Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Форум о военно-морском флоте

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение ПиЛя » 15 фев 2017, 22:23

Да, Ольга Тонина довольно известная личность на просторах Интернета.

Про её исследования гибели "Бисмарка" она получила достойный ответ.

Но вот разбор событий, связанных с гибелью "Марата", на меня произвёл впечатление.

С Уважением, Алексей.
ПиЛя
 
Сообщения: 190
Зарегистрирован: 22 авг 2014, 00:30
Откуда: Москва

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение EvMitkov » 15 фев 2017, 22:38

Рудель вообще скромностью не отличался, Алеш. :mrgreen:

Я, когда прочитал и переитал его мемуары (особенно в моментах работы против Балтфлота и бронетехники) - долго в себя придти не мог от изумления. :mrgreen:
Отто Кариус по сравнению с Руделем - жалкий педант и хроникёр. :mrgreen:

Да вот сами почитайте на досуге:
Г.Рудель "Пилот Штуки".
http://militera.lib.ru/memo/german/rudel/index.html

Особенно в плане его атаки на "Марат" (и о действиях против флота вообще - это глава 4)

4. Битва за крепость Ленинград

Эпицентр борьбы все больше смещается на север. 30 сентября 1941 нас посылают в Тырково, к югу от Луги, на северный сектор Восточного фронта. Мы летаем каждый день над районом Ленинграда, где армия начала наступление с запада и с юга. Географическое положение этого города, расположенного между Финским заливом и Ладожским озером, дает защитникам большие преимущества, поскольку возможных направлений для атаки очень немного. Некоторое время наступление идет медленно. Возникает впечатление, что мы просто топчемся на месте.

16 сентября лейтенант Стин вызывает нас на совещание. Он объясняет военную ситуацию и рассказывает нам, что одной из трудностей, сдерживающей дальнейшее наступление наших армий является присутствие русского флота, который курсирует вдоль побережья на определенном расстоянии от берега и вмешивается в ход сражений с помощью мощных морских орудий. Русский флот базируется в Кронштадте, на острове с тем же названием в Финском заливе. Это самая крупная военно-морская база СССР. Приблизительно в 20 км к востоку от Кронштадта находится Ленинград, к югу — порты Ораниенбаум и Петергоф. Вокруг этих двух городов, на полосе побережья длиной в 10 км скопились очень крупные силы противника. Нам приказано очень точно отметить позиции наших войск на картах, чтобы убедится в том, что мы способны узнать наш собственный передний край. Когда Стин придает другой поворот беседе, мы начинаем понимать, что именно эти концентрации войск будут нашими целями. Он возвращается к русскому флоту и объясняет, что наибольшую озабоченность вызывают два русских линейных корабля, "Марат" и Октябрьская революция". Оба этих судна имеют водоизмещение по 23000 тонн. В дополнение к ним, есть также четыре или пять крейсеров, а также ряд эсминцев. Корабли постоянно меняют свои позиции в соответствии с тем, какие сектора на материке требуют поддержки их опустошающим и точным огнем.

Тем не менее, линкоры, как правило, ходят взад-вперед только в глубоководном канале между Кронштадтом и Ленинградом. Наша эскадрилья только что получила приказы атаковать русский флот в Финском заливе. Для этой операции нельзя использовать обычные бомбардировщики и обычные авиабомбы, особенно в условиях сильного зенитного огня. Стин говорит нам, что ожидается прибытие тонных бомб, оснащенных специальными детонаторами. Бомбы с обычными детонаторами взорвутся без всякого эффекта на бронированной верхней палубе, и хотя взрыв, несомненно, повредит надстройки, судно останется на плаву. Мы не можем ожидать, что прикончим двух этих левиафанов, если только не используем бомбы замедленного действия, которые пробьют палубу без детонации и взорвутся глубоко внизу в корпусе судна.

Несколько дней спустя в ненастную погоду мы внезапно получаем приказ атаковать линкор "Марат", ведущий огонь по нашим позициям, он только что был обнаружен самолетом-разведчиком. Погода испортилась вплоть до самого Красногвардейска в 30 км к югу от Ленинграда. Плотность облачного покрова над Финским заливом составляет семь десятых. Нижняя кромка находится на высоте 800 метров. Это будет означать полет через двухкилометровый слой облаков. Весь полк поднимается в воздух и берет курс на север. Сегодня у нас насчитывается 30 самолетов, согласно штатному расписанию мы должны иметь 80 машин, но цифры не всегда являются решающим фактором. К сожалению, тонные бомбы еще не прибыли. Поскольку наши одномоторные "Штуки" не могут летать вслепую, ведущий должен полагаться на помощь всего двух приборов: индикатора крена и датчика вертикальной скорости. Остальные держат строй, прижимаясь друг к другу так чтобы можно было видеть крыло соседа. Если лететь в густых, темных облаках, никогда нельзя держать интервал между концами крыльев больше чем 3-4 метра. Если он больше, то мы рискуем потерять соседа навсегда и протаранить идущий следом самолет. Эта мысль всегда вызывает ужас! При такой погоде безопасность всего полка в высочайшей степени зависит от того, как ведущий летит про приборам.

Спустившись на высоту 2 км мы оказываемся в густом облачном покрове, отдельные машины немного вышли из строя. Вот они снова подошли ближе. Земли по-прежнему не видно. Если судить по часам, то мы очень скоро будем над Финским заливом. Облачный покров становится немного тоньше. Ниже нас сверкает синева — это вода. Должно быть, мы приближаемся к нашей цели, но где же она точно находится? Невозможно сказать, потому что разрывы в облаках едва заметны. Облачный покров никак не может быть 7/10, только изредка этот густой суп растворяется и открывает отдельные просветы. Неожиданно через один из таких просветов я что-то вижу и тут же связываюсь со Стином по рации.

"Кениг 2 — Кенигу 1 ... отвечайте".

Он немедленно откликается:

"Кениг 1 — Кенигу 2, прием".

"Я вижу большое судно прямо под нами... кажется, «Марат»".

Мы продолжаем переговариваться, Стин снижается и устремляется в разрыв между облаками. Не договорив до конца, я также начинаю пикирование. За мной следует Клаус в другом штабном самолете. Сейчас я могу видеть судно. Конечно же, это «Марат». Усилием воли я подавляю волнение. Для того чтобы оценить ситуацию и принять решение у меня есть только несколько секунд. Именно мы должны нанести удар, поскольку крайне маловероятно, что все самолеты пройдут через окно. И разрыв в облаках и судно движутся. До тех пор пока мы находимся в облаках, зенитки могут наводиться только по слуху. Они не смогут точно прицелиться в нас. Что ж, очень хорошо: пикируем, сбрасываем бомбы и снова прячемся в облаках! Бомбы Стина уже в пути... промах. Я нажимаю на спуск бомбосбрасывателя... Мои бомбы взрываются на палубе. Как жаль что они всего лишь весом 500 кг! В тот же момент я вижу, как начинается огонь из зениток. Я не могу себе позволить наблюдать за этим долго, зенитки лают яростно. Вон там другие самолеты пикируют через разрыв в облаках. Советские зенитчики понимают, откуда появляются эти "проклятые пикировщики" и концентрируют огонь в этой точке. Мы используем облачный покров и поднявшись выше, скрываемся в нем. Тем не менее, позднее мы уже не можем покинуть этот район без всяких для себя последствий.

Как только мы прилетаем домой начинается игра в угадайку: какой ущерб был нанесен судну этим прямым попаданием? Военно-морские специалисты утверждают, что с бомбой такого калибра полного успеха достигнуть невозможно. С другой стороны, немногие оптимисты полагают, что это вполне реально. Как будто бы для того, чтобы подтвердить их мнение, в ходе нескольких последующих дней наши разведывательные самолеты, несмотря на самые тщательные поиски, не могут обнаружить "Марат".

В последующей операции после попадания моей бомбы крейсер тонет в считанные минуты.

После первой вылазки наша удача с погодой заканчивается. Вечное ярко-голубое небо и убийственный заградительный огонь. Ни на каком другом театре военных действий я не видел ничего похожего. По оценкам нашей разведки сотни зенитных пушек сконцентрированы на территории в 10 кв. км в районе цели. Разрывы снарядом образуют целые облака. Мы слышим не отдельные разрывы, а беспрестанно бушующий звук как гром аплодисментов в судный день. Зоны плотного огня начинаются как только мы пересекаем прибрежную полосу, которая все еще находится в руках у русских. Затем идут Ораниенбаум и Петергоф, их гавани сильно защищены. На открытой воде полно понтонов, барж, лодок и мелких судов, все они напичканы зенитными средствами. Для размещения своих зениток русские используют все пригодные для этого места. Например, для защиты от наших подводных лодок устье ленинградской гавани закрыто гигантскими стальными сетями, концы которых закреплены на бетонных блоках, возвышающихся над поверхностью воды. Зенитные пушки стреляют в нас даже с этих блоков.

Еще через десять километров мы видим остров Кронштадт с его огромной военно-морской гаванью и город с тем же названием. И гавань, и город хорошо укреплены и, помимо этого, на якорях в гавани и рядом с ней стоит весь русский Балтийский флот. И он также ведет по нам огонь. Мы летим на высоте между 3-4 км, это очень низко, но кроме всего прочего мы ведь хотим во что-то попасть? Пикируя на суда, мы используем воздушные тормоза, для того чтобы замедлить скорость. Это дает нам больше времени, чтобы обнаружить цель и скорректировать прицеливание. Чем тщательнее мы целимся, тем лучше результаты атаки, а все зависит от них. Но, уменьшая скорость пикирования, мы упрощаем задачу зениткам, особенно когда мы не можем подниматься достаточно быстро после атаки. Но, в отличие от других самолетов, идущих сзади, мы обычно не пытаемся набрать высоту после пикирования. Мы используем другую тактику и выходим их пикирования на низкой высоте у самой воды. Затем нам приходится совершать обширные маневры уклонения над занятой противником прибрежной полосой. Только после того, как мы оставили ее за собой, можно снова вздохнуть свободно.

Мы возвращаемся на наш аэродром в Тырково в состоянии транса и заполняем наши легкие воздухом, как будто выиграли право дышать. Эти дни очень напряженные. Во время наших прогулок Стин и я в основном молчим, каждый из нас пытается догадаться, о чем думает другой. Наша задача — уничтожить русский флот, так что мы не расположены обсуждать трудности. Споры были бы пустой тратой сил. Таковы наши приказы и мы повинуемся. В течение часа мы возвращаемся в палатку внутренне расслабленные и готовые утром вновь идти в этот ад.

Во время одной из этих прогулок со Стином я нарушаю обычное молчание и спрашиваю его с некоторым колебанием: "Как ты умудряешься быть таким хладнокровным и собранным?"

Он останавливается на мгновение, смотри на меня искоса и говорит: "Дорогой мой, не воображай себе, даже на секунду, что я всегда был таким. Я обязан этим безразличием тяжелым годам горького опыта. Знаешь, плохо, если находясь на службе ты не видишься со своими начальниками... и если они не оставляют разногласия для офицерских столовых и не могут забыть их, находясь на службе, это может стать сущим адом. Но самая закаленная сталь получается только на самом горячем огне. И если ты проходишь свой путь сам, не обязательно теряя при этом связь с друзьями, ты становишься сильнее". Длинная пауза. Я знаю теперь, почему он так хорошо меня понимает. Хотя я уверен, что мои замечания не будут очень "уставными", я говорю ему: "Когда я был кадетом, то пообещал себе, что если мне когда-нибудь доверят командовать, я никогда не буду поступать так как некоторые из моих начальников". Стин, помолчав немного, добавляет: "Есть и другие вещи, которые делают мужчиной. Мало кто из наших товарищей понимает это и способен понять мои серьезные взгляды на жизнь. Однажды я был помолвлен с девушкой, которую любил. Она умерла в тот день, когда мы должны были пожениться. Когда такое происходит с тобой, забыть это непросто".

Я молча возвращаюсь в палатку. Я потом долго думаю о Стине. Сейчас я понимаю его лучше, чем прежде. Я понимаю, как много значит на фронте такое взаимопонимание между людьми и тихие разговоры, придающие силы. Разговоры — не для солдата. Он выражает себя совсем иначе, чем гражданский. И поскольку война лишает человека претенциозности, вещи, которые говорит солдат, даже если он принимает форму клятвы или примитивной сентиментальности, всецело искренние и подлинные и поэтому лучше всей этой риторики штатских.

21 сентября на наш аэродром прибывают тонные бомбы. На следующее утро разведка сообщает, что Марат стоит у причала Кронштадтской гавани. Очевидно, они устраняют повреждения, полученные во время нашей атаки 16-го числа. Вот оно! Пришел день, когда я докажу свою способность летать! От разведчиков я получаю всю необходимую информацию о ветре и всем прочем от разведчиков. Затем я становлюсь глухим ко всему, что меня окружает. Если я долечу до цели, я не промахнусь! Я должен попасть! Мы взлетаем, поглощенные мыслями об атаке, под нами — тонные бомбы, которые должны сделать сегодня всю работу.

Ярко-синее небо, ни облачка. То же самое — над морем. Над узкой прибрежной полосой нас атакуют русские истребители, но они не могут помешать нам дойти до цели. Мы летим на высоте 3 км, огонь зениток смертоносен. С такой интенсивностью стрельбы можно ожидать попадания в любой момент. Дорль, Стин и я держимся на курсе. Мы говорим себе, что иван не стреляет по отдельным самолетам, он просто насыщает разрывами небо на определенной высоте. Другие пилоты полагают, что, меняя высоту и курс, они затрудняют работу зенитчиков. Один самолет даже сбросил бомбу за несколько минут до подхода к цели. Но наши два штабных самолета с синими носами идут прямо сквозь строй. Дикая неразбериха в воздухе над Кронштадтом, опасность столкновения велика. Мы все еще в нескольких милях от нашей цели, впереди я уже вижу "Марат", стоящий у причала в гавани. Орудия стреляют, рвутся снаряды, разрывы образуют маленькие кудрявые облачка, которые резвятся вокруг нас. Если бы все это не было так убийственно серьезно, можно было бы даже подумать что это воздушный карнавал. Я смотрю вниз, на "Марат". За ним стоит крейсер "Киров". Или это «Максим Горький»? Эти корабли еще не участвовали в обстрелах. То же самое было и в прошлый раз. Они не открывают по нам огонь до тех пор, пока мы не начинаем пикировать. Никогда наш полет сквозь заградительный огонь не казался таким медленным и неприятным. Будет ли Стин пользоваться сегодня воздушными тормозами или, столкнувшись с таки огнем, не будет их выпускать? Вот он входит в пике. Тормоза в выпущенном положении. Я следую за ним, бросая последний взгляд в его кабину. Его мрачное лицо сосредоточено. Мы идем вниз вместе. Угол пикирования должен быть около 70-80 градусов, я уже поймал "Марат" в прицел. Мы мчимся прямо к нему, постепенно он вырастает до гигантских размеров. Все его зенитные орудия направлены прямо на нас. Сейчас ничего не имеет значения, только наша цель, наше задание. Если мы достигнем цели, это спасет наших братьев по оружию на земле от этой бойни. Но что случилось? Самолет Стина вдруг оставляет меня далеко позади. Он пикирует гораздо быстрее. Может быть, он убрал воздушные тормоза, чтобы увеличить скорость? Я делаю то же самое. Я мчусь вдогонку за его самолетом. Я прямо у него на хвосте, двигаюсь гораздо быстрее и не могу погасить скорость. Прямо впереди я вижу искаженное ужасом лицо Лемана, бортового стрелка у Стина. Каждую секунду он ожидает, что я срежу хвост их самолета своим пропеллером и протараню их. Я увеличиваю угол пикирования. Теперь он наверняка почти 90 градусов. Я чудом проскакиваю мимо самолета Стина буквально на волосок. Предвещает ли это успех? Корабль точно в центре прицела. Мой Ю-87 держится на курсе стабильно, он не шелохнется ни на сантиметр. У меня возникает чувство, что промахнуться невозможно. Затем прямо перед собой я вижу "Марат", больший, чем жизнь. Матросы бегут по палубе, тащат боеприпасы. Я нажимаю на переключатель бомбосбрасывателя и тяну ручку на себя со всей силы. Смогу ли я еще выйти из пикирования? Я сомневаюсь в этом, потому что я пикирую без тормозов и высота, на которой я сбросил бомбу, не превышала 300 метров. Во время инструктажа командир сказал, что тонная бомба должна быть сброшена с высоты одного километра, поскольку именно на такую высоту полетят осколки и сброс бомбы на меньшей высоте означил бы возможную потерю самолета. Но сейчас я напрочь забыл это — я собираюсь поразить "Марат". Я тяну ручку на себя со всей силы. Ускорение слишком велико. Я ничего не вижу, перед глазами все чернеет, ощущение, которое я не никогда не испытывал прежде. Я должен выйти из пикирования, если вообще это можно сделать. Зрение еще не вернулось ко мне полностью, когда я слышу возглас Шарновски: "Взрыв!".

Я осматриваюсь. Мы летим над водой над водой на высоте всего 3-4 метров, с небольшим креном. Позади нас лежит Марат, облако дыма над ним поднимается на высоту полкилометра, очевидно, взорвались орудийные погреба.

"Мои поздравления, господин лейтенант!".

Шарновски — первый. Тут же в эфире начинается галдеж — поздравления сыпятся с других самолетов. Со всех сторон я слышу "Вот так зрелище!" Постой-ка! Неужели я узнаю голос командира полка? Я испытываю чувство возбуждения, как после успешного легкоатлетического соревнования. Затем я представляю, как будто всматриваюсь в глаза тысяч благодарных пехотинцев. Идем назад на низкой высоте по направлению к побережью.

"Два русских истребителя", рапортует Шарновски.

"Где они?"

"Преследуют нас. Они летят над своим флотом прямо в разрывах зенитных снарядов. Сейчас их свои же и собьют".

Это многословие и, помимо прочего, волнение в голосе Шарновски — нечто новое для меня. Этого никогда с ним раньше не случалось. Мы летим вровень с бетонными блоками, на которых установлены зенитные орудия. Мы можем снести артиллерийскую прислугу в море своими крыльями. Они продолжают стрелять в наших товарищей, атакующих другие корабли. На мгновение все заволакивает колонна дыма от сраженного "Марата". Грохот там, у поверхности воды должно быть ужасный, потому что зенитчики замечают мой самолет только когда он ревет прямо над их головами. Затем они разворачивают свои орудия и стреляют мне вдогонку, не обращая внимания на основный строй, летящий выше. Удача меня не покинула. Тут все полно зенитками, воздух насыщен шрапнелью. Сейчас пересекаю прибрежную полосу. Эта узкая полоса — опасное место. Я не набираю высоту, потому что не смогу сделать это достаточно быстро. Поэтому я остаюсь внизу и пролетаю над самыми головами русских. Они в панике бросаются на землю. Затем Шарновски вдруг кричит: "Рата" заходит сзади!"

Я оглядываюсь и вижу русский истребитель в 100 метрах за нами.

"Шарновски, стреляй!" Шарновски не издает ни звука. Иван проносится мимо на расстоянии всего несколько сантиметров. Я пытаюсь маневрировать. "Ты что, Шарновски, с ума сошел? Огонь! Я тебя под арест посажу!", кричу я на него. Шарновски не стреляет. Потом говорит медленно: "Я не стреляю, господин лейтенант, потому что вижу, как сзади приближается "Мессершмитт" и если я открою огонь по "Рате", то могу в него случайно попасть". Это закрывает тему, как ее понимает Шарновски, но меня пробивает пот. Трассеры проходят справа и слева. Я раскачиваю машину из стороны в сторону как сумасшедший.

"Можете обернуться. "Ме" сбил эту "Рату." Я накреняю самолет и смотрю назад. Мимо нас проходит "Мессершмитт".

"Шарновски, будет большим удовольствием подтвердить сбитого для нашего пилота". Он не отвечает. Скорее всего, обиделся на то, что я не доверился раньше его суждениям. Я знаю его, он будет сидеть там и дуться, пока мы не приземлимся. Сколько вылетов мы совершили вместе когда он не размыкал губ все время пока мы находились в воздухе.

После приземления все экипажи выстроены перед штабной палаткой. Стин говорит нам, что командир полка уже звонил и поздравил третью эскадрилью с успехом. Он лично видел впечатляющий взрыв. Стину приказано доложить имя офицера, который нанес решающий удар для того чтобы рекомендовать его к Рыцарскому Кресту Железного креста.

Посмотрев на меня, он говорит: "Прости мне, я сказал коммодору, что настолько горд всей эскадрильей, что предпочел бы наградить за этот успех всех подряд".

В палатке он пожимает мне руку. "Больше в депешах об этом линкоре не прочитаешь", говорит он с мальчишеским смехом.

Звонит командир полка. "Сегодня для третьей день тонущих кораблей. Вылетайте немедленно для еще одной атаки на "Киров", стоящий на якоре позади обломков "Марата". Успешной охоты!" Фотографии, снятые самым последним самолетом показывают, что Марат разломился надвое. Это видно на фотографии, которая сделана после того, как огромное облако дыма стало рассеиваться. Снова звонит телефон: "Стин, не разглядели, куда упала моя бомба? Я не видел, и Пекрун тоже".

"Она упала в море, господин полковник, за несколько минут до атаки".

Мы, молодежь, сидящая в палатке, с трудом сохраняем невозмутимые лица. Короткий треск в трубке и это все. Мы не виним нашего полковника, который по возрасту годится нам в отцы, вероятно, он занервничал и преждевременно нажал переключатель бомбосбрасывателя. Он заслуживает всяческих похвал за то, что сам летает с нами в такие трудные миссии. Между пятидесятилетними и двадцатипятилетними пилотами — большая разница. Это особенно верно для тех, кто летает на пикирующих бомбардировщиках.

Мы снова готовимся к атаке на «Киров». Стин попал в небольшую аварию, когда рулил по земле после первого вылета: одно колесо въехало в воронку, его самолет повредил пропеллер. 7-я эскадрилья обеспечивает нас заменой, но Стин снова наталкивается на препятствие и этот самолет также выходит из строя. Замены нет, все самолеты участвуют в вылете. Никто из штаба не летает кроме меня самого. Стин вылезает из самолета и карабкается ко мне на крыло.

"Я знаю, ты будешь зол на меня, что я взял твой самолет, но поскольку я командир, то должен лететь с эскадрильей. На этот вылет я возьму с собой твоего Шарновски".

Раздосадованный и сердитый я иду к мастерским и какое-то время занимаюсь работой в качестве офицера-инженера. Через полтора часа эскадрилья возвращается. «Единица», штабной самолет с синим носом, мой самолет, отсутствует. Я предполагаю, что командир сделал вынужденную посадку на нашей стороне фронта.

Как только все мои коллеги приземлились, я спрашиваю, что случилось с командиром. Никто не дает мне прямого ответа, пока один из них не говорит: "Стин спикировал на "Киров" и получил прямое попадание на высоте два с половиной — три километра. Зенитный снаряд повредил хвост и самолет потерял управление. Я видел, как он пытается направить свой самолет прямо на крейсер, работая элеронами, но промахнулся и упал в море. Взрыв его тонной бомбы нанес "Кирову" серьезные повреждения.

Потеря нашего командира и моего верного капрала Шарновски, тяжелый удар по всему эскадрону, становится трагическим пиком сегодняшнего в других отношениях успешного дня. Этот отличный парень Шарновски погиб! Стин погиб! Оба были в своем роде образцовыми солдатами и никто не сможет их заменить. Им повезло, и они погибли в тот момент, когда были еще убеждены, что после всех этих страданий Германия и вся Европа обретут свободу.

Старший капитан из штаба временно принимает на себя командование эскадрильей. Я выбираю в качестве своего бортового стрелка рядового первого класса Хеншеля. Он был послан к нам из резерва в Граце, где летал со мной на тренировках. Время от времени я беру с собой и других, сначала нашего финансиста, потом офицера разведки. Но никто из них особенно не позаботился бы о моей жизни. Затем я стал брать с собой Хеншеля постоянно, и он был переведен к нам в штаб. Он всегда впадает я ярость, если я не беру его с собой, и кто-то другой летит вместо него. Он ревнует меня как маленькая девочка.

Мы совершаем боевые вылеты над Финским заливом до конца сентября и нам удается потопить еще один крейсер. Нам не везет со вторым линкором, "Октябрьской революцией". Он поврежден бомбами меньшего калибра, но не очень серьезно. Когда нам удается во время одного из налетов добиться попадания тонной бомбой, она не взрывается. Несмотря на самое серьезное расследование, нам не удается определить, что с ней случилось. Так что Советам удается сохранить один линкор.

В ленинградском секторе устанавливается затишье, а мы нужны на ключевом направлении. Участь пехоты мы облегчили, русские позиции вдоль побережья рассечены надвое и блокада города установлена. Но Ленинград не пал, поскольку защитники удержали Ладожское озеро и тем самым сохранили магистраль, по которой шло снабжение крепости.
http://militera.lib.ru/memo/german/rudel/04.html
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17468
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение ПиЛя » 16 фев 2017, 01:18

Сказочник......
Ольга Тонина разнесла этот опус в пух и прах.

Начиная с бомбы в 1000 кг и заканчивая курсом атаки и углом пикирования.

С Уважением, Алексей.
ПиЛя
 
Сообщения: 190
Зарегистрирован: 22 авг 2014, 00:30
Откуда: Москва

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение EvMitkov » 17 фев 2017, 18:51

С атакой немецкой авиации на "Марат" действительно, дружище, не все однозначно. Описание Руделя, когда-то легшее в основу "канонической версии" я приводил. Но и анализ Тониной имеет моменты, мягко говоря - спорные.

Однако все ж таки на текущий момент почему-то тянет вернуться к кораблям-легендам, к тем же "Бисмарку" и "Тирпицу", о которых говорено выше. Как-то так башка устроена у меня, раз уж что-то втемяшилось, будет зудеть, пока незакончено. Не даром в СпН есть призказка: "Нет ничего хуже незаконченных дел. Они раздражают"

И потому вернусь к "Бисмарку".



Тип ЛК "Бисмарк" (Bismarck) первоначально создавался как наследник и дальнейшее развитие идеи рейдеров «карманных линкоров» и в основном предназначался для ведения рейдерских операций против торгов\ого мореплавания противника.
Так, объём топливного резерва Bismarck скорее характерен для тихоокеанских линкоров, а показанная на испытаниях в Балтийском море скорость в 30,1 узлов была одним из лучших в мире значений для таких кораблей.

После спуска на воду второго французского линкора типа "Дюнкерк" (Dunkerque) проект был изменён в сторону дальнейшего увеличения размеров. Bismarck был первым после ПМВ полноценным линкором германского флота: вооружение, включавшее восемь 380-мм пушек SKC-34 в четырёх башнях, позволяло ему на равных противостоять любому линейному кораблю-сверстнику.

"Бисмарк" был заложен на верфи фирмы "Блом и Фосс"(Blohm & Voss) в Гамбурге 1 июля 1936 года.


Закладка киля Bismarck на верфи Blohm & Voss, Гамбург. 1 июля 1936 года.


Bismarck в процессе постройки на стапеле №9 верфи Blohm & Voss, Гамбург. Октябрь 1937 года.


Bismarck в процессе постройки на стапеле №9 верфи Blohm & Voss, Гамбург. Конец 1937 года.


Bismarck в процессе постройки на стапеле №9 верфи Blohm & Voss, Гамбург. 26 января 1938 года.


Bismarck в процессе постройки на стапеле №9 верфи Blohm & Voss, Гамбург. 1 апреля 1938 года.


Bismarck в процессе постройки на стапеле №9 верфи Blohm & Voss, Гамбург. Середина 1938 года.


Bismarck за 5 месяцев до спуска на воду. 10 сентября 1938 года.

Корабль сошёл со стапелей 14 февраля 1939 года, в день святого Валентина. :mrgreen:
При спуске на воду присутствовали канцлер Адольф Гитлер и внучка князя Бисмарка Доротея фон Левенфельд, по традиции окрестившая корабль бутылкой шампанского.




Спуск Bismarck на воду, верфь Blohm & Voss, Гамбург. 14 февраля 1939 года.


Подготовка к буксировке Bismarck к достроечной стенке, верфь Blohm & Voss, Гамбург. 14 февраля 1939 года.


Установка броневого пояса. Лето 1939 года.


Bismarck у достроечной стенки. Май-июнь 1940 года.


Установка гребных винтов Bismarck в сухом доке №V-VI. Июль 1940 года.


Bismarck в сухом доке №V-VI. Июль 1940 года.

24 августа 1940 года линкор был сдан под командование капитану первого ранга Эрнсту Линдеману.


Эрнст Линдеман


Эрнст Линдеман на палубе корабля произносит речь. День принятия линкора в состав флота. 24 августа 1940 года.


Перед первым подъемом корабельного флага. 14февраля 1940 года

Установка оборудования и испытания продолжались до весны 1941 года.


Башни главного калибра «Anton» и «Bruno» после установки. Лето 1940 года


У достроечного пирса в Гамбурге. Лето 1940 года.


Bismarck покидает верфь Blohm & Voss. 15 сентября 1940 года.


Bismarck покидает Гамбург. 15 сентября 1940 года.


На переходе в Брунсбюттель. 15 сентября 1940 года.


В Кильском канале. На заднем плане - Рендсбургский мост. 16 сентября 1940 года.


В шлюзах на Киль-канале. 17 сентября 1940 года.




На бочке по приходу в Киль. Сентябрь 1940 года.

(Продолжу - ниже)
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17468
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение EvMitkov » 17 фев 2017, 19:33

Я уже отмечал, что установка, монтах и отладка оборудования совместно с различными типами испытаний продолжались до весны 1941 года.


"Бисмарк" на полном ходу в Балтийском море во время ходовых испытаний. Октябрь 1940 года.
Любопытны отсутсвие бурунов (что говорит о хорошо родуманных обводах и их гидродинамике) и отсутствие дымовой шапки при форсировке КТУ, что говорит
а).О чистых и новых котлах
б).Качественном топливе
в). Работы профессиональной заводской команды управления и обслуживания СЭУ





"Бисмарк" на Эльбе. 9 декабря 1940 года.


Нанесение преломляющей камуфляжной окраски силами экипажа. Март 1941 г.


5 мая 1941-го. Гитлер и командир корабля Эрнст Линдеман на палубе "Бисмарка"


5 мая 1941-го. Построение экипажа

Но вернусь к "заклепкам"

Еще в начале 1934 года в Управлении Ко­раблестроения Имперского Морского ведомства приступили к разработке проекта нового линкора типа «F».
Главный калибр первоначально предполагался 406 мм, но позже был снижен до 330 мм.

Новые корабли должны были иметь полный ход не менее 33 узлов при форсировании механизмов и 30 узлов в долговременном ре­жиме.
Главную энергетическую установку пред­полагалось разделить на три автономные ус­тановки, каждая из которых включала бы 1 турбогенератор и 2 котла в раздельных по­мещениях.
Соответственно предполагалось и три винта.

Для получения достаточно эффективного и могущественного огня было необходимо принять калибр не менее 380 мм, что давало минимальное водоизмещение готовых кораблей 39 000 тонн и никак не попадало в рамки 35-тысячетонных ограничений.
Для сокрытия этих данных было секретное распоряжение во всех документах указывать стандартное водоизмещение 35 000 тонн.

В мае 1935 года был окончательно ре­шён вопрос о силовой установке. Тогда же решился и вопрос с вооруже­нием корабля: четыре двухорудийные башни главного 380-мм калибра.
Средний калибр выбран в 150 мм, зенитная артиллерия даль­него действия — 105 мм, ближнего действия — 37 мм зенитные автоматы. При выбранной толщине броня могла вы­держивать прямое попадание снаряда 380-мм калибра с расстояния 20-30 км и взрыв тор­педы с весом заряда 250 кг ТНТ-эквивалента.



Корпус

Для конструкций толщиной 20 мм и более использовалась сталь высокого напряжения марки Schiffbaustahi 52 или St.52, для элементов меньшей толщины и, как правило, сложной формы применялась более мягкая St.45, судостроительной мягкой сталью N-52.КМ.

Корпус линкора на 90 % пред­полагался сварным, клепанными оставались лишь некоторые, наиболее ответственные узлы конструкции.
По высоте корпус делился семью палу­бами, из которых сплошными были только три верхняя, средняя и броневая.
Четыре других были расположены ниже броневой и по-существу являлись платформами. Средняя высота междупалубного пространства 2,40 м.

Бронирование

Общий вес брони на "Бисмарке" составлял 18 700 метрических тонн или 40 % от проектного боевого водоизмещения.
Только японский линкор "Ямато" ( Yamato) превосходил немецкий корабль по суммарному весу бронирования, но при этом существенно уступал по его процентному отношению к водоизмещению — всего 33,2 %.

Все броневые материалы для тяжёлых надводных кораблей Кригсмарине изготавливались заводами концерна Круппа.
Основным материалом для изготовления толстых броневых плит являлась КС (Krupp Cementiert) — поверхностно-укрепленная (цементированная) — она была использован для бронирования мостовых, бокового пояса, барбетов, разработаные специальные виды броневых сталей семейства Wotan, получившие названия Wh (Wotan hart), Wsh (Wotan starrheit) и Ww (Wotan weich) — соответственно тяжелая, повышенной твердости и легкая гомогенная броня, а так же St 52 (сталь 52).


Теоретическая схема бронезащиты ЛК типа "Бисмарк"

броня борта — цитадель 356 мм, нос и корма 150 мм;
броня палуб — верхней палубы 50 мм, главной 100 мм (скосы 120 мм);
барбеты — башен ГК 350 мм, башен СК 150 мм;
боевая рубка — 400 мм.


Главная силовая энергетическая установка (ГСЭУ) состояла из 12 котлов Вагнера (58 кг/см2 (максимально допустимое 68 кг/см2), 475°С) и трех главных турбозубчатых агрегатов (ГТЗА) Blohm und Voss по 46 000 л.с./250 об/мин, что давало общую мощность силовой установки 138 тысяч л.с..

Корабль приводился в движение трехлопастными винтами из специальной марганцевой бронзы.

На ходовых испытаниях на спокойной морской воде при водоизмещении 41 700 т "Бисмарк" показал среднюю продолжительную скорость 30,12 уз. при мощности машин 150 170 л.с. и 265 об/мин. Максимальная емкость топливных танков без перегруза — 7900 м³.
При этом расчетная дальность плавания составляла 8410 миль 15-узловым ходом или 3740 миль 30-узловым.

Штатный экипаж корабля насчитывал 2065 человек, из них 103 офицеров и млад­ших офицеров, 1962 старшин и матросов.

Весь экипаж делился на 12 команд по 180-122 человека в каждой. Команды распре­деляясь таким образом:

команды I-IV — включали обслуживающий персонал орудий главного и среднего калиб­ров;
команды V-VI — включали обслуживающий персонал орудий зенитных калибров, а также персонал боевых погребов и поданных уст­ройств.
команда VII — объединяла хозяйственные службы корабля: плотники, повара, портные, писаря, квартирмейстеры, палубные матросы и т.д.
команда VIII — объединяла персонал, от­вечающий за исправность артиллерийских ме­ханизмов (артиллерийские механики).
команда IX — включала персонал, обслу­живающий радиотехнические устройства (операторов, радистов, локаторщиков, акусти­ков), а также службу сигнализации (сиг­нальщики, прожектористы) и управления (ру­левые ).
команды X-XII — состояли из персонала главной энергетической установки корабля и энергосистем.

Экипаж "Бисмарка" по тем временам считался очень молодым — средний возраст составлял приблизительно 22 года. Перед началом операции Rheinubung, примерно в середине мая, на Bismarck прибыли дополнительно 156 человек, из которых 65 человек составляли штаб адмирала Лютьенса, а остальные были рабочими верфи, курсантами и др.
В общем при выходе на операцию из Гданьска 18 мая на корабле было 2221 человек.

На линкоре имелось четыре камбуза: два матросских, унтер-офицерский и офицерский. Для нижних чинов было предусмотрено две столовых команды — носовая в и кормовая в отсеке на батарейной палубе. Каждую из них обслуживал штат из 6—8 коков и разносчиков.
Для питания унтер-офицеров была отгорожена часть каждой матросской столовой.

Офицерский камбуз и кают-компании располагались в надстройках. В двух отсеках находились специальные выгородки для пива, которое хранилось в 50-литровых бочках (всего до 1000 бочек), однако в обязательный рацион не входило, а продавалось по 30 пфеннигов за пол-литровую кружку в корабельных буфетах вместе с шоколадом, сигаретами и прочими товарами.
Перед выходом в последний поход на "Бисмарк" было принято 500 свиных и 300 говяжьих туш в дополнение к остальной провизии.

Вооружение.

Главный калибр.

Главная артиллерия линкора с калибром 380 мм была выбрана по аналогии с орудиями SK.C/13 линкоров типа "Байерн" (Bayern), также калибра 380 мм. Новые орудия для линкора были изготовлены оружейными заводами Mau­ser и прошли испытания уже во время строительства корабля, после чего они были приняты на вооружение под кодом 38-см SK.C/34 — скорострельные орудия произ­водства 1934 года (SK — Schnelladekanone, С — Konstruktionsjahr).


38-см SK/C34

Хотя у немцев уже был опыт создания орудий калибром 380 мм для кораблей типов Bayern и Ersatz Yorck, для линкоров Bismarck и Tirpitz орудия 38 cm SKC/34 были разработаны с нуля. Их разработка и испытание началось в 1936 году одновременно с закладкой линкоров.

В дальнейшем планировалось установить эти же орудия взамен существующих в крейсерах типа Scharnhorst, а также использовать в линкорах последующих серий, но эти планы не были осуществлены.

Фирма Krupp предлагала купить СССР 6 двуорудийных башен, оснащёнными этими орудиями. В СССР под эти башни был существенно переработан проект 69 (тяжёлые крейсера «Кронштадт»), и был произведён платёж на сумму 50 млн марок. Единственное орудие было поставлено в СССР осенью 1940 года для испытаний. Поставка серийных образцов планировалась начаться через год. Однако война помешала этим планам.

Ствол орудий состоял из внутренней трубы, внутрь которой вставлялся сменный лейнер, четырёх скрепляющих колец, защитного кожуха, казённой части и клинового горизонтально-скользящего затвора.
Масса внутренней трубы составлял 22 670 кг.
Масса лейнера — 14 300 кг.
Масса затвора — 2 800 кг.
Общая масса орудия с затвором достигала 111 тонн.



Качалка 38 cm SKC/34

Орудия имели правую нарезку с 90 нарезами:
- глубина нарезки — 4,5 мм;
- ширина нарезки — 7,76 мм;
- шаг нарезки — переменный от 1/36 до 1/30.

Размеры:
- длина орудия — 19630 мм;
- длина канала ствола — 18 405 мм;
- длина нарезной части — 15 982 мм;
- длина зарядной каморы — 2 230 мм.

Вес снаряда — 800 кг.
Вес заряда — 212 кг.
Начальная скорость снаряда — 820 м/с.
Рабочее давление — 3200 кг/см2.
Максимальная дальность стрельбы — примерно 35,5 км.
Живучесть ствола — 180—210 выстрелов.

Корабль имел 8 орудий установленных в 4 башнях (модели Drh LC/34) в носу и корме. Башни были обозначены по сигнальному коду ВМФ, начиная с носа: Anton, Bruno, Cesar и Dora.


Конструкция башни Drh L/C34

ТТХ 380-мм башенной установки Drh LC/34
Скорость вертикального наведения, град./с..............5,4
Скорость горизонтального наведения, град./с ............ 6
Дальность стрельбы, м.............................. 35 550
Дальность стрельбы с креном 10°
На невыгодный борт, м............................ 27 200
Цикл стрельбы, с........................................26


(Продолжу - ниже)
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17468
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение EvMitkov » 17 фев 2017, 20:01

Вспомогательная/зенитная артиллерия

Артиллерия вспомогательного калибра состояла из 12 орудий калибра 150 мм SKC/28, размещённых попарно в башнях. Над выбором вспомогательной артиллерии долго думать не пришлось, был взят обычный для тех времён средний калибр. По конструкции орудия были выполнены лейнерными, с вертикальным клиновым затвором.

Каждая башня на правом борту имела своё обозначение: «правобортная I», «правобортная II» и «правобортная III» (считая от носа).
Аналогично были обозначены и башни левого борта.
Барбеты правобортных и левобортных башен I и III опирались на па­лубу цитадели, а барбеты башен II — на скосы броневой палубы.
Углы поворота башен вспомогательного калибра в горизонтальной плоскости были ограничены, вследствие близкого расположения их к надстройкам.

Зенитная артиллерия дальнего действия


Все зенитные орудия дальнего действия размещались на носовой и кормовой надстройках.


105-мм универсалка SKC/33

16 орудий калибра 105 мм SKC/33 уста­навливались на корабле в два этапа.
Две первых установки были смонтированы на носовой надстройке еще в июне-июле 1940 года, когда корабль находился на верфи Blohm und Voss в Гамбурге.
Орудия монти­ровались на спаренном лафете сравнительно устаревшей конструкции С/34. Оснащение такого мощного корабля несовременным вооружением было вызвано отсутствием более современных зениток на складах Круппа и Rheinishe Metallwarenfabrik, где имелись только орудия на лафетах старой конструкции.

Остальные орудия были переданы на проданный в Советский Союз недостроенный крейсер "Лютцов" (Lutzow). Согласие немецкого морского командования на установку этих орудий позволило выдержать срок сдачи корабля в эксплуатацию в августе и таким образом было выиграно время для производства нужного количества новых орудий к концу года. Остальные, более совершенные установки Dopp.L.C/37, были смонтированы во время стоянки линкора в Гдыне 4-18 ноября 1940 года.

В зенитных установках обоих систем использовалось одно и то же 105-мм орудие лейнерной конструкции, с вертикальным клиновым затвором.

Основное отличие новой конструкции зенитной установки было в применении более скоростных механизмов наведения, соответству­ющих возросшим скоростям самолетов. Кроме того, новая конструкция была несколько легче. Внешне они незначительно отличались формой защитных кожухов.


105-мм универсалка SKC/33 Dopp.L.C/37

Каждое орудие имело свое обозначение и аналогично орудиям 150-мм калибра назывались правобортными и левобортными, с ну­мерацией, начиная от носа.

Легкая зенитная артиллерия


37-мм автоматическая спарка SK.C/30

В состав зенитного вооружения ближнего действия линейного корабля входило шестнадцать автоматических пушек SK.C/30 калибра 37 мм., с длиной ствола 83 калиб­ра, размещённых на лафетах LC/30 в спарен­ных установках на полукруглых вращающихся платформах. Эти довольно удачные установки производились, на оружейном заводе Rheinishe Metallwarenfabrik.

Они имели дажке по нынешним временам превосходную трёхкоординатную ориентацию на цель с большими углами возвышения стволов — от +85 до -10 граду­сов.
Теоретическая скорострельность (технический темп огня) до 80 выстрелов в минуту на ствол, практическая скорострельность состав­ляла 30 выстрелов на ствол, что объяснялось ручной загрузкой снарядных обойм в орудие.
Установки не имели никакой броневой и противоосколочной защиты, что было характерно для подобного вооружения во всех флотах. От атмосферных осадков установки защища­лись брезентовыми чехлами, а стволы орудий и прицельные приспособления укрывались к тому же дополнительными чехлами.

Размещались орудия следующим образом: две установки на нижней надстроечной палу­бе, сразу за башнями «В» и «С» главного калибра. Ещё две установки — в районе носового 7-метрового дальномера, несколько ниже капитанского мостика. Последние четыре были установлены на кормовой надстройке в районе кормовой боевой рубки.

Установки МЗА


20-мм MG.C/30


20-мм MG.C/30

"Бисмарк" имел стандартное для не­мецкого флота зенитное вооружение и в соответствии с ним получил 12 одноствольных зенитных установок MG.C/30 калибром 20 мм с длиной ствола 65 калибров. Стволы помещались в специальном кожухе с охлаждением и устанавливались на лафете L.C/30. Ла­феты обеспечивали максимальный угол возвышения до +85 градусов, минимальный — до -10 градусов.

На испытаниях эти установки показали технический темп до 280 выстрелов в минуту, как это и было указано в техническом паспорте, и боевую скорострельность скорострельность — около 120 выстрелов в минуту.
Это объяснялось заменой цилиндрических магазинов на плоские — более удобные для обслуживания, но менее ёмкие. Эти магазины вмещали только 20 унитарных выстрел-патронов, и возле каждой установки постоянно находился запас первых выстрелов из пяти магазинов. Установки были оборудованы специальной сеткой для отлова выбрасывающихся стреляных гильз.

Размещались установки на палубе, надстройках и специальной платформе вокруг дымовой трубы. В походном положении они закрывались брезентовыми чехлами.

В конце апреля 1941 года, во время пребывания линкора в Данциге на нём были дополнительно установлены четырехствольные 20-мм зенитные автоматы MG.C/38 с длиной ствола 65 калибров (1300 мм.) на усовершенствованных лафетах L.C/38. Углы возвышения стволов на этих лафетах не отличались от установок L.C/30, но скорострельность стволов была явно выше — теоретическая до 500, а фактическая до 200 выстрелов в минуту для каждого ствола. Установка же четырёх стволов на одном лафете обеспечивала вчетверо большую плотность огня.

Новые установки МЗА были смонтированы не­посредственно на крыше кормовой боевой рубки. Такие же установки были смонтирова­ны на прожекторной платформе вокруг дымовой трубы и по обеим сторонам мостика вместо снятых 20-мм установок L.C/30.


МЗА на "Бисмарке". Операция «Рейнские учения» (нем. Rheinübung). Фотография сделана с борта Prinz Eugen. 21 мая 1941 года.

Подобно большинству других линейных кораблей, "Бисмарк" был оснащен авиацией для разведки, патрулирования, и артиллерийского наведения.
Четыре гидроплана Arado Ar 196 были размещены штатно, хотя максимальное количество могло бы достигать шести в случае необходимости.


Гидросамолёт Arado Ar 196 при подъеме на борт.

Машины считались очень прочным и для своего класса - хорошо вооруженными, единственными самолетами с двойными поплавками.
Два самолета были размещены в 120-метровом двойном ангаре под грот-мачтой, другие два в одноместных ангарах (60 метров) по обе стороны от трубы в середине корабля. Чтобы сохранить пространство их крылья могли быть сложены.
Эта авиация принадлежала 1-й Эскадрилье (1.Staffel) разведывательный группы 196 (Bordfliegergruppe 196), что была сформирована перед войной в 1937 году.

Машина запускалась с длинной двойной катапульты (32-метра), которая могла быть увеличена телескопически до 48 метров. Эта катапульта была расположена в середине корабля между грот-мачтой и трубой и могла развёртываться в обе стороны.
После завершения полета, самолет приземлялся рядом с бортом корабля, затем его поднимали на борт одним из 12-тонных кранов . Как только самолёт поднимали из воды, два других небольших крана под платформой прожектора трубы помогали установить авиацию в ангары.

Средства связи, обнаружения, вспомогательное оборудование

"Бисмарк" был введён в строй без всех трёх главных КДП и без четырёх кормовых 105 мм установок. Верхний и кормовой дальномеры и недостающие зенитки (новой модели LC/37) были установлены в октябре-ноябре 1940 г.

В период испытаний линкора на Балтике в конце 1940 года были выявлены некоторые замечания и недостатки, которые были исправлены вскоре по приходу корабля в Гамбург в течение декабря-января: вентиляционные отверстия в барбете башни “Бруно” уменьшены и получили защиту от брызг; раструб кормового вентилятора левого борта развернут к корме; два больших вентиляционных окна с обеих сторон надстройки (приток и отток воздуха из машинного отделения) получили защитный кожух, исключающий попадание брызг; больших вентиляционные люки с обеих сторон надстроек в районе катапульт и крана закрыты примерно до 1/3 высоты; по обеим сторонам катапульты установлены рабочие мостики; снят 10,5-метровый дальномер с башни "Антон", образовавшиеся отверстия заглушены броневыми листами.

В марте 1941 г на корабль был установлен носовой 7-метровый дальномер, а в конце апреля два одиночных 20-мм автомата на прожекторной площадке башенноподобной надстройки заменены счетверенными „фирлингами“ (общее число 20-мм стволов достигло 18).


Сигнальщик передает сообщение на "Бисмарк". Фотография сделана с борта "Принцы Ойгена" (Prinz Eugen). Май 1941 года.

(Продолжу - ниже)
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17468
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение EvMitkov » 17 фев 2017, 20:45

Боевая служба "Бисмарка" - короткая, но яркая.

Операция «Рейнские учения» ( Rheinübung) предусматривала выход «Бисмарка» и тяжёлого крейсера «Принц Ойген» ( Prinz Eugen) в Атлантику через Датский пролив. Главной целью операции были торговые корабли на британских морских коммуникациях. Предполагалось, что «Бисмарк» будет оттягивать на себя корабли конвоя, чтобы дать «Принцу Ойгену» добраться до торговых кораблей. Назначенный командовать операцией адмирал Гюнтер Лютьенс просил командование отложить начало операции, чтобы к ней смогли присоединиться также проходивший испытания «Тирпиц», ремонтируемый «Гнейзенау» или стоявший в Бресте линкор «Шарнхорст». Главнокомандующий германским флотом гросс-адмирал Эрих Редер ответил отказом.
18 мая 1941 года «Бисмарк» и «Принц Ойген» вышли с базы кригсмарине в Готенхафене (ныне польский порт Гдыня).


"Бисмарк" у причала в Гдыне ( Gotenhafen). Май 1941 года.


"Бисмарк" на походе к Норвегии, операция «Рейнские учения» ( Rheinübung). Фотография сделана с борта тральщика 5й Флотилии. 20 мая 1941 года.

И этого же 20 мая «Бисмарк» был замечен со шведского крейсера «Готланд»; в тот же день об эскадре, включавшей два больших корабля, сообщили члены норвежского Сопротивления.
21 мая 1941 года британское Адмиралтейство получило от своего военного атташе в Швеции сообщение о том, что в проливе Каттегат были замечены два больших корабля.


"Бисмарк" на походе к Норвегии, операция «Рейнские учения», фотография сделана с борта Prinz Eugen. Вечер 21 мая 1941 года.

С 21 по 22 мая германское соединение вставало на стоянку во фьордах возле норвежского города Берген, где «Бисмарк» и «Принц Ойген» были перекрашены на серо-стальной преломляющий камуфляж океанского рейдера, а «Принц Ойген» дополнительно принял топливо с танкера «Воллин». «Бисмарк» дозаправки не сделал, что, как выяснилось позже, было серьезной ошибкой.

Во время стоянки корабли были замечены и сфотографированы с самолёта-разведчика британских ВВС «Спитфайр».


Bismarck в Гримстадфьорде (крайний справа), операция «Рейнские учения» (нем. Rheinübung). Фотография сделана с британского самолета-разведчика Spitfire. 21 мая 1940 года.

Теперь британская сторона идентифицировала «Бисмарк». На место стоянки были отправлены британские бомбардировщики, однако к тому времени германские корабли покинули место стоянки. «Бисмарк» и «Принц Ойген» незамеченными прошли Норвежское море и пересекли Северный полярный круг. Британцы искали их значительно южнее.

Командующий британским Хоум-флитом адмирал Джон Тови направил линейный крейсер «Хууд» и линкор "Принц Уэльский" (HMS Prince of Wales) с эсминцами сопровождения к юго-западному побережью Исландии.


Линкор "Принц Уэльский", 1941 год.

Крейсер «Саффолк» (HMS Suffolk) должен был присоединиться к уже находящемуся в Датском проливе крейсеру «Норфолк» (HMS Norfolk).


Крейсер «Саффолк»


«Норфолк»

Лёгкие крейсера «Манчестер» (HMS Manchester), «Бирмингем» (HMS Birmingham) и «Аретьюза» (HMS Arethusa) должны были патрулировать пролив между Исландией и Фарерскими островами.


«Манчестер»


«Бирмингем»


«Аретьюза»


Ночью 22 мая сам адмирал во главе соединения, состоявшего из линкора «Кинг Джордж V» и авианосца «Викториес» с кораблями охранения, вышел из базы британского флота в бухте Скапа-Флоу на Оркнейских островах.


Знаменитый "утюг" ЛК «Кинг Джордж V»


«Викториес»

Флотилия должна была дожидаться появления германских кораблей в водах к северо-западу от Шотландии, где к ней должен был присоединиться линейный крейсер «Рипалс» (HMS Repulse).


ЛКР "Рипалс"

Вечером 23 мая в наполовину перекрытом льдом Датском проливе в густом тумане «Норфолк» и «Саффолк» вступили в визуальный контакт с германской флотилией. «Бисмарк» открыл огонь по «Норфолку».

Британские корабли передали сообщение своему командованию и отошли в туман, продолжая следовать за противником по радарам на расстоянии 10—14 миль. После стрельбы на «Бисмарке» отказал носовой радар, поэтому Лютьенс приказал «Принцу Ойгену» двигаться впереди «Бисмарка». Для сложности в опознании, на кораблях были закрашены в темный цвет верхние части орудийных башен и закрыты брезентом свастики на палубах.

Британские корабли «Худ» и «Принц Уэльский», шедшие на перехват «Бисмарка», установили визуальный контакт с немецким соединением рано утром 24 мая.

Британские корабли начали бой в 5:52 утра на расстоянии 22 км.
Вице-адмирал Холланд, командовавший британской группой, приказал открыть огонь по первому кораблю, ошибочно считая его «Бисмарком».
На «Принце Уэльском» поняли ошибку и открыли огонь по второму немецкому кораблю.

Германская сторона некоторое время не отвечала: адмирал Лютьенс имел приказ не вступать в бой с военными кораблями противника, если они не входят в конвой. Однако после нескольких британских залпов капитан Линдеман заявил, что не позволит безнаказанно стрелять по своему кораблю. «Принц Ойген» и «Бисмарк» открыли ответный огонь по «Худу». Холланд понял свою ошибку, но его приказ, по-видимому, не дошёл до управления огнём, так как «Худ» до конца продолжал стрелять по «Принцу Ойгену».


"Бисмарк" во время начала боя в Датском проливе. Утро 24 мая 1941 года.


"Бисмарк" ведет огонь по "Хууду" в Датском проливе. 24 мая 1941 года.




Перенесение огня на "Принца Уэльского". 24 мая 1941 года

В 5:56 шестой залп «Принца Уэльского» принёс попадание: снаряд пробил топливные цистерны, вызвав обильную утечку топлива и поступление воды в цистерны. «Бисмарк» стал оставлять нефтяной след.

Минуту спустя «Худ» получил попадания от второго залпа «Принца Ойгена» и третьего залпа «Бисмарка», на корме и у миделя корабля начались пожары. «Бисмарк» получил попадание от девятого залпа «Принца Уэльского» ниже ватерлинии, а минуту спустя и третье.


Бисмарк после попадания. Хорошо виден дифферент на нос. 24 мая 1941 года

К 6:00 корабли находились на расстоянии 16—17 км. В это время на «Худе» раздался взрыв, по-видимому, вызванный попаданием пятого залпа «Бисмарка» в хранилище боезапаса, корабль разорвало на две части, нос и корма взлетели в воздух, и он затонул за считанные минуты. Кроме трёх человек, вся команда, состоявшая из 1417 человек, погибла.

Линкор «Принц Уэльский» продолжал бой, но очень неудачно: он был вынужден пойти на сближение до 14 км с двумя немецкими кораблями, чтобы избежать столкновения с тонущим «Худом». К тому же на нём продолжались работы по окончательной установке орудий, и рабочие верфи пытались во время боя отремонтировать заклинившие орудия носовой четырёхорудийной башни. Линкор вышел из боя под дымовой завесой, получив семь попаданий.

Капитан Линдеман предложил начать погоню и потопить «Принца Уэльского», однако адмирал Лютьенс принял решение продолжать поход. На «Бисмарке» был выведен из строя один из генераторов, в котельное отделение № 2 начала поступать вода, пробиты две топливные цистерны, имелся дифферент на нос и крен на правый борт.

Лютьенс решил вести «Бисмарк» на ремонт во французский порт Сен-Назер, откуда после ремонта он мог беспрепятственно выйти на просторы Атлантики. Кроме того, позже к нему могли присоединиться «Шарнхорст» и «Гнейзенау». Капитану «Принца Ойгена» было приказано продолжать атаки на британские конвои самостоятельно.


«Шарнхорст»


«Гнейзенау»

Продолжу - ниже
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17468
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение EvMitkov » 17 фев 2017, 21:36

Что лично я мог бы сказать об этом бое: у меня стойкое ощущение, что и командир «Принца Уэльского», и адмирал Лютьенс просто "друг друга струсили".
Гюнтер Лютьенс вообще особой решительностью не отличался.
Тут Ольга Тонина с моей колокольни совершенно права.


Гюнтер Лютьенс ( Günther Lütjens) 25 мая 1889, Висбаден — 27 мая 1941

Это видно по предыдущим его операциям. Что в ПМВ, что в ВМВ.
С 1938 года командовал всеми разведывательными силами флота. В начале Второй мировой войны руководил операцией по минированию английских вод, не особо удачной.

20 июня 1940 года по приказу ОКМ эскадра под командованием Лютьенса, состоявшая из тяжелого крейсера «Хиппера», «Нюрнберга», «Гнейзенау», и эсминца, вышел из Тронхейма, но в тот же день «Гнейзенау» был торпедирован английской подводной лодкой, повреждения были незначительны, но Лютьенс свернул операцию.

В декабре 1940 года Льютенс вновь вышел в море на «Шарнхорсте» и «Гнейзенау», но попал в шторм. Оба корабля практически не получили повреждений, но операция снова была свернута.

В марте 1941 года он всё же прорвался в Северную Атлантику и потопил 13 судов и транспортов, после чего, снова свернул операцию и вернулся в Брест. Но в общем-то эффекта от такого рейдерства особенно не почувствовалось.

И если бы Лютьенс принял решение командира "Бисмарка" Линдемана, провел бы погоню и утопил бы "Принца Уэльского", на что были ВСЕ ШАНСЫ на успех, то и операция была бы порядково успешливее, ит судьба самого соединения "Бисмарк-Принц Ойген" сложилась бы не к счести англичан совсем по-иному...

Ну, а приказ на прекращение боя и на отход, отданный англичанином, вообще не делает чести Гранд-Флиту. Хотя, учитывая то, что на "Прице Уэльском все ж таки частично исправили повреждения и возобновили совместно с «Норфолком» и «Саффолкрм» преследование немцев, все ж таки хоть как-то это компенсирует.

«Норфолк», «Саффолк» и «Принц Уэльский» продолжили преследовать немцев, находясь вне воздействия их средств и сообщая об их расположении.
Гибель «Хууда» была крайне болезненно воспринята в британском Адмиралтействе, для расследования её обстоятельств позже была учреждена специальная комиссия - но это так, к слову.

Большая часть находившихся в Северной Атлантике британских военных кораблей была привлечена к охоте за «Бисмарком», включая корабли охранения многих конвоев.

Так, находившимся к западу от Ирландии линкору "Родней" (или как его нынче называют в литературе - «Родни») (HMS Rodney) и трём из четырёх эсминцев, сопровождавших переоборудованный в военный транспорт лайнер «Британник» (Britannic), утром 24 мая было приказано оставить конвой и присоединиться к соединению адмирала Тови.


ЛК "Родни"

Дополнительно были задействованы ещё два линкора и два крейсера. Соединение «H», стоявшее в Гибралтаре, также было приведено в готовность на случай, если «Бисмарк» будет двигаться в их направлении.

24 мая в 18:14 «Бисмарк» в тумане развернулся прямо на своих преследователей. В коротком обмене залпами попаданий не было, однако британские корабли были вынуждены уклониться, и «Принц Ойген» успешно прервал контакт.

«Принц Ойген» пришёл во французский Брест через 10 суток. Причины разделения кораблей немцев, прицины, по которым Лютьенс принял решение на разделение КУГ до сих пор непонятны.



«Принц Ойген»

В 21:32 Лютьенс сообщил командованию, что из-за нехватки топлива «Бисмарк» не может продолжать попытки "стряхнуть преследователей" и вынужден идти прямо в Сен-Назер.

Вечером 24 мая адмирал Тови приказал авианосцу «Викториес» сократить дистанцию, и в 22:10 с него стартовали 9 торпедоносцев «Суордфиш».


Палубный торпедоносец Фэйри "Суордфиш"

Об этой атаке британских пилотяг на устаревших машинах написано и говорено ОЧЕНЬ МНОГО.
Британские пилоты действовали умело и - как настоящие воины.
Под мощнейшим огнём МЗА, на тихоходных машинах, они атаковали линкор и добились одного торпедного попадания по правому борту.
Несмотря на плохую погоду, темноту и поломку приводного наводящего радиомаяка, все самолёты к 02:30 смогли вернуться на «Викториес». Серьёзных повреждений нанесено не было, единственное торпедное попадание пришлось в главный броневой пояс. Экипаж «Бисмарка» потерял одного человека (первая потеря за время похода). Для защиты от налёта были задействованы все зенитные орудия и даже крупнокалиберные пушки, «Бисмарк» увеличил скорость, выполнял манёвры уклонения от торпед. В результате парусиновые пластыри, заведённые на пробоину в носовой части, отошли, усилилась течь и дифферент на нос. Котельное отделение № 2 было окончательно затоплено.

В ночь с 24 на 25 мая «Бисмарк», воспользовавшись тем, что его преследователи, по-видимому, опасаясь возможной атаки подводных лодок, начали совершать зигзаги, прервал контакт. В 4:01 25 мая «Саффолк» сообщил: «контакт с неприятелем потерян». Гансам - просто ВЕЗЛО.

Однако, на «Бисмарке», по-видимому, продолжали принимать сигналы радара «Саффолка», и в 7:00 утра 25 мая Лютьенс, НАРУШАЯ РАДИОМОЛЧАНИЕ! - сообщает командованию, что преследование продолжается, а в 9:12 передаёт ещё одну, ОЧЕНЬ длинную, радиограмму. Вечером командование сообщает Лютьенсу, что британцы, по-видимому, его потеряли, и приказывает сообщить данные о своём положении и скорости, если это не так.
Сообщить сои координаты, если преследователи его "не потеряли"... что вообще происходило, Лично мне не додумать.

Ответной радиограммы Лютьенс не посылает, но радиоперехват утренних сообщений позволяет британской стороне приблизительно определить местоположение «Бисмарка».

Тем не менее Тови ошибочно заключил, что «Бисмарк» направляется к проливу между Исландией и Фарерскими островами, и его соединение начало движение на северо-восток. Гансам, не смотря на все старания Лютьенса, продолжает все-таки везти.

В 10:10 26 мая «Бисмарк» был обнаружен в 690 морских милях к северо-западу от Бреста американо-британским экипажем гидроплана «Каталина» британского командования береговой авиации.
Самолет вылетел на поиски с базы Лох-Эрне в Северной Ирландии. В тот момент за штурвалом гидроплана находился Леонард Б. Смит, энсин военно-морских сил США, неофициально, в силу того, что его страна на тот момент не участвовала в войне, состоявший в качестве инструктора, а также второго пилота на гидропланах «Каталина» в 209 эскадрилье RAF.

Чтобы избежать плотного зенитного огня, Смит спешно сбросил глубинные бомбы и увел гидроплан в облака, в дальнейшем потеряв противника из виду.

Позднее в этот же день «Бисмарк» был также обнаружен двумя другими американскими пилотами — лейтенантом Джонсоном из 240 эскадрильи RAF и энсином Рейнхартом из 210 эскадрильи RAF. Лютьенсу оставалось примерно 690 миль до Бреста (Франция). ВСЕГО 690 миль...
Это означало, что при приближении к берегам Франции он вскоре смог бы использовать для прикрытия своего корабля с воздуха самолёты люфтваффе.

Единственным британским соединением, способным замедлить «Бисмарк», было соединение «H» под командованием адмирала Соммервилля, которое вышло из Гибралтара, имея в своём составе авианосец «Арк Ройял» (HMS Ark Royal).


«Арк Ройял»

В 14:50 с него к месту обнаружения вылетели торпедоносцы-бипланы «Суордфиш». К тому времени в этом районе находился отделившийся от соединения для установления контакта с «Бисмарком» крейсер «Шеффилд», и не оповещённые об этом пилоты ошибочно начали торпедную атаку.
К счастью (или к позору?) для британцев, ни одна из 11 выпущенных торпед не попала в цель. После этого плохо показавшие себя в этой атаке магнитные взрыватели на торпедах было решено заменить на контактные.

К 17:40 «Шеффилд» установил визуальный контакт с «Бисмарком» и начал преследование. В 20:47 пятнадцать торпедоносцев с «Арк Ройял» начали вторую атаку на «Бисмарк».

Две машины велись пилотами настолько низко, что команды скорострельной малокалиберной артиллерии находились выше атакующих и с трудом различали их на фоне моря.
Британские пилоты добились двух (трёх, по другим источникам) попаданий.

Одно из них имело решающие последствия: пытаясь уклониться от торпеды, «Бисмарк» поворотил на левый борт, и торпеда вместо пояса брони по правому борту попала в кормовую часть, нанеся тяжёлое повреждение рулевого механизма и заклинив рули. «Бисмарк» потерял возможность маневрировать и начал описывать циркуляции. Попытки восстановить управляемость успеха не принесли, и линкор стал двигаться на северо-запад.

Около 21:45 «Бисмарк» открыл огонь по «Шеффилду», ранив 12 (по другим сведениям, 13) человек, а ночью вступил в бой с британским соединением, состоявшим из эсминцев «Казак» (HMS Cossack), «Сикх» (HMS Sikh), «Зулус» (HMS Zulu) и «Маори» (HMS Maori), вместе с переданным Великобританией польскому флоту эсминцем «Гром» (Piorun).


ЭМ "Гром" тогда...


И в наши дни, в качестве корабля-музея.


Ни та, ни другая сторона не добилась прямых попаданий.
К утру была дана команда остановить машины. Корабль уже был в радиусе действия бомбардировочной авиации Германии, но она не оказала помощи «Бисмарку».

Инженер-капитан Юнак (нем. Junack) запросил мостик о разрешении дать хотя бы малый ход по технической необходимости. Лютьенс ответил: «Ах, делайте, что хотите». ОХРЕНЕТЬ...
Кораблю был дан малый ход. В 8:15 была в последний раз объявлена боевая тревога...

Продолжу - ниже.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17468
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение EvMitkov » 17 фев 2017, 22:13

Дальнейшее - известно поминутно.

27 мая в 08:00 утра HMS Rodney и HMS King George V подошли к "Бисмарку" на дистанцию 21-й морской мили (39 км). На тот момент видимость была только 10 морских миль (19 км) и волнение моря достигало 4—5 баллов. Ветер дул с северо-запада, по силе равный 6—7 баллам. HMS Rodney держался курса на север так, чтобы вести огонь с достаточной дистанции, в то время как HMS King George V принял в сторону.

Огонь был открыт в 08:47.


Rodney ведет огонь по "Бисмарку". Фотография сделана с борта HMS King George V. 27 мая 1941 года.

"Бисмарк" ответил огнём, но его неспособность маневрировать и крен отрицательно влияли на влияли на точность стрельбы.


"Бисмарк" под концентрированным огнем британцев. Фотография сделана с борта крейсера HMS Dorsetshire. 27 мая 1941 года.

Малый ход (не более семи узлов) и отсутсвие управлЯемости рулями сделала "Бисмарк" сравнительно лёгкой целью для тяжёлых крейсеров HMS Norfolk и HMS Dorsetshire, концентрирующих весь свой огонь на одиночной цели

В 09:02 8-дюймовый (203-миллиметровый) снаряд с HMS Norfolk поразил главный дальномерный пост на фок-мачте. При этом был убит офицер Адальберт Шнейдер, награждённый Рыцарским Крестом в ранние часы того же самого утра за участие в потоплении HMS Hood.

В 09:08 406-мм снаряд с HMS Rodney, поразил обе носовые башни Bismarck, Anton и Bruno, выведя из строя последнюю. Одновременно другим попаданием разрушило передовой КДП, убив большинство офицеров. Кормовые башни корабля Цезарь и Дора продолжали стрельбу на близкой дистанции, но попаданий не добились.

В 09:21 Dora была повреждена.
Команде башни Anton удалось произвести один последний залп в 09:27.
В 09:31 Caesar дала свой последний залп и тогда же вышла из строя.
Близкие разрывы снарядов этого залпа повредили ЛК "Родней", заклинив торпедные аппараты. Огонь Бисарка в ходе всего боя был сосредоточен на Роднее, возможно, в надежде на попадание, погубишее ранее "Хууд". Когда адмирал Гернси наблюдал это, он заметил:
«
Слава Богу, немцы стреляют по Родни

(Адмирал Гернси)
»

После 44 минут боя ГК"Бисмарка" были полностью приведены к молчанию.
"Родней" подошёл на ДПВ своего ГК (дальность прямого выстрела приблизительно 3 км), в то время как с Кинг Джорджа продолжали стрельбу с большего расстояния.

"Бисмарк" не спускал боевого флага.
Британцы не испытывали желания оставить оставить "Бисмарк" на плаву или попытаться хотя бы захватить его - слишком он был для них страшен, особенно после боя с "Хуудом".
Да и гансы не подавали признаков сдачи, несмотря на неравную борьбу.
Потому британцы просто расстерилвали корабль в упор.
Когда стало очевидно, что их враг не сможет достигнуть порта, HMS Rodney, HMS King George V и эсминцы были отозваны домой.
Крейсерам было приказано добить "Бисмарк" торпедами. "Норфрлк" использовал свои последние торпеды, подключившийся к атаке HMS Dorsetshire выпустил три 533-мм торпеды, которые поразили "Бисмарка" практически в упор.

Верхняя палуба линейного корабля была почти полностью разрушена, но его машины всё ещё функционировали. Иоганн Ганс Циммерман (кочегар котельного отделения) рассказывает о забортной воде, подступавшей к линии подачи топлива к котлам, что заставило механиков уменьшать скорость до семи узлов, опасаясь взрыва.

Был отдан приказ открыть кингстоны и покинуть корабль. Многие из команды прыгали за борт, но с нижних палуб только нескольким морякам удалось выбраться живыми. Капитан Линдеман считался убитым со всеми офицерами после того, как мостик был поражён 16-дюймовым (406-миллиметровым) снарядом. Неясно также, он ли отдавал приказ покинуть корабль или же нет. В то же время некоторые из спасшихся настаивали, что видели капитана живым, добровольно оставшимся со своим идущим ко дну кораблём.


Гибель Bismarck. Фотография сделана с борта крейсера HMS Dorsetshire. 27 мая 1941 года

"Бисмарк" ушёл под воду, перевернувшись вверх килем в 10:39 тем утром. Не спустив флага.
Некоторые из членов команды не делали попытки отплыть подальше, но карабкались на днище и ушли под воду вместе с кораблём, с поднятыми для приветствия руками.
Кто-то ыплыл, большинство - нет.


Около сотни немецких моряков, выживших после гибели Bismarck, пытаются доплыть до HMS Dorsetshire. 27 мая 1941 года.


Выживших поднимают на борт крейсера HMS Dorsetshire. Крейсеру удалось спаси только 86 человек. 27 мая 1941 года.

Не зная судьбы "Бисмарка", Группа «Запад» — немецкая командная база — продолжала посылать сигналы на корабль ещё несколько часов, пока агентство «Рейтер» не сообщило в новостях из Великобритании — «корабль потоплен».

В Великобритании, в Палате общин, сообщили о потоплении "Бисмарка" в тот же день. Крейсер HMS Dorsetshire и эсминец HMS Maori остались, чтобы спасти оставшихся в живых, но из-за тревоги, сыгранной с
"подозрением на появление немецкой субмарины
, покинули место боя, сумев спасти 110 моряков "Бисмарка и бросив остатки экипажа в воде.
Британцы просто мстили немцам за испытанный страх перед ними в этом бою.
Среди спасённых был корабельный кот.

Только следующим утром U-74 и немецкое метеорологическое судно «Заксенвальд» ( Sachsenwald) подобрали 5 оставшихся в живых. Всего из 2200 человек команды "Бисмарка" погибло 1995 человек.


Пленные немецкие моряки, выжившие и спасенные после гибели Bismarck, доставлены в Великобританию. Май 1941 года.

После этого боя Джон Тови написал в своих мемуарах:
«
„Бисмарк“ дал самый героический бой при самых невозможных условиях, достойный старых дней Имперского немецкого Флота, и он ушёл под воду с поднятым флагом

Джон Тови
»

Адмирал хотел сказать это публично, но Адмиралтейство возразило:
« По политическим причинам важно, чтобы ничего из чувств, выраженных Вами, не было предано гласности, однако мы восхищаемся героической схваткой

-----------------------------------------

..."Бисмарк" покоится в точке с примерными координатами 48°10′ с. ш. 16°12′ з. д. (G) (O), в 380 милях к юго-западу от ирландского города Корк.
Место гибели было обнаружено 8 июня 1989 года экспедицией Роберта Балларда, ранее нашедшего «Титаник», и по международным законам считается военным захоронением.

Всего было шесть экспедиций к месту потопления.
В 2002 году Джеймс Камерон, режиссёр фильма «Титаник», используя подводные аппараты «Мир» российского научно-исследовательского судна «Академик Мстислав Келдыш» - и тут ез русских, без "руки Кремля" не обошлось! :mrgreen: провёл съёмки для документального фильма «Экспедиция Бисмарк». Полученные снимки повреждений кормовой части корабля подтвердили наличие ошибок в конструировании корпуса, приведшие при повреждении руля к потере управления.
Фильм этот не так известен почтеннейшей публике, как подводные съемки "Титаника" - но намного трагичнее и лиричнее.

Вот этот фильм:

phpBB [video]


Вопрос о причинах, вызвавших гибель корабля, долгое время являлся предметом дискуссий: торпеды ли нанесли смертельное повреждение, или же корабль затонул в результате действий трюмной команды, получившей приказ открыть кингстоны...
Вероятнее всего, что остойчивость корабля была нарушена совместным действием этих факторов.

Как бы то ни было, подводная экспедиция Д. Камерона к затонувшему кораблю показала, что кингстоны (клапана затпления) корабля открыты...


Мемориал в честь памяти о погибших членах экипажа "Бисмарка". Фридрихсру, Германия, наши дни
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17468
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Корабли - легенды. "Летучие Голландцы" флота

Сообщение гришу » 19 фев 2017, 15:58

Я это делаю что б перевернуть страницу (дюже длинная получилась)
Ну и ВАС порадовать :D Ну, А чё - море здесь тоже есть..
Есть в Гравском парке - чёрный пруд..
(Миледи)

Частенько у девушек встречаешь статус: "Я могу быть разной..."; так хочется дописать: "... с бодуна прекрасной!"
Ушёл в себя. Вернусь не скоро…
Аватара пользователя
гришу
 
Сообщения: 10894
Зарегистрирован: 14 июл 2011, 01:44

Пред.След.

Вернуться в Военно-морской флот

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1