...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Темы по военной истории

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 06 апр 2014, 23:10

Он нашей Аллы Коротковой:
Жень,этот материал, хотя подобное не первый раз читаю, потряс до глубины души. Может, ему найдется достойное место на форуме?
Ссылка на материал Кома:
http://clubs.ya.ru/4611686018427433392/ ... _no=169150


Не просто "найдется место".
Этот материал почту за честь разместить тут.


Гвозди бы делать из этих людей, Крепче бы не было в мире гвоздей...
Чистого неба над Россией.


Память должна быть долгой
http://nvo.ng.ru/realty/2014-03-07/9_apakidze.html


Герой России генерал-майор авиации Тимур Автандилович Апакидзе.Фото предоставлено автором
«Гвозди бы делать из этих людей, Крепче бы не было в мире гвоздей». Николай Тихонов (1922 год)

Можно с сожалением констатировать, что в современном мире мало кто соответствует таким словам. Размытые понятия патриотизма, предательство на каждом шагу. Рыночные отношения. Считается, что человек, который не изменяет своим убеждениям, ущербен. Однако более вероятно, что тот, кто их часто меняет в угоду карьеристским или другим выгодам, – это флюгер. Конечно, от юношеского романтизма до зрелого разумения проходит достаточно долгий период нашей жизни, но стержень, заложенный в детстве и юношестве, должен остаться.

Любой человек проверяется на изломах истории. У знаменитого российского летчика Тимура Апакидзе таких изломов было несколько. И особенно показательно время распада Советского Союза. Командир 100-го корабельного истребительного полка Центра корабельной авиации ВМФ, базирующегося на аэродроме Саки, отошедшем к Украине. Посыпались предложения: принять присягу Украины, с другой стороны – возглавить ВВС Грузии. Все предложения отвергнуты. Присягу принимают один раз! И дальше думы: что делать? Первая мысль – поднять полк и перелететь в Россию! Но по телевизору показывают, как Ельцин обнимается с Кравчуком. Нельзя подставлять людей, только добровольцы. В конечном итоге ТАВКР «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» с 18 летчиками-истребителями и самолетами покидает Севастополь и направляется в Североморск, что позволило сохранить авианосец и опытных, обученных Тимуром, палубных летчиков. Это внушает оптимизм, что будет у нас авианосный флот.

Но в стране нет денег, как содержать такой большой корабль? Может, лучше «на иголки» порезать? Тимур Апакидзе предпринимает титанические усилия, чтобы доказать важность корабля и палубной авиации для России. С трудом, но это удается. А затем – поход в Средиземное море. В Атлантике проводятся интенсивные полеты, где Апакидзе выполняет по семь взлетов и посадок в день. Колоссальная нагрузка. Его выпестованные «соколы» почти ни в чем не уступают. И все это на глазах у натовцев, которым уже как-то и неприятно, не по себе.

В разных источниках приводятся разные цифры насчет общего налета Апакидзе, наиболее часто – 3850 часов. Непостижимо, фантастика. Освоено 13 типов летательных аппаратов. Это человек неба! Надо понимать, что за летную смену продолжительностью 8 часов он прыгал из самолета в самолет. Находясь на руководящих должностях, не жалея себя, пытался научить тому, чем сам овладел.

И все-таки. Кто такие летчики-истребители? А особенно палубные?

Здесь вспоминается наш легендарный летчик Иван Кожедуб, генерал-полковник авиации и трижды Герой Советского Союза. Для воздушного боя на малых высотах он придумал себе такую тренировку. Обычно ранней осенью в небе образуется слоистая облачность с достаточно ровной верхней кромкой. Так вот над этой ровной кромкой и отрабатывал фигуры вертикального воздушного боя вблизи земли Кожедуб. От простого к сложному – известный педагогический принцип. Этим принципом в полной мере пользовался и Тимур Апакидзе.

У моряков есть такое напутствие: «Семь футов под килем», в авиации: «Чтобы число посадок равнялось числу взлетов». У Апакидзе это число, к сожалению, минус два. 11 июля 1991 года из-за отказа системы дистанционного управления был потерян один из первых серийных Су-27К – Т-10К-8. Пилотировавший его Апакидзе катапультировался по команде с командного пункта, но после очень сожалел, что не спас самолет. И вот второй раз… 17 июля 2001 года во время показательных выступлений на празднике в честь 85-летия военно-морской авиации в Центре боевой подготовки и переучивания летного состава авиации ВМФ на аэродроме Остров…

Есть официальная версия гибели Тимура Апакидзе. Есть много различных гипотез. Мне же хочется предложить свою версию, основанную только на своих эмоциях и любви к этому великому человеку.

Что мы наблюдали в 90-е годы прошлого века? Развитие военной, да и не только военной, авиации затормозилось, если не сказать остановилось. Выпускники военных авиационных училищ после направления в части почти не летали. В результате конкурс на поступление в летные училища упал не то что до нуля, а до минуса. Тимура Апакидзе, как настоящего патриота нашей родины, возможно, мучила и эта мысль – как поднять престиж авиации в глазах молодого поколения. И вот на 85-летие морской авиации для зрителей и, главным образом, молодого поколения целый каскад высшего пилотажа. Перегрузка более 8g. Что такое 8g? Если вы весите 70 кг, то при этой перегрузке 8g – будет 560 кг. У нетренированного человека может случиться обморок, но и у тренированного при относительно длительном воздействии может наступить временная потеря пространственной ориентировки…

На месте падения истребителя Су-33, который пилотировал Тимур Апакидзе, установлен памятный знак, а в Североморске на площади Сафонова и в поселке Новофедоровка на Аллее героев установлены бюсты Герою России Тимуру Апакидзе. Мемориальные доски, посвященные Тимуру Апакидзе, есть в Нахимовском училище, в Саках, Калининграде и Североморске-3.

17 июля 2013 года, ровно через 12 лет со дня гибели Тимура Апакидзе, на территории авиационного завода в Комсомольске-на-Амуре открыт памятник палубному истребителю Су-33. На самолет нанесены портрет Тимура Апакидзе и бортовой номер машины – «70».http://topwar.ru/42688-pamyat-dolzhna-byt-dolgoy.html

Служил в городе Саки (Крым). После распада СССР 100-й авиационный полк, которым командовал Т.А.Апакидзе, расквартированный в городе Саки, недалеко от города Евпатория, отказался принимать украинскую присягу, а сам командир отклонил ещё и предложение возглавить ВВС Грузии. «Присягают только один раз», -- объяснил он и вместе с лётчиками полка, которых в шутку называли «Тимур и его команда» и Боевым Знаменем улетел в Североморск... Фильм так же о том как стравливают два братских народа...

[youtube]http://www.youtube.com/watch?v=HB_-fixFPnE[/youtube]
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 20 ноя 2014, 17:18


Николай Бодрихин
13.11.2014

Евграф Крутень – один из лучших русских асов Первой мировой, основоположник тактики наших истребителей



Возможно, из-за своей «древнерусской» фамилии он стал самым известным асом России тех лет. Имя Крутеня знали не только в дореволюционной России, его хорошо помнили и советские асы Великой Отечественной войны.

Он родился в Киеве 17 декабря (5 дек. по ст. ст.) 1890 года в семье кадрового офицера, полковника русской армии. Отец с матерью развелись, когда Крутеню не было и 15 лет. Он остался жить с отцом.

Евграф Крутень окончил Владимирский Киевский кадетский корпус в 1908 году. Несколько ранее тот же корпус окончил военный дипломат генерал А.А. Игнатьев, автор книги «50 лет в строю». По окончании кадетского корпуса Е. Крутень был направлен в Константиновское артиллерийское училище, которое окончил в 1911-м. Он получил звание подпоручика и назначение в 4-ю конно-артиллерийскую батарею. В апреле 1912 года был переведен во вторую батарею 2-го конно-горного артиллерийского дивизиона. Увлекшись авиацией, Крутень засыпал начальство рапортами с просьбой о переводе из артиллерии в новый род войск. В конце концов, 6 августа 1913 года он был направлен для подготовки в качестве летнаба (летного наблюдателя) в 3-ю Киевскую авиационную роту. 31 августа ему было присвоено звание поручика.

Весьма характерно, что к новому месту службы он прибыл в тот самый день, когда Петр Нестеров совершил свою "мертвую петлю», 9 сентября 1913 года. Это был день, положивший начало высшему пилотажу. Крутень получил назначение в 9-й корпусной авиаотряд, однако затем сумел перевестись в 11-й, возглавляемый Нестеровым. Евграф Николаевич был хорошо знаком с Петром Николаевичем и совершил с ним несколько полётов в качестве лётчика-наблюдателя. Твёрдо решив овладеть пилотажем, Крутень в январе 1914 года добился перевода в Гатчинскую авиашколу. Там он быстро выдвинулся на первый план, завоевав уважение не только однокурсников, но и начальства. Успешно продолжив обучение в школе, незадолго до окончания курса, Евграф дважды повторил над Гатчинским аэродромом "мертвую петлю" Нестерова.

24 сентября 1914 года Крутень был прикомандирован к 21-му корпусному авиационному отряду. С 25 марта 1915 года – старший офицер 2-го армейского авиаотряда. Первоначально Крутень воевал на Вуазене III, способным поднять до трёх пудов бомб и углубиться за линию фронта почти на 200 км. Это был тяжёлый двухместный биплан. Главной задачей, поставленной перед Крутенем, была воздушная разведка, а через месяц, по его собственному предложению, и бомбардировка противника.

В 1915 году его имя стало появляться в печати. Многие недостатки в планировании боевой подготовки, организации и технического оснащения российских ВВС были затронуты в работе Крутеня «Кричащие нужды русской авиации». Как горький, но справедливый упрек звучали его слова, брошенные в адрес многих своих коллег:

«Наши летчики, как мотыльки, беспечно порхающие с аппарата к женщине, от женщины на бутылку, потом опять на аппарат, потом на карты. Отжарил боевой полет - и брюшко вверх. Внеполетной работы нет».


Это был, наверное, первый в русской авиации призыв к разбору полётов, то есть совершенно необходимому в боевой работе тактико-теоретическому осмыслению и планированию вылетов, взаимодействию в воздухе с наземными войсками и другими летательными аппаратами.

Призыв Крутеня был услышан, тем более что сама логика жизни заставляла русских лётчиков относиться к своим обязанностям с большей ответственностью, осмысливать их, придумывать и применять новые тактические приемы.

25 мая 1915 года он был назначен исполняющим обязанности, а 12 ноября 1915 года утвержден в должности командира 2-го армейского авиаотряда, ему было присвоено звание штабс-капитана. В воздушном бою 30 июля 1915 года одержал свою первую воздушную победу.

В начале весны 1916 года, прибыв в Москву на завод "Дукс", он некоторое время занимался испытанием и приемкой новых самолетов. Здесь, на «Дуксе», он познакомился с другим выдающимся русским лётчиком – К.К. Арцеуловым. Константин Константинович оставил бесценные воспоминания о Крутене:

«Небольшого роста, коренастый, плотно скроенный, с приветливым открытым лицом, всегда одинаково спокойный, сдержанный в жестах, он производил очень приятное впечатление.

Очень скромный в быту, Крутень вёл спартанский образ жизни, весь уклад которой был направлен на развитие лётных способностей. Всё свободное время Евграф Николаевич проводил на аэродроме, наблюдая полёты других, и пользовался каждым случаем полетать на самолётах разных типов…».


Вернувшись на фронт, Крутень немедленно обосновал необходимость и поставил перед командованием вопрос о создании так называемых «специальных истребительных авиагрупп».

Первое из таких соединений появилось в начале сентября 1916 года и именовалось – 1-я Боевая авиационная группа. Ее возглавил лучший русский ас капитан А.А. Казаков.

Сам же Крутень с марта 1916 года – командир вновь созданного 2-го авиационного отряда истребителей. 11 августа он сбил «Альбатрос С.III», опустившийся у позиций русских войск. Ещё через два дня (14 августа по н.ст.) – сбил разведывательный «Румплер», совершивший вынужденную посадку на русской территории, в районе станции Столбы. Экипаж пытался сжечь машину, но не успел и был захвачен в плен казаками.

29 августа 1916 года штабс-капитан Е.Н. Крутень высочайшим повелением был удостоен ордена Св. Георгия IV степени. В документе, в частности, говорилось:
«…будучи начальником 2-го армейского авиационного отряда, 22-го июля 1915 г., вылетев на самолёте с наблюдателем, захватив, несмотря на неблагоприятные условия погоды 8 бомб, выполнил воздушную разведку, во время которой подвергся сильнейшему огню неприятельской лёгкой и тяжёлой артиллерии, пробившему аппарат в восьми местах. Несмотря на порчу мотора, долетел до намеченной цели и сбросил две бомбы в подвезённые противником к р. Висле понтоны, остальные шесть были сброшены в бивак неприятельской пехоты. Ценные сведения, добытые разведкой, обнаружение подхода к нашим позициям под г. Варшавой неприятельской дивизии, - своевременно донесённые в штаб армии, послужили основанием для принятия оперативного решения, повлекшего успех последующих действий».


В ноябре 1916 года Евграф Николаевич, как один из лучших российских истребителей, был направлен "по обмену опытом" во Францию, где воевал в прославленной эскадрилье "Аистов".

Во Францию он был послан с другим известным русским асом – георгиевским кавалером подпоручиком И.А. Орловым. Орлов возвратится из командировки вместе с нашим героем, одержит семь воздушных побед, будет награждён тремя Георгиевским крестами, орденом Св. Георгия IV степени, Георгиевским оружием, пятью другими русским орденами и французским «Военным крестом», и погибнет в воздушном бою за день до Крутеня – 17 июня 1917 года.

В эскадрилье «Аистов» Крутень сражался под командованием капитана А. Брокара. В боях под Амьеном и Нанси, летая на «СПАДе», он одержал одну бесспорную и одну вероятную победы. Эскадрилья «Аистов» прославила себя на весь мир целым созвездием великолепных асов: Гиннемер, Брокар, Герто, Дорм, Деллэн, Ведрин, Наварр, Гарро... И рядом с этими героями сражались русские лётчики: Е.Н. Крутень, И.А. Орлов, В.Г. Федоров.

За бои во Франции Е.Н. Крутень был представлен, а вскоре и награждён французским «Военным крестом».

В феврале 1917-го Евграф Николаевич, в качестве консультанта, на две недели был направлен в Англию, где предполагалось закупить новые аэропланы.



В марте 1917 года он вернулся на Родину, возвращён на должность командира 2-й истребительной авиагруппы, состоявшей из трёх корпусных авиаотрядов.

Теоретически Евграфом Крутенем были предложены двадцать способов атаки неприятельских самолетов как одиночных, так летящих в паре или в группе, описанные в брошюре «Воздушный бой». Этот труд он разработал еще и на основании опыта французских летчиков Ж. Гиннемера, Брокара, Гарро...

Именно Крутень первым предложил проводить боевой вылет парой аэропланов, справедливо считая именно пару наиболее эффективным боевым средством.

Евграф Николаевич – автор первых девяти работ по тактике истребительной авиации. Среди его трудов: "Наставление лётчику-истребителю", "Военная авиация во Франции", "Что думалось в Лондоне", "Нашествие иноплеменников", "Кричащие нужды русской авиации". В своих трудах он описывает основные требования к истребительному самолету: хорошие показатели скорости как в вертикальном, так и в горизонтальном направлениях; высокая маневренность; возможность подниматься на большую высоту.

В «Нашествии иноплеменников» он патриотично критикует безмерное восхищение зарубежными приёмами ведения воздушного боя, заслуженно делая ставку на природную отвагу российских лётчиков.

Командир 2-й авиагруппы в отношении личной скромности, дисциплины, готовности к самопожертвованию, был эталоном для своих подчиненных. Так, 30 июля 1916 года на глазах сотен солдат и офицеров он подбил над передним краем немецкий аэроплан, совершивший вынужденную посадку на территории, занятой русскими войсками. За этот подвиг он был награждён Георгиевским оружием. Вот как говорят об этом бое сухие строки приказа по армии и флоту от 22 марта 1917 года:
«...когда над расположением наших войск появился немецкий аэроплан, поднялся на своём самолёте, с бесповоротной решимостью атаковал врага и вынудил его опуститься в нашем расположении, причём неприятельские лётчики и аппарат были захвачены в плен».


Командующий 2-й армией генерал от инфантерии В.В. Смирнов, ставший свидетелем этого боя, так отозвался о нем:
«1 августа этого года, примерно 19 часов, над Несвижем появился неприятельский самолёт. Командир 2-го авиационного отряда истребителей штабс-капитан Е. Н. Крутень, всего только 30 июля сбивший германский самолёт в районе Своятичи, сразу же поднялся на своём "Ньюпоре", нагнал немца…

Я, многие чины моего штаба и весь городок любовались смелым поединком двух самолётов. Штабс-капитан Крутень коршуном налетал на немца и после этого короткого, но крайне эффектного боя сшиб германский "Альбатрос", вынудив раненого лётчика спланировать вблизи от города.

Население, с захватывающим интересом следившее за смелыми и искусными действиями нашего героя - лётчика, ликующе кинулось за городок, где и устроило ему овации. Штабс-капитану Крутеню за проявленную им исключительную выдающуюся удаль, бесповоротную решимость и доблесть в борьбе с врагом объявляю мою сердечную признательность. Приказываю представить его к награде».


В отношении побед Е. Крутеня, как никого другого, имеются значительные разногласия. Очень часто указывается, что он одержал 15 и более побед в воздушных боях, но эти данные невозможно проверить: значительная часть документов русской военной авиации погибла в годы Гражданской войны. Достоверными сегодня принято считать 6 личных побед летчика.

19 июня 1917 года (по н. ст.), при возвращении с очередного боевого задания аэроплан Крутеня (он летел на «Ньюпоре-XVII») неожиданно перешел в пикирование и врезался в землю. Пилот погиб.



Соратник Крутеня известный лётчик, впоследствии генерал-майор авиации И.К. Спатарель считал, что Крутень получил в бою тяжёлое ранение. Один из первых русских лётчиков, С.А. Ульянин, 2 июня 1917 года вступивший в должность начальника Полевого управления авиации и воздухоплавания при штабе Верховного главнокомандующего (ПУАиВ), то есть, де-факто, в должность Главкома ВВС Российской республики, откликнулся на гибель кавалера ордена Святого Георгия IV степени и Георгиевского оружия телеграммой в штаб Авиагруппы:
«6 июня с.г. на фронте погиб доблестный командир 2-й боевой группы капитан Евграф Николаевич Крутень, который своей неутомимой боевой работой стяжал себе неувядаемую славу и бесспорно может считаться гордостью нашей родной авиации…».


Похоронен Е.Н. Крутень на Лукьяновском кладбище города Киева, перезахоронен стараниями Героя Советского Союза А.Н. Грацианского (нашедшего запущенную могилу Крутеня) рядом с другим выдающимся русским лётчиком П.Н. Нестеровым. Памятник на могиле аса поставлен на средства советского авиаконструктора О.К. Антонова.

Важно отметить, что фигура аса Первой мировой войны, первопроходца истребительной авиации была очень интересна великому асу Второй мировой, создателю тактики советской истребительной авиации – Александру Ивановичу Покрышкину...

Как отмечают биографы А.И. Покрышкина, ссылаясь на Героя Советского Союза, ведомого прославленного аса Г.Г. Голубева, Крутеня Покрышкин вспоминал в беседах с лётчиками ещё в 1943 году. Более подробную информацию о первых русских лётчиках и асах Александр Иванович почерпнул, по-видимому, из книги Г.В. Залуцкого «Выдающиеся русские лётчики М. Ефимов, П. Нестеров, Е. Крутень, К. Арцеулов», выпущенной в серии «Научно-популярная библиотека солдата и матроса» в 1953 году. Это было первое популярное сочинение, где называлось имя забытого аса. Покрышкин нашёл труды Крутеня, внимательно ознакомился с ними, старался популяризировать забытое тогда имя, ссылался на него в собственных работах.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 01 дек 2014, 19:16

К разговору о Роммеле в теме о бронетехнике:

Сергей МОНЕТЧИКОВ

ЭРВИН РОММЕЛЬ - ЛИЧНОСТЬ: СОЛДАТ, КОТОРОГО ПРЕДАЛИ



Эрвин Роммель стал легендой уже при жизни. Нацистская пропаганда сделала из него едва ли не величайшего полководца фюрера. И на то были действительно веские основания. Роммель на некоторое время превратил для союзников театр военных действий в Африке из второстепенного в основной. Он своими блестящими действиями против существенно превосходящих сил англичан отсрочил высадку союзников в Европе. Но несмотря на все заслуги перед Третьим рейхом, после блистательной африканской кампании он, как и многие немецкие военачальники, остался не у дел. Разочарование в кумире, Адольфе Гитлере, стоило фельдмаршалу жизни. Он не колеблясь принял смерть так, как принял бы её любой солдат, верный своему долгу...

На фронтах Первой мировой


ЭРВИНУ Роммелю, появившемуся на свет 15 ноября 1891 года в Хеденхайме близ Ульма, карьера профессионального военного не была уготована с детства. В отличие от многих германских военачальников, занимавших высокие должности уже в силу принадлежности к прусской аристократии, Роммель не принадлежал к дворянскому сословию. Его отец и дед были учителями математики и работали в школах провинции Вюртемберг. Мать, однако же, происходила из аристократического рода. Такое происхождение никак не могло способствовать продвижению к вершинам военной карьеры.
Его физические данные также мало подходили для солдатской службы. В детстве и юности Эрвин был очень тихим и бледным, слишком маленьким для своего возраста. Его школьные успехи также были весьма посредственными. Правда, он проявлял большие способности к математике, но гуманитарные науки его мало интересовали. Эрвин мечтал стать авиаконструктором и получить работу на заводе по производству цеппелинов (так назывались в Германии боевые дирижабли). Но у отца были свои представления о жизненном пути старшего сына. По его мнению, тот должен был стать офицером.
Но ни в артиллерию, ни в инженерные войска болезненного молодого человека брать не собирались. Трижды Эрвин выставлял свою кандидатуру и наконец добился успеха. В июле 1910 года он был зачислен в 124-й короля Вильгельма I пехотный полк, и уже в октябре получил звание ефрейтора. В том же году, учась в кадетской школе в Данциге, юноша познакомился со своей будущей женой Люси-Марией Моллин, дочерью директора школы.
Карьера военного сразу же стала для Эрвина многообещающей. Роммеля в высшей степени интересовало военное дело. Поэтому он серьезно относился к своим обязанностям и хорошо проявил себя на занятиях. Не слишком разговорчивый, он умел слушать и легко сходился с людьми. В то же время был спокоен, деловит, дисциплинирован. В январе 1912 года он уже был произведен в лейтенанты и вернулся в свой родной полк обучать новобранцев. Через некоторое время его откомандировали в Ульм, в 49-й полевой артиллерийский полк, но в самом начале Первой мировой войны он вернулся в пехоту.
Когда началась война, Роммель, солдат по призванию, разделил всеобщий восторг. «Наконец-то время настало!» — писал он своей невесте, не подозревая, что война продлится целых четыре года.
В первых же боях в Бельгии и Северной Франции Эрвин проявил свои лучшие качества. Так, например, 22 августа 1914 года, во время стремительного наступления немцев на Париж, вошедшего в историю как битва на реке Марна, Роммель вместе с подчиненным ему взводом проводил разведку. Стоял густой туман, когда он и три его солдата подошли к деревеньке, которую удерживали французы. Обойдя домик фермера, Роммель столкнулся на дороге лицом к лицу с двадцатью вражескими солдатами. И хотя противник из-за густого тумана не заподозрил засады, Эрвин не раздумывая приказал открыть по ним огонь. Пока шла перестрелка, подоспел подчиненный Роммелю взвод. Наступление на деревню, проведенное без санкции командира батальона, удалось. В то время как половина солдат поджигала дома и амбары, другая половина атаковала французов, в итоге вынужденных отступить. В этом бою впервые проявились храбрость Роммеля и его склонность к независимым действиям.
Другой случай, доказывающий его смелость, произошёл 24 сентября. Тогда Эрвин в одиночку напал на трёх французских солдат и обратил их в бегство. Лейтенант, раненный в бедро, был награжден Железным крестом второго класса.
В январе 1915 года, сразу после выписки из госпиталя, Эрвин предпринял стремительную и дерзкую атаку на французские позиции. Он провёл свой взвод через проволочные заграждения и захватил четыре блокгауза. От его взвода осталось меньше дюжины, но он сумел отразить контратаку и успешно отступил с занятых позиций, расстроив на время планы французов по превентивному контрнаступлению. Смелость и решительность Роммеля были отмечены вручением Эрвину Железного креста и присвоением звания обер-лейтенанта (старшего лейтенанта).
Звездный час Эрвина Роммеля в Первой мировой войне наступил в Италии. Тогда четырнадцатую германскую армию перебросили на помощь австрийцам, проводившим очередное, казалось бы, безуспешное наступление на позиции итальянцев, союзников Антанты. Батальон Роммеля сумел захватить ключевые позиции итальянцев у Монте Матаюр, что привело к поражению итальянской армии в битве при Капоретто. В плен попало 250 тысяч вражеских солдат.
Первая (дневная) атака батальона была отбита. Тогда обер-лейтенант взял на свой страх и риск две роты и под покровом ночи проник на итальянские позиции, захватив при этом артиллерийскую батарею противника. Оставив одну роту на батарее, он вместе с другой начал продвигаться дальше. В тот момент, когда итальянский батальон попытался отбить батарею, Роммель обошёл его с тыла и вынудил сдаться. В плен попало около тысячи солдат. Затем он провёл блистательный рейд по тылу итальянских позиций. Он захватил вражескую колонну с боеприпасами, вражеский гарнизонный городок, господствующую высоту в районе Монте-Матаюр. Всего, таким образом, за 50 часов почти непрерывных боёв дерзкий и храбрый Роммель с одним батальоном взял в плен 150 офицеров и 9000 солдат противника, захватив 81 пушку. За этот подвиг он получил крайне престижную и редкую в немецкой армии награду — крест «За боевые заслуги», которым обычно награждали старших офицеров и генералитет, и звание гауптмана (капитана).
В сражениях Первой мировой Роммель продемонстрировал то, что позднее будет отличать его от других немецких военачальников во время Второй мировой войны: упрямство, военную хитрость, инициативность и полное невнимание к приказам свыше.
Капитуляция Германской империи поставила Эрвина Роммеля перед вопросом: как жить дальше? Унизительный для Германии Версальский мир, отторгнувший одну восьмую часть немецкой земли и десятую часть населения, сопровождался немыслимыми по объему репарациями и жесткими ограничениями сухопутных, военно-воздушных и военно-морских сил по количественному составу и вооружениям. Вместе со старым порядком исчезли покой и согласие. Революция, хаос, экономический кризис и безработица охватили Германию...

Под влияниеМ Гитлера

НО СЧАСТЬЕ не изменило Эрвину Роммелю. Бывалый солдат оказался среди тех ста тысяч, что державы-победительницы разрешили иметь в качестве вооруженных сил новорожденной Германской (Веймарской) республике. Для молодого капитана Эрвина Роммеля, слывшего «экспертом по ближнему бою», нашлось место и в значительно сокращенном рейхсвере (вооруженных силах). В 1921 году он стал командиром роты в 13-м пехотном полку в Штутгарте. На этой должности он получил большой опыт административной работы. Коллеги отмечали его исключительную преданность и великолепное знание военного дела, а также умение внушать себе уважение подчиненных.


Генерал парашютно-десантных войск Рамке докладывает Роммелю. Октябрь 1942 г.

Однако движение капитана по карьерной лестнице застопорилось. Восемь лет ему пришлось следовать старой солдатской мудрости: окопаться и лежать, не двигаясь. Лишь в октябре 1929 года наступило время, когда специалист по ведению маневренной войны смог и в мирное время реализовать свои способности. В октябре 1929 года он стал инструктором Дрезденского пехотного училища. За четыре года преподавания он сумел изучить современные веяния тактики и стратегии, соединил полученные знания с собственным боевым опытом и отразил всё это в книге «Наступает пехота».
В ней капитан Роммель изложил свои представления о методах ведения боевых действий. У него было достаточно свободного времени для занятия писательской деятельностью, поскольку в его карьере военного никаких изменений пока не происходило.
Уже в годы Первой мировой войны Роммель столкнулся с ограничениями, налагаемыми военной традицией. За годы войны он дослужился до командира роты, а фактически — до командира батальона. Он с блеском продемонстрировал на фронте свои выдающиеся способности. Но как только возникла необходимость согласовывать и решать более сложные задачи, тем более в мирное время, приходилось руководствоваться распоряжениями вышестоящих офицеров, уступая им дорогу. В кайзеровской армии, так же как и в республиканском рейхсвере, одних личных достижений было мало. На первом месте стояли происхождение и выслуга лет.
Поэтому все попытки Роммеля получить допуск к обучению на курсах офицеров генерального штаба не увенчались успехом. Офицеры благородного происхождения не испытывали симпатий к талантливым выскочкам, видя в них потенциальных конкурентов. А семья Роммелей, как уже говорилось выше, не могла похвастать предками, выигрывавшими когда-то сражения под знаменами своих сюзеренов.
Правда, начальники Роммеля охотно признавали в нем «кристально чистый характер, самоотверженность, простоту и скромность, уважение со стороны подчиненных и любовь товарищей. Так, например, начальник пехотной школы, а позднее генерал-фельдмаршал Вильгельм Лист отзывался о нем как о «превосходном солдате». И всё же за два десятилетия военной службы, с 1910 по 1933 год, Роммель дослужился после четырех повышений всего лишь до звания майора. Блестящая карьера военного оказалась для него несбыточной мечтой. Эта мечта скорее всего так и осталась бы недостижимой, если бы не драматические события в Германии, приведшие к власти Адольфа Гитлера.
В сентябре 1934 года Роммель, в то время командир 3-го батальона 17-го пехотного полка, познакомился с человеком, злым роком вознесенным к самым вершинам власти, ставшим фюрером и рейхсканцлером. Во время проведения имперского праздника урожая Гослар, город где дислоцировался 17-й пехотный полк, посетил Гитлер. Обычно в качестве личной охраны фюрера сопровождало подразделение СС. Оно же выставляло почетный караул. Роммель же выступил с протестом. Он настаивал на том, чтобы рота почётного караула состояла из его людей. Если же его людям не доверят охрану фюрера, он обещал их уволить. Строптивый майор добился своего. Во всяком случае, чисто внешний эффект, на который он рассчитывал, удался. Когда Гитлер обходил строй, перед зрителями в форме СС стояли солдаты майора Роммеля, а он сам шагал позади фюрера, всего в нескольких метрах от него…
Аполитичный, прославленный нацистской пропагандой полководец никогда не был членом НСДАП или какой-либо из её структур (например, СС). В первые годы существования диктатуры Гитлер какое-то время ещё должен был считаться со старой армейской элитой. Тем более что и генералитет, и фюрер преследовали одинаковые цели: возродить такие традиционные милитаристские ценности, как повиновение, дисциплина и порядок внутри страны, и покончить с презрительным отношением к Германии со стороны держав-победительниц в Первой мировой войне. Какой же германский патриот не разделял эти призывы фюрера, многократно повторяемые им, подобно заклинанию!

…После знакомства с Гитлером с середины 30-х годов военная карьера майора Роммеля неожиданно пошла в гору. В сентябре 1935 года, через два года после производства в майоры, честолюбивый офицер получил звание подполковника и должность директора новой пехотной школы в Потсдаме, близ Берлина. А в 1937 году вышла в свет его книга «Пехота наступает», написанная на основе лекций, прочитанных в Дрезденской пехотной школе. Она сразу же стала бестселлером. В последующие годы было продано почти полмиллиона её экземпляров. Среди именитых читателей был и Адольф Гитлер. Фюрер так отзывался о книге: «Она напомнила мне счастливейшее время в моей жизни и многие сцены были созвучны моим переживаниям военных лет».

Через два года Роммель получил очередное повышение по службе. В августе 1938 года он был произведён в полковники, а в октябре ему удалось, пока ещё на короткое время, оказаться в окружении Гитлера. Он был назначен командиром батальона сопровождения фюрера. В этой должности он стал свидетелем бурного восторга, который выражали немецкие жители Судетской области, приветствуя честолюбивого узурпатора как некого мессию. Поездку немецкого диктатора по своей земле они превратили в нечто, подобное триумфальному шествию. Роммель также всё сильнее поддавался обаянию личности Гитлера. «Он излучает магнетическую, а может быть, и просто гипнотическую силу», — писал он в полнейшем восторге жене. С каждым новым письмом его описания становились всё более патетическими.
Симпатия к фюреру оказалась взаимной. Когда в ноябре 1938 года встал вопрос о назначении на пост директора нового военного училища в Вене, Гитлер вспомнил об авторе книги «Пехота наступает». Для разработки и осуществления своих широкомасштабных военных планов фюреру важно было внедрить в сознание нового поколения военных идею гибких и в то же время быстрых и маневренных методов ведения войны. Полковник взялся за дело с привычным ему размахом и рвением, задумав создать самое передовое военное училище в Европе.
Эта работа была прервана новым особым поручением, поступившим от Гитлера. Фюрер не мог не вспомнить о Роммеле и о своей триумфальной поездке по Судетам, когда после аннексии Чехословакии решил на правах завоевателя въехать в Прагу. Роммелю вновь предстояло позаботиться об охране, сопровождающей фюрера. Именно по его совету Гитлер, не дожидаясь большого эскорта, тотчас же направился к чешской резиденции в Пражском граде. И если в Госларе между Гитлером и Роммелем ещё сохранялась дистанция в несколько метров, то теперь в выпуске «Немецкого еженедельного обозрения» все увидели полковника рядом с фюрером.
Но решающий поворот в карьере Роммеля произошёл во время нападения на Польшу. К началу войны полковник был назначен комендантом штаб-квартиры фюрера и произведен в генерал-майоры. Получив новую должность, он оказался в непосредственной близости от Гитлера. Теперь ему было разрешено присутствовать на оперативных совещаниях и — в этом заключалась высшая степень признательности и доверия — самому иногда брать слово. Равнодушный к политике, генерал-майор всё больше подпадал под влияние диктатора. Он искренне уверовал, что Гитлер из всего, что бы он ни делал, стремится извлечь максимальную пользу для Германии. И Роммель стал преданным солдатом фюрера.
Но, будучи солдатом до мозга костей, Роммель не хотел долго заниматься вопросами протокола и штабной работой и потому попросил отправить его на фронт и поручить ему командование танковой дивизией. В феврале 1940 года Эрвину передали командование 7-й танковой дивизией.

«Удар серпом»

ДЛЯ Эрвина Роммеля кампания на Западном фронте началась 10 мая 1940 года. Он возглавил танковое соединение, организованное в соответствии с представлениями Гейнца Гудериана, немецкого теоретика танковой войны. Роммель был полностью согласен с «отцом танковых войск» во всем, что касалось методов ведения войны. Быстрота и маневренность — вот их суть. То, что Роммель излагал в своей книге применительно к пехоте, нашло отражение в книге Гудериана «Внимание, танки!». Командуя 7-й танковой дивизией, Роммель претворял в жизнь соображения Гудериана и свои представления о том, как надо вести войну.
У Эрвина был особый стиль руководства. Командующие крупными военными соединениями — таким, например, был Гюнтер фон Клюге, командующий 4-й армией, в состав которой входила дивизия Роммеля — обычно не отходили в своем штабном кабинете от карт. Роммель же, как и Гудериан, старался всегда находиться на передовой, чтобы четко представлять себе картину боя, учитывать всё возможное и необходимое, — и успех сопутствовал ему. Предпосылкой успеха такой роли военачальника являлось то, что он непосредственно на месте получал необходимую информацию и мог лично отдавать приказы своим полковым командирам в соответствии с меняющейся обстановкой. Роммель сам был острием копья, занесенного для удара.
Так и случилось в ходе кампании на Западном фронте. Дивизия Роммеля действительно стала острием немецкого копья, поразившего Францию. «Дивизия-призрак» (так благоговейно называли её солдаты вермахта) совершила в ходе войны один из самых успешных танковых прорывов в истории военного искусства, пройдя за неделю 300 миль (около 400 километров). Причём за одни сутки она преодолела 150 миль! Такого никогда не было в военной истории...
Всего за шесть недель, которые продолжалась кампания на западе, Роммель захватил в общей сложности около 100 тысяч солдат и офицеров и более 450 танков. Его дивизия потеряла 682 человека убитыми и 1646 ранеными, а 296 человек пропало без вести.
Отвага и изощренный блеф, быстрое проникновение в суть ситуации и перехватывание инициативы, тактическое чутье и новые методы организации связи, позже введенные во всей армии, — таковы были слагаемые его успеха, отмеченного за десять дней войны тремя наградами: Железными крестами 2-го и 1-го класса и Рыцарским крестом.


Гитлер поздравляет Роммеля с получением Рыцарского креста с дубовыми листьями, мечами и бриллиантами, март 1943 г.

Правда, подобная тактика ведения боя и невероятные темпы продвижения имели и определенные недостатки, которые не могли не выявиться в критические моменты. Обеспечение безопасности флангов, прикрытие рвущихся вперед передовых частей сознательно игнорировались генерал-майором ради новой стратегии наступления. Если бы у противника были время и силы, чтобы контратаковать сильно растянутые немецкие позиции, Роммель, вполне возможно, оказался бы не в состоянии организовать оборону. Это привело бы к фатальным последствиям ещё и потому, что связь между командиром, находящимся на передовой, и штабом его дивизии могла быть полностью потеряна. Среди военной верхушки ряд генералов были недовольны своеволием Роммеля, грубо нарушавшим их инструкции ради пользы дела. Так, например, Франц Гальдер, начальник генерального штаба сухопутных сил (ОКХ), называл Роммеля «сумасшедшим генералом, действующим вопреки приказам начальников».
Но победителей не судят. А Гитлер высоко ценил победы, которые ему приносил Роммель. Эрвин же отлично помнил, кому он обязан предоставленным шансом проявить все свои военные таланты. Так звезда Роммеля-полководца ярко засияла на небосклоне Третьего рейха. Гитлер написал ему, что он может гордиться «тем, чего достиг». Однако самая главная победа была ещё впереди.

Лис пустыни

ЗИМОЙ 1941 года, после катастрофических поражений итальянской армии на Африканском фронте, Муссолини попросил Гитлера помочь ему в борьбе с англичанами в Ливии. Фюрер, стремясь предотвратить тяжелые последствия, к которым могла привести капитуляция итальянцев в Африке, решил оказать союзнику поддержку.
Первоначально кандидатами в командующие немецкими войсками на новом театре военных действий были Эрик Манштейн, автор знаменитого «Удара серпом» — плана кампании на Западном фронте, и генерал барон фон Функ. Однако Гитлер сделал выбор в пользу Роммеля. В январе 1941 года он произвёл Эрвина в генерал-лейтенанты и лично назначил ответственным за выполнение нового задания.
Роммель счёл своим долгом как можно скорее оправдать возложенное на него высокое доверие. Двенадцатого февраля 1941 года он впервые ступил на землю Африки и тотчас же заставил говорить о себе, проведя обманный маневр. В Триполи он отдал приказ прибывшим вместе с ним немногочисленным танкам проезжать по нескольку раз мимо одного и того же места, втирая очки наблюдателям, пораженным военной мощью, которой в действительности не существовало. «Генерал Блеф» добился своего. Агент тотчас же доложил в Лондон, что в Африке высадилось свыше тысячи немецких танков.
Это был лишь один из примеров того, насколько неистощим на выдумки был этот полководец. Он и в дальнейшем предпочитал действовать так же нетрадиционно, постоянно изобретая всевозможные миражи. Так, новоявленный полководец пустыни мог создать у изнывающих от жары далеких наблюдателей впечатление стремительно наступающей танковой армии, которая на самом деле представляла собой изготовленные из дерева макеты, водруженные на «Фольксвагены». Вблизи танки Роммеля могли испугать разве что маленьких детей, зато издали производили на противника сильнейшее впечатление.


Фельдмаршал Монтгомери в своей полевой штаб-квартире. На стене слева от него портрет Роммеля

Роммель прибыл в Африку в то время, когда итальянские части находились в катастрофическом положении. Немецкий же Африканский корпус находился пока в стадии формирования. Роммелю приходилось рассчитывать только на отдельные части 4-й легкой (горнострелковой) дивизии и на 5-й танковый полк, в составе которого имелось всего лишь 120 танков.
Уже в марте 1941 года Роммель начал свое первое крупномасштабное наступление. Эффект неожиданности в сочетании со стратегическим мастерством Роммеля обеспечил ему первые успехи в действиях против превосходящих сил британских войск. В течение нескольких недель, предшествующих операции, генерал-лейтенант составил себе полное представление о положении дел с целью обеспечения наилучших условий для наступления. Он лично с биноклем в руках проводил рекогносцировку, отмечая про себя, что строительство британских укреплений далеко от завершения, а сами они растянуты на расстояние, которое во время наступления может быть легко преодолено.
Всего лишь за десять дней ему удалось отбросить британцев почти до самой египетской границы. Все, что противник завоевал в течение двух месяцев, немецкий генерал отвоевал менее чем за две недели.
С высоты прошедших лет в действиях Роммеля в Африке можно усмотреть гениальную стратегию, но на самом деле успех его во многом был обусловлен совпадением многих разрозненных факторов, многие из которых невозможно было предвидеть. Роммель скорее был гениальным тактиком, чем стратегом, продумывающим свои планы на много ходов вперед. Он умел распознать благоприятный момент и использовать его. «Ни один план не переживет столкновения с врагом» — таков был его девиз. Он полагался на импровизацию, быстрое проникновение в суть ситуации и свою мгновенную реакцию. Прославленный полководец признавался, что, воюя в Африке, он временами имел слабое представление о том, где, собственно, находятся его войска. Часто противники буквально вклинивались друг в друга, так что невозможно было распознать, где же проходит линия фронта. Не единожды Роммель едва не высаживался в гуще вражеских частей, поскольку ветер и песок сильно ухудшали видимость и дезориентировали.
В апреле 1941 года генерал-лейтенант наметил следующую цель своего наступления: военно-морскую базу англичан Тобрук. Однако предпринятые им попытки наступления провалились. А летом 1941 года англичане нанесли ответный удар. Танковое сражение при Соллуме закончилось для англичан плачевно: они потеряли половину своих танков, тогда как немецкие потери составили лишь одну десятую, и это при том, что англичане в полтора раза превосходили немцев по численности и королевские воздушные силы (RAF) господствовали в воздухе. После трёх дней ожесточенных боев англичанам пришлось отступить. Гитлер сразу же отметил эту победу присвоением Роммелю звания генерала танковых войск. Враги же Роммеля в генеральном штабе кипели от возмущения.
К зиме 1941 года новый главнокомандующий английской армией в Африке генерал Клод Окинлек всё же вынудил Роммеля отступить. Но это никак не повлияло на восторженное отношение Адольфа Гитлера к «его» Эрвину. В оценке генерала фюрер был полностью согласен с офицерами штаба Африканского корпуса. «Военачальник должен отличаться твердостью, преданностью своим войскам, умением интуитивно оценивать обстановку и противника, быстротой реакции и темпераментом. Все эти качества редчайшим образом соединились в личности Роммеля», — вспоминал Фриц Байерлейн, начальник штаба генерала.
После первых успехов в Африке Эрвин Роммель обрёл искреннее уважение и своих солдат. Его подчиненные быстро осознали, что генерал не требует от них ничего сверх того, что готов был требовать от себя. Один из участников боевых действий в Африке, Мейнгард Гланц, писал о стиле руководства генерала так: «Он не принадлежал к типу поучающего командира, который все знает и даже все умеет». Приводило солдат в восхищение и то, что новый главнокомандующий никогда не прятался от опасностей, не боялся рисковать и собственной жизнью. «Там, где Роммель, там наступление» — гласила популярная армейская пословица.

( Окончание - ниже)
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 01 дек 2014, 19:42

(Окончание)

Взлёт и падение

1942 ГОД стал годом как самых знаменательных военных успехов Роммеля, так и самых горьких поражений. Вначале, однако, был триумф. Осада Тобрука и решающий штурм привели к тому, что летом эта военно-морская база пала. Более 30 тысяч английских солдат были взяты в плен.
Роммель достиг вершины в своей карьере военного. Совсем недавно он был самым молодым офицером вермахта, произведенным в генерал-полковники, а теперь Гитлер назначил его генерал-фельдмаршалом.
Узнав, что Гитлер посылает ему маршальский жезл, Роммель, как говорят, ответил: «Лучше бы он послал мне дивизию». Согласно другим воспоминаниям, Роммель радовался как ребенок, услышав об очередном, пятом за последние три года, повышении. Новый генерал-фельдмаршал был слишком тщеславен, чтобы не гордиться оказанными ему почестями.


Роммель осматривает укрепления Атлантического вала. Январь 1944 г.


Опьяненный победой при Тобруке, генерал-фельдмаршал принял решение продолжать наступление на Египет, за что ему пришлось дорого поплатиться. Всего лишь несколько недель спустя наступление горстки всё ещё боеспособных танков застопорилось в узком горном ущелье в пустынной глуши под названием Эль-Аламейн.
В эти дни геббельсовская пропаганда работала на полную мощность. «Специальные выпуски» захлебывались от восторга.
«Блестящая победа Роммеля», «Роммелевский кулак задушил Англию», — вторили им газетные заголовки. Успех Роммеля должен был вернуть его соотечественникам прежнюю, утраченную на восточных полях сражений уверенность в победе. Уже зимой 1941/1942 года его продвижение по восточным пескам должно было отвлечь от краха в снегах после битвы под Москвой.
И не важно, что Северная Африка была вспомогательным, второстепенным театром военных действий, на котором сражались всего лишь три немецкие дивизии, тогда как против Красной Армии было выставлено свыше 170 дивизий.

Противники также признавали гениальность Роммеля.
Уинстон Черчилль, премьер-министр Соединенного королевства, в одном из выступлений в Палате общин объявил немецкого генерала человеком гениальных способностей. Солдаты 8-й британской армии восхищались Лисом пустыни (такое прозвище он получил среди них).
Так имя Роммеля превратилось в эффективное оружие психологической войны.

Октябрьское наступление 1942 года стало горьким уроком Роммелю и впервые заставило его усомниться в здравомыслии фюрера. Свыше тысячи английских танков легко смяли немецко-итальянские соединения, которые не могли выставить даже трети от этого количества.
Роммель запросил у Гитлера разрешения на организованное отступление. Гитлер ответил: «В том положении, в котором вы находитесь, нельзя думать ни о чем другом, кроме как выстоять, не отступить ни на шаг, бросив в бой каждого бойца и всё имеющееся вооружение. А своим войскам вы можете указать только один путь: к победе или к смерти». Это был один из типичных приказов Гитлера из серии «стоять насмерть».

Пытаясь ему возражать, Роммель всё же подчинился приказу и приостановил уже начавшееся отступление. Но очень скоро ему стало ясно, что его повиновение может привести к полному разгрому Африканского корпуса. Несмотря на четкое указание своего непосредственного начальника, фельдмаршал решил действовать на свой страх и риск: он отдал приказ об отступлении. Битва при Эль-Аламейне была проиграна. Но это было ещё не самое худшее. В Марокко, в тылу Роммеля, высадились британские и американские войска. Державы «Оси» оказались в Африке в положении, которого любая армия боится как ночного кошмара: под угрозой окружения.

При этом союзники значительно превосходили немцев и итальянцев в живой силе и технике. Роммель страдал от серьезных проблем с обеспечением своей армии топливом и продовольствием, в то время как снабжение противника функционировало отлично.

Соотношение сил всё больше менялось не в пользу Германии. Роммель был способен только оттянуть предстоящее поражение, но предотвратить его фельдмаршал был уже не в силах.
Чтобы спасти своих солдат, 26 ноября 1942 года Эрвин решился на отчаянный шаг. Он без доклада отправился к Гитлеру, чтобы убедить его вывести немецкие войска из Африки, сохранив ценные ресурсы и боеспособные части для дальнейшей битвы в Европе.

Фельдмаршал пережил то, что до него уже переживали многие высшие офицеры и что после него всем крупным военачальникам предстояло пережить. Диктатор совершенно потерял самообладание. Он прилюдно устроил разнос своему любимому генералу. А затем указал совершенно ошеломленному фельдмаршалу на дверь. Этот эпизод стал отправной точкой постепенного охлаждения Роммеля к фюреру.

Далее последовало неотвратимое: отступление с постепенной сдачей всех завоеванных ранее позиций. В марте 1943 года, за два месяца до капитуляции группы армии «Африка», Гитлер отозвал больного фельдмаршала в Германию. Там прославленный полководец находился не у дел вплоть до ноября 1943 года.

Новое назначение на пост командующего группой армий «Б» на западе не было для Роммеля успешным. Конфликт с фельдмаршалом Гердом фон Рундштедтом, неофициально считавшимся наиболее авторитетным – в силу выслуги лет – генералом в вермахте, привёл к тому, что стратегия противодействия ожидаемому десанту союзников во Францию в июне 1944 года оказалась несостоятельной.

Проблема заключалась в том, что Эрвин предполагал нанести контрудар сразу же в момент высадки врага, в то время как Герд рассчитывал заманить противника, а затем только нанести удар по флангам, окружить и уничтожить.

В итоге Гитлер предложил компромиссное решение, не устроившее обе стороны. Недоверие к плану, предложенному Роммелем, основывалось на той утрате доверия, которое возникло благодаря успешно проведенной дезинформационной операции англичан, призванной дискредитировать Эрвина Роммеля в глазах Гитлера. Гитлер попросту испугался того, что стянутые к побережью основные силы немцев подчинятся приказу популярного военачальники и без боя капитулируют по его приказу.

Одновременное применение двух диаметрально противоположных подходов привело к катастрофе.
Рундштедт сосредоточил на центральной позиции практически все танковые дивизии, которые в ходе контрнаступления впоследствии были почти полностью уничтожены бомбардировщиками союзников. Роммель же расположил свои в основном немеханизированные части вдоль побережья, и они, ввиду существенного превосходства союзников в вооружении, не говоря уже о численности, не сумели сбросить в воду англичан и американцев.


Генерал-фельдмаршал Роммель и генерал-фельдмаршал Герд фон Рундштедт (справа)

Рундштедт и Роммель, равно как и их преемники, не сумели удержать Западный фронт. Между тем неудавшийся заговор 20 июля 1944 года позволил многим недоброжелателям Роммеля из генерального штаба и НСДАП отомстить фельдмаршалу за былое внимание фюрера.
Вопреки распространенному мнению о каком бы то ни было участии Роммеля в заговоре, существует и другое, довольно обоснованное мнение о том, что фельдмаршал вообще не был посвящен в детали заговора.
Противоречивые показания свидетелей, часто полученных пристрасно и под пыткой — родных и сослуживцев, друзей и неприятелей — не дают сделать достоверный вывод о намерении фельдмаршала принять непосредственное участие в заговоре.


Из этой картины наиболее вероятной представляется та точка зрения, что Роммель был обвинен скорее всего безосновательно, лишь на основе лживых показаний генерала Шпейделя, начальника его штаба.
Фюрер не стал препятствовать убийству бывшего любимца, ибо больше не видел в нём необходимости.

Гитлер предложил второму самому известному в рейхе человеку выбор: публичный суд и смерть вместе с преследованием его семьи или «добровольное» самоубийство. Роммель выбрал самоубийство, желая спасти детей и жену.

14 октября 1944 года в присутствии генералов Бургдорфа и Майзеля фельдмаршал проглотил ампулу с цианистым калием…

Однако обстоятельства смерти Роммеля вплоть до Нюрнбергского процесса оставались неизвестны широкой публике.
Официально было объявлено, что генерал-фельдмаршал Роммель скончался в результате тяжелого ранения, которое он получил вследствие автомобильной аварии во время инспекционной поездки».

После войны имя Роммеля, пожалуй, единственного из немецких фельдмаршалов и генералов, не фигурировало на Нюрнбергском процессе.
Роммель был свободен от ответственности, которую понесли другие генералы гитлеровского вермахта.
В его тылу, и это отмечают сами противники, англичане и американцы, особые подразделения СД не устраивали кровавой резни захваченного населения. Почти все британские солдаты, освободившиеся из немецкого плена, рисовали идиллическую картину войны в пустыне. Англичане получали такой же уход, как и немцы. Помимо питания им даже предоставлялись пиво и сигареты.

Но всё же Роммель, так же как и другие гитлеровские генералы, несёт долю своей вины за общую трагедию Европы и мира. Он сохранял верность Гитлеру, поскольку, пребывая в полной уверенности, что выполняет свой воинский долг, оставил без внимания невоенные последствия своей деятельности. В этом самообмане и заключалась трагедия Роммеля. Он думал, что служит отечеству, а на самом деле служил деспоту. Как и многие другие, он пал жертвой нацистской пропаганды, объявившей цели Гитлера равнозначными интересам Германии. К концу жизни он разглядел обманчивость этой равнозначности. Но отважиться на активное сопротивление режиму так не сумел…

С.Монетчиков. 2008 год.

От себя:

Сергей - не военный, не офицер. И потому фраза:
Но всё же Роммель, так же как и другие гитлеровские генералы, несёт долю своей вины за общую трагедию Европы и мира. Он сохранял верность Гитлеру, поскольку, пребывая в полной уверенности, что выполняет свой воинский долг, оставил без внимания невоенные последствия своей деятельности. В этом самообмане и заключалась трагедия Роммеля. Он думал, что служит отечеству, а на самом деле служил деспоту.

Сергею простительна.
Но я понимаю ТАК:

Ты - ПРНЯЛ ПРИСЯГУ.
Ты - ПРИНЕС ПРИСЯГУ.

И в невоенное время, имея несогласия сполитическим курсом государства - ты имеешь право ( и - должен, если человек чести) - выйти в отставку.
В ВОЕННОЕ ВРЕМЯ ТЫ ТАКОГО ПРАВА НЕ ИМЕЕШЬ.

Если идет война с внешним врагом - ТЫ ОБЯЗАН ДРАТЬСЯ. Дело военного - драться с внешним врагом. Исполнять свой ВОИНСКИЙ ДОЛГ.
Остальное - вторично.
И Роммель свой долг исполнил до конца и с честью.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 11 янв 2015, 17:07

Вот еще кое-что, ребятушки - касаемо того, что есть человек с диагнозом на плечах.

Материал - по наводке нашего Андрея Владимировича, выкладываю его тут, сначала "как есть", а свои додумалки , как обычно - ниже.

Редакция портала «Противоход» публикует текст письма, которое подполковник Армии Чешской Республики Марек Обртел, военный врач, принимавший участие в конфликтах в Афганистане, на Балканах, в Ираке, направил министру обороны ЧР. Марек Обртел в знак протеста против действий НАТО в целом и США, в частности, заявил о возврате полученных им военных наград.

Уважаемый господин министр, по причинам, описанным мною в приложенном письме на трёх страницах, которое является частью этого документа, я прошу Вас отозвать награды за военные операции Армии ЧР под руководством НАТО.

Благодарю за понимание и убедительно прошу Вас выразить своё мнение.

Подполковник MUDr. Марек Обртел




Подполковник MUDr. Марек Обртел

Открытое письмо Министру обороны ЧР и правительству ЧР

Я возвращаю военные награды, потому что очень стыжусь того, что я служил преступной организации, каковой является НАТО во главе с США, и её чудовищным интересам во всём мире.

Своим жестом я также хочу выразить свое полнейшее несогласие с политикой США, проводимой в отношении России, стран ЕС и всех свободных и суверенных государств сегодня и в прошлом, а также, в первую очередь, с последствиями этой политики.

Я также хочу продемонстрировать своё несогласие с действиями правительства ЧР и других компетентных органов в вопросах отношения к дезинформационным кампаниям и намеренному информационному эмбарго на ключевые события текущей геополитической и военной ситуации в мире. Я также вменяю в вину всем упомянутым субъектам полное бездействие в вопросе предотвращения глобального конфликта (прежде всего) между США и Россией на территории Европы.

Также, что немаловажно, этим поступком я хочу поддержать президента Республики Милоша Земана в его усилиях представить объективную оценку основных вопросов внутренней и международной политики и в его борьбе «против всех» за сохранение суверенитета и идентичности чешского народа и его глобальной безопасности.

В армии я не был «аутсайдером». Я окончил Военную медицинскую академию и стал военным врачом с дипломом Карлова университета Праги. Я являюсь подполковником Армии ЧР в запасе, и в годы службы я долгое время занимал ряд самых высоких постов в медицинской службе армии, всегда был на руководящих должностях с перспективой присвоения звания полковника.

Среди наиболее важных: пост командующего контингентом Армии ЧР в Афганистане, начальника 11-й военно-полевого госпиталя Армии ЧР там же, заместителя командующего военной медицинской службы, а также ряд значимых постов в Отделе военной медицины Генерального штаба Армии ЧР.

За свою карьеру я, участвуя в военных операциях, узнал проблематику Боснии и Герцеговины и других стран бывшей Югославии, Афганистана, недолго знакомился с проблемой иракского конфликта и, в первую очередь, Косово.

Я всегда нёс службу настолько хорошо, насколько это было в моих силах, согласно моим убеждениям о том, что подобной деятельностью нельзя заниматься «в полсилы»…

Но меня, прежде всего в связи с конфликтом в Косово, начали посещать подозрения о том, что наш путь (работа в военных подразделениях под руководством НАТО) неправильный…

Я в первую очередь врач.
Всегда, когда у меня появлялось чувство, что «что-то не в порядке», я утешал себя тем, что работаю врачом, и моя миссия – помогать больным, раненым и пострадавшим, в том числе местному населению везде, где действовали наши подразделения. Это слабое утешение ещё несколько лет мешало мне полностью прозреть и понять, что то, что делает НАТО, прежде всего США, во многих странах мира, является высшей стадией развращённости и опьянения властью. Но главное – это целенаправленно спланированные конфликты, как и предлоги для их начала, и американская империалистическая политика в этом не знает границ. Каждый, кто каким-то образом даёт отпор империалистическим интересам США, пусть тем самым он защищает идентичность, экономику и суверенитет своего народа, должен быть «стёрт с лица Земли».

Напряжённость исходит из Белого Дома. Я давно не могу согласиться с международной политикой США, а после того, как я начал серьёзно интересоваться корнями, характером, ходом и последствиями операций, проводимых со времён Второй мировой войны организациями и структурами США по всему миру, я, напротив, начал эту политику резко осуждать. Для меня она однозначно является беспощадным, корыстным и ненасытным империализмом, который не остановится ни перед кем и ни перед чем.
Последствиями этой политики являются «выжженные земли» и миллионы мёртвых по всему миру. Причина – в империалистических стремлениях стать мировым гегемоном, а сегодня и в отчаянных усилиях предотвратить верный крах американской империи (который обычными средствами не отвратить, что является для Европы и человечества самой большой, но столь редко упоминаемой угрозой) !!!

Где бы в мире я ни служил, я никогда не избегал контактов с местным населением, будь то контакты в рамках оказания медицинской помощи или же простые разговоры во время случайных встреч или визитов. По этой причине я никогда не зависел полностью от информационных источников, близких к НАТО.

Напротив, я мог анализировать ситуацию и оценивать её со всех возможных точек зрения. Кроме того, в странах бывшей Югославии у меня было преимущество: за короткое время я освоил местный язык на таком уровне, что мог вести простые беседы. Всё это, помимо прочих аспектов, позволило мне понять и убедиться в абсолютной бессмысленности, а зачастую и чудовищности действий НАТО и прежде всего США в рамках искусственно инициированных конфликтов, спланированных для дестабилизации стран, которые не хотели играть роль послушных марионеток и вассалов США. И частью этой машины, к сожалению, становился и я.

Я презираю и не уважаю подавляющее большинство политиков в ЧР.
Для меня было всегда затруднительно относиться с уважением к руководству, которое некомпетентно, необразованно, негибко в своих убеждениях – одним словом никчемно. И, напротив, я очень уважаю таких начальников и руководителей, которые находятся «на своём месте», и для них я работал бы, как говорится, «до посинения»…

За свою профессиональную жизнь, как армейскую, так впоследствии и гражданскую, я познакомился с огромным количеством подобных некомпетентных политиков и руководителей, которые на свою личную выгоду и карьеризм, связанный с лицемерием, невежественностью и популизмом, променяли честь, образованность и стремление достойно работать на благо общества.

Это всегда, на любом уровне, имело серьёзные, порой фатальные последствия. И то же происходит в нашей высшей политике, когда политики, играя роль марионеток сильных мира сего, ввергли нашу страну в долги, распродали, разворовали, развратили её изнутри, убили все моральные ценности и бросили нас в лапы таких мощных структур, какой, в частности, является НАТО во главе с США.
Политики проводят, или по крайней мере допускают, массированные дезинформационные кампании, замалчивают ряд принципиально важных фактов, имеющих влияние и на наши жизни в будущем тоже. Политики пресмыкаются перед американскими «господами» и молча допускают их извращённые кровавые практики, чем ставят нашу страну на грань гибели. В том числе и потому, что они не способны воспринимать единство Европы вместе с Россией как противовес американскому стремлению поработить мир тогда, когда экономический потенциал США уходит в прошлое и лишь вопросом времени является крах всей американской системы – если США не спровоцирует фатальный военный конфликт, в котором воспользуется Европой как полем боя (в третий раз за историю).

Диаметрально противоположным является отношение и высказывания нашего президента Милоша Земана, который вопреки огромному недовольству США, Брюсселя, а также нашей проамериканской «продажной клики» представляет вещи такими, какие они есть, называет их своими именами, указывает на реальных виновников и обстоятельства и не боится вслух говорить, что Европа – это и Россия, а не США, и прочее, и прочее. За это я чрезвычайно уважаю президента Земана и призываю всех, кому не безразлична наша судьба и судьба нашей страны, выразить ему свою громкую и уверенную поддержку против «американских практик ЦРУ, применяемых не только послом Шапиро», против красных карт пражских продажных активистов и против политики «подражателей из Брюсселя». Это президент, выбранный нами на прямых выборах, так не дадим же его в обиду…

В новой холодной войне я стою на стороне России.
Столько смелости, чтобы пойти воевать против нового продукта отчаянного американского империализма, я имею в виду против самозваного украинского правительства на восток Украины, у меня нет, да и смысла в этом не было бы никакого.
Ведь в этом конфликте речь идёт вовсе не о защите и использовании прав и свобод человека, то есть ценностях, «во имя которых» США уже разорили столько стран мира.

Но у меня достаточно смелости, чтобы громко заявить, что в новой холодной войне и во всём с ней связанном я стою на стороне президента России, которого глубоко уважаю за то, с какой рассудительностью, сдержанностью и уравновешенностью он отражает провокационные атаки Запада и как предметно и прозрачно отвечает на все обвинения и ложь о текущих событиях.

Не надо особенно разбираться в политологии, социологии, военно-политических и других вопросах, чтобы составить собственное мнение о том, кто является агрессором и почему, а кто защищается. Для этого достаточно здравого смысла, немного кругозора, способности видеть события в контексте и немного времени для ознакомления с доступными источниками и разными материалами.

Свое собственное мнение я уже давно составил и от него не отступлюсь.

Поэтому я не могу и не хочу продолжать носить свои военные награды, полученные в ходе операций НАТО, через которые я прошёл, и которые были даны мне преступной организацией во главе с США.
До тех пор, пока Соединённые Штаты и им подобные будут ведущей силой НАТО, на левой стороне моего кителя места для этих наград не будет.

Уважаемый господин министр обороны, я прошу Вас отозвать все данные мне медали НАТО, за что Вас заранее благодарю.

Подполковник MUDr. Марек Обртел.


Источник: "Protiproud "("Противоход")
http://protiproud.parlamentnilisty.cz/r ... ics/91.htm

Вот ТАК. Верный Присяге, принесенной своей Родине, верный своей ЧЕСТИ - офицер. Боевой офицер.
Человек. Настоящий патриот своей страны. Имеющий силу и смелость духа говорить чеканно жестко и нелицеприятно - в том числе и о себе самом. Знающий цену и жизни, и смерти. И - понимающий реалии сегодняшнего мира. В том числе и реалии о тех, кто стоит у кормила.
В своих чиновниках Марек Обртел не ошибся.
Вот что ответили офицеру, включив на полную вечно-чиновничью дурку.
Сначала по поводу письма:
В Минобороны республики рассказали, что осведомлены о ситуации, однако на данный момент никакого письма не получили, поэтому нет возможности дать на него официальный ответ.
Но письмо то - ОТКРЫТОЕ. Опубликованное в СМИ. И ответ Минобороны может и обязано дать тоже в СМИ - и тоже ОТКРЫТО. Но это - слабО.
Вместе с тем пресс-секретарь ведомства Петр Медек пояснил порталу Novinky, что лишить военнослужащего наград просто так нельзя, он сам должен отказаться от них.
http://www.novinky.cz/domaci/357402-voj ... emuze.html
Не существует такого института, подполковник может отнести медали в региональное отделение военного командования.
Как будто ценность в самом металле наград...
Награда - это СИМВОЛ, со всеми вытекающими. Вряд ли в МО ЧР этого не понимают. Но "понимать" это - невыгодно, заокеанский брат осерчает...
«Если они не могут забрать у меня эти медали, тогда отправлю их в коробке по почте. Я не хочу иметь у себя эти награды»
— ответил на это Обртел. Всего он намерен вернуть четыре медали НАТО, оставив за собой право носить национальные чешские награды...
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 03 сен 2015, 00:46

От нашего Дмитрия Владимирыча (Оленевода Бельдыева) - не просто в тему, а в тему - ДОСЛОВНО:

Господа офицеры...

Леонид Ивашов — о ссоре с Черномырдиным, о президентских амбициях премьер-министра, о том, как Борис Ельцин руководил штурмом Приштины, а Мадлен Олбрайт отправляла в отставку маршала Сергеева, а также о перехваченном телефонном разговоре госсекретаря США с лидером албанских боевиков





История, конечно, не знает сослагательного наклонения. Но если бы планам, которые строил или поддерживал генерал Леонид Ивашов, суждено было сбыться, мир бы сейчас точно был иным...


— Леонид Григорьевич, это правда, что некий французский майор передал сербам данные о натовских бомбардировках?

— Начальник генштаба вооруженных сил Франции генерал армии Жан-Пьер Кельш, с которым у меня самые добрые отношения, тоже не являлся сторонником бомбардировки Югославии. Кстати, как и многие военные из других стран НАТО.
Поэтому в случае с французским майором ничего удивительного нет. Здесь роль сыграли не деньги. Это был поступок мужественный и в высшей степени гуманный, потому что никаких причин бомбить Югославию не было.

Но снова Олбрайт! Когда министр иностранных дел Британии Робин Кук только заикнулся, что его юристы никогда не одобрят ультиматум, предъявленный Белграду, и не поддержат план бомбардировок, у Олбрайт уже готов был совет: «Наймите других юристов!» Вот так делается политика по-американски…

На десятую годовщину бомбардировки бывший советник де Голля генерал Пьер Галуа прислал в Белград видеозапись своего выступления, в котором раскрыл некоторые натовские секреты. Как выясняется, заговор против Югославии существовал давно. В середине восьмидесятых во Всемирном банке состоялось два совещания, на которых пришли к заключению, что Югославия, где нет безработицы, бесплатное образование, медицина и высокая динамика экономического роста, не лучший пример для Европы. Как утверждает Галуа, военные Германии, Англии, Франции и США еще тогда задумались о том, как организовать подрывную деятельность против Югославии. А если потребуется — то и военную операцию.

— И Москва оказалась не самым надежным союзником Белграда.

— На переговорах по Югославии нашу делегацию в качестве спецпредставителя возглавлял Виктор Черномырдин, американскую — Строуб Тэлбот. Диалог начали военные, и нам удалось о многом договориться. Например, о том, что войска тех государств, которые участвовали в бомбардировках, не войдут в Косово, а югославские пограничники будут работать на границе вместе с натовскими пограничными структурами. И самое принципиальное — Россия по этому соглашению получала в Косово под свою ответственность сразу несколько секторов, где проживали преимущественно сербы. Что было вполне логично.

После того как я доложил о результатах, Черномырдин даже упрекнул мидовцев, которые в диалоге с Строубом Тэлботом застыли на мертвой точке. «Наращивать надо!» — говорит… Там действительно процесс затянулся, поэтому я несколько удивился, когда вечером Черномырдин вдруг сказал: «Леонид Григорьевич, вы с генералом Заварзиным уезжайте отдыхать, а мы еще поработаем». Как я потом узнал, ночью Тэлбот организовал Черномырдину телефонный разговор с Альбертом Гором, и утром Виктор Степанович повел себя совершенно по-другому.

Открывается пленарное заседание, поднимается Строуб Тэлбот и заявляет, что американская сторона располагает новым текстом соглашения, который и предлагается обсудить. Виктор Степанович соглашается. Я, естественно, возмутился: как можно обсуждать текст, которого мы в глаза не видели? Предлагаю вернуться в Москву, внимательно изучить новый вариант и дать ответ американской стороне на следующем раунде. Последнее слово за главой делегации, но Виктор Степанович настроен весьма даже благодушно: давай, говорит, все-таки послушаем Тэлбота, только в русском переводе. Я настаиваю: «Виктор Степанович, слушаем Тэлбота, садимся в самолет и летим в Москву». «Там посмотрим, куда летим…» — парирует Черномырдин, как я почувствовал, уже с раздражением.

Тэлбот начинает зачитывать свой вариант, и когда выясняется, что все наши договоренности с американскими военными выброшены, я его прерываю и прошу разъяснений у генерала Фогельсона. Тот докладывает: на все, о чем прежде договаривались, получено согласие Пентагона. И тут Черномырдин спрашивает Тэлбота: «Строуб, будем слушать наших военных?» — «Нет, Виктор Степанович!» — «Тогда давай дальше…» А дальше Черномырдин принял вариант американской стороны.

Естественно, я заявил протест против подобного метода ведения переговоров, а также заявил категорическое несогласие с текстом соглашения. После чего мы с генералом Заварзиным покинули зал заседаний. Уже в нашем посольстве по закрытой связи я попросил маршала Сергеева доложить обо всем президенту Ельцину. Вторым звонком проинформировал югославскую сторону...

Потом ходили слухи, будто мы с Черномырдиным даже подрались. Стычка была действительно жесткая, но до драки не дошло.
Было так. Мы с генералом Заварзиным пришли раньше и разместились во втором салоне самолета. Черномырдин тем временем раздавал интервью у трапа. Через некоторое время поднимается на борт и прямо от двери: «Эй, генерал, ну-ка заходи — разбираться будем!» Я не хотел вообще разговаривать, однако Заварзин меня переубедил. Все-таки зашел к нему в салон и первым делом попросил обращаться ко мне так, как записано в наших уставах: «товарищ генерал-полковник» или «генерал-полковник Ивашов». «Посмотрим, будете ли вы генералом, когда мы прилетим в Москву!» — сказал Черномырдин, но, гляжу, уже не тыкает. И тогда я говорю: «Вы предали интересы России, вы предали интересы сербов, вы предали директиву президента Ельцина и даже принципы «восьмерки»…»

Существовала утвержденная Ельциным директива МИДа на ведение переговоров, определяющая наши позиции. Была договоренность с министрами иностранных дел «восьмерки» о принципах осуществления международного военного присутствия в Косово. Все это было размазано. И когда я все это выдал прямым текстом, Черномырдин страшно вскипел: «Какие это принципы «восьмерки» я предал?» Уточняю: «В соглашении с американцами даже упоминания об этих принципах нет». Он тогда обращается к мидовцу: «Ивановский, что, действительно нет?» Тот отвечает: «Нет, Виктор Степанович!» Черномырдина будто прорвало: «А куда же вы смотрели?..» Но шуметь было поздно. По тому варианту соглашения, который он подписал, у нас не только не было своего сектора в Косово, Россия вообще исключалась из миротворческого процесса.

— Что же произошло?

— Мы обсуждали этот вопрос с маршалом Сергеевым. Потом я получил достоверные сведения, о чем разговаривали ночью Гор и Черномырдин. Дело в том, что еще раньше они встречались на вилле Гора в Америке и будто бы договорились, что Альберт Гор будет выдвигаться кандидатом в президенты США, а Виктор Степанович — в президенты России. При этом Соединенные Штаты в лице действующего президента Билла Клинтона и его соратника по партии Альберта Гора обещали Черномырдину поддержку...

Но как распорядиться этой информацией? Показал маршалу Сергееву. Он говорит: «Оставь у меня». — «Зачем?» — «Появится возможность, доложу Борису Николаевичу». — «А если это их совместный проект? Тогда докладывать вы поедете министром обороны, а по дороге обратно вас уже снимут…» В общем, я убедил Игоря Дмитриевича не рисковать. Ситуация в стране была специфическая. Добывалась важнейшая информация, а доложить ее было некому! Более того — докладывать было опасно. И в личном плане, и потому, что можно было поставить под удар наши источники.

— Была ли известна дата начала бомбардировок Югославии?

— Все мы знали. И разведка знала, и наши коллеги из НАТО, которым все это было не по душе, заранее нас предупредили. Министерство обороны разработало три варианта ответных действий. Самый жесткий — разрыв дипотношений с теми странами НАТО, которые участвуют в бомбардировке.

Второй вариант — прекращение сотрудничества с НАТО по всем направлениям, ограничение деятельности военных атташе, прекращение с ними всяческих контактов. И третий, наиболее мягкий: сокращается количество совместных контактов, мероприятий и так далее. Маршал Сергеев решил начать со второго варианта. Мы отозвали свое представительство из НАТО, вернули домой всех, кто обучался в странах альянса, и выслали из России все натовские инфраструктуры, включая информбюро НАТО. Любые контакты с военными атташе были исключены. Что было воспринято очень болезненно. Французский военный атташе даже обещал устроить голодовку, если я его не приму. Я не принял.

— Чего он хотел этим добиться?

— В Европе бомбардировки восприняли неоднозначно. Если бы Россия отреагировала мягче, у американцев появилась бы возможность и объясниться с европейской общественностью, и убедить своего обывателя в том, что русские, дескать, не очень-то возражают. Кроме того, после нашей реакции на бомбардировки у них появилась еще и сугубо бюрократическая проблема. Как сказал мне один натовский генерал, на контакты с Россией были выделены определенные суммы, которые в Брюсселе не знали, как списывать.

— Кто в руководстве страны разделял вашу позицию по Югославии?

— На сто процентов — маршал Сергеев и Евгений Примаков. Но в мае Евгений Максимович был удален с поста премьер-министра и уже не мог повлиять на события.
А МИД после его ухода своей позиции уже не имел и вообще утратил всякую самостоятельность в принятии решений.

— Насколько серьезное сопротивление могла оказать югославская армия?

— По натовским данным, после бомбардировок где-то половина косовской группировки югославской армии считалась уничтоженной. Но когда начался вывод югославских войск из края Косово, всем стало ясно, что натовская разведка врала. Сербы уходили без потерь, полностью сохранив боеспособность и боевую технику. Понесли серьезные потери ПВО и ВВС. Наземная группировка сохранила свой потенциал.

Почему НАТО не отважилось на наземную операцию?
Главная причина в том, что в Брюсселе боялись больших потерь.
Вторая причина — не нашлось кандидатов для действий в первом эшелоне.

Насколько я знаю, немцы сразу же категорически отказались.
Англичане с американцами тоже не изъявили желания.
Тогда чуть было не определили в первый эшелон венгров, никак не ожидавших такого подвоха. В общем, воевать по-серьезному никто не хотел.

А последняя причина в том, что в ходе наземной операции могло пострадать мирное население, включая косоваров, на выручку которых якобы и стремилось НАТО. Как следствие — весьма нежелательный для Брюсселя международный резонанс.

Благодаря нашему министру иностранных дел Игорю Иванову в резолюции Совбеза ООН под номером 1244 даже упоминания нет о НАТО. Текст ее звучит приблизительно так: в миротворческой операции в Косово примут участие члены ООН и международные организации. Как ни старалась Олбрайт, НАТО попало именно в эту размытую формулировку — «международные организации».
Кстати, американцы на переговорах «восьмерки» снова очень рассчитывали на поддержку Черномырдина. И он действительно позвонил, но на этот раз уже с призывом «Не уступать российские позиции!». Резолюция 1244 полностью развязывала нам руки, и мы могли действовать по своему усмотрению. Но во избежание конфликтов предложили американцам договориться.

Строуб Тэлбот и генерал Фогельсон прилетели в Москву с предложением, согласно которому наш батальон должен был располагаться в американском секторе и подчиняться американцам. Потом писали, будто я швырнул этот документ обратно Фогельсону. Было не так, я его просто не принял и предложил партнерам подучить резолюцию 1244.

Через полчаса поступило очередное американское предложение: наше присутствие увеличилось уже до двух батальонов, которые определяли в мобильный резерв командующего английской группировкой генерала Майкла Джексона. То есть куда пошлют. Но поскольку у нас был железный принцип по части НАТО — действуем вместе, но не подчиняемся! — ни один из вариантов принят не был. Я прервал переговоры, а когда американцы поинтересовались, как мы теперь будем действовать, честно ответил: самостоятельно! А для прессы уточнил: первыми мы в Косово не войдем, но и последними не будем.

Американцы отправились в гостиницу, а мы сели в кабинете у первого замминистра иностранных дел и подготовили записку Ельцину, в которой отметили, что американские предложения унижают и Россию, и его лично как президента. Ссылаясь на резолюцию 1244, позволяющую нам действовать по своему усмотрению, мы предлагали осуществить ввод своих сил в Косово одновременно с силами НАТО, но без согласования с ними. Когда документ был завизирован, маршал Сергеев съездил к Ельцину и получил его одобрение. Теперь мы могли действовать.

— И наш батальон пошел на Приштину…

— Строуб Тэлбот с полдороги вернулся в Москву. Не зная, куда деть американцев, Игорь Иванов привез американскую делегацию на Арбатскую площадь, и они там толкались по этажу министра обороны, требуя разъяснений. Тэлбот, которому сообщили о вхождении нашего батальона в Приштину, потребовал объяснений, но Игорь Иванов не мог ничего ему сказать. Потом он обижался, что мы не поставили его в известность о своих намерениях. Но мы боялись утечки информации, поэтому в курсе всех деталей марша на Приштину были только военные.

— Говорят, что когда наш батальон вошел в Приштину, в мировых столицах началась предвоенная паника.

— У нас все было спокойно, пока генерал Заварзин не доложил о том, что командир английской бригады, действующей в этом же секторе, просит с ним встречи. Такая встреча была разрешена, хотя провокаций мы не исключали. А часа через полтора, когда была налажена засекреченная связь, я сам вышел на Заварзина. Он доложил, что англичане в принципе нормальные мужики, но никому не доверяют — ни сербам, ни албанцам, ни своим непальским стрелкам, поэтому пять старших британских офицеров просят разрешения переночевать в нашем расположении. Ну что тут скажешь? Разрешили. Разрешили и по рюмочке. Британцам по три, Заварзину — одну.

Так началось взаимодействие. Хотя на второй день англичане все-таки попытались надавить на психику. Подходит британский сержант и говорит, что у него приказ провести через нашу позицию свой танк, и он не может не выполнить этот приказ.

Тогда наш сержант подзывает гранатометчика и говорит, что дано распоряжение стрелять по любому объекту, который пересечет линию поста. При этом показал, где граната войдет в английскую броню, а откуда вылетит. Инцидент был исчерпан. Английский сержант ушел и больше не возвращался.

Вообще мы планировали ввести три батальона. Один должен был идти в Косовска-Митровицу и как бы обозначить наш сектор. Второй хотели десантировать на аэродром в Приштине. А третий в качестве резерва должен был высадиться на сербской территории у города Ниш. Но, если помните, венгры и румыны не разрешили нам пролет через свое воздушное пространство. Поэтому батальон, который должен был идти на Митровицу, и повернул на Приштину.

Мы не исключали, что НАТО может применить оружие. Но я привел маршалу Сергееву три контраргумента.
Первый: чтобы принять решение о начале военных действий против России, нужно заручиться согласием совета НАТО. По поводу бомбардировок американцам удалось выкрутить руки своим партнерам, но война с Россией — это совсем другое.

Второй аргумент: если американцы все-таки будут настаивать, то им понадобится по меньшей мере несколько заседаний, а это выигрыш во времени, когда можно принять дополнительные меры.

И третий: если обстановка будет накаляться, мы с одним уважаемым генералом должны были вылететь в Белград, чтобы развернуть югославские вооруженные силы в косовском направлении. Одного слова было достаточно, чтобы сербы поддержали наш батальон всеми силами и средствами. Я знал их настроения. «Вот это самый главный аргумент!» — сказал маршал Сергеев и разрешил действовать.

При этом я не знаю, кто из натовцев горел желанием с нами воевать. Ведь как развивались события?
Когда наш батальон вошел в Косово, из Германии прилетел мой коллега и в обход НАТО предложил создать совместную российско-немецкую бригаду — по два батальона с каждой стороны. Итальянцы, те и вовсе отдавали нам свой сектор в полное распоряжение. Кстати, он был заболоченный, самый неудобный.

Но что было, то было: действительно, Вашингтон через командующего объединенными силами НАТО в Европе Уэсли Кларка давил на британского генерала Майкла Джексона, чтобы тот попытался выдавить наш батальон силой оружия из Приштины. Джексон пишет об этом в своей книге. Но я думаю, что английские военные не только Кларка, но и Тони Блэра не послушались бы. Что же касается совместной российско-германской бригады, то этот вопрос мы серьезно изучали. Но американцы взбаламутили албанцев, которые устроили массовые акции протеста против ввода наших подразделений в немецкий сектор.

Поскольку меня продолжают обвинять в том, что будто бы тогда я чуть не развязал третью мировую войну, хочу уточнить: мы действовали строго в рамках международного правового поля, очерченного резолюцией 1244 СБ ООН, которая предоставляла равные права нам, американцам и натовцам.

— Официальная поддержка Москвы у вас была?

— Тогда в России была очень интересная ситуация. Президент вроде как болел, правительство во главе со Степашиным только сформировано, причем с урезанными полномочиями, и поскольку других сильных политических центров в стране не наблюдалось, МИД и Министерство обороны нередко действовали на свой страх и риск.

Но в этот раз принципиальное согласие Ельцина было получено, чего мог и не знать, например, телеведущий Евгений Киселев, который уже подготовил передачу о том, как генералы якобы обманули Ельцина. Так вышло, что практически никто не знал о том, что президент был в курсе дел с самого начала.

И вот совещание у Ельцина на следующий день после ввода нашего батальона. Естественно, маршалу Сергееву никто руки не подает, воротят от него носы. Игорь Дмитриевич делает обстоятельный доклад и упоминает о том, что командование английской бригады напросилось к нам на ночлег. И вдруг голос Ельцина: «Рюмку-то налили?» — «Конечно, Борис Николаевич…» В общем, кончилось тем, что Ельцин обнял Сергеева и поблагодарил его за то, что он «щелкнул Клинтона по носу». И уж тогда к поздравлениям присоединились все остальные. Все вдруг стали соучастниками.

— Говорят, в НАТО был праздник, когда стало известно о вашей отставке.

— Строуб Тэлбот пишет, что он по этому поводу поздравил своих генералов. Кстати, еще раньше, в мае 2001 года, после очередного заседания совета Россия — НАТО, лорд Робертсон пригласил в свой кабинет нашу делегацию, вручил мне запонки с символами НАТО и России, бутылку виски и сказал, что это в память о нашем сотрудничестве, которое «не всегда было приятным, но всегда конструктивным». То есть они заранее знали, что я ухожу. В самолете на обратном пути поинтересовался у министра обороны Сергея Иванова, что это все значит. Он: «Ну что вы! С вами так приятно работать…» Но я понимал, что Сергей Борисович лукавит, потому что натовской информации о наших внутренних делах можно было доверять.

Впрочем, был случай, когда они несколько поспешили со мной распрощаться. На очередном раунде переговоров мой контрпартнер генерал Фогельсон в присутствии Мадлен Олбрайт выразил сомнение в том, что я соглашусь с теми предложениями, которые они подготовили. И тогда Олбрайт вспылила: «Я веду переговоры не с генералом Ивашовым!» И потом бросила фразу: «Не делайте большую ставку на маршала Сергеева и генерала Ивашова, очень скоро Ельцин их снимет».

И действительно, после наших расхождений по югославскому вопросу Черномырдин пришел к Ельцину с проектом указа о моей отставке. Как мне потом передали, указ Ельцин подписывать отказался, причем с комментарием: «Не буду снимать. Вот пусть он их мочит!»

— Когда вы защищали Милошевича в Гааге, приходилось ли встречаться с Карлой дель Понте?

— Нет, не приходилось. Там по каждому обвиняемому была сформирована своя судебная группа. Кроме меня в пользу президента Югославии свидетельствовали Евгений Примаков и Николай Рыжков. Но я был единственным из свидетелей, который давал показания два дня подряд. В частности, в первый день я рассказал о двух перехваченных телефонных разговорах Мадлен Олбрайт с Хашимом Тачи. Еще до главных событий он как-то опрометчиво заявил, что, дескать, на территории Косово, кроме албанцев, не будет никого — ни НАТО, ни сербов. Олбрайт, тогда она звонила из Германии, сняла трубку и выдала неразумному косоварскому лидеру по первое число. Следующий их разговор состоялся 25 марта 1999 года, на второй день после начала бомбардировок. На этот раз Олбрайт вышла на связь из США. «Где ваше восстание, — кричала она в трубку,— почему вы не поднимаете восстание?» Когда я привел эти факты, судьи вытаращили глаза.

Но на следующий день состав суда был мрачнее тучи. Видимо, с ними уже провели разъяснительную работу, и представитель британской Фемиды решительно потребовал, чтобы я объяснил, на каком основании прослушивался телефон госсекретаря США. Полагаю, что мой ответ его разочаровал еще больше. Я сказал, что мы отслеживали не звонки Олбрайт, а разговоры бандитов и террористов, и если она выходила с ними на связь, нашей вины в этом нет…

— Вы считаете, что смерть президента Милошевича в камере была неслучайной?

— Конечно. Во-первых, процесс шел не в пользу НАТО.
Во-вторых, Слободан не был сломлен. Любое его выступление в суде носило атакующий характер. Они не знали, как остановить поток той информации, которую выдавал Милошевич. А убить можно по-разному. Например, оказанием не той помощи, которая требуется по медицинским показателям, несвоевременным оказанием или вообще неоказанием помощи. Готовясь к процессу, я провел у Милошевича в камере много часов, и он мне рассказал, что те таблетки, которые ему выдавали в тюрьме, снижают давление, но имеют странные побочные явления: ухудшается память, замедляется речь, голова не работает… Он предполагал, что это не случайно.

— Каким могло быть решение суда по делу экс-президента Югославии?

— Моему другу генералу Ойданичу, которого я тоже защищал, без личного участия — таковое трибунал не разрешил, дали шестнадцать лет тюрьмы. Слободану Милошевичу могли присудить пожизненное заключение, то есть его все равно убили бы. Оправдательный приговор был невозможен, потому что тогда следовало бы обвинение НАТО, Гаагского трибунала, Армии освобождения Косово.

— Что же нового можно сказать об Армии освобождения Косово?

— Наркоторговцы присмотрели Косово еще в конце восьмидесятых, потому что здесь сходятся два основных направления наркотрафика — албано-кавказский и турецко-кавказский. По их планам, перевалочные базы должны были расположиться в Северной Албании и на территории Македонии, а Приштина — стать главным диспетчерским узлом. Первую теневую структуру наркомафия создала в Албании. А когда там произошел дефолт, когда разграбили воинские склады, наркомафия скупила оружие, растащенное населением, и хорошо вооружилась под видом Армии освобождения. На первых порах буквально во всех американских реестрах АОК числилась наркотеррористической организацией. Это уже потом их залегендировали под борцов за независимость и переориентировали на национально-освободительную борьбу.

— Вот и вашей родной Киргизии не повезло — оказалась на пути наркопотока.

— Размышляя о событиях на моей малой родине, я вспоминаю Ахмад Шаха Масуда, с которым мы дружили и часто встречались и в Афганистане, и на территории Таджикистана, когда Россия поддерживала Северный альянс. Он на многое раскрыл мне глаза.

Как-то сказал, что было время, когда исламский мир смотрел на Советский Союз как на яркую звезду. Я удивился: «Вы социалист, господин Ахмад Шах?» Он рассмеялся: «Нет, просто мусульмане Советского Союза имели то, что не имел ни один мусульманский народ мира». И действительно, республики Средней Азии имели свои академии наук, имели свое высокое искусство, культуру, свой театр и кинематограф. Где это все сейчас?.
http://www.itogi.ru/spetzproekt/2010/33/155525.html
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 10 фев 2016, 17:44


Владимир Андреевич Нефедов

Герой Советского Союза, лётчик-испытатель 1-го класса Владимир Андреевич Нефедов родился 5 февраля 1926 года в Москве. Русский. В 1944 году окончил Московскую спецшколу ВВС. В армии с 1944 года. В 1944 году окончил Сасовскую военную авиационную школу первоначального обучения лётчиков. В 1944-1946 годах обучался в Черниговском военном авиационном училище лётчиков, в 1949 году окончил Чугуевское военное авиационное училище лётчиков. До 1951 года был в нём лётчиком-инструктором. С 1951 - в запасе.


В 1953 году окончил Школу лётчиков-испытателей, в 1953-1958 годах обучался на вечернем отделении Жуковского филиала Московского авиационного института. С мая 1953 года – на лётно-испытательной работе в ОКБ А.И.Микояна. Поднял в небо и провёл испытания МиГ-19П (СМ-7) (28.08.1954), Е-5 (МиГ-21) (9.12.1955), МиГ-19СУ (СМ-50) (30.11.1956), Е-6 (МиГ-21Ф) (20.05.1958). Провёл испытания: вооружения МиГ-17Ф (СФ-3), по отработке заправки МиГ-19 от Ту-16. Участвовал в испытаниях МиГ-15 (САМ), МиГ-15УТИ (СТ-7), МиГ-17Р (СР-2), МиГ-17П (СП-6), МиГ-17ПФ (СП-7), МиГ-17ПФ (СП-10), МиГ-17 (СДК-7), МиГ-17 (СИ-10), Е-2, Е-4, МиГ-19С (СМ-9/3). Участвовал в испытаниях самолётов-истребителей МиГ-17, МиГ-19 и их модификаций, опытных самолётов Е-2 и Е-4.

За мужество и героизм, проявленные при испытании новой авиационной техники, указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 мая 1957 года майору Нефёдову Владимиру Андреевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 11146). Погиб 28 мая 1958 года в испытательном полёте на опытном Е-6 (МиГ-21Ф). Жил в городе Жуковский Московской области. Похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище.

Вот что вспоминал о нем Г.К. Мосолов, Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель СССР:

- Мысленно перед моим взором промелькнул тот день 28 мая 1958 года, когда Володя Нефедов, уйдя в испытательный полет, вскоре сообщил, что самолет терпит бедствие, остановился двигатель, и он будет пытаться посадить машину на аэродроме.

Он все делал правильно. Мы были не из тех, кто впадает в панику, и сами, будучи инструкторами, в военном училище учили своих курсантов не только авиационному ремеслу, но и главное старались вырабатывать у них характер, готовность к самопожертвованию, если это потребует создавшаяся обстановка.


Самолет Е-6 (МиГ-21Ф)
Источник: Валерий Агеев


Он все делал правильно, ведя самолет к аэродрому, навстречу опасности, которую он, безусловно, сознавал, и уйти от которой мог в любой момент, нажав на ручку катапульты.

Он все делал правильно, кроме одного. Ведь на самолете была система аварийного управления - электрическая, от бортовых аккумуляторов. Правда, она существенно ограничивала возможность быстрого отклонения рулей, что требуется при посадке, но, по мнению конструкторов, подтвержденному моими неоднократными опытами, была достаточной, чтобы произвести посадку. Володя в нее не верил, и наши споры на эту тему всегда заканчивались его твердым решением: если откажет управление от гидравлической системы - надо катапультироваться.

Он шел на посадку, безуспешно пробуя запустить остановившийся двигатель. И пока хватало оборотов (авторотации) двигателя, чтобы поддерживать рабочее давление в гидравлической системе, все было нормально.

Но когда он стал энергично перемещать рули, как требуется на посадке, давление гидравлики упало. Это произошло в тот момент, когда он выравнивал самолет у самой земли, и слегка отдал ручку управления от себя, чтобы подвести истребитель поближе к земле. Самолет, как и надо, слегка клюнул носом, и в ту же секунду Володя с такой же скоростью потянул рули на выравнивание. Но, не тут-то было - управление автоматически перешло на электрическое. Электромотор стал перекладывать рули, куда и хотел летчик, но уже не так быстро, как от гидросистемы. До земли оставалась едва ли секунда, когда самолет достал ее, ткнувшись носом в бетон, подпрыгнул, перевернулся, ударился, еще раз перевернулся и загорелся.

Мы вытащили его из кабины, высотный костюм из капрона горел и плавился, рука хлестала кровью, и пока я снимал с него гермошлем, он спешил рассказать, что случилось. Все началось, когда он в полете впервые достиг скорости в 1,84 раза превышавшую скорость звука. Двигатель, по его словам, отказал и дальше он боролся только за спасение самолета. Он делал это сознательно, до конца, рискуя жизнью. Как жаль только, Володька, что ты не переключил управление сразу на электрическое. Тогда бы автоматическое переключение не застало тебя врасплох, в самый неблагоприятный момент.

Когда Нефедова поместили в госпиталь, выяснилось, что у него была обожжена спина, разорваны мышцы правой руки, поломаны ребра, проткнуто легкое, поврежден позвоночник. Но он был в сознании и все время задавал один и тот же вопрос:

- Я буду летать?

Но ему не удалось еще раз подняться в небо. Ночью Нефедов умер в госпитале...
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 08 июн 2016, 19:51

Сегодня, 8 июня 2016-го года, день рождения одного из самых великих летчиков-истребителей Второй Мировой Ивана Никитовича Кожедуба.



Иван Никитович родился 8 июня 1920 г. в селе Ображиевка Глуховского уезда Черниговской губернии (ныне Шосткинского района Сумской области Украины) в семье крестьянина — церковного старосты.

В 1934 году Кожедуб окончил школу и поступил в химико-технологический техникум в городе Шостка.

Первые шаги в авиации сделал, занимаясь в Шосткинском аэроклубе. В начале 1940 года — поступил на службу в ряды Красной Армии и осенью того же года окончил Чугуевскую военную авиационную школу лётчиков, после чего продолжил в ней службу в должности инструктора.

После начала войны вместе с авиашколой был эвакуирован в Казахстан, город Чимкент. 23 февраля 1942 года Кожедубу было присвоено звание старшего сержанта.

В ноябре 1942 года Кожедуб был откомандирован в 240-й истребительный авиационный полк 302-й истребительной авиационной дивизии (со 2.7.1944 14-я гвардейская истребительная авиационная дивизия), формирующийся в Иваново. В марте 1943 года в составе дивизии вылетел на Воронежский фронт.

Первый воздушный бой закончился для Кожедуба неудачей и едва не стал последним — его Ла-5 был повреждён пушечной очередью Мессершмитта-109, бронеспинка спасла его от снаряда, а при возвращении самолёт был обстрелян советскими зенитчиками, в него попало 2 зенитных снаряда. Несмотря на то что Кожедубу удалось посадить самолёт, восстановлению он не подлежал, и лётчику пришлось летать на «остатках» — имеющихся в эскадрилье свободных самолётах. Вскоре его хотели забрать на пост оповещения, но командир полка заступился за него.

В начале лета 1943 года Кожедубу было присвоено звание младшего лейтенанта, затем он был назначен на должность заместителя командира эскадрильи. Вскоре после этого, 6 июля 1943 года на Курской дуге, во время сорокового боевого вылета, Кожедуб сбил свой первый немецкий самолёт-бомбардировщик Юнкерс Ю-87. Уже на следующий день сбил второй, а 9 июля сбил сразу 2 истребителя Bf-109. Первое звание Героя Советского Союза Кожедубу (уже старшему лейтенанту) было присвоено 4 февраля 1944 года за 146 боевых вылетов и 20 сбитых самолётов противника.

С мая 1944 года Иван Кожедуб воевал на Ла-5ФН (бортовой № 14), построенном на средства колхозника-пчеловода Сталинградской области В. В. Конева.



В августе 1944 года, получив звание капитана, он был назначен заместителем командира 176-го гвардейского полка и стал воевать на новом истребителе Ла-7. Второй медали «Золотая Звезда» Кожедуб был удостоен 19 августа 1944 года за 256 боевых вылетов и 48 сбитых самолётов противника.

К концу войны Иван Кожедуб, к тому времени — гвардии майор, летал на Ла-7, совершил 330 боевых вылетов, в 120 воздушных боях сбил 62 самолёта противника, среди них 17 пикирующих бомбардировщиков Ju-87, по 2 бомбардировщика Ju-88 и He-111, 16 истребителей Bf-109 и 21 Fw-190, 3 штурмовика Hs-129 и 1 реактивный истребитель Me-262.


Последний бой в Великую Отечественную, в котором он сбил 2 FW-190, Кожедуб провёл 17 апреля 1945 года в небе над Берлином.
Третью медаль «Золотая Звезда» Кожедуб получил 18 августа 1945 года за высокое воинское мастерство, личное мужество и отвагу, проявленную на фронтах войны. Он был отличным стрелком и предпочитал открывать огонь на дистанции 200-300 метров, крайне редко сближаясь на меньшую дистанцию.

Кожедубом также в 1945 году были сбиты два американских самолёта P-51 «Мустанг» ВВС США, которые атаковали его, "приняв за немецкий самолёт".

И. Н. Кожедуб ни разу не был сбит во время Великой Отечественной войны, и хотя его подбивали, он всегда сажал свой самолёт.
На счету Кожедуба также есть и реактивный немецкий Ме-262, который он сбил 19 февраля 1945 года, однако он не был первым, кому это удалось сделать — ещё 28 августа 1944 года один сбитый Me-262 был записан на счёт американских пилотов М. Кроя и Дж. Майерса, а всего до февраля 1945 года американским лётчикам было официально засчитано около 20 сбитых самолётов этого типа.

По окончании войны Кожедуб продолжил службу в ВВС.
В 1949 году окончил Краснознамённую Военно-воздушную академию. В это же время он оставался действующим пилотом-истребителем, освоив в 1948 году реактивный МиГ-15.
В 1956 году окончил Военную академию Генерального штаба.

Во время войны в Корее командовал 324-й истребительной авиационной дивизией (324-й иад) в составе 64-го истребительного авиационного корпуса. С апреля 1951 по январь 1952 года лётчики дивизии одержали 216 воздушных побед, потеряв всего 27 машин (9 пилотов погибло).



С 1962 по 1963 год — командующий 76-й воздушной армией.
В 1964—1971 — заместитель командующего ВВС Московского военного округа.
С 1971 служил в центральном аппарате ВВС, а с 1978 года — в Группе генеральных инспекторов Министерства Обороны СССР. В 1970 году Кожедубу присвоено звание генерал-полковника авиации. А в 1985 году И. Н. Кожедубу присвоено воинское звание Маршал авиации.



Избирался депутатом Верховного Совета СССР II—V созывов, народным депутатом СССР.

В официальной советской историографии итог боевой деятельности Кожедуба выглядит как 62 самолёта противника, сбитые лично. Однако недавние архивные исследования показали, что эта цифра немного занижена — в наградных документах (откуда она, собственно, и была взята) по неизвестным причинам отсутствуют две воздушные победы (8 июня 1944 — Ме-109 и 11 апреля 1944 — ПЗЛ-24), между тем как они были подтверждены и официально занесены на личный счёт лётчика.

Позывной во время боевых действий в составе Группы советских военных специалистов в Корее — «Крылов».


Трижды Герой Советского Союза (04.02.1944, № 1472; 19.08.1944, № 36; 18.08.1945, № 3).
Кавалер двух орденов Ленина (04.02.1944;21.02.1978).
Кавалер семи орденов Красного Знамени (22.07.1943, № 52212; 30.09.1943, № 4567; 29.03.1945, № 4108; 29.06.1945, № 756; 02.06.1951, № 122; 22.02.1968, № 23; 26.06.1970, № 537483).
Кавалер ордена Александра Невского (31.07.1945, № 37500).
Кавалер ордена Отечественной войны I степени (06.04.1985).
Кавалер двух орденов Красной Звезды (04.06.1955; 26.10.1955).
Кавалер ордена «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» II степени (22.02.1990).
Кавалер ордена «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» III степени (30.04.1975).
Кавалер ордена Красного Знамени (Монголия).
Кавалер ордена Заслуг перед Отечеством (ГДР).
Кавалер ордена Возрождения Польши.
Кавалер ордена Государственного флага (КНДР).


Скончался 8 августа 1991 года.
Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение alexbir » 08 июн 2016, 21:06

EvMitkov писал(а):... Роммель страдал от серьезных проблем с обеспечением своей армии топливом и продовольствием...
в общем-то, именно из-за этих "мелочей" и были претензии руководства Вермахта, Генштаба - к "гению". Тот изначально изменил первоначальную боевую задачу, самовольно расширив её и втянув тем самым Германию в войну на два фронта, отсасывая на себя ресурсы гораздо в большей степени, чем намеревался в 41м выделить Генштаб перед лицом гораздо более важной кампании. А всего-то гению поручили прикрыть отход/эвакуацию итальянцев, не более. Но он решил взять Каир и Александрию, а далее и дойти до Ирака "двумя полками". Гений...

Проблема заключалась в том, что Эрвин предполагал нанести контрудар сразу же в момент высадки врага, в то время как Герд рассчитывал заманить противника, а затем только нанести удар по флангам, окружить и уничтожить.
[color=#800000] В итоге Гитлер предложил компромиссное решение, не устроившее обе стороны. Недоверие к плану, предложенному Роммелем, основывалось на той утрате доверия, которое возникло благодаря успешно проведенной дезинформационной операции англичан, призванной дискредитировать Эрвина Роммеля в глазах Гитлера. Гитлер попросту испугался того, что стянутые к побережью основные силы немцев подчинятся приказу популярного военачальники и без боя капитулируют по его приказу
бредятина с британской подачи. Насрать было Гитлеру на тупейшие вбросы британцев. Но вот на такой вопрос - а куда собственно к побережью концентрировать те танковые резервы? - Роммель убедительно ответить и не мог, как и немецкая разведка. Высадка в Нормандии рассматривалась как наименее вероятная и наименее эффективная, по немецким канонам мысли (в общем-то, как и по советской школе бы, возможно). Нормандия - это по рисунку вторая "Высадка в Анцио" - на пятак, легко (ну, относительно) блокируемый достаточным нарядом сил, но максимально удобная флоту и наиболее безопасная для войск, накопления сил и средств. Более безопасными виделись высадка на Лазурном берегу или в Бордо. Более эффективной - высадка к северу от Сены. Нормандия давала крайне низкие темпы развития операции, и потому... Потому резервы было решено держать севернее естественной преграды, Сены, и на глубине Парижа. Именно максимально не подставляя под штурмовую авиацию, тем более морскую авиацию, и занимая "срединное положение" между возможными театрами высадки.
Если б Гитлер не доверял Роммелю (в политическом смысле) - он снял бы его с командования без колебаний ещё до высадки, когда бритты и проводили свои "спецмероприятия" (накосячив от души).

p.s. Вопрос расположения резервов ударных сил и запасов тылового обеспечения - при решении в пользу южнее Сены и ближе к Нормандии, Бретани или Провансу - приводил при высадке союзников севернее Сены к практически молниеносному поражению Германии. Вся группа войск зависала в западной и южной Франции, мгновенно терялись Бельгия с Голландией, и противник к осени выкатывался непосредственно к нижнему Рейну, в район Рура, с вытекающими для сердца "оборонки".
При резервах севернее Сены - развитие наступления союзников вело лишь к потере собственно западной и южной Франции в тот же период времени и без "перевёрнутого фронта" для Вермахта.
Кто первый поймёт, почему от бойца до бойца в цепи в наступлении, и до ближайшей брони должно быть не меньше 15 шагов - тот в итоге в Украинской войне и победит. (Александр Украинский, "Наука убеждать", ч. 1я.)
Аватара пользователя
alexbir
 
Сообщения: 4941
Зарегистрирован: 13 июн 2014, 00:59

Re: ...Господа офицеры! По натянутым нервам...

Сообщение EvMitkov » 17 окт 2016, 18:01

Вчера вечером в Донецке, в лифте своего дома, где он жил с супругой, погиб Арсений Сергеевич Павлов, позывной Моторолла.
По первичным данным, сработало СВУ мощностью за килограмм ТНТ, управляемое дистанционно...

Светлая память парню и Царствие ему Небесное - Моторолла был православным и в Бога верил...



В этом всём с оной стороны много лично мне непонятного: власти ДНР обвиняют в акции РДГ ВСУ или СБУ - а что они еще могут сказать на публику... разве что "детей и жену не оставим, это наш долг...". Ссылаются на слова Порошенко, который 5 сентября пообещал "найти и наказать" ответственных за гибель украинского военнослужащего Игоря Брановицкого, которого, по словам Порошенко, лично застрелил Моторола.
Но это значит, что в центре Донецка запросто действуют группы противника, причем агентурно-оседомительная работа у них налажена прилично. В отличие от контрмер ДНР.
Если только это действительно операция прокиевских людей.
Но не в этом дело, может быть - прояснится со временем, пока слишком мало инфы.

Здесь я хочу сказать о другом.
О том, что, как бы со мною не спорили - своей судьбы не минуешь. И Моторолла это тоже знал, война на Юго-Востоке - не первая его война. Может - потому всегда и был и отчаянно бесстрашным, но в то же время думатым и умел беречь своих людей...
Не даром те, кто служил с ним и воевал с ним рядом, характеризуют его так:
"Абсолютно бесстрашен, быстр, умён: молниеносно просчитывает любую ситуацию и принимает единственно правильное решение".
Бесстрашный людей - не бывает, просто - некоторые умеют обуздать свой страх, направить его в нужную сторону и победить. А кто-то... кто-то не может и погибает быстро. На войне всегда быстрее всех погибает тот, кто дает волю страху.

Арсений Сергеевич родился в Коми, в 1983-м, 2-го февраля, мальчишка еще по моим меркам. По возрасту мальчишка, но не по натуре. Может - потому что судьба с детсва не баловала - в 15 лет лишился родителей, и его воспитывала в дальнейшем бабушка.
Три года служил в 77-й гвардейской Отдельной Московско-Черниговской ордена Ленина Краснознамённой ордена Суворова бригаде Морской Пехоты как связист, считается - отсюда и его позывной, но скорее всего на возникновение позывного "Моторолла" повлияло то, что в первые дни войны на ЮВ снимал на закрепленную на каске камеру "Моторолла" все, что было перед ним .

Затем по контракту проходил службу еще 1 год и семь месяцев, дважды принимал участие в КТО в Чечне, по полгода каждая. На гражданке не прижился: сложно прижиться на гажданке тому, кто с молодости войны нюхнул, а потом - наше развеселое тогдашнее обЧество, еще не отдышавшееся от дурмана либералей, попросту не находило для него места... Работал и плиточником, и в МЧС спасателем, но... кто сам через подобное прошел, поймет, что я хочу сказать. Может - протому и на Украину выдвинулся. Как говорил он сам в одном из интервью в конце 2014-го
"Сел на поезд и приехал. Не вникал. Русские здесь, вот и приехал. Говорил уже: как только полетели коктейли Молотова на Майдане в сотрудников милиции, мне стало ясно — всё, это война. После того, как нацики заявили, что за каждого своего будут убивать десять русских, — ждать, когда угроза станет реальностью, смысла я не видел".


Это он и его бойцы освободили в апреле стратегически важный пригород Славянска – Семеновку и удерживали её, под огнём бьющих прямой наводкой танков противника, под непрекращающимися минометно-гаубичными обстрелами, под градом кассетных бомб...

Это он и его бойцы выдержали тяжелейший семичасовой бой 3 июня - когда прикрываемые Су-27 и "крокодилами" – вертолетами МИ-24 украинские танки и БТРы подошли на 25 метров к передовому блок-посту, но были подожжены и отброшены...

В том бою ополченцы понесли ощутимые потери - семь -200 и более 30 трёхсотых… Но выстояли. Сбили два вертолета, вывели из строя Т-64 и два БТРа и основательно покрошили ВСУшную пехоту.

За беспримерные мужество и героизм, проявленные в том бою, шестеро бойцов спецподразделения Моторолы представлены к награждению Георгиевскими крестами. Двое – посмертно…

18 июля 2014 года Арсений Павлов вместе со своей супругой прибыл в Крым. По словам помощника вице-премьера Крыма Владимира Гарначука:
"Человек тяжело ранен. Ему нужна реабилитация и медпомощь".

В начале августа снова вернулся на Донбасс.

В ноябре командир ополчения Арсений Павлов вновь получил ранение. В собачей сваре за аэропорт. В грудь Моторолы попал осколок от 152 мм снаряда, от смерти Павлова спас только бронежилет.

В Славянске подразделение Моторолы вело боевые действия на участке деревни Семёновки, который считался одним из наиболее сложных участков фронта. Во время отступления сил "Народного ополчения" из Славянска подразделение Моторолы держало позиции в районе н/п Николаевка, прикрывая отступление основных сил.

После отхода повстанцев из Славянска и перебазирования их в Донецк тогдашний министр обороны Донецкой Народной Республики Игорь Стрелков наградил командира повстанцев с позывным "Моторола" высшей наградой армии ДНР — Георгиевским крестом Новороссии.

11 июля 2014 года Арсений сочетался браком с 21-летней Еленой Коленкиной, которую он спас двумя месяцами ранее во время обстрела в Славянске. Это мероприятие стало первой официальной свадьбой в ДНР.



20 сентября 2014 года в Донецке "за мужество, храбрость и отличное выполнение боевых задач Вооруженных Сил ДНР в боях с противником" награждён орденом "За воинскую доблесть" 1-й степени.

Постоянные сообщения в украинских СМИ о гибели Моторолы он сам комментировл словами: "Они все лгут".

Много еще можно чего добавить. Наверное...
Но лично мне, Митькову Евгению Евгеньевичу, отставному майору Морской пехоты, тоже хлебавшему войны, сейчас и здесь просто хочется, чтобы все мы запомнили Мотороллу ТАКИМ:



И - что б прозвучало над его могилой: сначала почему-то любимая в Морской Пехоте

phpBB [video]


А затем - что б сказали его товарищи, пусть не громко, но так, что б...

Но пасаран! Пасаремос!!!!
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17282
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Пред.След.

Вернуться в Военная история

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1