К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественной

Темы по военной истории

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение Володя » 26 авг 2012, 21:51

Dvu.ru-shnik писал(а):Не смешно.
Других дел хватает. Это кот, когда ему делать - яйца лижет, а у меня помимо флуда дел хватает. На сём прощаюсь.

А товарищ то не внимает никаким доводам ини какой информации,кроме своих собственных. Всё,что не им приведено права на истину не имеет. Это уже смахивает на разговор по типу "сам дурак". Так он отвратит от тем людей,и прикроет нам тут много интересного. Не пора ли что то предпринять?
Всем привет из Обетованой... Канады!
Володя
 
Сообщения: 2864
Зарегистрирован: 04 апр 2012, 04:51
Откуда: Торонто Онтарио Канада

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение Dvu.ru-shnik » 28 авг 2012, 00:07

Не выйдет, есть хороший способ - тупо продолжать работать по теме, не обращая внимания на флуд.
Но, поскольку я вычленил материалы по финской кампании в отдельную тему, то тут пойду дальше уже по причинам потерь в Великой Отечественной Войне.
Я уже сказал про японский и финский конфликты.
А вот, что по этому поводу говорит в своих воспоминаниях, не вошедших в книгу, Г.К. Жуков:
№ 655. ИЗ НЕОПУБЛИКОВАННЫХ ВОСПОМИНАНИЙ МАРШАЛА СОВЕТСКОГО СОЮЗА Г.К. ЖУКОВА
[не позднее 1965 г.]
...Я хорошо помню слова Сталина, когда мы ему докладывали о подозрительных действиях германских войск: "... Гитлер и его генералитет не такие дураки, чтобы воевать одновременно на два фронта, на чем немцы сломали себе шею в первую мировую войну", и далее - "... у Гитлера не хватит сил, чтобы воевать на два фронта, а на авантюру Гитлер не пойдет". Но вопреки прогнозам Сталина [Гитлер] пошел на авантюру, надеясь на то, что англичане и другие его противники не будут стремиться оказать реальную помощь Советскому Союзу в войне с Германией, т.к. война фашистской Германии с Советским Союзом была давнишней мечтой империалистических кругов Запада.
Кто в то время из нас мог сомневаться в Сталине, его политических прогнозах?
Таких не было даже среди старой большевистской гвардии.
И. В. Сталин был общепризнанным марксистом-диалектиком. Сталина все привыкли считать дальновидным и осторожным государственным руководителем, мудрым вождем партии и советского народа.
Члены Политбюро в лице Молотова, Жданова, Маленкова, Ворошилова, Хрущева, Калинина и других, были полностью согласны со Сталиным в его оценках обстановки и всех прогнозах в отношении действий гитлеровской Германии. Следствием чего главные финансовые и материальные усилия попрежнему сосредоточивались на мероприятиях социалистического строительства - на решениях экономических задач, а на создание военного потенциала - и в первую очередь на быстрейшее развитие военных заводов для усиленного выпуска авиации, танков и другой техники новейшей конструкции особого внимания не уделялось. Нам говорили, что правительство не может удовлетворить требования Наркомата обороны без особого ущерба народному хозяйству, но на это мы пойти не можем. Нам говорили: "...когда будет нужно, мы завалим армию техникой", забывая то, что начало производства техники на заводах для внедрения и освоения ее войсками потребует много-много времени.
Советская военная наука перед войной правильно учитывала возможности бомбардировочной авиации наших вероятных врагов, способной наносить мощные удары по войскам и экономическим и политическим объектам в глубоком тылу.
Но к началу войны у нас была надежная ПВО только в Москве, Ленинграде, Киеве и на главнейших военно-морских базах. Войсковая же ПВО по своей организации и вооружению не могла надежно обеспечить войска от воздушного противника, т.к. имела она в своих руках только зенитные пулеметы \501\ и одноствольную зенитную артиллерию; большинство приборов для ведения зенитного огня было рассчитано на тихоходную авиацию.
Крупные группировки предполагалось прикрыть истребительной авиацией, находившейся в подчинении командующих военными округами, но и это было крайне плохо обеспечено системой наблюдения, оповещения и управления.
Этими же недостатками страдала и зональная ПВО страны, оборона важных тыловых объектов, не говоря о том, что вся ПВО как войсковая, так и ПВО страны крайне плохо была обеспечена средствами механической тяги, вследствие чего она лишена была возможности осуществлять свой маневр и уходить от ударов наземных войск противника. Принятыми мерами ЦК партии ПВО Москвы и Ленинграда неоднократно отражала зверские налеты фашистской авиации, при этом особенно хорошо показала себя ПВО Москвы, где противнику за всю войну так и не удалось осуществить своих намерений[...]
Могло ли высшее военное руководство в лице Тимошенко и Жукова заранее развернуть войска прикрытия в боевые порядки и создать на всех стратегических направлениях группировки войск, способные отразить массированные удары германских войск, обеспечить мобилизацию, сосредоточение и развертывание главных группировок вооруженных сил?
Без разрешения Политбюро и лично Сталина этого сделать никто не мог. Как известно, все наши важные военные вопросы, а тем более оперативно-стратегического значения решались в Политбюро, да и теперь они решаются в Президиуме ЦК партии.
<В чем же состояла вина высшего военного руководства в подготовке страны к обороне и в подготовке вооруженных сил к войне?>
Надо откровенно сказать, ни у наркома, ни у меня не было необходимого опыта в подготовке вооруженных сил к такой войне, которая развернулась в 1941 году, а как известно, опытные военные кадры были истреблены в 19371939 гг. Опыт ведения войны в таких масштабах, с таким размахом и [в] невероятно сложных условиях, всеми нами был накоплен позже - в ходе войны.
Что касается подготовки страны в целом к большой войне, надо сказать, что правительство упустило время. Нужно было еще ранней весной 1941 года основную промышленность перевести на военные рельсы и срочно изыскать дополнительные стратегические материалы, в крайнем случае - даже за счет золотого запаса страны, но, к сожалению, у Сталина и других членов правительства не хватило государственной дальновидности.
Сталин, Молотов и другие основные члены Политбюро продолжали верить в то, что у нас еще будет впереди достаточно времени, чтобы провести необходимые мероприятия по обороне страны. <Советское правительство, чтобы рассеять сомнения нашего народа и успокоить общественное мнение, в том числе и военных, опубликовало сообщение ТАСС: "14 июня 1941 г.".
Это сообщение нанесло серьезный ущерб бдительности всего народа и вооруженных сил и, безусловно, способствовало внезапности нападения гитлеровских войск.>
За несколько дней до нападения противника становилось все яснее и яснее, что германские войска готовят свой удар против нас, а не против кого-либо другого. <В это время> мы с Тимошенко просили Сталина потребовать от Германского правительства согласия допустить нашу комиссию для проверки безопасности наших государственных интересов и отсутствия прямой угрозы войны. Нам было заявлено Сталиным, что на это Гитлер не согласится. Мы сказали, что в таком случае надо шире проводить оперативно-стратегические мероприятия на случай войны. Нам было резко сказано: "Вы что, толкаете нас на провокацию войны" и далее - "сейчас главное - это не \502\ спровоцировать военных столкновений, обстановка накалилась, надо быть осторожным".
После таких весьма недвусмысленных предупреждений мы ничего не могли делать, не получив разрешения Сталина. Таким образом ограничились полумерами, которые потом тяжело отразились в начальном периоде войны. Хуже того, немецкому командованию Сталиным было разрешено в нашей пограничной зоне искать могилы немецких солдат, погибших в первую мировую войну. Было ясно, что немцы ищут не могилы, а наши слабые места в погранзоне и изучают характер местности для предстоящих действий. Сталин не хотел слушать предупреждающие доклады.
Мы своевременно не готовились к войне так, как готовились к ней германские войска.
Для того, чтобы остановить всю гитлеровскую военную машину, нужно было заранее провести мобилизацию, дообучение войск, а затем их сосредоточение и <оперативно-стратегическое> развертывание. Вернее, развернуть всю систему управления вооруженными силами. Учитывая значительное насыщение германских группировок бронетанковыми войсками, нам нужно было иметь значительно больше противотанковой артиллерии и самоходных артиллерийских установок. Более мощной и более современной должна была быть вся система противовоздушной обороны. Без этих <стратегических> мероприятий нельзя было выиграть сражений в начальном периоде войны.
Противник сразу ввел в действие все свои главные силы. На всех главнейших стратегических направлениях он ввел в действие мощные бронетанковые кулаки, которые при поддержке авиации протаранив наши первые эшелоны войск, сразу же вклинились на большую глубину нашей территории, не ввязываясь в сражения с фланговыми группировками наших приграничных военных округов. Авиация противника, заранее высланные диверсионные группы сразу же нарушили связь и управление войсками, следствием чего командующие армиями и фронтами не в состоянии были разобраться в обстановке и принять обоснованные решения, а следовательно, и Генеральный штаб не мог получить от фронтов сообщений, правдиво отображающих развернувшиеся события.
Высшее военное руководство ходом событий было поставлено в тяжелое положение <и в первое время вынуждено было осуществлять замысел действий, который предусматривался еще до войны>. Но скоро стало ясно, что обстановка сложилась не в нашу пользу, силы были далеко не равные.
Нужны были новые - большие решения.
Ставка главного командования, исходя из всех обстоятельств, на третий день войны приняла решение на Западном и Северо-Западном фронтах перейти к обороне, а несколько позже к оборонительным действиям перешли и войска Юго-Западного направления.
Сейчас бывшего наркома обвиняют в том, что он слишком поздно дал директиву о приведении войск прикрытия в их окончательную боевую готовность. Видимо, не многим известно, что проект такой директивы не раз докладывался Сталину, но им не разрешалось давать войскам такой директивы, чтобы не спровоцировать на контрдействия германские войска.
Могли ли Советские вооруженные силы в начале войны отразить массированные удары германских войск и не допустить их глубокого прорыва? Нет, по своей слабости не могли. Это тогда было неизбежной закономерностью] вооруженной борьбы.
Германские войска, имея опыт войны на Западе, всесторонне заранее хорошо подготовились к войне с Советским Союзом. Их организация, боевое \503\ оснащение и материально-техническая обеспеченность полностью соответствовали высокой боевой готовности к проведению предстоящих стратегических операций с большим размахом и большим темпом. Их ударные группировки состояли из мощных бронетанковых и механизированных соединений, взаимодействующих с ударными силами военно-воздушного флота. В их руках была стратегическая инициатива vs элемент внезапности как по времени, способам действий, так и по мощности ударов.
Для того, чтобы отразить мощные удары германских войск, не допустить их глубоких прорывов и обеспечить другие стратегические мероприятия [наших] вооруженных сил и страны, надо было иметь достаточное количество заранее хорошо вооруженных и подготовленных танковых и механизированных дивизий и корпусов, способных остановить бронетанковые армии и нанести им поражение. Надо было иметь военно-воздушные силы, способные завоевать или по крайней мере уравновесить господство в воздухе. Как известно, тогда мы ни того, ни другого не имели[...]
То, что было сделано нами, оказалось недостаточным.
Считалось, что тех войск, которые были предназначены для прикрытия развертывания главных сил, будет достаточно, чтобы сдержать первые удары противника. Первые оперативные эшелоны войск приграничных военных округов, опираясь на существующие укрепления, при поддержке основной массы боевой авиации, в течение 10-15 дней должны были вести боевые действия с тем, чтобы прикрыть мобилизацию, перевозки главных сил, их сосредоточение и развертывание.
С целью усиления обороны войск прикрытия строились непосредственно на государственной границе укрепленные районы. Но они к началу войны не были достроены и ими не могли воспользоваться войска прикрытия.
Военно-воздушные силы предназначались главным образом для взаимодействия с сухопутными и военно-морскими силами в боях и операциях, но у нас была очень слабая бомбардировочная авиация, способная производить самостоятельные воздушные операции, производить удары по важным глубоким целям. Материальная часть истребительной авиации в основном была старых образцов. Новейшие самолеты начали поступать на вооружение лишь только перед войной.
Как в боях, так и в операциях, авиации отводилась значительная роль. С одной стороны, авиация обеспечивала действие войск путем обеспечения их действий с воздуха истребительными силами, а также ударами бомбардировочной авиации по авиационному базированию с целью вывода из строя авиационных сил противника, с другой стороны, предусматривались <самостоятельные> действия авиации по глубоким целям, как на поле боя, так и в оперативной зоне противника. Теоретически мыслилась возможность проведения крупных самостоятельных воздушных операций по планам стратегического руководства, но эти мысли не обеспечивались теми материальными возможностями, которые у нас имелись. Правда, у нас были тяжелые бомбардировщики и другие самолеты, которые можно было приспособить для этой цели, но эта матчасть была чрезвычайно тихоходной и по этой причине она не отвечала требованиям. Хотя в дальнейшем из-за крайней нужды она все же использовалась в ночных условиях для удара по глубоким экономическим и политическим центрам врага.
При проведении глубоких наступательных операций, с целью быстрейшего разгрома противостоящей группировки, предусматривалось широкое применение воздушно-десантных войск. При проведении крупных маневров, и оперативных игр, и полевых поездок наше оперативное командование неоднократно \504\ применяло воздушно-десантные войска и считало их важнейшим средством при решении не только оперативных, но и оперативно-стратегических [задач]. Но к сожалению, наши воздушно-десантные войска не имели своей транспортной авиации и не могли обеспечиваться достаточным количеством гражданской и транспортной авиации. Этот вопрос по экономическим соображениям так и не был решен до самого начала войны[...]
В нашей военной доктрине всегда отдавалось предпочтение наступательным действиям. Мы, военные, всегда исходили из того, что только решительные наступательные действия могут привести к разгрому противостоящего противника. Советская наступательная доктрина была четко и ясно выражена в полевом уставе 1939 г. "Если враг навяжет нам войну, Рабоче-крестьянская Красная Армия будет самой нападающей из всех когда-либо нападавших армий. Войну мы будем вести наступательно, перенося ее на территорию противника" (ПУ РККА (проект). М. Воениздат, 1939, с.9).
В обучении войск, кадров командного состава, штабов всех степеней наступательный характер действий был также основным. Главное количество учебного времени в обучении всех войск отводилось наступательным действиям. Крупные маневры войск, оперативно-стратегические игры на картах и полевые поездки строились целиком из характера и целей наступательных принципов и чаще всего решительными целями.
Что касается других форм ведения войны, то надо сказать, что ни в теории, ни в практике другие формы ведения оперативно-стратегических операций не нашли должного отражения. Обучение войск оборонительным действиям, встречным сражениям, отступательным действиям редко выходило из тактических рамок. Я не знаю ни одного оперативно-стратегического мероприятия, где была бы разыграна или отработана в крупных оперативно-стратегических масштабах, где бы оборона противодействовала глубокому прорыву крупных бронетанковых группировок, взаимодействующих с крупными воздушными силами, а как следствие наши штабы и командиры оперативного масштаба накануне войны не были обучены эффективному ведению обороны оперативно-стратегического масштаба, не говоря уже о том, что такие оборонительные операции не были разработаны в штабах приграничных округов и генштабе как возможный вариант. "На каждый удар мы ответим двойным-тройным ударом" - такова была психологическая настройка, которую усиленно внедряло тогда наше высшее политическое и военное руководство. Армия, народ, партия считали, что мы действительно имеем все, чтобы гарантировать страну нанесением тройного удара на возможный удар врага, но, к сожалению, наши тогдашние возможности были значительно скромнее.
Встречные действия войск как в теории, так и на практике были отработаны только тактически и редко выходили за рамки соединений. Практика войны показала - это был серьезный просчет, тем более в предвидении сражений с крупными бронетанковыми войсками противника. И хуже всего военной теорией были разработаны вопросы ведения боя, сражений и операций в условиях окружения, прорыв и выход из окружения и отступательные действия, с чем пришлось нашим войскам столкнуться в начальный период войны.
[...]Советские сухопутные войска и военно-воздушные силы по-прежнему имели на своем вооружении танки и самолеты устаревших конструкций, а из-за недостатка матчасти затягивалось формирование авиационных, танковых и механизированных соединений. Вот в таком виде мы подходили к войне. Я помню крайне неприятные разговоры с К.Е. Ворошиловым и Н.А. Вознесенским \505\ о крайней необходимости срочно рассмотреть и утвердить в Совете Министров мобилизационный план промышленности на первый год войны и о срочном увеличении производства боеприпасов, но, как известно, план увеличения производства боеприпасов был рассмотрен с большим опозданием, буквально накануне войны, а мобплан промышленности в целом перед войной так и не получил своего утверждения. Потом все это делалось распорядительным порядком.
Проводились ли Наркоматом обороны и Генштабом мероприятия по повышению общей боевой готовности вооруженных сил? Да, проводились, но как теперь мы понимаем, явно недостаточно.
Что было сделано. Весной и в начале лета 1941 года была проведена частичная мобилизация приписного состава с целью доукомплектования войск приграничных военных округов. Спешно проводилось формирование пятнадцати танковых и механизированных корпусов за счет ликвидации кавалерии. Реорганизовывалась система авиационного базирования и материально-технического обеспечения. Сосредотачивались боеприпасы, горюче-смазочные материалы и другие материально-технические средства на территориях приграничных военных округов.
Под предлогом подвижных лагерей войска Северо-Кавказского военного округа были развернуты в армию (19-ю) и в мае месяце выведены на территорию Украины - район Белая Церковь. В начале июня войска Уральского военного округа развернуты в 22-ю армию под командованием Ершакова и сосредоточились в районе Великие Луки. Непосредственно перед войной готовилась к переброске на Украину 16-я армия (из МНР и ЗабВО). Командующим приграничных военных округов было приказано вывести войска округов - назначенных в состав войск прикрытия, ближе к государственной границе и тем рубежам, которые они должны были занять при чрезвычайном обстоятельстве, по особому распоряжению. При этом передовые части было приказано выдвинуть в зону пограничных частей. Проводились и другие не менее важные мероприятия. Все это обязывало командующих округами и армиями повысить боевую готовность и общую боевую бдительность. Но тут Советское правительство в лице Сталина и Молотова вновь допустило ошибку, объявив 14 июня в печати и по радио заявление ТАСС о том, что нам нет никаких оснований опасаться вооруженного нападения Германии, с которой у нас имеется пакт о ненападении.
Такое безапелляционное заявление Советского правительства успокоило войска приграничных округов и все пошло по обычаям и порядкам мирного времени.
И самым крупным пробелом в нашей военно-политической стратегии было то, что мы не сделали надлежащих выводов из опыта начального периода второй мировой войны, а опыт уже был налицо. Как известно, германские вооруженные силы внезапно вторглись в Австрию, Чехословакию, Бельгию, Голландию, во Францию и Польшу и таранным ударом крупных бронетанковых войск опрокинули сопротивление противостоящих войск и быстро достигли поставленной цели. Наш Генеральный штаб, нарком обороны не изучили новые методы ведения начального периода войны, не преподали войскам соответствующих рекомендаций по их оперативно-тактической переподготовке и переработке устаревших планов оперативно-мобилизационных и иных, связанных с начальным периодом войны.
Я не хочу во всех недостатках подготовки страны к отпору врага винить одного Сталина, это будет несправедливо, тем более не один Сталин возглавлял политическое руководство страны. Вина здесь была общая. Вступив \506\ в исполнение должности начальника Генерального штаба в начале 1941 года, я так же, как и мои предшественники, не сумел в корне изменить всю существующую систему и порядок подготовки наших вооруженных сил к началу войны, к ведению операций начального периода[...]
<... В результате неправильных выводов из опыта войны в Испании, а также войны в Финляндии, по предложению участников войны, Сталин предложил расформировать механизированные корпуса и иметь вместо корпусов самой высшей единицей танковую бригаду трехбатальонного состава. В этом вопросе основную отрицательную роль сыграли начальник бронетанковых войск Д.Павлов, С.К. Тимошенко, К.А. Мерецков и другие участники этих войн, которые стояли во главе командования советскими войскамиХ На основе мнений, выявленных на совещании высшего командного состава Красной Армии (декабрь 1940 г.), мною было предложено поправить допущенную ошибку и немедля приступить к формированию пятнадцати танковых и механизированных корпусов, которые при необходимости без особых трудностей можно было бы свести в танковые армии. К сожалению, переговоры с Политбюро и лично со Сталиным затянулись на целых два месяца и только в начале марта 1941 г. было принято решение о формировании пятнадцати корпусов, но это решение было принято только за три с половиной месяца до начала войны. Формирование решено было провести за счет кавалерийских корпусов. Мы все тогда за исключением С. М.Буденного и других консервативных кавалеристов считали, что конница в условиях большого насыщения армий авиацией, бронетанковыми средствами, артиллерией и автоматическим огнем будет нести колоссальные потери от огня и бесполезно гибнуть, тем [более], что наш вероятный неприятель почти совершенно не имел конницы[...]
До 1936 года, то есть до массовых арестов крупных военных деятелей страны и командиров высших соединений, как теоретически, так и практически уделялось серьезное внимание оперативно-стратегическому взаимодействию видов вооруженных сил; рассматривались и решались важнейшие проблемные вопросы, в период же 1936 - 1939 гг. эта важнейшая стратегическая работа стояла на мертвой точке, попросту говоря, ее некому было вести, так как почти все серьезно глубокомыслящее постигла трагическая участь. Эта важнейшая государственная работа несколько оживилась после советско-финской войны, в 1940 году и в начале 1941 года, то есть непосредственно перед внезапным нападением фашистской Германии на Советский Союз[...]
Чтобы своевременно и более достоверно знать реальные возможности вероятного противника, чтобы без опозданий раскрыть проводимые им мероприятия, нужна постоянная высокая военно-политическая бдительность, умело организованная - опытная экономическая, военная и политическая разведка, которая, проникнув глубоко в сферы противника, должна раскрыть выходящие за рамки планов мирного времени наращивание экономического и военного потенциалов, организационные мероприятия, резко выходящие за рамки нужд обороны страны в мирное время, совершаемые перегруппировки, сосредоточения и развертывание войск, авиационных баз крупных соединений артиллерийско-ракетных войск и баз материально-технического обеспечения.
Обо всем этом в основном можно знать из различных источников и все же проморгать скрытую подготовку другой стороны к войне, как это получилось с советским государственным руководством в лице И. В. Сталина, В. М. Молотова \507\ и других членов Политбюро, которые оказались недостаточно бдительны, слепо верили вероломному Гитлеру.
Потеря чувства бдительности привела И. В. Сталина к неправильной оценке военно-политической обстановки, неправильным мероприятиям и решениям по вопросам обороны страны и до известной степени дезориентировала советское военно-стратегическое руководство!...]
Накануне войны оперативная координация деятельности довольствующих и тыловых служб Наркомата обороны была сосредоточена в Генеральном штабе. Отмобилизование и развертывание фронтовых и армейских тылов предусматривалось схемами мобилизационного развертывания Генштаба.
К началу войны, по времени я не только не успел взять в свои руки это сложнейшее и ответственнейшее дело, но даже не успел с ним как следует ознакомиться.
В Генеральном штабе всеми вопросами мобилизационного планирования и координацией деятельности довольствующих служб длительное время занимался помначгенштаба генерал-майор (ныне Маршал Сов. Союза) М. В.Захаров.
В тревожные предвоенные дни М. В.Захаров с первым заместителем начальника Генерального штаба Н.Ф. Ватутиным неоднократно докладывали мне и в моем присутствии положение дел с неприкосновенными и мобилизационными запасами приграничных военных округов и с запасами центра. Признаться, я еще не имел опыта в планировании и практической подготовке тыла вооруженных сил к большой и длительной войне, которая очень быстро разразилась. По доклад[ам) Захарова М. В., Ватутина Н.Ф. и генерала Ермолина П.А. получилось более гладко, чем оказалось на практике первых дней войны.
Плохо было то, что, несмотря на неоднократные наши просьбы рассмотреть и утвердить разработанный Генштабом и в основном согласованный с наркомами промышленности план промышленности страны на первый год войны, [он] так и не был утвержден правительством, в чем большая доля ответственности лежит на председателе Госплана Н.А. Вознесенском и председателе Комитета обороны при СНК СССР К.Е. Ворошилове. Они ужасались и разводили руками от мобзаявок Генштаба, но дальше этого не шли. После настоятельных требований накануне войны были рассмотрены заявки на боеприпасы и утверждены к исполнению на вторую половину 1941 года - правда, в уменьшенных количествах[...]
РГВА. Ф.41107. Оп. 1. Д.48. Лл. 1-58. Рукопись, автограф. Сохранены стиль и орфография документа. Текст, взятый в угловые скобки, в оригинале документа вычеркнут автором.

1. Сообщение П.А. Судоплатова является одним из немногих (если не единственным) документальных свидетельств о попытках советского руководства прощупать возможность быстрого и мирного завершения разразившегося 22.6.41 вооруженного конфликта. Как явствует из ряда документов периода, непосредственно предшествовавшего войне, И. В. Сталин и В. М. Молотов вели "большую игру", предполагая, что с немецкой стороны будут предъявлены Советскому Союзу некие претензии. Ф. Гальдер 20 июня 1941 г. записал в дневнике, что "Молотов хотел 18.6. говорить с фюрером". (См. КТВ Halder, Bd.-ll., S.458).
Имеется свидетельство Ф.Шуленбурга по поводу того, что ему перед отъездом из Москвы было вручено некое "предложение", которое он должен был передать \508\ А. Гитлеру. Это предложение о "компромиссном мире" он передал Гитлеру по прибытии в Берлин, однако получил от него отрицательный ответ. (См. I.Reischauer. Dlplomatischer Widerstand gegen Unternehmen "Barbarossa", Berlin, 1991, S.411).
Советские свидетельства носят косвенный характер. На одно из них ссылается Д.А. Волкогонов, отмечая, что в первые дни войны И. В. Сталин предпринимал такие зондажи. В своих воспоминаниях Г.К. Жуков относит подобные зондажи, проводившиеся Л.Берией, к началу октября 1941 года. Существует и сообщение бывшего сотрудника советского посольства В. М.Бережкова, которому представитель немецкого МИДа фон Боттмер в конце июля 1941 года, во время следования советской колонии через Югославию, говорил о возможности немецко-советских компромиссных переговоров. По прибытии советских дипломатов в СССР это сообщение было доведено до сведения высшего советского руководства.
Впоследствии Судоплатов в беседах и публикациях неоднократно повторял свои сведения, считая что Л.П.Берия преследовал цели "дезинформации" немецкой стороны, однако датировал свои встречи со Стаменовым не июнем, а июлем 1941 г.

Вообще-то с 2007 года я очень осторожно отношусь к изложению материалов товарищем Жюковым, уж больно он себя пытается дистанцировать от поражений и превознести свои победы. первым толчком к такому моему отношению стали противоречия в освещении Жуковым конфликта между маршалом и командиром 19сд под Ельней, когда Жуков отстранял комдива Утвенко, а потом говорил, что только благодаря его - жукова действиям, всё получилось так, как было задуманно, хлтя всё было с точностью донаоборот - комдив стоял на своём, за что был сначала отстранён от командования дивизией, но продолжил руководить своими людьми и, сделав так, как он предлагал Жукову, добился успеха, который Георгий Константинович и присвоил своему гению безо всякого стыда и совести. Однако, если внимательно читать его воспоминания, то кое-что и тут можно подчерпнуть.
Евгенич, ты спрашивал - как мне удаётся из неправильных источников делать нормальные выводы?
В своё время, в телепрограмме "Сам себе режиссёр" прошёл ролик, в котором два медвежонка бегают по кругу и постоянно забегают в деревянную постройку на одну персону, которую часто можно видеть в дальнем углу любого приусадебного участка. В озвучке ролика была основная мысль - ой-ой-ёй, это были неправильные пчёлы, которые делают неправильный мёд. так вот - если в любом материале отбросить подобную мвсль о неправильности пчёл и мёда, то на поверхности останутся голые факты - пережирание и расстройство желудка. Точно так же и в анализе (не путать с "в анализах", хотя и это совпадает с методикой работы - раскопать в анализах причину болезни) информации - отбрось всё идеологическое, всё что говорят для выгодности преподнесения фактов, оставь голый скелет из дат, событий и обстановки, привяжи это к местности и получишь основу для выводов.
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8015
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение Dvu.ru-shnik » 28 авг 2012, 01:11

Не выйдет, есть хороший способ - тупо продолжать работать по теме, не обращая внимания на флуд.
Но, поскольку я вычленил материалы по финской кампании в отдельную тему, то тут пойду дальше уже по причинам потерь в Великой Отечественной Войне.
Я уже сказал про японский и финский конфликты.
А вот, что по этому поводу говорит в своих воспоминаниях, не вошедших в книгу, Г.К. Жуков:
№ 655. ИЗ НЕОПУБЛИКОВАННЫХ ВОСПОМИНАНИЙ МАРШАЛА СОВЕТСКОГО СОЮЗА Г.К. ЖУКОВА
[не позднее 1965 г.]
...Я хорошо помню слова Сталина, когда мы ему докладывали о подозрительных действиях германских войск: "... Гитлер и его генералитет не такие дураки, чтобы воевать одновременно на два фронта, на чем немцы сломали себе шею в первую мировую войну", и далее - "... у Гитлера не хватит сил, чтобы воевать на два фронта, а на авантюру Гитлер не пойдет". Но вопреки прогнозам Сталина [Гитлер] пошел на авантюру, надеясь на то, что англичане и другие его противники не будут стремиться оказать реальную помощь Советскому Союзу в войне с Германией, т.к. война фашистской Германии с Советским Союзом была давнишней мечтой империалистических кругов Запада.
Кто в то время из нас мог сомневаться в Сталине, его политических прогнозах?
Таких не было даже среди старой большевистской гвардии.
И. В. Сталин был общепризнанным марксистом-диалектиком. Сталина все привыкли считать дальновидным и осторожным государственным руководителем, мудрым вождем партии и советского народа.
Члены Политбюро в лице Молотова, Жданова, Маленкова, Ворошилова, Хрущева, Калинина и других, были полностью согласны со Сталиным в его оценках обстановки и всех прогнозах в отношении действий гитлеровской Германии. Следствием чего главные финансовые и материальные усилия попрежнему сосредоточивались на мероприятиях социалистического строительства - на решениях экономических задач, а на создание военного потенциала - и в первую очередь на быстрейшее развитие военных заводов для усиленного выпуска авиации, танков и другой техники новейшей конструкции особого внимания не уделялось. Нам говорили, что правительство не может удовлетворить требования Наркомата обороны без особого ущерба народному хозяйству, но на это мы пойти не можем. Нам говорили: "...когда будет нужно, мы завалим армию техникой", забывая то, что начало производства техники на заводах для внедрения и освоения ее войсками потребует много-много времени.
Советская военная наука перед войной правильно учитывала возможности бомбардировочной авиации наших вероятных врагов, способной наносить мощные удары по войскам и экономическим и политическим объектам в глубоком тылу.
Но к началу войны у нас была надежная ПВО только в Москве, Ленинграде, Киеве и на главнейших военно-морских базах. Войсковая же ПВО по своей организации и вооружению не могла надежно обеспечить войска от воздушного противника, т.к. имела она в своих руках только зенитные пулеметы \501\ и одноствольную зенитную артиллерию; большинство приборов для ведения зенитного огня было рассчитано на тихоходную авиацию.

Крупные группировки предполагалось прикрыть истребительной авиацией, находившейся в подчинении командующих военными округами, но и это было крайне плохо обеспечено системой наблюдения, оповещения и управления.
Этими же недостатками страдала и зональная ПВО страны, оборона важных тыловых объектов, не говоря о том, что вся ПВО как войсковая, так и ПВО страны крайне плохо была обеспечена средствами механической тяги, вследствие чего она лишена была возможности осуществлять свой маневр и уходить от ударов наземных войск противника. Принятыми мерами ЦК партии ПВО Москвы и Ленинграда неоднократно отражала зверские налеты фашистской авиации, при этом особенно хорошо показала себя ПВО Москвы, где противнику за всю войну так и не удалось осуществить своих намерений[...]
Могло ли высшее военное руководство в лице Тимошенко и Жукова заранее развернуть войска прикрытия в боевые порядки и создать на всех стратегических направлениях группировки войск, способные отразить массированные удары германских войск, обеспечить мобилизацию, сосредоточение и развертывание главных группировок вооруженных сил?
Без разрешения Политбюро и лично Сталина этого сделать никто не мог. Как известно, все наши важные военные вопросы, а тем более оперативно-стратегического значения решались в Политбюро, да и теперь они решаются в Президиуме ЦК партии.
<В чем же состояла вина высшего военного руководства в подготовке страны к обороне и в подготовке вооруженных сил к войне?>
Надо откровенно сказать, ни у наркома, ни у меня не было необходимого опыта в подготовке вооруженных сил к такой войне, которая развернулась в 1941 году, а как известно, опытные военные кадры были истреблены в 19371939 гг. Опыт ведения войны в таких масштабах, с таким размахом и [в] невероятно сложных условиях, всеми нами был накоплен позже - в ходе войны.
Что касается подготовки страны в целом к большой войне, надо сказать, что правительство упустило время. Нужно было еще ранней весной 1941 года основную промышленность перевести на военные рельсы и срочно изыскать дополнительные стратегические материалы, в крайнем случае - даже за счет золотого запаса страны, но, к сожалению, у Сталина и других членов правительства не хватило государственной дальновидности.
Сталин, Молотов и другие основные члены Политбюро продолжали верить в то, что у нас еще будет впереди достаточно времени, чтобы провести необходимые мероприятия по обороне страны. <Советское правительство, чтобы рассеять сомнения нашего народа и успокоить общественное мнение, в том числе и военных, опубликовало сообщение ТАСС: "14 июня 1941 г.".
Это сообщение нанесло серьезный ущерб бдительности всего народа и вооруженных сил и, безусловно, способствовало внезапности нападения гитлеровских войск.>
За несколько дней до нападения противника становилось все яснее и яснее, что германские войска готовят свой удар против нас, а не против кого-либо другого. <В это время> мы с Тимошенко просили Сталина потребовать от Германского правительства согласия допустить нашу комиссию для проверки безопасности наших государственных интересов и отсутствия прямой угрозы войны. Нам было заявлено Сталиным, что на это Гитлер не согласится. Мы сказали, что в таком случае надо шире проводить оперативно-стратегические мероприятия на случай войны. Нам было резко сказано: "Вы что, толкаете нас на провокацию войны" и далее - "сейчас главное - это не \502\ спровоцировать военных столкновений, обстановка накалилась, надо быть осторожным".
После таких весьма недвусмысленных предупреждений мы ничего не могли делать, не получив разрешения Сталина. Таким образом ограничились полумерами, которые потом тяжело отразились в начальном периоде войны. Хуже того, немецкому командованию Сталиным было разрешено в нашей пограничной зоне искать могилы немецких солдат, погибших в первую мировую войну. Было ясно, что немцы ищут не могилы, а наши слабые места в погранзоне и изучают характер местности для предстоящих действий. Сталин не хотел слушать предупреждающие доклады.
Мы своевременно не готовились к войне так, как готовились к ней германские войска.
Для того, чтобы остановить всю гитлеровскую военную машину, нужно было заранее провести мобилизацию, дообучение войск, а затем их сосредоточение и <оперативно-стратегическое> развертывание. Вернее, развернуть всю систему управления вооруженными силами. Учитывая значительное насыщение германских группировок бронетанковыми войсками, нам нужно было иметь значительно больше противотанковой артиллерии и самоходных артиллерийских установок. Более мощной и более современной должна была быть вся система противовоздушной обороны. Без этих <стратегических> мероприятий нельзя было выиграть сражений в начальном периоде войны.
Противник сразу ввел в действие все свои главные силы. На всех главнейших стратегических направлениях он ввел в действие мощные бронетанковые кулаки, которые при поддержке авиации протаранив наши первые эшелоны войск, сразу же вклинились на большую глубину нашей территории, не ввязываясь в сражения с фланговыми группировками наших приграничных военных округов. Авиация противника, заранее высланные диверсионные группы сразу же нарушили связь и управление войсками, следствием чего командующие армиями и фронтами не в состоянии были разобраться в обстановке и принять обоснованные решения, а следовательно, и Генеральный штаб не мог получить от фронтов сообщений, правдиво отображающих развернувшиеся события.
Высшее военное руководство ходом событий было поставлено в тяжелое положение <и в первое время вынуждено было осуществлять замысел действий, который предусматривался еще до войны>. Но скоро стало ясно, что обстановка сложилась не в нашу пользу, силы были далеко не равные.
Нужны были новые - большие решения.
Ставка главного командования, исходя из всех обстоятельств, на третий день войны приняла решение на Западном и Северо-Западном фронтах перейти к обороне, а несколько позже к оборонительным действиям перешли и войска Юго-Западного направления.
Сейчас бывшего наркома обвиняют в том, что он слишком поздно дал директиву о приведении войск прикрытия в их окончательную боевую готовность. Видимо, не многим известно, что проект такой директивы не раз докладывался Сталину, но им не разрешалось давать войскам такой директивы, чтобы не спровоцировать на контрдействия германские войска.
Могли ли Советские вооруженные силы в начале войны отразить массированные удары германских войск и не допустить их глубокого прорыва? Нет, по своей слабости не могли. Это тогда было неизбежной закономерностью] вооруженной борьбы.
Германские войска, имея опыт войны на Западе, всесторонне заранее хорошо подготовились к войне с Советским Союзом. Их организация, боевое \503\ оснащение и материально-техническая обеспеченность полностью соответствовали высокой боевой готовности к проведению предстоящих стратегических операций с большим размахом и большим темпом. Их ударные группировки состояли из мощных бронетанковых и механизированных соединений, взаимодействующих с ударными силами военно-воздушного флота. В их руках была стратегическая инициатива vs элемент внезапности как по времени, способам действий, так и по мощности ударов.
Для того, чтобы отразить мощные удары германских войск, не допустить их глубоких прорывов и обеспечить другие стратегические мероприятия [наших] вооруженных сил и страны, надо было иметь достаточное количество заранее хорошо вооруженных и подготовленных танковых и механизированных дивизий и корпусов, способных остановить бронетанковые армии и нанести им поражение. Надо было иметь военно-воздушные силы, способные завоевать или по крайней мере уравновесить господство в воздухе. Как известно, тогда мы ни того, ни другого не имели[...]
То, что было сделано нами, оказалось недостаточным.
Считалось, что тех войск, которые были предназначены для прикрытия развертывания главных сил, будет достаточно, чтобы сдержать первые удары противника. Первые оперативные эшелоны войск приграничных военных округов, опираясь на существующие укрепления, при поддержке основной массы боевой авиации, в течение 10-15 дней должны были вести боевые действия с тем, чтобы прикрыть мобилизацию, перевозки главных сил, их сосредоточение и развертывание.
С целью усиления обороны войск прикрытия строились непосредственно на государственной границе укрепленные районы. Но они к началу войны не были достроены и ими не могли воспользоваться войска прикрытия.
Военно-воздушные силы предназначались главным образом для взаимодействия с сухопутными и военно-морскими силами в боях и операциях, но у нас была очень слабая бомбардировочная авиация, способная производить самостоятельные воздушные операции, производить удары по важным глубоким целям. Материальная часть истребительной авиации в основном была старых образцов. Новейшие самолеты начали поступать на вооружение лишь только перед войной.
Как в боях, так и в операциях, авиации отводилась значительная роль. С одной стороны, авиация обеспечивала действие войск путем обеспечения их действий с воздуха истребительными силами, а также ударами бомбардировочной авиации по авиационному базированию с целью вывода из строя авиационных сил противника, с другой стороны, предусматривались <самостоятельные> действия авиации по глубоким целям, как на поле боя, так и в оперативной зоне противника. Теоретически мыслилась возможность проведения крупных самостоятельных воздушных операций по планам стратегического руководства, но эти мысли не обеспечивались теми материальными возможностями, которые у нас имелись. Правда, у нас были тяжелые бомбардировщики и другие самолеты, которые можно было приспособить для этой цели, но эта матчасть была чрезвычайно тихоходной и по этой причине она не отвечала требованиям. Хотя в дальнейшем из-за крайней нужды она все же использовалась в ночных условиях для удара по глубоким экономическим и политическим центрам врага.
При проведении глубоких наступательных операций, с целью быстрейшего разгрома противостоящей группировки, предусматривалось широкое применение воздушно-десантных войск. При проведении крупных маневров, и оперативных игр, и полевых поездок наше оперативное командование неоднократно \504\ применяло воздушно-десантные войска и считало их важнейшим средством при решении не только оперативных, но и оперативно-стратегических [задач]. Но к сожалению, наши воздушно-десантные войска не имели своей транспортной авиации и не могли обеспечиваться достаточным количеством гражданской и транспортной авиации. Этот вопрос по экономическим соображениям так и не был решен до самого начала войны[...]
В нашей военной доктрине всегда отдавалось предпочтение наступательным действиям. Мы, военные, всегда исходили из того, что только решительные наступательные действия могут привести к разгрому противостоящего противника. Советская наступательная доктрина была четко и ясно выражена в полевом уставе 1939 г. "Если враг навяжет нам войну, Рабоче-крестьянская Красная Армия будет самой нападающей из всех когда-либо нападавших армий. Войну мы будем вести наступательно, перенося ее на территорию противника" (ПУ РККА (проект). М. Воениздат, 1939, с.9).
В обучении войск, кадров командного состава, штабов всех степеней наступательный характер действий был также основным. Главное количество учебного времени в обучении всех войск отводилось наступательным действиям. Крупные маневры войск, оперативно-стратегические игры на картах и полевые поездки строились целиком из характера и целей наступательных принципов и чаще всего решительными целями.
Что касается других форм ведения войны, то надо сказать, что ни в теории, ни в практике другие формы ведения оперативно-стратегических операций не нашли должного отражения. Обучение войск оборонительным действиям, встречным сражениям, отступательным действиям редко выходило из тактических рамок. Я не знаю ни одного оперативно-стратегического мероприятия, где была бы разыграна или отработана в крупных оперативно-стратегических масштабах, где бы оборона противодействовала глубокому прорыву крупных бронетанковых группировок, взаимодействующих с крупными воздушными силами, а как следствие наши штабы и командиры оперативного масштаба накануне войны не были обучены эффективному ведению обороны оперативно-стратегического масштаба, не говоря уже о том, что такие оборонительные операции не были разработаны в штабах приграничных округов и генштабе как возможный вариант. "На каждый удар мы ответим двойным-тройным ударом" - такова была психологическая настройка, которую усиленно внедряло тогда наше высшее политическое и военное руководство. Армия, народ, партия считали, что мы действительно имеем все, чтобы гарантировать страну нанесением тройного удара на возможный удар врага, но, к сожалению, наши тогдашние возможности были значительно скромнее.
Встречные действия войск как в теории, так и на практике были отработаны только тактически и редко выходили за рамки соединений. Практика войны показала - это был серьезный просчет, тем более в предвидении сражений с крупными бронетанковыми войсками противника. И хуже всего военной теорией были разработаны вопросы ведения боя, сражений и операций в условиях окружения, прорыв и выход из окружения и отступательные действия, с чем пришлось нашим войскам столкнуться в начальный период войны.
[...]Советские сухопутные войска и военно-воздушные силы по-прежнему имели на своем вооружении танки и самолеты устаревших конструкций, а из-за недостатка матчасти затягивалось формирование авиационных, танковых и механизированных соединений. Вот в таком виде мы подходили к войне. Я помню крайне неприятные разговоры с К.Е. Ворошиловым и Н.А. Вознесенским \505\ о крайней необходимости срочно рассмотреть и утвердить в Совете Министров мобилизационный план промышленности на первый год войны и о срочном увеличении производства боеприпасов, но, как известно, план увеличения производства боеприпасов был рассмотрен с большим опозданием, буквально накануне войны, а мобплан промышленности в целом перед войной так и не получил своего утверждения. Потом все это делалось распорядительным порядком.
Проводились ли Наркоматом обороны и Генштабом мероприятия по повышению общей боевой готовности вооруженных сил? Да, проводились, но как теперь мы понимаем, явно недостаточно.
Что было сделано. Весной и в начале лета 1941 года была проведена частичная мобилизация приписного состава с целью доукомплектования войск приграничных военных округов. Спешно проводилось формирование пятнадцати танковых и механизированных корпусов за счет ликвидации кавалерии. Реорганизовывалась система авиационного базирования и материально-технического обеспечения. Сосредотачивались боеприпасы, горюче-смазочные материалы и другие материально-технические средства на территориях приграничных военных округов.
Под предлогом подвижных лагерей войска Северо-Кавказского военного округа были развернуты в армию (19-ю) и в мае месяце выведены на территорию Украины - район Белая Церковь. В начале июня войска Уральского военного округа развернуты в 22-ю армию под командованием Ершакова и сосредоточились в районе Великие Луки. Непосредственно перед войной готовилась к переброске на Украину 16-я армия (из МНР и ЗабВО). Командующим приграничных военных округов было приказано вывести войска округов - назначенных в состав войск прикрытия, ближе к государственной границе и тем рубежам, которые они должны были занять при чрезвычайном обстоятельстве, по особому распоряжению. При этом передовые части было приказано выдвинуть в зону пограничных частей. Проводились и другие не менее важные мероприятия. Все это обязывало командующих округами и армиями повысить боевую готовность и общую боевую бдительность. Но тут Советское правительство в лице Сталина и Молотова вновь допустило ошибку, объявив 14 июня в печати и по радио заявление ТАСС о том, что нам нет никаких оснований опасаться вооруженного нападения Германии, с которой у нас имеется пакт о ненападении.
Такое безапелляционное заявление Советского правительства успокоило войска приграничных округов и все пошло по обычаям и порядкам мирного времени.
И самым крупным пробелом в нашей военно-политической стратегии было то, что мы не сделали надлежащих выводов из опыта начального периода второй мировой войны, а опыт уже был налицо. Как известно, германские вооруженные силы внезапно вторглись в Австрию, Чехословакию, Бельгию, Голландию, во Францию и Польшу и таранным ударом крупных бронетанковых войск опрокинули сопротивление противостоящих войск и быстро достигли поставленной цели. Наш Генеральный штаб, нарком обороны не изучили новые методы ведения начального периода войны, не преподали войскам соответствующих рекомендаций по их оперативно-тактической переподготовке и переработке устаревших планов оперативно-мобилизационных и иных, связанных с начальным периодом войны.
Я не хочу во всех недостатках подготовки страны к отпору врага винить одного Сталина, это будет несправедливо, тем более не один Сталин возглавлял политическое руководство страны. Вина здесь была общая. Вступив \506\ в исполнение должности начальника Генерального штаба в начале 1941 года, я так же, как и мои предшественники, не сумел в корне изменить всю существующую систему и порядок подготовки наших вооруженных сил к началу войны, к ведению операций начального периода[...]
<... В результате неправильных выводов из опыта войны в Испании, а также войны в Финляндии, по предложению участников войны, Сталин предложил расформировать механизированные корпуса и иметь вместо корпусов самой высшей единицей танковую бригаду трехбатальонного состава. В этом вопросе основную отрицательную роль сыграли начальник бронетанковых войск Д.Павлов, С.К. Тимошенко, К.А. Мерецков и другие участники этих войн, которые стояли во главе командования советскими войскамиХ На основе мнений, выявленных на совещании высшего командного состава Красной Армии (декабрь 1940 г.), мною было предложено поправить допущенную ошибку и немедля приступить к формированию пятнадцати танковых и механизированных корпусов, которые при необходимости без особых трудностей можно было бы свести в танковые армии. К сожалению, переговоры с Политбюро и лично со Сталиным затянулись на целых два месяца и только в начале марта 1941 г. было принято решение о формировании пятнадцати корпусов, но это решение было принято только за три с половиной месяца до начала войны. Формирование решено было провести за счет кавалерийских корпусов. Мы все тогда за исключением С. М.Буденного и других консервативных кавалеристов считали, что конница в условиях большого насыщения армий авиацией, бронетанковыми средствами, артиллерией и автоматическим огнем будет нести колоссальные потери от огня и бесполезно гибнуть, тем [более], что наш вероятный неприятель почти совершенно не имел конницы[...]
До 1936 года, то есть до массовых арестов крупных военных деятелей страны и командиров высших соединений, как теоретически, так и практически уделялось серьезное внимание оперативно-стратегическому взаимодействию видов вооруженных сил; рассматривались и решались важнейшие проблемные вопросы, в период же 1936 - 1939 гг. эта важнейшая стратегическая работа стояла на мертвой точке, попросту говоря, ее некому было вести, так как почти все серьезно глубокомыслящее постигла трагическая участь. Эта важнейшая государственная работа несколько оживилась после советско-финской войны, в 1940 году и в начале 1941 года, то есть непосредственно перед внезапным нападением фашистской Германии на Советский Союз[...]
Чтобы своевременно и более достоверно знать реальные возможности вероятного противника, чтобы без опозданий раскрыть проводимые им мероприятия, нужна постоянная высокая военно-политическая бдительность, умело организованная - опытная экономическая, военная и политическая разведка, которая, проникнув глубоко в сферы противника, должна раскрыть выходящие за рамки планов мирного времени наращивание экономического и военного потенциалов, организационные мероприятия, резко выходящие за рамки нужд обороны страны в мирное время, совершаемые перегруппировки, сосредоточения и развертывание войск, авиационных баз крупных соединений артиллерийско-ракетных войск и баз материально-технического обеспечения.
Обо всем этом в основном можно знать из различных источников и все же проморгать скрытую подготовку другой стороны к войне, как это получилось с советским государственным руководством в лице И. В. Сталина, В. М. Молотова \507\ и других членов Политбюро, которые оказались недостаточно бдительны, слепо верили вероломному Гитлеру.
Потеря чувства бдительности привела И. В. Сталина к неправильной оценке военно-политической обстановки, неправильным мероприятиям и решениям по вопросам обороны страны и до известной степени дезориентировала советское военно-стратегическое руководство!...]
Накануне войны оперативная координация деятельности довольствующих и тыловых служб Наркомата обороны была сосредоточена в Генеральном штабе. Отмобилизование и развертывание фронтовых и армейских тылов предусматривалось схемами мобилизационного развертывания Генштаба.
К началу войны, по времени я не только не успел взять в свои руки это сложнейшее и ответственнейшее дело, но даже не успел с ним как следует ознакомиться.
В Генеральном штабе всеми вопросами мобилизационного планирования и координацией деятельности довольствующих служб длительное время занимался помначгенштаба генерал-майор (ныне Маршал Сов. Союза) М. В.Захаров.
В тревожные предвоенные дни М. В.Захаров с первым заместителем начальника Генерального штаба Н.Ф. Ватутиным неоднократно докладывали мне и в моем присутствии положение дел с неприкосновенными и мобилизационными запасами приграничных военных округов и с запасами центра. Признаться, я еще не имел опыта в планировании и практической подготовке тыла вооруженных сил к большой и длительной войне, которая очень быстро разразилась. По доклад[ам) Захарова М. В., Ватутина Н.Ф. и генерала Ермолина П.А. получилось более гладко, чем оказалось на практике первых дней войны.
Плохо было то, что, несмотря на неоднократные наши просьбы рассмотреть и утвердить разработанный Генштабом и в основном согласованный с наркомами промышленности план промышленности страны на первый год войны, [он] так и не был утвержден правительством, в чем большая доля ответственности лежит на председателе Госплана Н.А. Вознесенском и председателе Комитета обороны при СНК СССР К.Е. Ворошилове. Они ужасались и разводили руками от мобзаявок Генштаба, но дальше этого не шли. После настоятельных требований накануне войны были рассмотрены заявки на боеприпасы и утверждены к исполнению на вторую половину 1941 года - правда, в уменьшенных количествах[...]
РГВА. Ф.41107. Оп. 1. Д.48. Лл. 1-58. Рукопись, автограф. Сохранены стиль и орфография документа. Текст, взятый в угловые скобки, в оригинале документа вычеркнут автором.

1. Сообщение П.А. Судоплатова является одним из немногих (если не единственным) документальных свидетельств о попытках советского руководства прощупать возможность быстрого и мирного завершения разразившегося 22.6.41 вооруженного конфликта. Как явствует из ряда документов периода, непосредственно предшествовавшего войне, И. В. Сталин и В. М. Молотов вели "большую игру", предполагая, что с немецкой стороны будут предъявлены Советскому Союзу некие претензии. Ф. Гальдер 20 июня 1941 г. записал в дневнике, что "Молотов хотел 18.6. говорить с фюрером". (См. КТВ Halder, Bd.-ll., S.458).
Имеется свидетельство Ф.Шуленбурга по поводу того, что ему перед отъездом из Москвы было вручено некое "предложение", которое он должен был передать \508\ А. Гитлеру. Это предложение о "компромиссном мире" он передал Гитлеру по прибытии в Берлин, однако получил от него отрицательный ответ. (См. I.Reischauer. Dlplomatischer Widerstand gegen Unternehmen "Barbarossa", Berlin, 1991, S.411).
Советские свидетельства носят косвенный характер. На одно из них ссылается Д.А. Волкогонов, отмечая, что в первые дни войны И. В. Сталин предпринимал такие зондажи. В своих воспоминаниях Г.К. Жуков относит подобные зондажи, проводившиеся Л.Берией, к началу октября 1941 года. Существует и сообщение бывшего сотрудника советского посольства В. М.Бережкова, которому представитель немецкого МИДа фон Боттмер в конце июля 1941 года, во время следования советской колонии через Югославию, говорил о возможности немецко-советских компромиссных переговоров. По прибытии советских дипломатов в СССР это сообщение было доведено до сведения высшего советского руководства.
Впоследствии Судоплатов в беседах и публикациях неоднократно повторял свои сведения, считая что Л.П.Берия преследовал цели "дезинформации" немецкой стороны, однако датировал свои встречи со Стаменовым не июнем, а июлем 1941 г.

Вообще-то с 2007 года я очень осторожно отношусь к изложению материалов товарищем Жюковым, уж больно он себя пытается дистанцировать от поражений и превознести свои победы. первым толчком к такому моему отношению стали противоречия в освещении Жуковым конфликта между маршалом и командиром 19сд под Ельней, когда Жуков отстранял комдива Утвенко, а потом говорил, что только благодаря его - жукова действиям, всё получилось так, как было задуманно, хлтя всё было с точностью донаоборот - комдив стоял на своём, за что был сначала отстранён от командования дивизией, но продолжил руководить своими людьми и, сделав так, как он предлагал Жукову, добился успеха, который Георгий Константинович и присвоил своему гению безо всякого стыда и совести. Однако, если внимательно читать его воспоминания, то кое-что и тут можно подчерпнуть.
Евгенич, ты спрашивал - как мне удаётся из неправильных источников делать нормальные выводы?
В своё время, в телепрограмме "Сам себе режиссёр" прошёл ролик, в котором два медвежонка бегают по кругу и постоянно забегают в деревянную постройку на одну персону, которую часто можно видеть в дальнем углу любого приусадебного участка. В озвучке ролика была основная мысль - ой-ой-ёй, это были неправильные пчёлы, которые делают неправильный мёд. так вот - если в любом материале отбросить подобную мвсль о неправильности пчёл и мёда, то на поверхности останутся голые факты - пережирание и расстройство желудка. Точно так же и в анализе (не путать с "в анализах", хотя и это совпадает с методикой работы - раскопать в анализах причину болезни) информации - отбрось всё идеологическое, всё что говорят для выгодности преподнесения фактов, оставь голый скелет из дат, событий и обстановки, привяжи это к местности и получишь основу для выводов.
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8015
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение EvMitkov » 29 авг 2012, 02:12

Доброго времени суток всем!

Викторыч и Андрей, я приветствую.

Для того, чтобы сразу расставить все точки над «Ё» - одной из моих специальностей является «инженер по эксплуатации силовых энергетических сутановок БЕЗ ОГРАНИЧЕНИЯ МОЩНОСТИ". От мопедных тарахтунчиков до судовых и корабельных силовых ДВС, ПСУ, ПТСУ и ГТУ с индикаторными мощностями в районе 50-100 000 э.л.с. ( Без учета авиационных движков, авиационные двигатели послевоенного периода мне малознакомы).
И — можете поверить мне на слово! — я защищался у самих Евгения Владимировича Берке и Михаила Ивановича Старцева, одних из крупнейших в СССР спецов по тому времени. И защитился на твердое «хорошо».
Еще раз повторю — готовили нас по всем пунктам ОСНОВАТЕЛЬНО.

А последующие годы практики общения с железяками и всем тем, что вокруг них крутится, дали тот опыт, который и позволяет мне с одной стороны общаться с металлом разного толка на равных, а с другой — отметить, что вы, Андрей, снова говорите «немного не то»

Вы говорите:
Вам необходимо знать, что урало-поволжская нефть по своим качествам не пригодна для производства высокооктанового авиационного бензина. Поэтому в случае выхода Вермахта на запланированную линии Северная Двина - Волга РККА осталась бы без авиации. Кроме того, все районы добычи и транспортировки урало-поволжской нефти накрывались бы ударами бомбардировщиков Люфтваффе.


Начну попунктно.

Т.н. Господство в воздухе в наименьшей степени зависит от того, имеется ли в наличии «чисто авиационный бензин» или нет.
Господство в воздухе определяется ИНЫМИ факторами, которые очень подробно и дельно разобрал Викторыч. Потому повторяться тут не вижу нужды.

Скажу только одно — азбучной истиной является не только и не столько номинальные ТТХ машин различных типов, сколько их ОБЩЕЕ количество, а так же тактическое, оперативно-тактическое и оперативно-стратегическое использование ВВС воюющей стороной.
И преимущества отдельных машин в десяток-другой км/ч или огневой мощи в 2-3мм разницы калибра НЕ ПРИНЦИПИАЛЬНО.
Достаточно того, чтобы общие ТТХ машин были СОПОСТАВИМИ.
Примерно так, как сопоставимы ТТХ у «мессера» БФ-109 Е и наших «ишачков» последних серий с 20-мм пушками и движками М-63.

Если не считаете меня авторитетом в этом утверждении — нырните к М.С.Солонину, к которому вы частенко обращаетесь ( впрочем, не озучивая этого. Но лично я его работы знаю очень и очень хорошо, к некоторым в свое время приложил руку — хотя и самую чутку. Потому — выкладки узнаваемы)
Нырните в «22 июня или Когда началась Великая Отечественная война», в «Бочку и обручи -2» в «Антологию Катастрофы» и проч.

К слову: томми на своих «харрикейнах» и «гладиаторах» вполне адекватно противостояли люфтваффе, а тот же самый «ураган», даже в последних версиях ни в какое сравнение с нашими машинами просто не идет. О «гладиаторе» я вообще промолчу.
И еще к слову — самый результативный ас Финляндии Эйно Илмари Юуутилайнен уничтожил 94 самолёта противника:
Из них — 24 на стареньком, модернизированном финнами «Брюстере» B-239 номер BW-364, 6 — на БФ-109г, а остальные — на нашенской родной «Чайке», И-153, захваченной и отремонтированной во время Зимней войны, на которой Юуутилайнен летал до конца 42-начала -43-го.


Лето 1942-го.

Маслов пишет:

Начиная с 1940 г. и по 1945 г. включительно отдельные группы этих самолетов использовались в финкой боевой авиации, общее их количество за тот период составило 21 машину. Первые ?Чайки? достались финнам в качестве трофеев зимней войны 1939-40 гг. Это были самолеты, которые потерпели аварии или сели на вынужденную посадку, всего таких аппаратов в ремонтопригодном состоянии насобиралось 8 экземпляров.

Уже 18 апреля 1940 г. первая из таких восстановленных машин под обозначением VH-101 получила опознавательные знаки финских ВВС- голубую свастику в белом круге, нанесенную на крыльях и фюзеляже. К лету 1941 г. количество боеспособных И-153 довели до пяти единиц. Первый отремонтированный экземпляр к этому сроку сменил обозначение с VH-101 на VH-11, остальные получили номера VH-12, VH-13, VH-14 и VH-16. Самолеты вошли в состав эскадрильи LeLv6 с местом базирования в городе Турку. Подразделению была поставлена задача по охране побережья, поиску кораблей и подводных лодок.

Накануне войны Финляндия активно сотрудничала с Германией, предоставляя последней порты и аэродромы для базирования кораблей и самолетов. Зная о негативной реакции СССР на такое единение, финская сторона вполне резонно ожидала атаки со стороны Красной Армии. Начиная с 22 июня 1941 г. эскадрилье LeLv6 была поставлена дополнительная задача по борьбе с ожидаемыми налетами советских бомбардировщиков. Действительно, 25 июня четыре десятка СБ появились над Турку и высыпали здесь свой бомбовый груз.

Противодействия в этот день бомбардировщики не встретили. Ранним утром следующего дня 18 СБ вновь бомбардировали Турку. На этот раз бомбовозы были встречены патрулем финских ?Чаек?, которым удалось подбита один СБ. После этого эскадрилью LeLv6 пepeвели на аэродром в Нуммела, где она полностью переключилась на задачи по патрулированию побережья. Летали ?Чайки? с голубыми свастиками обычно парами, атаковали мелкие суда, в зону зенитного огня не входили, в воз душные бои старались не ввязываться.

Появление бывших ?своих? самолетов было отмечено советской стороной, поэтому все И-153, замеченные в воздухе в этом районе встречались настороженно. Командованием Балтийского флота предписывалось советским истребителям И-153 вылетать на задания в составе не менее трех самолетов, а в случае обнаружения однотипных вражеских машин стараться их немедленно уничтожить. 10 июля первая финская ?Чайка?(VН-14) была сбита в районе полуострова Ханко советскими И-153 из состава 13-го иап. Неделей спустя поиск врагов привел к трагическим последствиям. Известные балтийские летчики-истребители Антоненко и Бринько, при возвращении с задания заметили две ?Чайки?, которые ошибочно приняли за вражеские. Петр Бринько, пилотировавший И-16, посчитал, что один из встречных самолетов идет в лобовую атаку, и сбил самолет своего однополчанина Ивана Козлова.

Имели место подобные случаи и впоследствии. Советские ?Чайки? обстреливались зенитками и атаковались своими истребителями. 11 августа 1942 г. летчики 3-го Гиап авиации Балтийского флота Каберов и Костылев несли воздушное дежурство на истребителях ?Харрикейн?. На подходе к своему аэродрому они заметили И-153, идущий со стороны Финского залива, приняли его за вражеский и атаковали. Как выяснилось впоследствии, командир эскадрильи 71 иап майор Бискуп облетывал свою ?Чайку? после ремонта и совершенно не ожидал нападения. Хотя в этом случае обошлось без жертв, отважный майор Бискуп летать на ?Чайках? после этого не любил.

Кстати, противная сторона также всемерно избегала подобных недоразумений, для чего окрашивала носовую часть капотов двигателей и нижние поверхности законцовок крыльев в желтый цвет. На хвостовой части фюзеляжа наносилась широкая поперечная желтая полоса.

В течение лета финская группа потеряла один самолет в аварии, однако еще одну машину неожиданно приобрела. 25 июня 1941 г. одна советская ?Чайка? серебристого цвета, с номером ?12? на руле поворота, села на вынужденную в районе местечка Керимяки. 31 июля под обозначением VH-19 этот самолет вошел в состав Lel_v6. Таким образом, вплоть до осени первого года войны, финские ВВС эксплуатировали четыре И-153. 24 октября 1941 г., навстречу двум обнаруженным финским ?Чайкам? по сигналу поста ВНОС (Воздушного оповещения, наблюдения и связи) с аэродрома Ханко взлетела пара И-16, пилотируемых летчиками Голубевым и Татаренко. На этот раз ошибка была исключена, на своем аэродроме оставались две последние ?Чайки? из состава 13-го иап. Финские самолеты боя не приняли и попытались скрыться. Хотя атакующие ?ишаки? были последнего, 29-го типа, превышение в скорости было незначительным и сближение шло медленно. В ситуации, когда вражеские машины могли уйти под защиту своих зенитных батарей, Василий Голубев выпустил вдогонку два снаряда РС-82, которые, по его мнению, разнесли один самолет на куски. Вторая ?Чайка? попала под пулеметный огонь обоих И-16, были отмечены попадания, однако в условиях начавшегося обстрела с земли ?ишачкам? пришлось покинуть место схватки. Согласно финским данным, они имели в этот день только одну подбитую ?Чайку?, которая с раненым пилотом села на вынужденную. Это оказалась та самая машина, захваченная в июне и получившая обозначение VH-19. Повреждения были, по всей видимости, основательны, ибо самолет находился в ремонте почти год и вошел в строй лишь в сентябре 1942 г.

Вплоть до оставления советскими войсками полуострова Ханко в декабре 1941 г, встреч с финскими ?Чайками? не отмечалось. До конца года у противника оставалось три боеспособных самолета этого типа.

Зимой 1941-42 гг, после того как Финский залив покрылся льдом, началась борьба наземных войск за овладение расположенными здесь островами. 1 января 1942 г. отряд полковника Баринова прошел по тонкому льду на остров Гогланд и выбил оттуда финнов. Вражеская сторона предпринимала неоднократные попытки изменить ситуацию в свою пользу. Вплоть до весны, с переменным успехом, шли бои за остров Гогланд, а также за острова Сескар и Большой Тютерс. Бои велись небольшими пехотными группами с использованием аэросаней. Снабжение действующих здесь советских подразделений велось самолетами МБР-2, защиту последних, разведку над заливом и борьбу с вражескими группами вели И-153 и И-16 из состава 71 -го иап. Финская авиация занималась аналогичной деятельностью, добавляя в круг своих интересов и самый крупный из островов - Лавенсаари, находящийся в руках советских частей. Участвовала в этих боевых действиях и Lel_v6, базирующаяся в тот период на ледовом аэродроме в Котке. В течении первой половины 1942 г. эскадрилья эксплуатировала от трех до пяти И-153 одновременно. Практически каждый месяц происходила серьезная авария, восполняемая потом аппаратом, прибывшим из ремонта. В конце марта в летном со стоянии находилось четыре самолета. Встреч с советскими истребителями в этот период отмечено не было, боевая деятельность сводилась в основном к задачам по патрулированию над заливом и к атакам наземных целей. 19 марта патруль финских ?Чаек? обнаружил на льду Финского залива севший аварийно самолет МБР-2 и сжег его.

В продолжении лета количество боеспособных машин в LeLv6 не превышало трех в таком составе их использовали эпизодически. Тогда же обозначение самолетов меняется на IT. В сентябре из ремонта поступил само лет IT-19 - в строю снова четыре машины. 4 октября 1 942 г. эти четыре ?Чайки? вылетели на разведку в Финский залив. В районе острова Лавенсаари финскую группу встретили советские ?Чайки?, базирующиеся здесь. В последовавшем воздушном бою один из финских истребителей (IT-1 7) был сбит. Потерю восполнили очередным поступлением из ремонта. 11 ноября одна из финских "Чаек" в районе Пенинсаари подловила одиночный Пе-2 и сбила его.

В конце ноября 1942 г. И-153 вошли в состав эскадрильи LeLv30 с местом базирования в Ромпотти (примерно в 100 км северо-западнее Ленинграда), здесь они непродолжительное время взаимодействовали с шестеркой истребителей Фоккер D.XXI. Основной боевой задачей по-прежнему оставалась разведка побережья и прояснение обстановки вокруг островов в Финском заливе. В январе 1943 г. один самолет вынужденно сел на лед залива и утонул вместе с пилотом. Еще одна машина(IТ-13) погибла 24 марта 1943 г. во время воздушного боя с советскими ?Чайками?. Однако, несмотря на потери, в летном состоянии практически всегда находилось три-четыре И-153. Всего, начиная с 1940 года, финские специалисты к этому моменту подобрали и отремонтировали одиннадцать аварийных советских ?Чаек?. В течение более чем года ведение боевых действий обеспечивалось за счет ремонтно-восстановительных работ. Причем многие самолеты побывали в серьезном ремонте не по одному разу.

В конце 1942 г. появилась возможность значительного увеличения немногочисленного соединения финских ?Чаек?. Именно тогда немецкие союзники решили передать (по другим данным - продать) Финляндии десяток истребителей типа И-153 из числа захваченных летом 1941 г. Машины находились в разной степени сохранности, но все требовали ремонта. Поступление их в эксплуатацию началось в период весны-лета 1943 г. Начиная с этого момента и вплоть до конца года LeLv30 эксплуатировал 5-7 самолетов. Серьезных воздушных столкновений в тот период не отмечалось, хотя цели оставались прежними. Обстановка в середине 1943 г. кардинально изменилась, советская авиация значительно усилилась вполне современными истребителями, поэтому командование Балтийского флота убрало свои И-153 с наиболее опасных участков. Более активно стали вести себя финские бипланы.

Весной 1944 г. ?Чайки? с голубыми свастиками поменяли место дислокации и задачи боевого применения. Базируясь преимущественно на Вяртсиля, самолеты вошли в состав эскадрильи LeLv16 и совместно с подобными ветеранами (Лайсендер, Гладиатор, Фоккер С.Х) занимались обеспечением боевых действий в районе Онежского озера. Одним из последних боевых эпизодов стала встреча 29 июля 1944г. пяти финских ?Чаек? с двумя десятками советских ?Аэрокобр?, при этом одна ?Кобра? была сбита.

В начале 1945 г. в Финляндии оставалось восемь И-153. В феврале полеты на них прекратили и поставили на прикол. В законсервированном виде самолеты хранились до наступления 1950г, когда их окончательно списали.


А теперь по вопросу «авиационного бензина».
Материал будет чисто "заклепочеый", потому, не мудрствуя лукаво - попробую объяснить без зауми, на пальцах.

Вот строки из воспоминаний великого Евгения Савицкого, знаменитого «Дракона» - думаю, рассказывать об этом пилоте и человеке не нужно.
Рассказ относится к концу войны, к 1945-му, к нашим самолетам в Германии. Выделения цветом - мои. Е.М.

«...В послевоенной Германии

Мир не пришел внезапно, не свалился будто снег на голову. О нем думали, его ждали, к нему готовились. В победе, в окончательном и бесповоротном разгроме фашизма никто не сомневался.
И все же, когда гигантская военная машина, вобравшая многие миллионы людей и невообразимое количество различной техники, остановилась, кое-кто на первых порах растерялся, ощутил себя выбитым из колеи. Привычного дела, каким на долгие годы стал ратный труд, больше не было. Пушки смолкли. И надо было перестраиваться на мирный лад.
Сам я, честно говоря, проблем тут особых не видел. Рассуждал просто: война кончилась, но армия осталась. И, как командир, считал основной своей задачей сохранять на нужном уровне боеспособность частей.
Забот в этом смысле хватало с избытком. Причем самых прозаических.
Начать хотя бы с горючего. С одной стороны, его — хоть залейся. С другой — нечем заправить баки самолетов. Парадокс заключался в том, что высокооктановый бензин, на котором летали наши «яки», оказался вдруг в остром дефиците. А с низким октановым числом, которого хоть пруд пруди, не годился. Предстояло срочно искать выход из положения.

На совещании инженерно-технического состава, которое мы провели у себя в штабе, мнения специалистов резко разделились. Вопрос на повестке дня стоял, по существу, один: как и что надо сделать, чтобы двигатели смогли работать на низкосортном бензине? Кое-кто принял это предложение в штыки. Авиационный мотор, дескать, рассчитан на определенный вид горючего, и пытаться в кустарных условиях вносить изменения в его конструкцию просто смешно. [243]

Скептики ожидаемой поддержки не нашли. А через несколько дней инженер Сурков доложил, что ему с группой техников удалось кое-чего добиться. Во всяком случае контрольный мотор после переделки уже опробован на земле: работает нормально, не перегревается.
— Так в чем же дело? — спросил я.
Да тяга чуток подсела, товарищ генерал. Все ж таки у новой горючки не те калории...
— И как велик твой «чуток»?
— Расчеты показали: в пределах шести-семи процентов.
— Чего же тогда пугаешь! — отлегло у меня на сердце. — Для учебно-боевой подготовки скоростей вполне хватит. Нам же теперь не за «мессерами» гоняться!
— А за «спитфайрами»? — ухмыляясь напомнил Сурков.
Хаукер «Тайфун» и «спитфайры» были в те дни еще одной лишней заботой. И надо сказать, весьма неприятной.
Аэродром Кладов, где базировалась английская авиационная часть, находился по соседству с нашим аэродромом Дальгов, и тамошние летчики взяли за обыкновение навязывать нашим «якам», так сказать, учебно-воздушные бои. Только поднимется кто-нибудь с аэродрома, как англичанин уже тут как тут — норовит пристроиться в хвост. Наши, понятно, в долгу не оставались. А зеваки толпятся на обоих аэродромах, задрав головы к небу, переживают: кто, дескать, кого... Дело на первый взгляд вроде бы безобидное. Но если вдуматься, мало ли чем обернуться могло: самолеты-то боевые, истребители, а летчики, да еще фронтовики, народ горячий, не ровен час — и ЧП готово! Командование, во всяком случае, смотрело на такие забавы косо и не раз предупреждало, что помимо всего могут быть провокации. Пришлось мне собрать командиров, чтоб внушили людям: не ввязываться ни при каких обстоятельствах в учебные бои с английскими летчиками. Пусть, мол, крутятся вокруг тебя сколько хотят, а ты делай свое дело и — ноль внимания.
— Своих-то мы предупредили, а вот союзникам, видать, на это начхать. Чуть что, по-прежнему за свое, — заметил как бы вскользь Сурков и, сделав вид, будто посчитал вопрос закрытым, спросил: — Каковы будут дальнейшие распоряжения, товарищ генерал?
— Распоряжение одно: ставьте опробованный мотор на самолет. Кто-нибудь из летчиков поопытнее налетает [244] на нем часов пятьдесят — шестьдесят. А для контроля нужен такой же налет с немодернизированным мотором на прежнем горючем. Сравним, и, если все окажется, как задумали, буду докладывать командарму Руденко.

Я был убежден, что дело пойдет. Но одной уверенности мало, нужны факты. Их-то и предстояло как можно быстрее добыть. Впрочем, подгонять никого не пришлось. Летчики наперебой просились на самолет с доработанным двигателем; пришлось чуть ли не очередь устанавливать. Летали, меняя друг друга, все светлое время — с рассвета до сумерек. Но только над аэродромом. Чтобы, если что случится, если, скажем, заклинит двигатель, осуществлять вынужденную посадку в максимально благоприятных условиях.
Но все шло нормально. «Як» исправно сжигал низкосортное горючее, нанизывая один за другим в небе бессчетные круги.
А мне тем временем предстояло решать очередную, не менее неотложную задачу.

Я и сейчас считаю и тогда считал: профессия летчика — профессия творческая. А раз так, то и относиться ко всему, что с ней связано, следует соответственно. "

( Е.Я. Савицкий. «Полвека с небом»)

Продолжу от себя.
Те, кто во времена СССР имел свой автомобиль ВАЗ, работающий на 92-93 бензинах и сталкивался с проблемой дефицита топлива — тот знает, что решить эту проблему было возможно двумя способоми:

1. Повысить октановое число топлива ( уменьшить его детонационные свойства, т. е. самопроизвольное воспламенение смеси в конце цикла сжатия) путем добавления пассифицирующей присадки, как правило — этилсвинца, этиленсвинца или гидроксила натрия ( это было дорого, но у тех, кто имел отношение к предприятиям ВПК, проблем не вызывало)

2. Увеличить объем камеры сжатия ( т. е. Понизить заданную конструкцией степень сжатия, выводя ее за рамки критичных параметров для смесей бензинов АИ76, АИ 80, вплоть до Б72, Б70 и ниже. Как правило, это достигалось установкой дополнительной прокладки между блоком и головкой ( или изготовлением более толстой план-прокладки из армированного клингирита или в оптимале — из авиационного алюминия или отожженной листовой меди с толщинами в 1.3 — 1.5 мм. Ну, и с соответствующей перерегулировкой опережения зажигания и углов газораспределения.

Действительно, на максимальных режимах движок в мощности чуть проигрывал, но на низах тянул еще лучше, за счет удлиннения горения на линии расщирения ( нисходящая политропа на диаграмме цикла)

3. Еще одим способом являлся повод к карбюратору ( в систему ХХ или через систему ЭПХХ) капиллярной подачи дистиллата. Дистиллат забирал часть тепла в цикле сжатия на парообразование, сам пар опять же удлинял сгорание на линии расширения и смесь не детонировала до ВМТ. Двигатель начинал работать плавнее и мягче, сохраняя мощность на уровне штатного топлива.
В минусах - за счет наличия в продуктах сгорания водяного пара двуоксид серы с сочетании с водой преобразовывались в серную и сернистую кислоты ( соответственно — Аш два Эс О четыре и Аш два Эс О три) — повышенная кислотная коррозия всех частей двигателя и тракта. Потому этот метод требовал крайней аккуратности и догляда и был в основном расхож в двухтаткных движках с контурной схемой продувки.

А теперь — по поводу получения «авиабензинов» и «неавиабензинов» путем перегонки нефти.

К сведению — наиболее сложным в процесе получения в процессе перегонки является не бензины, а именно ДИЗЕЛЬНОЕ топливо. ( Арктическое, светлое, легкое, летнее, темное и проч и проч.) - Не путать с моторными топливами и тем паче мазутами моторными и топочными!!!
Впрочем, я на форуме о получении дизельки уже не раз и не два рассказывал. Теперь — по бензинам.

Все помнят в 90-х «дикие» чеченские, ингушские и дагестанские «нефтеперегонки», все помнят «левые бензовозы» на обочинах с «паленым» бензином?

Так вот, самым первым продуктом перегонки сырца является керосины.
Керосин является самым первым продуктом нефтепереработки. . Основными параметрами качества считаются точка воспламенения, зольность, содержание серы, дистилляция, максимальная высота некоптящего пламени.

Затем идет нафта — прямогонные бензины. На нафте в большинстве случаев правильно отрегулированный бензомотор вполне работает, но разброс параметров топлива ведет к нестабильной работе и к понижению ресурса в разы — почему — пройдусь чуть ниже.
Из нафты получают уже бензины как таковые. Легкая нафта в своем составе имеет газоконденсатную жидкость, конденсаты, имеющие температуру кипения от традиционных пентанов (С5) до 120 градусов Цельсия и бензино-лигроиновые фракции. Применяется в качестве сырья для крекинга, для выработки электроэнергии на станциях и для производства растворителей.

Тяжелая нафта в своем составе имеет керосиновые компоненты, а также нафту низкого давления, которая имеет температуру кипения 120-200 С. Применяется в качестве компонента для производства керосина, а также для смешивания бензина.

Полнофракционная нафта составляет около 75% общего объема производства нафты. Ее температура кипения находится в пределах С5 – 200С. Применяется в качестве сырья для риформинга и производства этилена. Имеет большое содержание нафтенов, парафина и ароматиков. Определяющее значение для производства бензинов по сортам является содержание парафинов, циклоизобутанола, атомарного ванадия и серы. Особенно - циклоизобутанола, влияющего на теплотворную способность топлива, и атомарного ванадия — влияющего в конечном счете на возможность максимального форсирования теплового режима ДВС.

Соответственно — подразделение бензинов на «авиационные» и «неавиационные» - т. н. «транспортные» определяется следующими параметрами:

Транспортные ( автомобильные) бензины - представляют собой сложную смесь углеводородов, температура кипения которых находится в пределах 20-220 С. В своем составе имеет ароматики (40%), олефины (30%), парафины (30%). Чтобы произвести качественный бензин нужно около 12 различных потоков углеводородов, которые в свою очередь содержат более трехсот типов углеводородов. Важными параметрами качества считаются октановое число, плотность, волантильность, содержание серы, ванадия и смол.

Авиационный бензин является менее сложным продуктом нефтепереработки. Основная его часть изготавливается на базе смесей прямогонного бензина, с добавлением изопентана и авиационного алкилата.

Вот эти самые компоненты — изопентан со свободным радикалом и авиаалкилат ( неэтиловый пассификатор, понижающий детонационную способность топлива, соответственно — повышающий его «октановое число») союзнички нам и поставляли. А вот то, что они нам гнали кубокилометрами бензины...

Хочу отметить еще один крайне любопытный и важный факт.
Всем известный М-17, ставившийся на нашу БТТ, на «бэтушки», «татьяны», Т-35, некоторую часть «тридцатьчетверок» - это авиадвигатель, рассчитанный на авиабензины. Его «танковая» версия — М-17Т — это не только адаптированный конструктивно бензомотор, но двгатель, способный в случае необходимости работать и на низкосортных бензинах.



В производстве эти моторы были с 1931 г. по 1939 г., а в эксплуатации сохранились до 1945 г. в СССР, в Финляндии и в МНР работали до начала-середины шестидесятых.
Конструктивная особенность движка — отсутствие крышки цилиндра ( «головки») как отдельной единой детали — затрудняли уменьшение степени сжатия ( увеличение объема камеры сгорания) за счет прокладки. Потому выходы находили в некотором изменении углов газораспределения ( т.н. «горбатые» распредвалы), введением в карбюратор системы разбалансировки камеры и изменением угла опережения зажигания.
И — нормально работали моторчики!
Впрочем, об этом и на основном сайте, и на форуме есть великолепнейшие материалы Бориса Николаевича Сухиненко. Лучше его о М-17-м никто не расскажет.

Теперь — почему наличие ванадия влияет на качество топлива: атомарный ванадий в процессе сгорания диффундирует в нагруженные рабочие поверхности, создавая локальные очажки теплового перекоса, которые очень быстро переходят в прогары и раковины — со всеми вытекающими. Прогар полей клапанов, кромок колец и прочие прелести.
Отмечу — это свойственно не только бензомоторам, но и любым четырехтактным тронковым высокооборотным ДВС, в том числе и особенно — дизелям. ( тепловая напряженность и давления — выше). Именно потому во многих и многих странах продолжают химичить с тронковыми двухтактниками, как, к примеру, на «шестьдесятчетверке» или «оплотах» ( низкооборотные большие крейцкопфные дизеля — особый разговор), и с двухтактными тронковыми ДВС двойного действия, рабочие прототипы которых разработал еще «Юнкерс» в конце двадцатых — начале тридцатых, но так до приемлемых параметров и не довел.

И никто не довел — тепловой рисунок слишком сложен, системы охлаждения неэффективны, даже при нынешних материалах. Пока, по крайней мере.
О дизельке и моторке я здесь говорить не стану — уже говорено в других темах. Только еще раз отмечу — дизтоплива и моторные топлива — сложнее в производстве и дороже, чем бензины, я уже говорил об этом. Одни режимы перегонки нафты последовательно через пурификацию и кларификацию чего стоят!!!

Так что в любом случае — без авиации ( даже в условиях определенного дефицита «авиабензинов») РККА бы не осталась. Гансы вообще в конце войны на «синтетике» летали.

С уважением, Е.М.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17651
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение Dvu.ru-shnik » 29 авг 2012, 03:26

Ну, Евгенич, на такую подробную лекцию о двигателестроении и крекинге я не расчитывал.
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8015
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение Andreas » 29 авг 2012, 05:35

EvMitkov писал(а): Так что в любом случае — без авиации ( даже в условиях определенного дефицита «авиабензинов») РККА бы не осталась. Гансы вообще в конце войны на «синтетике» летали

Приветствую, Евгений! Вы сдавали экзамен, а я проектировал в 1980-х годах объемы производства и транспортировки нефти и нефтепродуктов по всем экономическим районам СССР.
Что касается обеспеченности топливом в начале 1940-х годов - в первую очередь речь идет о количественной стороне дела - до сентября 1943 года добыча нефти в Поволжско-Уральском бассейне была где-то на уровне 5-7 процентов от всесоюзного объема. Соответственно были и мощности по её переработке на Уфимском НПЗ.
Поволжско-Уральскому бассейну повезло - в 1941-42 г.г. в Уфу были эвакуированы ведущие научные, исследовательские и учебные учреждения нефтяного профиля из Москвы, Ленинграда и Баку. Силами этих специалистов в конце 1943 года было открыто основное месторождение - Кинзебулатовское, которое и позволило Уфимскому НПЗ выйти к концу войны на уровень 15 процентов от общесоюзного уровня производства авиационных и автомобильных бензинов и дизельного топлива.
Если бы план "Барбаросса" был бы выполнен, то объем производства любых нефтепродуктов в конце 1941 года в СССР был бы равен нулю - Баку и Грозный оккупированы, Уфимский НПЗ разрушен бомбардировками, немногочисленные узловые железнодорожные станции и мосты через реки в тылу в Поволжье и на Урале также разрушены. Оснастить еще один НПЗ, скажем в Омске, с нуля - это примерно полгода по военным нормам, организовать добычу и транспортировку нефти железнодорожным транспортом (трубопроводный на таких расстояниях еще не был освоен) очень проблематично. Тем не менее со всеми потерями 2-3 процента поволжско-уральской нефти под бомардировками можно было бы доставлять, например, в Омск, где на новых мощностях производить N-ое количество бензина. Ленд-лиза нет - Мурманский и Астраханский порты захвачены противником, Владивостокский порт в лучшем случае блокирован японцами, в худшем - ими захвачен.
Ну и что с того, что авиационные моторы можно дефорсировать, ухудшить летные характеристики самолетов РККА и поднять их в воздух на растерзание мессершмитам, заправленным высокооктановым бензином, выработанным из бакинской и грозненской нефти. Все равно взлететь смогут только 2-3 процента самолетов от возможного их
количества из недостатка нефти, скажем, до 1 июля 1942 года.
Вермахт, выйдя в 1941 году на запланированный рубеж Волга-Северная Двина, мог практически безнаказанно уничтожить бомбардировками промышленный потенциал Урала и, главное, успеть, скажем, к 1 мая 1942 года подготовиться к реализации плана "Барбаросса-2" с участием или без участия японцев, не суть. Следовательно, немцы в 1942 году имели бы фору в два месяца чтобы выйти на рубеж реки Обь, оккупировав Поволжье, Урал, Казахстан и Среднюю Азию. Понятно, что тогда бы СССР прекратил существование.
Если бы военное командование Вермахта в процессе реализации плана "Барбаросса-1" смогло преодолеть свой национальный менталитет (делать все в соответствии с ранее разработанными планами) и не распылять в 1941 году свои силы с направления главного удара на Восток, в обход Москвы, без поворачивания танковых частей на Юг (Украину) скорректированный план (в части очередности достижения промежуточных целей при сохранении сроков достижения крайнего рубежа) мог быть выполнен, несмотря на политическую безграмотность (забегание вперед) А.Гитлера. Сибирским дивизиям пришлось бы занимать позиции не под Москвой, а на левом берегу Волги.
Ну и где здесь ошибка в военных расчетах Ф.Паулюса (кроме "ошибки" в колонизаторской сути политики А.Гитлера)?
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение Dvu.ru-shnik » 29 авг 2012, 11:11

Опять увод в сторону.
1. Уфимский завод вышел на промышленную мощность ещё в 1937м году, в то время, когда Омский завод ещё даже в пректе не существовал и поставлял уже к середине войны до 30 процентов ГСМ стране.
2. Речь-то идёт о том, что ещё в 1939м году Паулюс оценил людские и технические ресурсы своей страны и пришёл к выводу о том, что выйдя на заданный рубеж Германия не сможет не то что вести какие-то активные боевые действия, но и даже удержать его. Это сродни перекачанной шине или воздушному шарику - ткни в него и "Бум", причём - очень большой бум. В условиях огромной растянутости линии фронта, огромного плеча подвоза, необходимости подпитывать фронт людскими ресурсами, техникой и боеприпасами, разницы в железнодорожной колее, Советским войскам достаточно будет нанести даже один укол на каком-либо участке фронта и Германия не смогла бы его парировать из-за невозможности создать необходимую плотность войск даже для обороны, отсутствия резервов и возможности их быстрой переброски на угрожаемое направление. Одним люфтваффе войска противника на таком огромном фронте противника на дистанцие не удержишь.
Так что вермахт на таких рубежах не продержался бы и месяца, через который теже самые Грозненские нефтепромыслы опять сталибы нашими, Бакинские мощности оказались бы деблокированными (или гипотетически освобождёнными от гипотетической окупации), ещё через месяц и Майкопские месторождения окзались бы в советском тылу. Вот о чём говорил Паулюс. Не бензиновой же рекой сдерживать противника собиралась Германия, для потребления топлива нужны танки и самолёты, чтобы ими управлять нужны люди, а их-то даже для удержаниятаких территорий у немцев и не хватало.
1942 и 1943 года на практике подтвердили теоретические выкладки Паулюса - Германия не выдержала этой гонки ещё на этапе попытки выйти на эти рубежи, а не то что при удержании. Так что уводить тему в сторону не стоит.
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8015
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение EvMitkov » 29 авг 2012, 14:37

Доброго времени всем!

Вообще-то я не только «сдавал экзамен». За много лет непосредственного прямого и живого «общения с железяками» - от танковых движков разных типов, лет и стран-производителей до корабельных силовых установок ( в том числе и с низкооборотными крейцкопфными двухтактными турбированными ДВС высокой мощности ( «Зульцерами» в 52 000 элс, «Манами» и «Бурмейстерами» чутку послабже, среднеоборотными «пильстиками», «фиатами», нащими отечественными "звездочками" и ГТДУ боевого хода) до старых германских "майбахов" и прочего, не говоря уже об автотехнике — мы с железом научились дружить и понимать друг друга.
Повторю — нас готовили очень крепко: на походе, в море, по нескольку месяцев без берега «море на замок» не закроешь и рембригаду не вызовешь. Все — САМИ. Своими ручками и головушками. От сварочных подводных работ до обслуживания систем, вооружений и механизмов. И — их ремонта.
Владение несколькими смежными специальностями для «литеры» МП — дело обычное. И владение не на бумаге диплома, а в реальной жизни. Ты не сделаешь — никто за тебя не сделает, а целостность собственной шкурки на заднице ( и на задницах твоих товарищей) зависит только от тебя самого.
Потому «почему вонэ крутыться» - каждый ДОЛЖЕН был знть.
Иначе — не держали в «литере».

Ну, а те, кто знает меня по реальной жизни лично — тот видел, ЧТО я умею делать руками и головой с практически любой техникой. Тем более, что «колхозно-крестьянская жизнь» научила той изобретательности, когда каждая щепка и гвоздь идут в дело.
Из старых, выброшенных горожанами на помойки оконных рам собираются секционные теплички; из деталей, сданных на металлолом машин — автономные генераторы и поливные системы. Из остатков упаковочного барахла строятся полевые балаганы, из старой детской коляски получается очент приличная и выносливая тачка культиватора для междурядья...
Много чего.
Конечно, может показаться, что «протраливание помоек» - «не барское это дело».

Ну, так и я — не барин. А смастеренный из деталей старого пылесоса, нескольких вентиляторов и выброшенного кем-то холодильника автомобильный кондинционер для УАЗа или еще чего ( помимо сэкономленных денег на его приобретение и установку) помогает даже в жаркое засушливое лето довозить до города овощи свежими и хоть как-то конкурировать с крупными сетевыми супермаркетами.





И это все — не хваствовство и личная похвальба — это ФАКТ.

С возрастом я научился не только ценить, уважать и оценивать труд и способности других, но — и свои собственные.
Однако, наша пикировка действительно имеет опосредованное отношение к вопросам потерь.

Тем более, что основные, самые тяжелые и якобы «необъяснимые» потери РККА пришлись именно на первые недели и месяцы войны, когда и ресурсы у СССР были, и запасы оставались, и гансам до Волги было еще не близко.

А вот с чем я, пожалуй, соглашусь, так это с тем, что в самой разработке «Директивы 21» гансы допустили фундаментальный, определяющий просчет. Я говорил в этой теме об этом выше.

Единственным шансом выбить СССР из войны, переведя боевые действия на Восточном Фронте из разряда войны как конфликта между ГОСУДАРСТВАМИ в разряд войны «партизанской» ( по типу Афганской войны нашей и нынешней НАТОвской), в разряд «герильи» - был захват Москвы в начальный период в первую голову, разрушение координирующего политического центра, вызывающее дезорганизацию тогдашней госсистемы и ее распад.
Фон Бок должен был идти на Москву, не останавливаясь и не считаясь ни с чем, ни с какими другими задачами. Именно Москва в первые недели войны определяла успех или поражение войны в целом. Именно Москва, и присутствие в Москве самого Сталина.

И ИВС это ПОНИМАЛ, потому и остался в Белокаменной, даже имея «резервный КП» на Волге. Чучело Ленина вывезли, но Сталин остался.

А любые иные сценарии ( какие-бы то ни было: выход гансов на желанную линию пусть даже в 41-м, отсечка Кавказа и проч) все едино не позволяли Германии выиграть войну окончательно и бесповоротно. Россия — не Франция. Не Азия. Не Европа. Наша страна — гумилевская Евразия.

При ЛЮБОЙ политике оккупационных властей — от той, что проводили до самой лояльной из всевозможных — сопротивление тлело бы и тлело, рано или поздно сожрав пришлых, а выживших — ассимилировав. При любом раскладе. Полагаю, общая история «татаро-монгольского ига» Вам знакома.

Я вижу, Вы все — таки не дали себе труд, не нашли времени или возможности хотя бы по диагонали прочитать Лазарчука, его «Иное( чужое) небо», а в более позднем дополненном варианте - «Все, способные носить оружие». Хотя я не раз и не два настоятельно Вам рекомендовал и советовал.
«Все, способные...» - штука сложная и вряд ли Вы в нее вчитаетесь, но «Небо» - написано раньше и чище. Да и направленней.

Кроме того, не смотря на то, что по некоторым вопросам я с Вами согласен, но вижу, что Вы все-таки не совсем хорошо понимаете — нет! - неверно сказал: ОЩУЩАЕТЕ — смысл самого понятия «война». Вы понимаете его по-американски.

Много раз говорено, что лемму
«Политика — есть концентрированная экономика. Война — продолжение политики ИНЫМИ средствами. Следовательно: война -есть продолжение экономики ИНЫМИ средствами» опровергнуть невозможно
Все так.
НО!
Что есть - «экономика»?
И можно ли рассматривать это понятие в отрыве от понимания сущности и менталитета того народа, его укладов, традиций, национальных особенностей — который эту экономическую деятельность осуществляет?
Потому и введено понятие «национальная экономика».
Потому для янки «время-деньги», а для русского - «Эх, жизнь — копейка!» «Двум смертям — не бывать — одной не миновать», созвучное с тевтонским «Нам не жить со свидетелями нашей смерти»...

У Экклизиаста сказано - «Мертвый лев лучше живой собаки» Это — о нас.
Великий Отто фон Бисмарк понимал, ОЩУЩАЛ, что это такое — Россия, и что это такое - ВОЙНА с ней.

Никогда ничего не замышляйте против России, ибо на любую вашу хитрость она ответит своей непредсказуемой глупостью.
(Nie etwas замышляйте gegen Russland, denn auf alle Ihre Stealth es reagiert mit seiner unberechenbaren Dummheit.)



Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами. И когда они придут — не надейтесь на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас оправдывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими стоит или играть честно, или вообще не играть.
(Nicht erwarten, dass einmal unter Ausnutzung der Schw?che in Russland, Sie erhalten Dividenden ewig. Russische immer kommen f?r Ihr Geld. Und wenn Sie kommen, nicht die Hoffnung auf signiert Ihnen Vereinbarung, angeblich, Sie rechtfertigen. Sie nicht stehen dem Papier, die geschrieben werden. Deshalb mit Russischen Wert oder spielen ehrlich zu sein, oder ?berhaupt nicht spielen. )



Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России, которая зиждется на миллионах собственно русских… Эти последние, даже если их расчленить международными трактатами, так же быстро вновь соединяются друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути. Это нерушимое государство русской нации, сильное своим климатом, своими пространствами и ограниченностью потребностей.
(Auch die g?nstigen Ausgang des Krieges wird nie zu abbaubar die wichtigste Kraft in Russland, die beruht auf Millionen sich russische... Diese letzten, sogar wenn Sie Sie aufl?sen internationalen , so schnell wieder miteinander verkn?pft werden, da die Partikel St?ck Quecksilber. Ist unverw?stlich Staat der Russischen Nation, starke Ihr Klima, in Ihren eigenen R?umen und die Gebundenheit Bed?rfnisse).


Превентивная война против России — самоубийство из-за страха смерти.
Pr?ventive Krieg gegen Russland - Selbstmord aus Angst vor dem Tod.

Россия опасна мизерностью своих потребностей.
Russland ist gef?hrlich Ihre Bed?rfnisse.

Тот, кто развязывает превентивную войну против огромной Царской Империи, ставит себя в нелепое положение, как избирающий простейший способ «самоубийства перед страхом смерти
Wer einen Pr?ventivkrieg gegen das riesige Zarenreich vom Zaun breche, begehe, mokierte er sich, nur zu leicht «Selbstmord aus Furcht vor dem Tod

Никогда не воюйте с русскими, ибо на каждое ваше гениальное стратегическое решение они ответят неожиданной глупостью, которая приведет их в конечном счете к победе
Nie Krieg mit den Russen, denn auf alle Ihre leuchtende strategische Entscheidung, die Sie beantworten unerwarteten Dummheit, die f?hrt Sie schlie?lich zum Sieg


Русские долго запрягают, но быстро едут.
Russische lange, aber schnell gehen.


И — сходное с этим - о Германии:

Стоит посадить Германию в седло, а уж поскакать она сумеет!
Wert landen Deutschland in den Sattel, und so springen Sie in der Lage!


Это понимал и ощущал Эрих Маркс ( «отец» «Барбароссы»), понимали и ощущали Канарис, Шуленбург и фон Бок...

Дело — не только экономике и бездорожье, в тирании или демократии. Россия — не Америка. Мы третий Вечный народ, после евреев и британцев.
Впрочем, это уже, как говорится «совсем другая история».

Е.М.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17651
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение EvMitkov » 29 авг 2012, 15:01

Да, еще - чтобы не редактировать предыдущий пост:
Выбить Россию из войны методом развала централизованной власти Империи у гансов уже получалось - получилось в 1917-18 гг., аккурат перед своим поражением. Выбить одну из стран - "почти победителей" - это, скажу я вам - более, чем успех!
Методика была иной, но это не суть и к нашему разговору имеет отношение косвенное. Факт в том, что практически накануне победы путем разрушения централизованной власти в столице Империи страна была из войны выведена. Со всеми вытекающими.( Хотя это Грманию от поражения не спасло - годом бы раньше гансам Ильича всячески поддержать и спонсировать, и амебу- Николая помочь прибрать с его мягкотелостью...

В 1941-м, Слава Богу, "пятой колонны" в СССР не было. Тут уже нужна была прямая оккупация Москвы, и незамедлительная.
Проебали и не успели гансы.
И не успели именно благодаря нашим дедам, "сельскому контингенту", "криворуким и сиворылым" известным и безымянным СОЛДАТАМ, дошедшим и не дожившим, сложившими свои головы ЗА РОДИНУ, пусть даже и не умеющие четко сформулировать это внутри себя самих.

Благодаря КАЖДОМУ НЕИЗВЕСТНОМУ СОЛДАТУ ТОЙ ВОЙНЫ...
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17651
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: К вопросу о людских потерях СССР в Великой Отечественно

Сообщение Dvu.ru-shnik » 29 авг 2012, 15:14

А он никого не слушает, акромя себя - любимого.
сколько раз было советованно - прочти боевые уставы, хотябы просмотри наставления по тактике...
Всё, как об стену горох.
Я уже молчу о том, что для разговора на тему ВОВ мало знать современную тактику, надо прочитать ту теорию, которая определяла ведение боевых действий на том етапе истории войн и военного искуства, что надо покопаться в таких документах, как полевой устав РККА 1939 года, иметь представление о ходе дипломатических передряг того времени и уметь рассуждать не только о толщине брони и наложении на неё кальки бронепробиваемости того или иного ствола или снаряда, но и о концепции применения танков и ПТО, иметь хотябы общее представление о мобилизационной готовности, географии, законах Бэра и приливно-отливных явлениях, военно-экономическом развитии и демографии стран - участниц вооружённого конфликта.
Я заговорил о Паулюсе именно для того, чтобы показать, что настоящий военный специалист при проведении расчётов на бой, операцию, сражение и войну опирается на все эти исходные данные. На практике знаю - не такое уж и сложное занятие для человека, способного к самообразованию. мне обстановка и время не позволили оторваться от войск для учёбы в академии, даже на ВАК командование не отпустило, однако, самым большим своим провалом считаю свои первые командно-штабные учения, где мне (в ту пору старшему лейтенанту - вчерашнему командиру разведроты) пришлось в один день принять дела и должность старшего помощника начальника разведки бригады и выступать на учениях в роли начальника разведки. За всё последнее время, когда мне приходилось работать именно в качестве штабного офицера общевойскового звена (не только за разведку отвечать, но полностью планировать ход тех или иных действий), самое большое расхождение по временным показателям между планируемыми и осуществлёнными на практике действиями составило 7 минут при совершении марша и занятии района состредоточения мотострелковым полком. Этот запас времени, оставшийся в результате моих расчётов, командир использовал для того, чтобы утереть нос штабу руководства учениями - неторопясь заехал на своём штатном УАЗике в район, поставил его на отведённое место, по радиостанцие принял доклады командиров подразделений о занятии ими назначенных районов, налил из термоса кофе, выпил его под сигаретку и с опережением моего графика на три секунды должил командованию о завершении марша, при этом абсолютно вальяжно и лениво открыл дверцу уазика и демонстративно неторопясь подошёл для доклада к командарму.
Это всё не для похвальбы, а для обрисовывания того, что кажущиеся на первый взгляд нерешаемыми вопросы, на поверку оказываются вполне по силам человеку, даже не имеющего официального диплома, но имеющего необходимые знания, опыт и навыки в данной сфере деятельности.
Потому и твержу человеку - читайте, ознакамливайтесь, просмотрите - не слушают...
Командир повару:
- Почему в борщ лавровый лист не кладёшь, каналья?!!!
- Пробовал, клал, ваш выскобродь - не жрут,с сволочи... :lol:
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8015
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Пред.След.

Вернуться в Военная история

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2