Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Темы связанные с армией, вооружением и обществом, военные конфликты и т.д.

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение EvMitkov » 15 авг 2013, 12:59

Вы говорите, что сможете её решить.
Давайте перейдем к историческим параллелькам - это завсегда пользительно.
Вот параллель, как зачастую наша творческая интеллигеция решает проблемы. Скажем, по защите Родины от внешнего врага.
( Ниже я привожу материал нашего Дмитрия Владимировича Гринюка, нашего Оленевода), расположенный тут
http://clubs.ya.ru/4611686018427406383/ ... m_no=10615

1943 год. Власть и творческая интеллигенция

Спецсообщение Управления контрразведки НКГБ СССР




Об антисоветских проявлениях и отрицательных политических настроениях среди писателей и журналистов

24.07.1943






Спецсообщение Управления контрразведки НКГБ СССР




«Об антисоветских проявлениях и отрицательных политических настроениях среди писателей и журналистов» [24.07.1943]

За последнее время <...> *) со стороны отдельных писателей и журналистов отмечаются различные отрицательные проявления и политические тенденции, связанные с их оценкой международного, внутреннего и военного положения СССР.

Враждебные элементы высказывают пораженческие настроения и пытаются воздействовать на свое окружение в антисоветском духе.

Так, например:

Уткин И.П., поэт, бывший троцкист: «Будь это в 1927 году, я был бы очень рад такому положению, какое создалось на фронте сейчас (Уткин имеет в виду невозможность достижения победы силами одной Красной армии). Но и теперь создавшееся положение весьма поможет тому, чтобы все стало на свои места...

Нашему государству я предпочитаю Швейцарию. Там хотя бы нет смертной казни, там людям не отрубают голову. Там не вывозят арестантов по сорок эшелонов в отдаленные места, на верную гибель...

У нас такой же страшный режим, как и в Германии... Все и вся задавлено... Мы должны победить немецкий фашизм, а потом победить самих себя...

...В каком положении находится Россия! Страшно подумать. Ни искусства, ни культуры.

Всякую самостоятельность бюрократия, правящая государством, убивает в зародыше. Их идеал, чтобы русский народ стал единым стадом баранов. Этот идеал уже почти достигнут...

Завершен логический путь, начатый с провозглашенной [Сталиным] политики „построения социализма в одной стране“... Из его социализма получилось чудовищное обнищание страны. И, пожалуй, придется восстановить частное сельское хозяйство, иначе страна из нищеты не выберется. Да и с фронта придут люди, которые захотят, наконец, получше жить, посвободнее...

...Нужно спасать Россию, а не завоевывать мир... Теперь у нас есть надежда, что мы будем жить в свободной демократической России, ибо без союзников мы спасти Россию не сумеем, а значит, надо идти на уступки. А все это не может не привести к внутренним изменениям, в этом логика и инерция событий. Многое должно измениться. Возьмите хотя бы название партии, отражающее ее идеологию: коммунистическая партия. Ничего не будет удивительного, если после войны она будет называться „русская социалистическая партия“...

Мы еще увидим, как изменится государственная форма нашей жизни, не может без конца продолжаться парадоксальное положение, когда наряду с „лучшей конституцией“ у нас – наихудший режим. Режим полного попрания человеческой свободы...»



Никандров Н.П., писатель, бывший эсер: «Мы прошлым летом ждали конца войны и освобождения от 25-летнего рабства, в этом году, этим летом и произойдет освобождение, оно только произойдет несколько иначе, нежели мы думали. Большевизм будет распущен, как Коминтерн, под давлением союзных государств...

Сейчас прежде всего нужно ждать реформ в сельском хозяйстве – там должна быть введена частная инициатива и взамен колхозов созданы кредитные товарищества. Потом должны быть реформы в области торговли. В области же морали в первую очередь должны быть уничтожены или как-то приведены к ограничению евреи. Еврейский вопрос – это военный вопрос каждого русского...»

Светлов М.А., поэт, в прошлом участник троцкистской группы: «Раньше я думал, что мы дураки, – мы кричали, что погибает революция, что мы пойдем на поводу у мирового капитала, что теория социализма в одной стране погубит советскую власть. Потом я решил: дураки мы, чего мы кричали? Ничего страшного не произошло. А теперь я думаю: боже, мы ведь в самом деле были умные, мы же все это предсказали и предвидели, мы же кричали, плакали, предупреждали, на нас смотрели как на Дон-Кихотов, нас высмеивали. И мы потом сами поверили, что мы Дон-Кихоты... а теперь оказалось, что мы были правы...

В этом финале мало хорошего и мало умного. Революция кончается на том, с чего она началась. Теперь процентная норма для евреев, табель о рангах, погоны и прочие „радости“. Такой кругооборот даже мы не предвидели...»

Вальве Б.С., литературовед: «В конце концов это ирония судьбы, что мы проливаем кровь и разоряем страну ради укрепления англо-американского капитализма... Получается, что гитлеризм сыграл свою историческую роль, ибо спас капитализм от гибели, создал обстановку, при которой даже наша страна – враг капитализма – стала не жалея живота своего защищать его – капитализм от гибели, укреплять его, подчиняясь ему...

Будущность весьма мрачна. Все важнейшие процессы в сознании людей и в политике следует рассматривать или как уступки Гитлеру (повышение национального самосознания), или же капитализму (роспуск Коминтерна), отказ от задач мировой революции...

Германский фашизм есть закономерная реакция на наш социализм. В конце концов два вида социализма: нацизм и большевизм оспаривают мировое господство. История породила немецкий фашизм для того, чтобы он покончил с большевизмом, но Гитлер... возымел вздорный замысел – идти против предписания истории и поднять руку на хозяина – капитализм. Однако хозяин – англо-американский капитализм – оказался столь умным, что сумел парировать удар и направить нацизм против его законного противника – против нас. Теперь дело обстоит так, что хозяин в выигрыше, ибо помогает нам против Германии, но не спешит разгромить Германию, чтобы вернее изнурять оба ненавистных ему вида социализма...»

Колбановский А.Э., журналист, сотрудник редакции «Последних известий» радиокомитета: «...Война будет продолжаться очень долго и не принесет нам победы. Мы значительно слабее немцев. Второго фронта нет и не будет, союзники ежеминутно готовы нас предать, заключив соглашение с Гитлером за наш счет. Нас ждут огромные лишения, люди будут ни за что погибать на фронтах, а мы здесь, в тылу, голодать, пухнуть от голода и холода, гибнуть от фашистских бомб...

Заявление Совинформбюро ко второй годовщине войны о невозможности разбить врага без второго фронта это официальное признание нашей слабости, полной неизбежности нашего поражения. Поэтому незачем работать, напрягать свои силы, голодать, терпеть лишения...

Наша пропаганда тупа и бездарна. Я не могу без злобы читать то, что пишется в газетах, сводки Информбюро, то, что мы передаем по радио. Это все стандартная, глупая, противная ложь. Я проклинаю свою профессию журналиста, мы пишем не то, что есть, а то, что нам диктуют свыше, о чем нас заставляют писать... Я устал от этой вечной лжи, от этого давления сверху, от этих бездарных, тупых идиотов – цензоров и политредакторов, которые убивают живую мысль, заставляют глупо и тупо лгать по стандарту.

Все это для того, чтобы убедить народ, что у нас все хорошо, народ крепок и един и мы продержимся и победим. А на деле – мы слабы и на победу нет надежды...»

Тренев К.А., писатель, бывший кадет: «...Ответы Сталина (по поводу роспуска Коминтерна) написаны страшно путано, нелогично, непоследовательно... С одной стороны, говорится о ликвидации клеветы по поводу деятельности Коминтерна, а с другой, что Коминтерн ликвидирован, чтобы не мешать борьбе против гитлеризма (при этом Тренев чрезвычайно резко отзывался о [Сталине] лично)... Под нажимом Англии и США, наконец, разогнали дармоедов...

...Я избегаю читать газеты, мне противно читать газеты, сплошную ложь и очковтирательство...

(Тренев намекнул, что он сознательно отходит от общественной работы и старается пребывать в тени, подготовляя безболезненный переход на сторону «нового режима», который будет, по его убеждению, установлен после войны.)

...Что касается нашей страны, то она больше выдержать войны не в состоянии, тем более что за сохранение существующего режима вряд ли многие согласятся бороться... Надо быть последовательным. Коминтерн разогнали, надо пересмотреть гимн „Интернационал“, он не может понравиться союзникам...»

Среди некоторой части писателей зафиксировано усиление так называемых «демократических» тенденций, выражение надежд на коренные изменения советского строя в результате войны, а в отдельных случаях и прямая ставка на реставрацию капитализма в СССР.

К таким относятся:

Новиков-Прибой А.С., писатель, бывший эсер: «Крестьянину нужно дать послабление в экономике, в развороте его инициативы по части личного хозяйства. Все равно это произойдет в результате войны... Не может одна Россия бесконечно долго стоять в стороне от капиталистических стран, и она перейдет рано или поздно на этот путь, правительство это само поймет...»

Никитин М.А., писатель: «Неужели наша власть не видит всеобщего разочарования в революции? Неужели не будут предприняты реформы после войны? Так больше нельзя. Коли сейчас нельзя, то завтра надо сделать. Сколько крови пролито, кровь дает свои плоды... Несчастья, которые принесла война, должны искупиться улучшением условий жизни и политики. Бюрократы сидят на шее народа... Революция не оправдала затраченных на нее сил и жертв. Нужны реформы, преобразования. Иначе нам не подняться из пропасти, из разорения, в которое ввергла нас война. Наша промышленность растет, а сельское хозяйство тает на глазах. Диспропорция эта требует исправления...»

Чуковский К.И., писатель: «Скоро нужно ждать еще каких-нибудь решений в угоду нашим хозяевам (союзникам), наша судьба в их руках. Я рад, что начинается новая разумная эпоха. Они нас научат культуре...»

Соловьев Л.В., писатель, военный корреспондент, автор пьесы «Фельдмаршал Кутузов»: «У нас катастрофическое положение с продовольствием, нечем кормить население и даже армию. Без помощи американцев мы уже давно бы выдохлись. У нас все дезорганизовано. Мужики и бабы в деревнях не хотят работать.

Надо распустить колхозы, тогда положение изменится. Союзники, вероятно, жмут на [Сталина] в этом вопросе и, возможно, добьются своего, как добились роспуска Коминтерна...

Русский народ несет главное бремя войны, он понес неслыханные жертвы. А что он получит в случае победы? Опять серию пятилеток, голод, очереди. Перспектива у нас грустная, и не хочется думать о том, что будет завтра...»

Максимов Г.И., журналист, член ВКП(б): «Русский мужик в оккупированных районах сейчас в раздумье. Он и не хочет, чтобы немцы остались в России, и не хочет возвращения советской власти с колхозами и непосильными для него госпоставками. Наше правительство должно было бы ликвидировать колхозы еще в начале войны, и если бы мужик поверил, что это всерьез и надолго, он пошел бы драться с немцами по-настоящему. Теперь же он воюет неохотно, по принуждению, а он в нашей армии главная сила, на нем все держится».

Бонди С.М., профессор-пушкиновед: «Жалею вновь и вновь о происходящих у нас антидемократических сдвигах, наблюдающихся день ото дня. Возьмите растущий национальный шовинизм. Чем он вызывается? Прежде всего настроениями в армии – антисемитскими, антинемецкими, анти по отношению ко всем нацменьшинствам, о которых сочиняются легенды, что они недостаточно доблестны, и правительство наше всецело идет навстречу этим настроениям армии, не пытаясь ее перевоспитать, менять ее характер.

Самое важное сохранить боеспособность армии, ее боевую готовность сражаться, что же до целей войны, то о них лучше не думать. И создается, таким образом, подобие военной касты, которая естественно не вмещается в рамки демократии.

Для большевиков наступил серьезный кризис, страшный тупик. И уже не выйти им из него с поднятой головой, а придется ползать на четвереньках, и то лишь очень короткое время. За Коминтерном пойдет ликвидация более серьезного порядка... Это не уступка, не реформа даже, целая революция. Это – отказ от коммунистической пропаганды на Западе как помехи для господствующих классов, это отказ от насильственного свержения общественного строя других стран. Для начала – недурно...

Вот вам то первое, творческое, что дали немцы и война с ними...»

Морозов С.Т., журналист, внук фабриканта Саввы Морозова: «Мы все люди пришибленные и задавленные. Никому из нас и в голову не может прийти мысль, что он может законно принимать участие в общественной, политической жизни страны. Между тем ясно, что после войны жизнь в стране должна резко измениться, под влиянием союзников правительство вынуждено будет решительно изменить внутренний курс. Весьма вероятно, что в стране возникнут оппозиционные партии... Мне бы хотелось, чтобы уже сейчас во время войны правительство выступило с обещанием организовать в стране после войны жизнь на других началах. Такое заявление помогло бы нам, оно дало бы каждому сознание, что он борется за улучшение своего положения, за свои собственные интересы».

Голосовкер Я.Э., поэт-переводчик и историк литературы, арестовывался и был судим за троцкистскую деятельность: «Советский строй – это деспотия, экономически самый дорогой и непроизводительный порядок, хищническое хозяйство. Гитлер будет разбит, и союзники сумеют, может быть, оказать на нас давление и добиться минимума свобод...»

Объединяясь на почве общности антисоветских настроений, некоторые враждебные советскому строю элементы среди литераторов делают попытки создать под видом литературных кружков политические группировки, противопоставляя их советской общественности, рассчитывая на завоевание определенных позиций в государстве и выражая надежды на ликвидацию или изменение советского строя.

Такие попытки иллюстрируются следующими примерами:

Кузько П.А., писатель, ранее примыкал к эсерам: «...У меня есть несколько идей, заставляющих меня отыскивать сейчас и подбирать талантливых литераторов, понимающих, что вся сегодняшняя советская литература – чепуха, пакость и гроша ломаного не стоит... Партийные чиновники уничтожили литературу, нужно создавать новую, настоящую литературу, свободно мыслящую и талантливую. Для этого нужны люди... Я жажду людей. А дальше – надо организовать какое-то общество и действовать не через литературных чиновников, а через лиц более высокопоставленных, которые всегда хотят показать свой либерализм. У меня есть сейчас время заняться, так сказать, неким сражением в области литературной идеологии и художественности...

Я не из тех людей, что сейчас уже верят в разгром немцев... Война может обернуться совсем не той стороной, которая сегодня мерещится нашим оптимистам...

Народ помимо [Сталина] выдвинул своих вождей – Жукова, Рокоссовского и других. Эти вожди бьют немцев и после победы они потребуют себе места под солнцем... Кто-либо из этих популярных генералов станет диктатором либо потребует перемены в управлении страной... Вернувшаяся после войны солдатская масса, увидев, что при коллективизации не восстановить сельское хозяйство, свергнет советскую власть... в результате войны гегемония компартии падет и уступит место гегемонии крестьянской партии, которая создаст новую власть и освободит народ от колхозов...

Я прекрасно понимаю, что нельзя сейчас начинать с очень резких высказываний, но мы должны ясно представить себе, что сегодняшняя литература, искажающая, приукрашивающая действительность в угоду власть имущим, должна быть уничтожена как фальшивая и развращающая умы...

В стране накапливаются силы, недовольные войной... Союзники плохо оказывают свое влияние, если бы они нажали по-настоящему, то можно было бы надеяться на кое-какие облегчения, на раскрепощение...

Надо не терять времени... затем, чтобы зацепиться за какое-нибудь место в руководстве. Это очень может пригодиться нам. Надо использовать советскую общественность так, как она использует нас...

Мы должны быть тем новым, что сменит собой сегодняшнюю бюрократическую советскую рухлядь. Мы – это те, кто понимает, что, положим, сегодняшняя литература обюрократизирована и бездушна, кто ясно видит, что сегодняшний аппарат чиновников, сегодняшняя партийная иерархия должны быть уничтожены. Эти все „мы“, понимающие больше, чем все благоустроенные и благомыслящие чиновники, должны на волне военных и послевоенных событий взлететь наверх...

Советской власти нет. Имеется какой-то конгломерат разных устремлений и глава всего. Имеется царь над царством, в котором нет единства... Бесконечное количество чиновников, с которыми надо бороться, бесконечное стадо партийной братии не есть нечто политически целое. Все эти люди давно забыли и наплевали на социалистические, коммунистические идеи...

...Сейчас, кроме фронтовых дел, идут какие-то сдвиги внутри правительства... Нет сомнения, что эти сдвиги пойдут нам, людям предполагающим бороться, на пользу. Правительство будет праветь, а значит – снисходительнее смотреть на то, как ведет себя общество. Именно замешательство, которое произойдет в правительстве в связи с изменением политики, даст нам и многим другим, временно отстраненным людям, поднять голову и напомнить о своем существовании...»

Колдунов С.А., литератор, дважды арестовывался за антисоветскую деятельность: «Очень плохо то, что в литературе нет группировок... Писатели должны образовывать отдельные группы по признакам общих литературных вкусов и общего мышления. Эти неофициальные группы помогают друг другу, продвигают творчество отдельных писателей.

...Я уверен, что нигде нет такого отсутствия демократизма в литературе, как у нас; нигде, ни в одной стране...»


(окончание дано ниже в виде комментария)

(окончание)

Шкловский В.Б., писатель, бывший эсер: «Мне бы хотелось сейчас собрать яркое, твердое писательское ядро, как в свое время было вокруг Маяковского, и действительно, по-настоящему осветить и показать войну...

В конце концов мне все надоело, я чувствую, что мне лично никто не верит, у меня нет охоты работать, я устал, и пусть себе все идет так, как идет. Все равно у нас никто не в силах ничего изменить, если нет указки свыше...

Меня по-прежнему больше всего мучает та же мысль: победа ничего не даст хорошего, она не внесет никаких изменений в строй, она не даст возможности писать по-своему и печатать написанное. А без победы – конец, мы погибли. Значит, выхода нет. Наш режим всегда был наиболее циничным из когда-либо существовавших, но антисемитизм коммунистической партии – это просто прелесть...

...Никакой надежды на благотворное влияние союзников у меня нет. Они будут объявлены империалистами с момента начала мирных переговоров. Нынешнее моральное убожество расцветет после войны».

Краснов П.Б., журналист: «...Наше положение далее становится нетерпимым. Обескровленная страна может не выдержать нового натиска гитлеровцев. У меня вся надежда на Англию и Америку, которые нанесут немцам решающий удар. Но очевидно, что и Англия, и Америка не хотят целиком поддерживать сталинское правительство. Они добиваются «мирной революции» в СССР. Одним из ее звеньев является ликвидация Коминтерна. В случае, если Сталин не пойдет на все требования Англии и Америки, они могут бросить Россию в руки Германии, и это будет катастрофой...

Мои симпатии всегда на стороне демократических держав... В случае победы советской власти мне, старому демократу, ученику В.Г.Короленко, остается только одно – самоубийство! Но я искренне надеюсь, что царство тьмы будет побеждено и восторжествует справедливость. Из этих целей я уже сейчас подумываю о необходимости объединения демократических журналистов, т.е. людей, которые могли бы работать в настоящей непартийной печати...

...Я готов терпеть войну еще хоть три года, пусть погибнут еще миллионы людей, лишь бы в результате был сломлен деспотический, каторжный порядок в нашей стране. Поверьте, что так, как я, рассуждают десятки моих товарищей, которые, как и я, надеются только на союзников, на их победу и над Германией, и над СССР...»

Отдельные крупные писатели и поэты занимают неопределенную, выжидательную политическую позицию, не дали за время войны каких-либо значительных произведений, не определили своего отношения к войне с Германией.

В своем близком окружении эти писатели и поэты объясняют свою творческую пассивность во время войны строгостями цензуры, нежеланием «приспосабливаться». Большинство из них стоит на антисоветских позициях.

Так, например:

Федин К.А., писатель, до 1918 года был в плену в Германии, поклонник «немецкой культуры», неоднократно выезжал в Германию и был тесно связан с сотрудниками германского посольства в СССР: «...Все русское для меня давно погибло с приходом большевиков; теперь должна наступить новая эпоха, когда народ не будет больше голодать, не будет все с себя снимать, чтобы благоденствовала какая-то кучка людей (большевиков).

За кровь, пролитую на войне, народ потребует плату, и вот здесь наступит такое... Может быть, опять прольется кровь...

...О Горьком я буду сейчас писать только для денег: меня эта тема уже не волнует и не интересует. Очень обидно получилось у меня с пьесой. Леонов за такую ерунду («Нашествие») получил премию, но это понятно – нужно было поклониться в ножки, он поклонился, приписал последнюю картину, где сплошной гимн [Сталину], вот ему и заплатили за поклон.

Я, конечно, никогда со своей линии не сойду, чего бы это мне ни стоило. Я никому не поклонюсь и подлаживаться не буду...

Я засел за роман, который, кстати сказать, никакого отношения не имеет к современности. Роман этот об одной актрисе. Потому что я хочу быть во всей этой суматошной жизни совершенно нейтральным...

Ничего мы сделать без Америки не сможем. Продав себя и весь свой народ американцам со всеми нашими потрохами, мы только тогда сможем выйти из этого ужаса разрушения... Отдав свою честь, превратившись в нищих и прося рукой подаяния, – вот в таком виде мы сейчас стоим перед Америкой. Ей мы должны поклониться и будем ходить по проволоке, как дрессированные собаки...

...Я очень боюсь, что после войны вся наша литература, которая была до сих пор, будет попросту зачеркнута. Нас отучили мыслить. Если посмотреть, что написано за эти два года, то это сплошные восклицательные знаки... А статья Леонова в „Известиях“ – „Святая ненависть“ – вызывает чувство гадливости и отвращения... Нельзя кричать без конца: „Родина, моя Родина!“ – с надрывом, манерно, как это делает Леонов... Я перечитал рассказ Мопассана „Усы“. Вот как нужно писать о войне – не в лоб, тонко, умно, и это производит огромное впечатление. А у нас так писать не дают возможности...

Нужно ждать, чтобы не попасть впросак» (заявил Федин по поводу своего отказа от редактирования немецкого антифашистского журнала).

Пастернак Б.Л., поэт: «Теперь я закончил новый перевод „Антоний и Клеопатра“ Шекспира и хотел бы встречаться с Риски (британский пресс-атташе) для практики в английском языке.

...Нельзя встречаться, с кем я хочу. Для меня он – человек, иностранец, а никакой дипломат... Нельзя писать, что хочешь, все указано наперед... Я не люблю так называемой военной литературы, и я не против войны... Я хочу писать, но мне не дают писать того, что я хочу, как я воспринимаю войну. Но я не хочу писать по регулятору уличного движения: так можно, а так нельзя. А у нас говорят – пиши так, а не эдак... Я делаю переводы, думаете, от того, что мне это так нравится? Нет, от того, что ничего другого нельзя делать...

У меня длинный язык, я не Маршак, тот умеет делать, как требуют, а я не умею устраиваться и не хочу. Я буду говорить публично, хотя знаю, что это может плохо кончиться. У меня есть имя и писать хочу, не боюсь войны, готов умереть, готов поехать на фронт, но дайте мне писать не по трафарету, а как я воспринимаю...»

Группе писателей, возвращавшихся из Чистополя в Москву, был предоставлен специальный пароход. Желая отблагодарить команду парохода, группа писателей решила оставить им книгу записей. Эта идея встретила горячий отклик... Когда с этим пришли к Пастернаку, он предложил такую запись: «Хочу купаться и еще жажду свободы печати».

«Пастернак, видимо, серьезно считает себя поэтом-пророком, которому затыкают рот, поэтому он уходит от всего в сторону, уклоняясь от прямого ответа на вопросы, поставленные войной, и занимается переводами Шекспира, сохраняя свою „поэтическую индивидуальность“, далекую судьбам страны и народа. Пусть-де народ и его судьбы – сами по себе, а я – сам по себе...»

Асеев Н.Н., поэт. «Взгляды Асеева на современную поэзию – это последовательное отрицание ценности многого из того, что делается сейчас советскими поэтами... – Все заскучнено стремлением к логизированию, к дидактике. Поэзия этих поэтов (Алигер, Долматовского) выполняет ту же функцию, какую могли бы выполнить статья, любая частная проза. – За всем этим в словах Асеева чувствуется некоторое личное раздражение, личная тревожность...»

«...Писать по-настоящему оптимистические стихи я не могу, так как меня не обеспечивают, как нужно, и я – не поэт, а нищий на паперти. Я должен с утра до ночи ходить и клянчить себе пайки. Всюду встречаю бездушие. У нас ведь все забюрократизировано... Приходится обивать пороги всяких сановников... Союза писателей у нас нет. Есть отдельные приспособившиеся, попавшие в тон люди, а настоящим писателям и поэтам хода нет... У нас сознательно обходят и скрывают то, что говорил Маяковский, против чего он боролся всю жизнь – против того, чтобы поэзия была приспособленческой».

Сафонов В.А., писатель, ответственный редактор серии «Великие люди русского народа» в издательстве «Молодая гвардия».

«Сафонов... принадлежит к той группе писателей, которая рассматривает трудности и некоторые тяготы и неполадки военного времени как явления, вызванные не столько войной, сколько обстоятельствами «общего порядка», т.е. политикой советской власти. Он довольно часто указывает на невозможность для писателя серьезно работать в настоящее время, говоря, что серьезный писатель «не может идти на поводу у требований примитивной агитации». Поэтому сам он ничего не пишет и не написал за время войны, если не считать брошюрки о Мичурине и работы над историческим романом о Ермаке, начатой еще до войны... Он с подчеркнутой преднамеренностью не читает ничего из современной литературы и даже как-то гордится своим невежеством в этой области.

...Службу в армии для себя он считает бессмысленной и губительной, так как она подавляет творческую индивидуальность писателя.

...Со страстным нетерпением Сафонов ожидает мира, надеясь, что «после войны наступят разные свободы и будет легче жить и дышать». Он считает, что даже потеря Украины не является достаточным препятствием для заключения мира...»

Глебов А.Г., писатель, исключен из ВКП(б): «...Безвыходно тяжелое положение советских писателей... Печататься негде, платят гроши, на каждом шагу писатель встречает цензурные рогатки... Если бы я знал, что в ближайшие 5–10 лет общая ситуация не изменится, я переквалифицировался бы из писателя хоть в бухгалтера. Своего сына, у которого есть интерес к литературе, я стараюсь всячески отвратить от нее... Давно уже пишу роман „для души“, в котором говорю свободно все, что хочу сказать...»

Кроме того, среди видных писателей отмечаются и другие политические настроения, которые отражают их оценку современного положения.

Приводим наиболее характерные высказывания.

Толстой А.Н., писатель: «Мы уже теперь заботимся о том, чтобы у нас в запасе были людские военные резервы – на тот случай, что, когда война придет к завершению, нам еще придется драться со своими союзниками за дележ и переустройство Европы...

В близком будущем придется допустить частную инициативу – новый НЭП, без этого нельзя будет восстановить и оживить хозяйство и товарооборот...»

Леонов Л.М., писатель: «Я очень обеспокоен последней частью документа (сообщение Совинформбюро от 22.VI.43 г.). Я думаю, что мы стоим на грани отказа союзников от помощи нам... Ответ [Сталина] Рузвельту был явно неудовлетворительным для „Демократий“. Рузвельт, как мне говорили многие, требовал роспуска колхозов, а [Сталин] ответил, что это одна из основ советского строя... Можно было бы пойти на некоторую реорганизацию в сельском хозяйстве, ибо личные стимулы у колхозников еще до войны, и особенно сейчас, очень ослабли...

Мы, видимо, раздражаем союзников своей резкостью в постановке вопросов о Польше, Прибалтике, Украине и проч. От всего этого можно было бы в известной мере воздержаться. А то ведь странно: сами же говорим, что без второго фронта нельзя победить Германию, а ведем с этим вторым фронтом рискованную игру...»

Погодин Н.Ф., писатель: «...Страшные жизненные уроки, полученные страной и чуть не завершившиеся буквально случайной сдачей Москвы, которую немцы не взяли 15–16 октября 1941 года, просто не поверив в полное отсутствие у нас какой-либо организованности, должны говорить прежде всего об одном: так дальше не может быть, так больше нельзя жить, так мы не выживем...

У нас что-то неладно в самом механизме, и он нет-нет, да и заедает и скрипит. У нас неладно что-то в самой системе. Что хорошо, то хорошо, и многое у нас отлично, но и плохое у нас предстало такими дозами, что просто не понимаешь, как и когда это могло случиться...»

Сергеев-Ценский С.Н., писатель. «Красной нитью через все его высказывания проходила мысль о том, что вот он – Ценский – старейший русский писатель, художник слова, должен всю жизнь пробиваться сквозь дебри непонимания значения писателя, его роли. Особенно он это относит к советскому периоду, „когда в литературу и журналистику пришло много нерусских людей, жидовствующих эренбургов, которым непонятно значение художника. Они публицисты и того же требуют от остальных литераторов“. Противопоставляя себя «эренбургам», газетчикам, Ценский заявил: – В Москве невозможно было работать, редакции осаждали просьбами написать статью. И как хотелось сказать им, что я писатель, а не журналист, что я занят более важным и нужным делом...

В своей общественной практике Ценский не отступает от этих своих взглядов. Так, со слов поэта Марка Тарловского, когда ЦК партии Казахстана пригласил его редактировать текст письма казахского народа бойцам-казахам, Ценский уклонился от этой работы, заявив, что это не дело писателя...

Говоря о войне, Ценский... заявил, что в результате войны наступит период одичания на долгие годы...»

Голубов С.Н., писатель, автор романа «Генерал Багратион»: «...После войны все без передыха будут впряжены в реконструкцию хозяйства страны, в штопание прорех... Какие бы то ни было перемены в сторону улучшения жизни, освобождения мысли, творчества у нас исключены, ибо есть инерция власти, раз навсегда установившегося порядка. Власть не в состоянии сделать, если бы она того и захотела, даже маленьких послаблений в общественной жизни и колхозном быте, хозяйстве, ибо это может образовать щель, в которую хлынет все накопившееся недовольство. Просвета в будущем не видно...»

После вызова к тов. [Щербакову] Голубов заявил: «Где еще, кроме как у нас, писателю могут задать такой дикий вопрос: не голодает ли он? Наши требования к жизни настолько снизились, что писателя можно облагодетельствовать пудом картошки и парой штанов... Вот в интересах пропаганды я им понадобился, – меня и обласкали, а не будь этого – никто и никогда не поинтересовался бы мною...»

Довженко А.П., украинский литератор и кинорежиссер: «...Необходимо издать и вообще узаконить у нас всех тех писателей, националистов-эмигрантов, которые не проявили себя на стороне фашистов, чтобы отвоевать их и перетянуть на нашу сторону. Мы бедны, каждое творческое лицо для нас бесценно – зачем нам самих себя грабить?..

Украинские девушки, полюбившие немцев и вышедшие за них замуж, не виноваты в том, что у них нет патриотизма, а виноваты те, кто этого патриотизма в них не сумел воспитать, т.е. мы сами, вся система советского воспитания, не сумевшая пробудить в человеке любви к родине, чувства долга, патриотизма.

Ни о какой каре не может быть речи, должны быть прощены все, если только они не проводили шпионской работы...

Тема обличения порочности советского воспитания, никчемности советского педагога, ошибочности пропаганды и трагических результатов этого должна стать основной темой советского искусства, литературы и кино на ближайшее время...

...Больше всего меня беспокоят потери, ценой которых нам удается наступать. Сил у нас не так много, нам необходимо экономить их и для ведения войны с Германией, и для обороны своего престижа против «союзников» после окончания войны, и поэтому вряд ли есть смысл тратить эти силы в тяжелом наступлении, – не лучше ли продолжать только удерживать рубежи до более благоприятного времени – до зимы или наступления союзников на континенте Европы?..

...Возмущаюсь, почему создали польскую дивизию, а не формируют украинских национальных частей...»

Гладков Ф.В., писатель: «Подумайте, 25 лет советская власть, а даже до войны люди ходили в лохмотьях, голодали... В таких городах, как Пенза, Ярославль, в 1940 году люди пухли от голода, нельзя было пообедать и достать хоть хлеба. Это наводит на очень серьезные мысли: для чего же было делать революцию, если через 25 лет люди голодали до войны так же, как голодают теперь...»

Павленко П.А., писатель, корреспондент газеты «Красная звезда», член ВКП(б): «...Теперь-то уже ясно, что без союзников нам немца не выгнать из России. Наша мощь сильно подорвана... В конечном итоге наша судьба теперь зависит от поведения и доброй воли союзников...»

Сельвинский И.Л., поэт, корреспондент военной газеты на Кубани: «...Настроение в наших частях неважное. Люди устали от войны, немец все еще силен, упорно дерется... Если так дальше пойдет – войне конца не будет...»

Пришвин М.М., писатель: «...Народ... угнетен войной и порядками, ждет конца войны любой ценой. Задача каждого человека сейчас – сохранить всеми средствами свою личную жизнь... Одной из величайших загадок и тайн жизни надо считать следующее явление... Население войны не хочет, порядками недовольно, но как только такой человек попадает на фронт, то дерется отважно, не жалея себя... Я отказываюсь понять сейчас это явление...»

* * *

Писатели, проявляющие резкие антисоветские настроения, нами активно разрабатываются.

По агентурным материалам, свидетельствующим о попытках организованной антисоветской работы, приняты меры активизации разработок и подготовки их к оперативной ликвидации.



Зам[еститель] нач[альника] 3-го отдела 2-го управления НКГБ СССР

майор гос[ударственной] безопасности Шубняков



ЦА ФСБ РФ. Ф. 4. Оп. 1. Д. 159. Л. 168–179. Копия. Машинопись.



Примечания

*) Данным знаком обозначено изъятие с упоминанием источников информации (псевдоним осведомителя и т.п.), сделанное при рассекречивании документа.


Ни с чем мнения эти не созвучны, Андрей? Ничего Вам не напоминают? А?
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17448
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение Andreas » 15 авг 2013, 16:13

Значит, Ваша логика в том, что москвичи для того хотят выгнать из города азиатов, чтобы потом потонуть в грязи. Оригинально!

Значит, в борьбе с ростовскими чиновниками поможет только военная диктатура. Мда, полный инфантилизм.

Умные люди (интелектуалы) глупым людям (госслужащим) спрогнозировали послевоенную ситуацию - захват США мирового господства. И в чем тут криминал? По крайней мере, другой умный человек (политик) Сталин, получив информацию от госслужащих, никаких санкций к Пастернаку и Сафронову не произвел.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение Палестинский Казак » 15 авг 2013, 21:37

Товарищи-Господа. Вы о чём спорите?!
Есть такая прикладная наука - УРБАНИСТИКА.Так вот град Москва - это самый Большой Мегаполис в Европе!!!
Всё, что происходило с Мск с 1913г и в СССР - это не ярко выраженные процессы, связанные с мегаполизацией столицы...
Сейчас - это всё приняло более ярко выраженные формы и идёт ускорение процессов!
УФсё, что мы видим или будет в ближайщие 5 лет уже описано в литературе на примерах крупнейших мегаполисов мира...
у нас есть некоторая специфика - радиальнокольцевая структура города (основная причина пробок) а так уже всё известно!!!
Смотрите Нью-Йорк и далее по списку...
Скоро начнутся не автомобильные, а авиационные пробки. Даю пять лет!!!
Палестинский Казак
 
Сообщения: 1388
Зарегистрирован: 24 май 2012, 03:53
Откуда: родился в Новороссии, служил в ГСВГ - Baumwolle

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение EvMitkov » 15 авг 2013, 23:11

Казаче!
По мнению некоторых интернет-экспертов, друже - есть верный способ борьбы с будущими воздушными пробками в районе столицы - для этого нужно расставить на крышах высоток ГАИшников ( не из госАВТОинспекции - а из будущей новообразованной Гос АВИА Инспекции - Юдашкину нужно заблаговременно озаботиться дизайном их формы) с ПЗРК.

И установить им план по сшибленным бортам. Это, к тому же, поможет решить еще минимум три проблемы в Белокаменной:
1.Упавшие обломки бортов уменьшат количество частных авто в городе и следовательно - снизят напряженность пробок внизу.

2.Разрушенные обломками бортов дома и строения можно будет признавать неремонтопригодными и опасными для эксплуатации в качестве жилья. Соответственно - участки в центре столицы можно будет за хорошие откатные бабки перетаранивать тем, кто захочет открыть в центре поземный, прикрытый бронекуполом торговый комплекс рядом с Мавзолеем.

3. Упавшие борта волес-ноленс будут уменьшать количество населения в Москве, падая на них сверху. Ну, а поскольку основное население москвы сегодня по словам некоторых товарищей - "незаконные мигранты": "калмыки, казахи, таджики вьетнамо-азербайджанцы и татаро-корейцы" - то чего их жалеть? Все едино - ТУЗЕМЦЫ. В Москве чище будет. Экономия опять же будет на депортации.

Кстати, о чистоте.
После уничтожения обломками сбитых бортов большинства мигрантов коренным москвичам представится широчайшие возможности для так желанной для них личной уборки улиц - а разрушенные дома еще более повысят удовольствие от этой работы и ее продолжительность.

И еще "кстати".
Если в Белокаменной особые волнения и заботы вызывают пробки на дорогах, то у нас в глуубинке с пробками на дорогах - легче. Хотя бы потому, что в тех направлениях, которое мы зовем "дорогами" пробка не всегда возможна по определению - не всякая машинка по нашей дороге проехать рисканет.



Теперь Вам, Андрей.


Andreas писал(а):По крайней мере, другой умный человек (политик) Сталин, получив информацию от госслужащих, никаких санкций к Пастернаку и Сафронову не произвел.


Вообще-то СТАЛИН - это и есть военная диктатура.
Это 0 раз.
И - два.
Вы, как обычно, просматриваете материал "по диагонали", Андрей. Вместо того, чтобы прочесть внимательно и проработать. Подумать и сопоставить.
Я ведь привел документ почти целиком, стараясь ничего не рвать из контекста. Но раз пошла такая пьянка - попробую разжевать.

а). Во-первых, ИВС меры к Пастернаку все-таки принял. Хотя и более мягкие. Тем не менее - Пастернаку хватило самоедства докончить все самому. Но - Пастернак - частность.

Обращу Ваше внимание на иные высказывания "творческой интеллигенции" периода 1943-го года. Полагаю, вам не нужно напоминать о том, что тогда происходило в стране и на фронтах - уже после Сталинграда. ( Комментарии - мои)

Уткин И.П., поэт, бывший троцкист: «Будь это в 1927 году, я был бы очень рад такому положению, какое создалось на фронте сейчас (Уткин имеет в виду невозможность достижения победы силами одной Красной армии). Но и теперь создавшееся положение весьма поможет тому, чтобы все стало на свои места...


Никандров Н.П., писатель, бывший эсер: «Мы прошлым летом ждали конца войны и освобождения от 25-летнего рабства, в этом году, этим летом и произойдет освобождение, оно только произойдет несколько иначе, нежели мы думали.


Что это - если не прямое ПОРАЖЕНЧЕСТВО, причем - искренне ЖЕЛАЕМОЕ "властителями душ человечьих" - творческой интеллигенцией?

Колбановский А.Э., журналист, сотрудник редакции «Последних известий» радиокомитета: «...Война будет продолжаться очень долго и не принесет нам победы. Мы значительно слабее немцев. Второго фронта нет и не будет, союзники ежеминутно готовы нас предать, заключив соглашение с Гитлером за наш счет. Нас ждут огромные лишения, люди будут ни за что погибать на фронтах, а мы здесь, в тылу, голодать, пухнуть от голода и холода, гибнуть от фашистских бомб...


Люди - на фронтах - а мы тут, в тылу...В московском неуюте БОЛЬШОЙ войны. Страдаем. В Москве, на которую практически не падало бомб... Старики и дети воевали, дрались с врагом лицом к лицу, за станками стояли... Не нравится так - иди в ополчение. В госпиталь санитаром...
Наша пропаганда тупа и бездарна. Я не могу без злобы читать то, что пишется в газетах, сводки Информбюро, то, что мы передаем по радио. Это все стандартная, глупая, противная ложь. Я проклинаю свою профессию журналиста, мы пишем не то, что есть, а то, что нам диктуют свыше, о чем нас заставляют писать... Я устал от этой вечной лжи, от этого давления сверху, от этих бездарных, тупых идиотов – цензоров и политредакторов, которые убивают живую мысль, заставляют глупо и тупо лгать по стандарту.

Все это для того, чтобы убедить народ, что у нас все хорошо, народ крепок и един и мы продержимся и победим. А на деле – мы слабы и на победу нет надежды...


"Василий Теркин" - бездарен? Строчки Симонова, идущие не от сердца - ОТ ДУШИ! до сих пор муращи по шкуре вызывающие - бездарны??? "Жди меня - и я вернусь..." "Если в доме твоем..."
Песни тех лет - "Темная ночь...", "Землянка..." - ЛОЖЬ????????

Именно на то кстати, пропаганда и затачивается во время войны - для того, чтобы ПОБЕДИТЬ врага. Чтобы народ был един. И тот кто этого не понимает или не хочет понять - по Ленински - ГОВНО. Дешевое испуганное говно. Не способное ни на что. И - ни на что непригодное.

Тренев намекнул, что он сознательно отходит от общественной работы и старается пребывать в тени, подготовляя безболезненный переход на сторону «нового режима», который будет, по его убеждению, установлен после войны.)

...Что касается нашей страны, то она больше выдержать войны не в состоянии, тем более что за сохранение существующего режима вряд ли многие согласятся бороться... Надо быть последовательным. Коминтерн разогнали, надо пересмотреть гимн „Интернационал“, он не может понравиться союзникам...»

Не Францию ли 40-го года напоминает: При том, что уже были известны и зверства гансов на оккупированных территориях, и то, что они считают нас - унтерменшами.


Для большевиков наступил серьезный кризис, страшный тупик. И уже не выйти им из него с поднятой головой, а придется ползать на четвереньках, и то лишь очень короткое время. За Коминтерном пойдет ликвидация более серьезного порядка... Это не уступка, не реформа даже, целая революция. Это – отказ от коммунистической пропаганды на Западе как помехи для господствующих классов, это отказ от насильственного свержения общественного строя других стран. Для начала – недурно...
Вот вам то первое, творческое, что дали немцы и война с ними...»


Я не из тех людей, что сейчас верят в разгром немцев... Война может обернуться совсем не той стороной, которая сегодня мерещится нашим оптимистам...


Без веры в победу, в то, что сть, за что подыхать в крайнем случае - да и потом враг за твою смерть заплатит - ПОБЕДА НЕВОЗМОЖНА. ТАКИЕ ВОТ любят восхищаться "подвигом царя Леонида" ( 300 спартанцев) но сами на боевую ярость и самопожертвование "Эх, двум смертям...!" , "Эх, жизнь - копейка!" - попросту неспособны. ТАКИЕ ВОТ для сохранения личной шкуры на заднице сапоги будут лизать врагу - мама не горюй. До полировки под зеркало.

Надо не терять времени... затем, чтобы зацепиться за какое-нибудь место в руководстве. Это очень может пригодиться нам. Надо использовать советскую общественность так, как она использует нас...



В конце концов мне все надоело, я чувствую, что мне лично никто не верит, у меня нет охоты работать, я устал, и пусть себе все идет так, как идет. Все равно у нас никто не в силах ничего изменить, если нет указки свыше..

Значит, ты что-то делаешь не так. Говоришь не то. Потому - и не верят. Эренбургу народ верит. А - Шкловскому - нет. А кто сегодня навскидку вспомнит, что такого "доброго и вечного" написал Шкловский, что вошло в нашу литературу? Шолохова - помнят. Шкловского - НЕТ.

Мои симпатии всегда на стороне демократических держав... В случае победы советской власти мне, старому демократу, ученику В.Г.Короленко, остается только одно – самоубийство! Но я искренне надеюсь, что царство тьмы будет побеждено и восторжествует справедливость. Из этих целей я уже сейчас подумываю о необходимости объединения демократических журналистов, т.е. людей, которые могли бы работать в настоящей непартийной печати...


То есть - если СССР победит Германию, для него это страшнее смерти. А в случае победы немцев и установления на территории СССР "нового порядка" - он согласен жить...

Ничего мы сделать без Америки не сможем. Продав себя и весь свой народ американцам со всеми нашими потрохами, мы только тогда сможем выйти из этого ужаса разрушения... Отдав свою честь, превратившись в нищих и прося рукой подаяния, – вот в таком виде мы сейчас стоим перед Америкой. Ей мы должны поклониться и будем ходить по проволоке, как дрессированные собаки...

ХРЕН ЕМУ в могильный холмик! СМОГЛИ. И не продались. Как в 90-е дерьмократы продали страну за.... Ну, да ладно. Далее.

...Службу в армии для себя он считает бессмысленной и губительной, так как она подавляет творческую индивидуальность писателя.
...Со страстным нетерпением Сафонов ожидает мира, надеясь, что «после войны наступят разные свободы и будет легче жить и дышать». Он считает, что даже потеря Украины не является достаточным препятствием для заключения мира...


Да. Это - не Симонов, который "с лейкой и с блокнотом, а то - и с пулеметом..." Пусть его другие жизнями своими защищают - а у него "бесценная творческая индивидуальность писателя". А попросту - ТРУСОСТЬ. Самое страшное ругательство в отношении мужчины - ТРУС. Впрочем - какой он мужчина...


Мы, видимо, раздражаем союзников своей резкостью в постановке вопросов о Польше, Прибалтике, Украине и проч. От всего этого можно было бы в известной мере воздержаться. А то ведь странно: сами же говорим, что без второго фронта нельзя победить Германию, а ведем с этим вторым фронтом рискованную игру...


Мы - "раздражаем" союзников. Тем, что воюем с вермахтом насмерть, а не по-французски?

Павленко П.А., писатель, корреспондент газеты «Красная звезда», член ВКП(б): «...Теперь-то уже ясно, что без союзников нам немца не выгнать из России. Наша мощь сильно подорвана... В конечном итоге наша судьба теперь зависит от поведения и доброй воли союзников..


А - не ИХ ли судьба и послевоенное мироустройство от НАШЕЙ Победы?!

Пришвин М.М., писатель: «...Народ... угнетен войной и порядками, ждет конца войны любой ценой. Задача каждого человека сейчас – сохранить всеми средствами свою личную жизнь... Одной из величайших загадок и тайн жизни надо считать следующее явление... Население войны не хочет, порядками недовольно, но как только такой человек попадает на фронт, то дерется отважно, не жалея себя... Я отказываюсь понять сейчас это явление..


Жп уж куда ему - "душеведу" и "душелюбу", заботнику о народном счастье - ТАКОЕ понять...
Для этого нужно просто лЮБИТЬ свою Родину. Свой дом. Своих детей. Свою мать. Кошку. Собаку. То - что и есть для человека, простого человека - РОДИНА прежде всего. И которую он готов защищать ценой своей жизни.

...Враги сожгли родную хату,
Сгубили всю его семью.
Куда ж теперь идти солдату,
Кому нести печаль свою?...

Пошел солдат в глубоком горе
На перекресток двух дорог,
Нашел солдат в широком поле
Травой заросший бугорок.

Стоит солдат - и словно комья
Застряли в горле у него.
Сказал солдат: "Встречай, Прасковья,
Героя - мужа своего.

Готовь для гостя угощенье,
Накрой в избе широкий стол,-
Свой день, свой праздник возвращенья
К тебе я праздновать пришел..."

Никто солдату не ответил,
Никто его не повстречал,
И только теплый летний ветер
Траву могильную качал.

Вздохнул солдат, ремень поправил,
Раскрыл мешок походный свой,
Бутылку горькую поставил
На серый камень гробовой.

"Не осуждай меня, Прасковья,
Что я пришел к тебе такой:
Хотел я выпить за здоровье,
А должен пить за упокой.

Сойдутся вновь друзья, подружки,
Но не сойтись вовеки нам..."
И пил солдат из медной кружки
Вино с печалью пополам.

Он пил - солдат, слуга народа,
И с болью в сердце говорил:
"Я шел к тебе четыре года,
Я три державы покорил..."


Хмелел солдат, слеза катилась,
Слеза несбывшихся надежд,
И на груди его светилась
Медаль за город Будапешт.


Исаковский, 1945-й год.

Куда ПОНЯТЬ ТАКОЕ...

А статья Леонова в „Известиях“ – „Святая ненависть“ – вызывает чувство гадливости и отвращения...


А следующее высказывание понравится тебе, Володька - ОСОБЕННО
Сейчас прежде всего нужно ждать реформ в сельском хозяйстве – там должна быть введена частная инициатива и взамен колхозов созданы кредитные товарищества. Потом должны быть реформы в области торговли. В области же морали в первую очередь должны быть уничтожены или как-то приведены к ограничению евреи. Еврейский вопрос – это военный вопрос каждого русского...


Твой батя дрался на фронте с гансами. Значит - он ВРАГ Никандрова. И он "должен быть уничтоден и приведен к ограницению"

Вот это все я и имею ввиду, когда говорю что происхождение слова "интеллигент" у нас благодаря ТАКИМ ВОТ трансформировалось от цепочки "интеллект-интеллектуал-интеллигент" в уничижительное - "интЮллЮгент - интель"

То есть - существо, в основной своей массе неспособное не за себя постоять, ни за близких. Пригодное только для злобного шипения втихаря на кухонье - и то, ежели уверен, что соседи не подслушивают.

Ну, а к тем, кто действительно ДОСТОИН звания "интеллигент" в нормальном его звучании и восприятии - Великий И Могучий подобрал другие термины: скажем - о военном интеллигенте просто говорят - ОФИЦЕР ( не от слова "служба, служивый, официальный" - как трактовка на Западе - а опять - "по-нашенски").
О техническом интеллигенте скажут - "Голова!"
О творческом - скорее всего употребят булгаковское - МАСТЕР...

Понимаете, ЧТО я хотел сказать, Андрей?

С ув. Е.М.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17448
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение Andreas » 15 авг 2013, 23:20

Да ладно Вам кипятиться - вон в Америке, например, нет понятия интеллигент, а есть понятие интелектуал, по этому критерию Вы как раз к ним относитесь, поскольку авторские тексты пишите в Интернете.

Вы лучше подумайте головой, какая информация докладывалась Сталину в ходе войны о настроениях в неинтеллигентных массах - недаром он загранотряды и Смерш ввел на всю катушку.

Для Вашего сведения: о техническом интеллигенте сказать "голова" - это значит плюнуть ему в лицо.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение EvMitkov » 15 авг 2013, 23:29

...Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;

Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчел
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме фашист топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал...

Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб фашист, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель...

Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Взял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал...

Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел,— так ее любил,—
Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви...

Если ты фашисту с ружьем
Не желаешь навек отдать
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем,—
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Пусть фашиста убил твой брат,
Пусть фашиста убил сосед,—
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Раз фашиста убил твой брат,—
Это он, а не ты солдат.

Так убей фашиста, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!


Константин Симонов, написано в июле 1942 года и опубликованное в газете «Красная звезда» 18 июля 1942 года — на следующий день после начала Сталинградской битвы.

Задели Вы меня за живое, Андрей.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17448
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение Володя » 15 авг 2013, 23:37

Жень,а что все эти "товарищи",так сказать, после войны делали? Не валили ли лес где нибудь в тайге,где я родился? Их бы моему бате на стройку порохового завода в Хабаровском крае. Он бы им показал "должны быть уничтожены или приведены к ограничению". Он человек был понастоящему интелигентный,умный,образованный. Но вот от таких вот зверел,звал их предателями,и мог порвать как Тузик тряпку. ФРОНТОВИК, он после войны ничего не боялся.
Всем привет из Обетованой... Канады!
Володя
 
Сообщения: 2847
Зарегистрирован: 04 апр 2012, 04:51
Откуда: Торонто Онтарио Канада

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение EvMitkov » 16 авг 2013, 00:00

Володь,
НИКАНДРОВ Николай ; наст. фам. Шевцов [7(19).12.1878, Петровско-Разумовское под Москвой — 18.12.1964, Москва] — прозаик.
Род. в семье почтового служащего. Ребенком попал в Крым, любовь к которому сохранил на всю жизнь (там разворачивается действие мн. его произв.). Детство провел в Севастополе, где учился, по собственному признанию, «скверно, с отвращением» (РГАЛИ. Ф. 1161. Оп. 1. Ед. хр. 525) сначала в церковно-приходской школе, потом в реальном училище, которое закончил в 1896. Время становления личности писателя — это период увлечении и разочарований. Сначала он собирался принять постриг, но по настоянию родителей начинает учиться в моск. Императорском училище путей сообщения, потом в петербургском Лесном ин-те. В Петербурге участвует в работе рев. кружка, за что в 1899 исключен из ин-та. Встреча с Л. Н. Толстым, происшедшая в 1898 по просьбе Н., резко меняет его жизнь: он понимает, что необходимо подлинное, а не книжное знание жизни, и становится сельским учителем. Преподавание сочетает с активной рев. агитацией в эсеровском духе (в партию эсеров Н. вступил в 1900), состоит под гласным надзором полиции. Тогда же пробует себя в лит-ре: его корреспонденции появляются в газ. «Саратовский дневник», «Пермский край». В 1902 после привлечения к полицейскому дознанию по поводу принадлежности к рев. организации вынужден скрываться. Он ищет прибежища в Крыму, где работает грузчиком, гувернером, рыбаком. Однако его арестовывают и помещают в Севастопольскую тюрьму. Устные рассказы Н. слышит находящийся здесь же писатель А. Грин, который советует ему всерьез заняться лит-рой.
Первое худож. произв. Н. появилось на страницах газ. «Крымский вестник» в 1902. Начинающего автора заметили критики и писатели, оценили его наблюдательность, юмор, меткость языка. В Нижнем Новгороде, куда Н. был сослан в 1903, он познакомился с М.Горьким. Лит. атмосфера Нижнего Новгорода тех лет отражена в его автобиогр. нов. «По волчьему билету» (Радуга. 1989. No 9). По возвращении в Севастополь в 1905 он знакомится с А. И. Куприным, первыми словами которого при встрече были: «Прелестно пишете!» и который тотчас же предложил сотрудничество в ж. «Мир Божий». В Крыму Н. не оставляет и своей рев. деятельности, становится инструктором «Боевой дружины» эсеров, разрабатывает план убийства главнокомандующего Черноморским флотом адмирала Г. П. Чухнина, после осуществления которого матросом Акимовым вынужден перейти на нелегальное положение, жить по подложным паспортам, менять места жительства и работу. (Позже, в сов. время, он мечтал воссоздать свою биографию, но негативное отношение к деятельности эсеров со стороны властей, страх репрессий не позволили этому желанию осуществиться.) Следующая ссылка в Архангельскую губ. дала материал для рассказа «Бывший студент» (1909). В 1910 Н. эмигрировал, жил в Швейцарии, Италии, Франции. Зарабатывая на жизнь физическим трудом, он продолжает писать. Его произв. «Горячая» (1911), «Ротмистр Закатаев» (1912), «Во всем дворе первая» (1912), «Во время затишья» (1914) публ. ведущие периодические изд. в России — «Заветы», «Совр. мир», «Современник». В 1914 Н. возвращается на родину уже признанным литератором, которого ценят за умение великолепно рисовать психологию детей [образы Митьки и Саньки из «Берегового ветра» (1909), учеников из «Искусства» (1914) и др.], воссоздавать реалии рус. быта. Его творчество пропагандирует Горький, помещая в «Летописи» произв. «Лес», «На Часовенной улице» (1916), но вскоре по идейным и бытовым соображениям (из-за склонности Н. к вину) порывает с ним.
Ранние рассказы писателя составили два сб-ка — «Береговой ветер» (1915) и «Лес» (1917), в которых определилась сфера интересов писателя — быт, масса, толпа с владеющими ею инстинктами. Н. особенно удается воспроизведение процесса нивелирования личностного начала в человеке, он умеет показать механизм воздействия на толпу, способы манипулирования ею: «Бунт», «Больные» (оба — 1906). Это особенно ярко проявилось в зарисовках «Катаклизма», «Все подробности» (обе — 1917), написанных после Февр. революции. В худож. плане мн. его произв. далеки от совершенства, что объяснялось и отсутствием условий для планомерной работы, и недовольством членов партии эсеров таким «легкомысленным» занятием своего товарища, и отсутствием постоянного рабочего настроя у писателя.
Годы революции Н. провел в Крыму, переживая страшные лишения и голод. Тяжелейшая судьба рус. писателей, оказавшихся там в то время, нашла отражение в его, может быть, лучших произв.: «Диктатор Пётр» и «Профессор Серебряков» (оба — 1923). В 1922 Н. переезжает в Москву, продолжает активно печататься: «Рынок любви» (1924), «Всем утешение», «Любовь Ксении Дмитриевны», «Скотина» (все — 1925), «Путь к женщине» (1927) и др. Эти произв. свидетельствовали, что Н. окончательно сформировался как писатель сатирического направления. Его новые публ. не вызывают восторга у критиков, усматривающих в них клевету на новый строй. Утверждается мнение, что Н. ограничивает человеческую сущность физиологией, смакует мелкое, низменное, отталкивающее. Постепенно тучи над его головой сгущаются. Писателю начинают приписывать «политически вредную установку», «чисто левацкие извращения», презрение к рабочему классу, один из его очерков (1932) относят к «троцкистской пропаганде». Н. спасается от расправы, уехав на Север корреспондентом газ. «Голос рыбака», «За пищевую индустрию«; становится едва ли не лучшим маринистом сов. лит-ры (»Красная рыба», 1930; «Кочевники моря», 1934). Однако и новые произв. писателя не удовлетворяют критику, которая настаивала на том, что автор забывает о «классовой борьбе» в тех «ее особенных формах», какие она приобретает на море (Лит. критик. 1934. No10). И хотя писателю еще удается поместить сатирическую аллегорию «Зеленые лягушки», высмеивающую большевистское бахвальство, нелепые трудовые почины, заставляющие людей изворачиваться и лгать, в кн. «Морские просторы» (1935), дальнейшее сопротивление официозу становится бесполезным. Н. сам впоследствии поставит правильный диагноз: «Меня губят, если не сказать погубили, юмор, сатира» (РГАЛИ. Ф. 1452. Оп. 1 Ед. хр. 154), «под таким углом зрения показ действительности они (»литхозяева» и «литприжимщики», по его определению,М. М.) не приемлют» (РГАЛИ. Ф. 2569. Оп. 1. Ед. хр. 284).
В 30-е гг. Н. исчез с лит. горизонта. Он скрывается в Крыму (ненадолго возвращаясь в Москву во время войны), почти совершенно забрасывает лит. работу. Неудачи преследуют его: богатейший архив с письмами крупнейших рус. писателей сжигается немцами во время оккупации Севастополя. Однако с кон. 40-х гг. его произв. (гл. обр. дорев.) постепенно начинают переиздавать. Последняя попытка выйти к читателю — пов. «Чудо морское» (1952). Однако уже во время ее написания становится ясным, что произв. о керченских рыбаках, «давно брошенных на произвол судьбы и живущих звериной жизнью» (РГАЛИ. Ф. 1730. Оп. 1. Ед. хр. 266), не суждено появиться в печати. «Как писать в такой атмосфере, в таких условиях: врать, как все!?» (Там же) — задавался вопросом писатель и ответил затянувшимся молчанием.
Кончил Н. свою жизнь одиноким, почти нищим стариком в комнате на Арбате, вся мебель которой состояла из ящиков, заменяющих стол, стулья, кровать...
М. В. Михайлова.

(Из биографического словаря «Русские писатели XX века»)

Никто его не репрессировал. Многие байки о репрессиях - не более, чем байки. Но Бог не фраер - шельму метит.
"...Кончил Н. свою жизнь одиноким, почти нищим стариком в комнате на Арбате, вся мебель которой состояла из ящиков, заменяющих стол, стулья, кровать..."
А что может быть страшнее - нищей ОДИНОКОЙ старости, которую ты заслужил САМ?

Впрочем - ладно, мужики.
Погрызлись - и хорош. Давайте остывать помалёху.Тема-то в конце концов - о Сирии. Хотя в нашей кают-кампании рамки темы - относительные...
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17448
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение Andreas » 16 авг 2013, 00:15

Это понятно, что сатирик кончил жизнь подобным образом. Непонятно другое, как таким же образом при советской власти кончало жизнь огромное количество "сознательных" пролетариев и колхозников (не сатириков).
Поэтому я бы поостерегся комментировать действия Господа Бога, тем более что воздаяние он дает не до, а после смерти.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Сирия - всю правду скажу, дарагой, позолоти ручку...

Сообщение Володя » 16 авг 2013, 00:29

Он ещё хорошо закончил жизнь,своей смертью.А бывало и не так.Маяковский,Михоэлс....
Всем привет из Обетованой... Канады!
Володя
 
Сообщения: 2847
Зарегистрирован: 04 апр 2012, 04:51
Откуда: Торонто Онтарио Канада

Пред.След.

Вернуться в Армия и общество

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Google [Bot], MailRu [Bot], Yandex [Bot] и гости: 1

cron