета и сетецентрических многопозиционных систем) привело к еще большему обострению ситуации с МПО ВМФ России, его носителями (в первую очередь подводными) уже на концептуальном уровне, принципиально ставящем под сомнение субмарины и их оружие в традиционном облике.
Необходимо признать, что характер изменений в подводной войне, произошедших за последние два десятилетия, в полном объеме не осознан не только у нас, но и за границей. Выработка адекватной концепции развития ВВТ реальна лишь после тщательного изучения возможностей новых сетецентрических систем, их испытаний в реальных условиях. Сегодня речь может идти только об определении направления развития морского подводного оружия и первоочередных мерах для разрешения наиболее острых проблем МПО ВМФ.
К принципиальным изменениям подводной войны можно отнести:
значительное увеличение гарантированных дистанций обнаружения ПЛ новыми средствами поиска;
повышение помехозащищенности новых гидролокаторов, крайне затрудняющее подавление их даже новыми средствами РЭБ.
Вывод о том, что такое современная система самонаведения торпеды, можно сделать, например, из доклада конференции UDT-2001 (9 лет назад!)
В течение трех лет специалисты фирмы BAE Systems и Управление оборонных исследований МО Великобритании проводили эти работы применительно к торпеде Spearflsh. Основные направления работ включали:
обработку широкополосного сигнала (в активном и пассивном режимах);
использование более сложной формы огибающей сигнала;
скрытый режим активной локации;
адаптивное формирование диаграммы направленности;
классификацию с помощью нейронных сетей;
совершенствование процесса слежения.
На испытаниях было выявлено, что использование широкой полосы (около октавы) позволяет повысить эффективность выделения полезного сигнала на фоне шума благодаря увеличенному времени обработки. В активном режиме это позволяет использовать процедуру сжатия длительности сигнала, что снижает влияние поверхностной и донной реверберации.
Для обнаружения целей при помощи излучения сигнала малой мощности используется сложная форма огибающей сигнала со случайным заполнением и широкая полоса частот. При этом излучение торпеды не обнаруживается целью.
Необходимо особо отметить, что это не некие перспективные разработки, это уже факт, причем в серийных торпедах, что подтверждается сообщением пресс-службы командования подводных сил ВМС США от 14 декабря 2006 года: "Первая Мк 48 mod.7 поставлена флоту и 7 декабря 2006 года загружена на SSN-752 "Пасадена" в Перл-Харборе".
Возможность эффективного противодействия таким торпедам требует в первую очередь антиторпед. В современных условиях особую роль приобретают противолодочные ракеты, тем более что в этом вопросе мы сегодня превосходим всех. Для тяжелых торпед исключительно важной становится возможность атаковать надводные цели с дистанций более 25-35 км многоторпедными залпами с телеуправлением.
Может быть, с учетом обозначенных проблем есть смысл купить торпеды за границей, как когда-то в XIX веке или в 30-х годах XX? Но как когда-то, увы, уже не получится, так как главными в торпеде сегодня являются ее ССН, система управления, алгоритмы. И вопросы эти ведущими разработчиками закрываются жестко, вплоть до разработки специальных схем гарантированного уничтожения программного обеспечения торпеды, чтобы противник не смог восстановить его даже по обломкам.
МО Великобритании изучает вопрос о возможном приобретении у ВМС США тяжелой торпеды Мк 48 ADCAP в качестве готовой альтернативы модернизации находящейся на вооружении ПЛ управляемой по проводам тяжелой торпеды Spearfish. Это решение приобрело большое значение после того, как Управление оборонной промышленной политики МО заявило в декабре 2005 года, что в будущем Великобритания будет готова закупить торпеды за границей при условии, что она сохранит контроль над их тактическим программным обеспечением и устройством ССН (Janes Navy International, 2006, p. 111, № 5, p. 5).
Получается, нет уверенности, что даже ближайший союзник США - Великобритания получила полный доступ к "софту"...
За рубежом можно и нужно закупать ряд комплектующих для нашего МПО, но система самонаведения и система управления должны быть отечественными. Эта работа также имеет и большую экспортную перспективу. Необходимый для разработки современных ССН научный потенциал у нас есть.
Сегодня МПО является одним из основных ударных и оборонительных средств морских сил общего назначения (МСОН) и играет исключительно важную роль в обеспечении боевой устойчивости морских стратегических ядерных сил (МСЯС). А в условиях значительного превосходства возможных противников на театре военных действий и господства в воздухе современная минная война (с применением дальноходных самотранспортирующихся и сверхширокополосных мин) может являться мощным фактором сдерживания, однако последнее заслуживает отдельного разговора.
Повторюсь: несмотря на острые проблемы с разработкой и производством современного МПО, сегодня имеется достаточный научный и производственный потенциал для разработки и производства подводного оружия, отвечающего самым современным требованиям.
Для этого необходимо:
1. Внедрение в НИОКР - этапов, модульности. Результат даже на промежуточном этапе разработки должен быть пригоден к практическому применению.
2. Анализ всех производственных возможностей нашего машиностроения для достижения максимальных ТТХ и минимальной себестоимости МПО.
3. Широкое применение гражданских технологий.
4. Крайне важны вопросы военно-технического сотрудничества в части как экспорта, так и импорта в интересах развития МПО ВМФ. Грамотная постановка вопросов ВТС работает на обеспечение вопросов ЗГТ.
5. Участие в утилизации МПО разработчиков - использовать задел ранее изготовленного подводного оружия для выпуска перспективных образцов, как это делается в тех же США.
6. Корректура нормативных документов по разработке ВиВТ с учетом новых подходов и требований времени для сокращения сроков и стоимости НИОКР.
7. Отказ от ТА калибра 53 см на надводных кораблях, переход на калибр 324 мм с модернизированной торпедой МПТ и антиторпедой "Пакет".
8. Категорически необходимо массовое оснащение ПЛ антиторпедой комплекса "Пакет". Вариант для ПЛ пр. 877 представить на экспорт.
9. Доработка торпедного аппарата ПЛ под шланговое ТУ, модернизация тяжелых торпед под шланговую катушку, освоение шлангового ТУ на флоте.
10. С учетом ограничений в ресурсах и обеспечения боекомплекта ПЛ ВМФ целесообразно иметь на вооружении два типа тяжелых торпед: современный образец - УГСТ и модернизированную (с заменой батареи, ССН и установкой шлангового телеуправления) торпеду УСЭТ-80.
11. В современных условиях ПЛР становится главным оружием ПЛО как для надводных кораблей, так и для подводных лодок.
12. Начать разработки особо малогабаритного МПО (калибр менее 324 мм). Развитие ССН позволяет обеспечить высокую эффективность даже малогабаритной боевой части малой торпеды, помогает значительно снизить ее стоимость.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение гришу » 27 окт 2012, 21:59

Andreas
Какие торпеды нужны подлодке "Ясень"?


- Жора, таки вы куда?
- Да нет, я домой!
я хорошо схожусь с людьми особенно в штыковую
Аватара пользователя
гришу
 
Сообщения: 8153
Зарегистрирован: 14 июл 2011, 01:44

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 07 ноя 2012, 19:26

Опытная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)



Противоторпедная торпеда, оснащена твердотопливным реактивном двигателем. Часть продуктов сгорания выбрасывается через носовой наконечник для создания газовой оболочки вокруг корпуса. Управление направлением движения осуществляется с помощью отколнения наконечника. Торпеда оснащена гидроакустической системой самонаведения. Гидролокатор размещен на переднем торце наконечника. Дальность обнаружения торпеды калибра 533 мм составляет 200 метров.
Калибр торпеды "Барракуда" 160 мм, длина 2,3 м, масса 110 кг, масса ВВ 10 кг, дальность 1 км. Скорость 250 узлов, диаметр циркуляции 120 м, время разворота на 360 градусов 3,6 секунды.
Испытания торпеды проводились на подводном полигоне в Meldorf, являющийся частью Bundeswehr Technical Center 71, и полигоне Bundeswehr Technical Center 52 в Oberjettenberg. Разработка торпеды завершена в 2005 году.
Последний раз редактировалось Andreas 07 ноя 2012, 20:04, всего редактировалось 3 раз(а).
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Перспективная реактивная торпеда "Барракуда" (ФРГ)

Сообщение Andreas » 07 ноя 2012, 19:28

Американская торпеда Мk.50 "Барракуда"



Противолодочная торпеда Мk.50 "Барракуда" принята на вооружение ВМС СШA в 1993 г. Паротурбинная ЭСУ замкнутого цикла SCEPS разработанная фирмой “Гаррет”, использует тепло экзотермической реакции расплавленного лития и гексафторида серы. Она состоит из тороидального теплообменника c литиевой батареей и форсунками окислителя, рабочей турбины, конденсатора, питающего насоса, резервуара с окислителем, блока управления, понижающего редуктора и водометного двигателя с двумя винтами противоположного вращения. Установка обладает высокой мощностью (300 л.с.) при низком уровне собственных шумов и обеспечивает высокую скорость и дальность независимо от глубины хода. Боевая часть mod.1 торпеды - кумулятивная. Ведется разработка тандемной БЧ mod. 2, поступление на вооружение ожидалось в 1996 г. Система наведения активно-пассивная ССН торпеды Мk.50 с цифровой обработкой данных бортовой ЭВМ на базе микропроцессоров АN/АYК-14 обеопечивает высокую пoмexoзaщищeннocть и обнаружение цели в сложных гидрологических условиях (в районах с малыми глубинами и резким перепадом температур по глубине, подо льдами). В бортовой ЭВМ зарезервированы возможности усложнени программы поиска и атаки цели.
Основные ТТХ Mk.50

Длина: 112 дюймов (2846 мм)
Диаметр (калибр): 12.75 дюймов (324 мм)
Вес: 350 кг
Вес ВВ: 45 кг
ЭСУ: тепловая, водометный движитель
Скорость: 55-60 узлов
Дальность хода: до 20 км
Глубина хода: до 1.200 м
Система наведения: активно-пассивна акустическая
Радиус реагирования АСН: до 2.700 м
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Пред.След.

Вернуться в Военно-морской флот

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1