"...Наградить посмертно с вручением..."

Темы по военной истории

"...Наградить посмертно с вручением..."

Сообщение EvMitkov » 20 май 2011, 21:24

...13 июля 1942 года у комвзвода танков КВ лейтенанта Коновалова не задалось. В бою накануне его КВ получил несколько попаданий немецких снарядов, что привело к нарушению подачи топлива в двигатель. Неисправность вроде удалось устранить, но на марше в составе бригады подача топлива опять прекратилась. Машина встала возле хутора Нижнемитякинское (Тарасовский район Ростовской области).


Ждать комбриг-15 Пушкин не мог. Он приказал технику-лейтенанту Серебрякову помочь экипажу Коновалова с ремонтом, предупредил о возможном появлении немцев (сплошной линии фронта здесь как таковой не было), в случае чего их продвижение следовало задержать на максимально возможное время, и бригада ушла в пункт назначения.

"Семёрка" Коновалова перед боем.
Общими усилиями танкисты исправили машину и уже собирались было отправиться вдогон за своими, но в этот момент на ближайшем пригорке появились два немецких броневика. Пока немцы анализировали ситуацию, Коновалов один броневик подбил, второму удалось уйти. Связаться со своими по рации не удалось: бригада ушла уже далеко. Оставалось выполнять приказ самостоятельно.

На следующий день разведгруппа бригады осмотрела место боя. Башенный и мехводовский люки исклёванного немецкими снарядами, сгоревшего танка были закрыты. Опрошенные местные жители добавили подробностей. Комбригу было доложено о подвиге и геройской гибели экипажа — командира Коновалова, старшего мехвода Козыренцева, командира орудия Дементьева, заряжающего Герасимлюка, младшего мехвода Акинина, радиотелеграфиста Червинского, вместе с находившимся с ними техником бригады Серебряковым.
И полетели телеграммы, родных-знакомых известить...

"Семёрка" Коновалова после боя.

Описание подвига из наградного листа (орфография и пунктуация сохранены):

13 июля 1942 года, в р-не Н-МИТЯКИНСКОЕ 2-е, танк "КВ" т/н №7 л-нта КОНОВАЛОВА стоял из-за неисправности после боя. Экипаж своими силами восстанавливал танк. В это время показалось 2 немецкие бронемашины. Тов. КОНОВАЛОВ немедленно открыл огонь и 1 машина была подожжена, вторая поспешно скрылась. Вслед за бронемашинами показалась движущаяся колонна танков, сначало 35 машин, а затем еще 40. Пр-к продвигался к деревне. Л-нт КОНОВАЛОВ, используя выгодную позицию своего замаскированного танка, решил принять бой. Подпустив первую колонну танков на расстояние 500-600 метров, экипаж "КВ" открыл огонь. Прямой наводкой было уничтожено 4 танка. Колонна пр-ка не приняла бой, вернулась обратно. Но через некоторое время развернутым строем деревню атаковали 55 танков пр-ка. Л-нт КОНОВАЛОВ решил продолжить борьбу с бронированными машинами немецко-фашистских захватчиков, несмотря на такое подавляющее превосходство. Героический экипаж поджег еще 6 танков пр-ка и заставил его вторично откатиться. Враг предпринимает третью атаку. Герои-танкисты, руководимые своим комсомольцем-командиром тов. КОНОВАЛОВЫМ, ведут огонь по танкам и машинам пр-ка до последнего снаряда. Они уничтожают ещё 6 вражеских танков, 1 бронемашину и 8 автомашин с вражескими солдатами и офицерами. Советская крепость умолкает. Фашисты открывают огонь из 105мм орудия, которое подтягивают к танку на расстояние 75 метров. Экипаж танка с Героем-командиром Лейтенантом КОНОВАЛОВЫМ вместе с танком погиб в этом неравном бою. Защищая нашу Родину от немецких захватчиков, л-нт КОНОВАЛОВ проявил мужество, непоколебимую стойкость, беззаветный героизм. За героизм проявленный при защите Родины, тов. КОНОВАЛОВ достоин посмертного присвоения звания "ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА" с вручением Ордена ЛЕНИНА и Медаль "ЗОЛОТАЯ ЗВЕЗДА".

КОМАНДИР 1 ТАНК. БАТАЛЬОНА
СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ /ВАСИЛЬКОВ/





Наградной лист на Коновалова.



Фраза комбата Василькова «достоин посмертного присвоения... с вручением» оказалась отчасти пророческой.

После того, как многократные прямые попадания окончательно обездвижили танк, а боезапас подошёл к концу, Коновалов распорядился: после последнего выстрела экипаж немедленно покидает машину через аварийный люк в днище. Последний выстрел пушки КВ практически совпал во времени с первым выстрелом подтянутого немцами для расстрела зловредной крепости в упор 105-миллиметрового орудия.

И всё-таки троим, не погибшим сразу, удалось выбраться из машины, сняв с неё один из пулемётов: командиру, технику Серебрякову и башнёру Дементьеву. Они отползли в безопасное место, а с наступлением темноты начали пробираться на восток, к своим.

Опасаясь предательства и плена, в населённые пункты старались не заходить, питались буквально подножным кормом — сырым зерном, травой. На четвёртый день пути три танкиста обнаружили немецкий танк, призывно стоящий с открытыми люками.

Справедливо рассудив, что ехать всяко лучше, чем идти, танкисты решили «взять» его. Подкравшись к машине, Серебряков забил одного охранявшего её танкиста прикладом пулемёта, а Дементьев уложил второго из пистолета. Тем временем Коновалов застрелил командира и механика-водителя вражеской машины. Танкисты завели захваченный трофей и на полном газу двинули к своим.

Так, на вражеской машине, удачно избежав огня противотанковых средств обеих сторон, они и вышли, точнее, выехали к своим, обрадовавшимся было, что шальные фрицы сдаваться приехали. Правда, вышли они довольно далеко от расположения своей бригады, и были зачислены в новую часть.

Наглость Семёна Коновалова была оценена по достоинству: он командовал трофеем ещё около месяца, подбив с его помощью в боях не менее трёх немецких танков.

После выяснения всех обстоятельств представление на Героя переписывать не стали, а Указ был подписан 31 марта 1943 года.


Семен Васильевич Коновалов


...Семён Васильевич Коновалов дошёл до Победы и в 1946 году был уволен в запас.
Однако в 1950 году его вновь призвали, через два года он окончил Ленинградскую высшую офицерскую бронетанковую школу, но после начала хрущёвского сокращения армии в 1956 году подполковник Коновалов был уволен в запас уже окончательно.

Осел Коновалов в Казани, где 25 лет проработал старшим инженером на одном из заводов. Вёл большую общественную работу, часто выступал перед молодёжью, был нештатным лектором общества «Знание». Умер герой 4 апреля 1989 года, похоронен в Казани на Арском кладбище.

От себя: Хочу поблагодарить публично человека, достаточно известного в сети, под именем "Оленевод Бельдыев" за предоставленную мне нформацию.
СПАСИБО!!!

С уважением, Е. Митьков
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17612
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: "...Наградить посмертно с вручением..."

Сообщение EvMitkov » 21 май 2011, 23:30

Я приветствую, дружище!

Нет, это другой бой и другой экипаж. О ТОМ БОЕСТОЛКНОВЕНИИ, - как я понимаю, спрашивать, любопытно ли - не стоит! - :mrgreen: разверну подробно немного позже, отдельным постом. Я специально в свое время интересовался этим боем.
С уважением, Е.М.
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17612
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: "...Наградить посмертно с вручением..."

Сообщение Bob-28 » 22 май 2011, 02:14

Алекс, Гепнер - это про 1941 в Прибалтике (память подводит на название города).
А текущий материал - о 1942.
Намек про "преимущества" принял.
Аватара пользователя
Bob-28
 
Сообщения: 528
Зарегистрирован: 12 апр 2011, 11:41

Re: "...Наградить посмертно с вручением..."

Сообщение EvMitkov » 22 май 2011, 05:10

Ну, до осени еще дожить надо, так что давайте считать цыплятков вместе по весне. По маю.

Вообще говоря, мне эта тема именно тем любопытна, что служит подтверждением правила :
"Воюет не техника. Воюют люди"
Поэтому расширю.
Бой, о котором зашел разговор имеет очень интересное свойство - в современной истории он РАЗДВОЕН. Собственно, это не один бой, а ДВА. В разное время, с разными людьми.
Официальная каноническая версия гласит:

"...Советские танки "КВ-1" и "КВ-2", встретившие немцев сразу после начала операции "Барбаросса", оказались для вермахта серьезной угрозой. Дело в том, что броня этих тяжелых танков не пробивалась ни немецкими противотанковыми пушками калибра 37 миллиметров, ни орудиями танков Pz-III, Pz-IV и Pz-38, стоявших на вооружении панцерваффе. Немцам приходилось применять против "КВ" способ борьбы, очень схожий с охотой первобытных людей на мамонта. Немецкие танки лишь отвлекали внимание экипажа "КВ", пока позади него расчет устанавливал и наводил 88-миллиметровое зенитное орудие. Только после этого и только попаданием снаряда в щель между корпусом и башней удавалось подбить советский танк. Известен случай, когда отвлеканием экипажа "КВ" занимались сразу 50 немецких танков! Тем не менее прекрасные навыки советских генералов сделали свое дело – даже такое огромное преимущество, как наличие большого количества танков новейших типов, не смогло сдержать немецкого наступления.
Оставшийся неизвестным экипаж единственного танка КВ, близ города Рассеняй (в Литве) в июле 1941 года, в течение суток сдерживал наступление немецких частей из 4-й немецкой танковой группы генерал-полковника Гепнера.
Экипаж был убит гранатой, которую закинули в люк."


Вот этот танк, после боя.
Чуть иначе этот эпизод рассмотрен в работе Д.Орджилла "Русские танки 1939-1956 гг"
"...Более тяжелый собрат «тридцатьчетверки» – КВ 1 также вызывал страх у немцев. 4-я немецкая танковая группа Гепнера, входившая в группу армий «Север», столкнулась с этим танком три дня спустя после начала войны. Вот что говорится в журнале боевых действий этой дивизии.
«Наши танковые роты открыли огонь с расстояния в 700 метров, но он оказался неэффективным. Мы сблизились с противником, который со своей стороны невозмутимо двигался прямо на нас. Вскоре нас разделяло расстояние в 50 100 метров. Началась фантастическая артиллерийская дуэль, в которой немецкие танки не могли добиться никакого видимого успеха. Русские танки продолжали наступать, и все наши бронебойные снаряды просто отскакивали от их брони. Возникла опасная ситуация прорыва советских танков через боевые порядки нашего танкового полка к позициям немецкой пехоты и в тыл наших войск… В ходе сражения нам удалось повредить несколько советских танков, используя специальные противотанковые снаряды с расстояния от 30 до 50 метров».

Из официальной "Истории Великой Отечественной Войны":
В июне 1941 года в Литве, в районе города Рассеняй, один советский КВ под командованием неизвестного старшего сержанта в течение суток сдерживал наступление 4-й германской танковой группы генерал-полковника Гепнера. Танковая группа - это четверть всех германских танковых войск. Один советский танк против германской танковой армии! Неизвестный старший сержант и его экипаж погибли, но не отступили!
Что лично меня насторожило в свое время - звание командира танка. Старший сержант. Командир КВ? Кадровый танкист начального периода приграничного сражения? Потому и копал. Сам не раскопал бы - помог Солонин.
В соответствии с планом "Барбаросса" на участке от Мемеля (Клайпеда) до Гольдапа, протяженность которого составляла 230 км, развернулась группа армий "Север" (главнокомандующий генерал-фельдмаршал Вильгельм фон Лееб) в составе 16-й армии (командующий генерал-полковник Эрнст Буш), 18-й армии (командующий генерал-полковник Георг фон Кюхлер) и 4-й танковой группы (командующий генерал-полковник Эрих Гепнер). В ней насчитывалось 29 дивизий, из них 3 танковые и 3 моторизованные. Войска этой группы поддерживал 1-й воздушный флот генерал-полковника Келлера, в котором имелось 1070 самолетов. Группа армий "Север" должна была наносить главный удар из района Тильзита в общем направлении на Двинск (Даугавпилс), затем на Псков и Ленинград. Дивизии 4-й танковой группы, поддерживаемые частями 18-й и 16-й армий, наступали на фронте протяженностью 150 км (запомним эту цифру), имея своей первой целью на левом (западном) фланге Шауляй и на правом (восточном) фланге Каунас. Расейняй (наиболее принятое в русском написании обозначение города) оказался в центре наступления 4-й танковой группы, то есть на второстепенном направлении и поэтому ударные германские танковые подразделения обходили его с запада и востока.
В первый день войны шауляйское направление на советско-германской границе прикрывала 125-я стрелковая дивизия генерал-майора П.П.Богайчука. Против нее действовали основные силы 56-го моторизованного корпуса (командующий генерал-полковник Эрих фон Манштейн). 125-я сд не смогла отразить поддержанный авиацией массированный удар танков ( до 30 и более танков на километр фронта) и, понеся большие потери, начала отступление, оставив немцам г. Тауроген. Овладев им, часть 8-й танковой дивизии генерала Бранденбергера 56-го мк устремилась к Расейняй. На подступах к нему с ходу вступила в бой 48-я стрелковая дивизия генерал-майора П.В.Богданова. Части дивизии не успели развернуться и подтянуть артиллерию. Авиационное прикрытие отсутствовало.
Дивизия смогла вести напряженный бой лишь в течение нескольких часов. Чтобы окончательно сломить ее сопротивление, Манштейн ввел в бой резервную (3-ю моторизованную) дивизию. После этого 48-я сд начала отступление, которое происходило крайне неорганизованно, вследствие чего был сдан не только Расейняй, но и мост к северу от этого города через реку Дубисса у Айрогалы (Арегала). К концу первого дня войны танковые соединения группы Гепнера находились уже в 60-70 км от границы.
Вот как сами немцы объясняли свой успех (запись в журнале боевых действий группы армий "Север" за 22 июня 1941 года):
"Сопротивление на границе было очень незначительным. Противник был застигнут врасплох...
Все пограничные мосты... попали в наши руки в полной сохранности... Этот прорыв удался благодаря тому, что приграничные позиции противника либо оборонялись очень слабо, либо совсем были не прикрыты".

Еще одно боестолкновение в районе Расейняй произошло на второй день войны - 23 июня. Оно было связано с контрударом войск Северо-Западного фронта по немецкой танковой группировке, стремившейся развивать наступление на Шауляй. Контрнаступление, по решению командующего фронтом генерал-полковника Ф.И.Кузнецова, должны были осуществить по сходящимся направлениям два механизированных корпуса. В действительности же 23 июня в контрударе смогли принять участие лишь две дивизии: 2-я танковая 3-го механизированного корпуса и 28-я танковая 12-го механизированного корпуса. Эти дивизии должны были вступить в бой в 12 часов дня, однако сделать это им не удалось. Подвергаясь во время марша ударам немецкой авиации, они вступили в сражение лишь во второй половине дня. Наиболее успешно действовала 2-я танковая дивизия под командованием генерал-майора танковых войск Е.Н.Солянкина. Совместно с остатками 48-й и 125-й стрелковых дивизий она уничтожила в районе Расейняй до 40 танков и 40 орудий противника. Тяжелые потери советских войск в ходе этой контратаки и отсутствие подвоза горючего и боеприпасов заставили их на следующий день вновь начать отступление, которое привело к падению 24 июня Каунаса и Кедайняя, а 25 июня и Шауляя. А уже утром 26 июня (после четырех дней боев) 8-я танковая дивизия из 56-го корпуса Манштейна вышла к Западной Двине в окрестностях г. Даугавпилс (почти 300 километров от границы). Передовой отряд специального назначения захватил автодорожный и железнодорожный мосты, по которым немецкие танки ворвались в город и захватили его.
25 июня уже на значительном расстоянии к северо-востоку от Расейняя 2-я танковая дивизия была окружена и разбита частями 41-го моторизованного корпуса из танковой группы Гепнера. Сам же боевой эпизод выглядел следующим образом:
КВ-1 под командованием мл/лейтенанта Кириллова Виталия Петровича ( а совсем не неизвестного старшего сержанта!) из состава 2-тд во время боя был поврежден и обездвижен - были сбиты обе гусеницы. Стараясь не терять темпа наступления, немцы ОБОШЛИ танк Кириллова, оставив его "на добивку" пехоте. КВ в течение суток огрызался, не подпуская к себе противника, уничтожив подтянутую 8.8 Флак. Пока оставался Б\К - около 110 унитаров к пушке и диски к пулеметам. Ну, а когда Б/К закончился - немцы подошли к машине и развели костер на крыше МТО, затем, при попытке экипажа выйти из машины через верхний люк - забросали гранатами.
А сдерживать "наступление немецких частей из 4-й немецкой танковой группы генерал-полковника Гепнера" один КВ в течение суток не мог по определению - немцы наступали в полосе шириной от 120 до 170 км.
Как не могла сдержать наступление Брестская Крепость - она могла ДЕРЖАТЬСЯ. Ее тоже обошли..

Что касается "двойника" этого боя - то это - бой экипажа Колобанова.
Вот выдержки из работы Александра Бона:

События под Ленинградом в августе 1941 года развивались по весьма драматическому сценарию. В ночь с 7 на 8 августа немецкая группа армий "Север" начала наступление на Ленинград. 41-й моторизованный корпус из состава 4-й танковой группы и 38-й армейский корпус нанесли удары по населенным пунктам Ивановское и Большой Сабск в сторону Кингисеппа и Волосово. Через три дня противник приблизился к шоссе Кингисепп - Ленинград. 13 августа немецкие войска захватили станцию Молосковицы и перерезали железную и шоссейную дороги Кингисепп - Ленинград. Им также удалось форсировать реку Луга на правом фланге фронта, и город оказался между двух огней. 14 августа все дивизии 41-го моторизованного и 38-го армейского корпусов, выйдя на оперативный простор, устремились к Ленинграду. 16 августа были заняты Нарва и Кингисепп.

10 августа 56-моторизованный корпуса атаковал советские войска в районе Луги. В тот же день тяжелые бои начались и на новгородско-чудовском направлении. На следующий день немцы прорвались к реке Оредеж. Нависла угроза над левым флангом войск, обороняющих лужский сектор. 13-го августа 34-я и часть сил 11-й армий Северо-Западного фронта в районе Старой Руссы и озера Ильмень нанесли удар в тыл частям 10-го армейского корпуса. Немецкое командование начало поспешно перебрасывать на это направление 56-й моторизованный корпус, дивизию СС "Мертвая голова" и только что переданный группе армий "Север" из-под Смоленска 39-й моторизованный корпус.

16 августа части 1-го армейского корпуса овладели западной частью Новгорода. Нависла реальная угроза прорыва немецких войск к Ленинграду.

18 августа командира 3-й танковой роты 1-го танкового батальона 1-й Краснознаменной танковой дивизии старшего лейтенанта Зиновия Колобанова вызвали к командиру дивизии генералу В.И. Баранову. Штаб дивизии располагался в подвале собора, являющегося достопримечательностью Гатчины,которая называлась тогда Красногвардейском. Задание Колобанов получил лично от Баранова. Показав на карте три дороги, ведущие к Красногвардейску со стороны Луги, Волосово и Кингисеппа (через Таллинское шоссе - прим. автора), комдив приказал:

- Перекрыть их и стоять насмерть!

Обстановка под Ленинградом была такой, что приказ комдива командир танковой роты воспринял буквально.

В роте Колобанова было пять танков КВ-1. В каждый танк было загружено по два боекомплекта бронебойных снарядов. Осколочно-фугасных снарядов на этот раз экипажи взяли минимальное количество. Главное было не пропустить немецкие танки.

В тот же день Колобанов выдвинул свою роту навстречу наступающему противнику. Старший лейтенант направил два танка - лейтенанта Сергеева и младшего лейтенанта Евдокименко - на лужскую дорогу (Киевское шоссе - прим. автора). Еще два КВ под командованием лейтенанта Ласточкина и младшего лейтенанта Дегтяря направились защищать дорогу, ведущую на Волосово. Танк самого командира роты должен был встать в засаду у дороги, соединяющей таллинское шоссе с дорогой на Мариенбург - северной окраиной Красногвардейска.

Колобанов провел с командирами всех экипажей рекогносцировку, указал места огневых позиций и приказал отрыть для каждой машины по два укрытия - основное и запасное, а потом тщательно замаскировать их. Связь с командиром роты экипажи должны были поддерживать по радио.

Для своего КВ Колобанов определил позицию таким образом, чтобы в секторе огня был самый длинный, хорошо открытый участок дороги. Немного не доходя до птицефермы Учхоза, она поворачивала чуть ли не на 90 градусов и далее уходила к Мариенбургу. Ее пересекала еще одна, грунтовая, дорога, по которой, по всей видимости, местные жители после сенокоса вывозили с полей сено. Кругом виднелись не убранные стога, стояли они неподалеку и от выбранной Колобановым позиции. По обеим сторонам дороги, ведущей к Мариенбургу, тянулись обширные болотины. Было даже небольшое озерко с беспечно плавающими по нему утками.

Выкопать капонир для такого танка, как КВ, дело очень непростое. К тому же, грунт попался крепкий. Только к вечеру удалось упрятать танк в отрытом по самую башню капонире. Была оборудована и запасная позиция. После этого тщательно замаскировали не только сам танк, но даже следы от его гусениц.

Стрелок-радист старший сержант Павел Кисельков предложил сходить к брошенной птицеферме и добыть гуся, благо люди, работавшие на ней, опасаясь нашествия оккупантов, покинули ее, а измотанному тяжелым трудом экипажу требовалось подкрепить свои силы. Комроты согласился, приказав радисту застрелить птицу так, чтобы никто не слышал:

ни в коем случае нельзя было демаскировать свою позицию. Кисельков выполнил приказ в точности, гуся ощипали и сварили в танковом ведре. После ужина Колобанов приказал всем отдыхать.

Ближе к ночи подошло боевое охранение. Молоденький лейтенант отрапортовал Колобанову. Тот приказал разместить пехотинцев позади танка, в стороне, чтобы в случае чего они не попали под орудийный огонь. Позиции боевого охранения также должны были быть хорошо замаскированы...

Зиновий Григорьевич Колобанов родился в 1913 году в селе Арефене Вачевского района Нижегородской губернии. По окончании восьми классов средней школы учился в техникуме. В 1932 году по комсомольскому набору был призван в ряды Красной Армии. В 1936 году с отличием окончил Орловское бронетанковое училище имени М.В. Фрунзе.

Война для 28-летнего старшего лейтенанта Колобанова была не в диковинку. В составе 20-й тяжелой танковой бригады в должности командира роты ему довелось участвовать в советско-финляндской войне 1939 - 1940 годов. Бригада, в которой он служил, первой вышла к линии Маннергейма, причем его рота оказалась на острие удара. Именно тогда Колобанов первый раз горел в танке. В бою у озера Вуокса он снова вырвался со своей ротой вперед, и опять пришлось спасаться из горящего машины. Третий раз он горел при рейде на Выборг. В ночь с 12 на 13 марта 1940 года был подписан мирный договор между СССР и Финляндией. Узнав об этом, солдаты двух ранее противостоящих армий устремились на встречу друг другу для "братания".

К несчастью, это самое "братание" очень дорого обошлось капитану Колобанову: его понизили в звании и, лишив всех наград, уволили в запас.1

С началом Великой Отечественной войны Колобанова призвали из запаса в 1-ю танковую дивизию, создававшуюся на базе 20-й тяжелой танковой бригады, в которой он воевал во время войны с финнами. Поскольку у него уже был боевой опыт, Колобанову присвоили звание старшего лейтенанта и назначили командиром роты тяжелых танков КВ. Правда, о прежних наградах пришлось забыть, предстояло начинать все заново, с чистого листа.

Боевые машины танкисты получали на Кировском заводе. Здесь же, на заводе, в отдельном учебном танковом батальоне формировались и танковые экипажи. Каждый из них принимал участие вместе с рабочими в сборке своей машины. Дистанция обкатки была от Кировского завода до Средней Рогатки, после чего машины уходили на фронт.2

В бою под Ивановским Колобанову удалось отличиться - его экипаж уничтожил танк и орудие противника. Вот почему, зная о солидном боевом опыте старшего лейтенанта Колобанова, генерал В. И. Баранов поручил ему столь ответственное задание - своей ротой преградить путь немецким танкам к Красногвардейску.

Наступавший на Ленинград 41-й моторизованный корпус группы армий "Север" обходил Красногвардейск стороной. Только одна его дивизия - 8-я танковая, должна была поддерживать продвижение к Красногвардейску 50-го армейского корпуса и 5-й дивизии СС со стороны Волосово и Луги. 6-я танковая дивизия в предыдущих боях понесла большие потери и к середине августа 1941 года существовала фактически только на бумаге, поэтому участие в боях

за Красногвардейск принять не могла. 1-я танковая дивизия наступала на Ленинград со стороны Торосово, на Сяськелево и далее на северную окраину Красногвардейска - Мариенбург. В случае прорыва к Мариенбургу, части этой дивизии могли ударить в тыл советским войскам, занимавшим оборону на рубежах Красногвардейского укрепрайона, а затем, выйдя по старинным гатчинским паркам к Киевскому шоссе, почти беспрепятственно продвигаться к Ленинграду.

Ранним утром 19 августа 1941 года экипаж Колобанова был разбужен отвратительным, прерывистым гулом идущих на большой высоте в сторону Ленинграда немецких пикирующих бомбардировщиков. После того как они прошли, тишина и спокойствие вновь установились под Войсковицами. День начинался ясный. Солнце поднималось все выше.

Часов в десять раздались выстрелы слева, со стороны дороги, идущей на Волосово3. Старший лейтенант узнал недалекий "голос" танкового орудия КВ. По радио пришло сообщение, что один из экипажей вступил в бой с немецкими танками. А у них по-прежнему было все спокойно. Колобанов вызвал к себе командира боевого охранения и приказал ему, чтобы его пехотинцы открывали огонь по противнику только тогда, когда заговорит орудие КВ. Для себя Колобанов с Усовым наметили два ориентира: № 1 - две березы в конце перекрестка и № 2 - сам перекресток. Ориентиры были выбраны с таким расчетом, чтобы уничтожить головные вражеские танки прямо на перекрестке, не дать остальным машинам свернуть с дороги, ведущей на Мариенбург.

Только во втором часу дня на дороге появились вражеские машины.

- Приготовиться к бою! - тихо скомандовал Колобанов.

Захлопнув люки, танкисты мгновенно замерли на своих местах. Тут же командир орудия старший сержант Андрей Усов доложил, что видит в прицеле три мотоцикла с колясками. Незамедлительно последовал приказ командира:

- Огня не открывать! Пропустить разведку!

Немецкие мотоциклисты свернули налево и помчались в сторону Мариенбурга, не заметив стоявший в засаде замаскированный КВ. Выполняя приказ Ко-лобанова, не стали открывать огня по разведке и пехотинцы из боевого охранения.

Теперь все внимание экипажа было приковано к идущим по дороге танкам. Колобанов приказал радисту доложить комбату капитану И. Б. Шпиллеру о приближении немецкой танковой колонны и вновь обратил все свое внимание в сторону дороги, на которую один за другим выползали окрашенные в темно-серый цвет танки. Они шли на сокращенных дистанциях, подставляя свои левые борта почти строго под прямым углом по отношению к орудию КВ, тем самым представляя собой идеальные мишени. Люки были открыты, часть немцев сидела на броне. Экипаж даже различал их лица, так как расстояние между КВ и вражеской колонной было невелико - всего около ста пятидесяти метров.

В это время на связь с командиром роты по радио вышел комбат Шпиллер. Он сурово спросил:

- Колобанов, почему немцев пропускаешь?! Шпиллер уже знал об утреннем бое на лужском и волосовском направлениях и о продвижении немецких танков в сторону позиции Колобанова, и его не могло не беспокоить изрядно затянувшееся молчание КВ командира танковой роты.

Отвечать комбату было уже некогда: головной танк медленно въехал на перекресток и вплотную приблизился к двум березам - ориентиру № 1, намеченному танкистами перед боем. Тут же Колобанову доложили о количестве танков в колонне. Их было 22. И когда до ориентира остались секунды движения командир понял, что медлить больше нельзя, и приказал Усову открыть огонь...

Старший сержант Усов к началу Великой Отечественной войны был уже опытным солдатом. Призванный в Красную Армию в 1938 году, он участвовал в "освободительном" походе в Западную Белоруссию в должности помощника командира взвода одного из артиллерийских полков, во время советско-финляндской войны воевал на Карельском перешейке. Окончив специальную школу командиров орудий тяжелых танков, стал танкистом...4

Головной танк загорелся с первого выстрела. Он был уничтожен, даже не успев полностью миновать перекресток. Вторым выстрелом, прямо на перекрестке, был разбит второй танк. Образовалась пробка. Колонна сжалась, как пружина, теперь интервалы между остальными танками стали и вовсе минимальными. Колобанов приказал перенести огонь на хвост колонны, чтобы окончательно запереть ее на дороге.

Но на этот раз Усову не удалось с первого выстрела поразить замыкающий танк - снаряд не долетел до цели. Старший сержант откорректировал прицел и произвел еще четыре выстрела, уничтожив два последних в колонне танка. Противник оказался в ловушке.

Первое время немцы не могли определить откуда ведется стрельба и открыли огонь из своих орудий по копнам сена, которые тут же загорелись. Но вскоре они пришли в себя и смогли обнаружить засаду. Началась танковая дуэль одного КВ против восемнадцати немецких танков. На машину Колобанова обрушился целый град бронебойных снарядов. Один за другим они долбили по 25-миллиметровой броне дополнительных экранов, установленных на башне КВ. От маскировки уже не осталось и следа. Танкисты задыхались от пороховых газов и глохли от многочисленных ударов болванок о броню танка. Заряжающий, он же младший механик-водитель, красноармеец Николай Роденков работал в бешеном темпе, загоняя в казенник пушки снаряд за снарядом. Усов, не отрываясь от прицела, продолжал вести огонь по вражеской колонне.

Между тем, командиры других машин, державших оборону еще на трех дорогах, докладывали по радио об обстановке на их участках обороны. Из этих донесений Колобанов понял, что и на других направлениях идут ожесточенные бои.

Немцы, понимая, что попали в западню, пытались маневрировать, но снаряды КВ поражали танки один за другим. А вот многочисленные прямые попадания вражеских снарядов, не причиняли особого вреда советской машине. Сказывалось явное превосходство КВ над немецкими танками по силе огня и в толщине брони5.

На помощь немецким танкистам пришли двигавшиеся вслед за колонной пехотные подразделения. Под прикрытием огня из танковых пушек, для более аффективного стрельбы по КВ, немцы выкатили на дорогу противотанковые орудия.

Колобанов заметил приготовления противника и приказал Усову ударить осколочно-фугасным снарядом по противотанковым пушкам. С немецкой пехотой вступило в бой находившееся позади КВ боевое охранение.

Усову удалось уничтожить одно ПТО вместе с расчетом, но вторая успела произвести несколько выстрелов. Один из них разбил панорамный перископ, из которого вел наблюдение за полем боя Колобанов, а другой, ударив в башню, заклинил ее. Усову удалось разбить и эту пушку, но КВ потерял возможность маневрировать огнем. Большие довороты орудия вправо и влево можно было теперь делать только путем поворота всего корпуса танка. По существу, КВ превратился в самоходную артиллерийскую установку.

Николай Кисельков вылез на броню и установил вместо поврежденного перископа запасной.6

Колобанов приказал старшему механику-водителю старшине Николаю Никифорову вывести танк из капонира и занять запасную огневую позицию. На глазах у немцев танк задним ходом выбрался из своего укрытия, отъехал в сторону, встал в кустах и вновь открыл огонь по колонне. Теперь пришлось усердно потрудиться механику-водителю. Выполняя распоряжения Усова, он поворачивал КВ в нужном направлении.

Наконец последний 22-й танк был уничтожен.

За время боя, а он длился больше часа, старший сержант А. Усов выпустил по танкам и противотанковым орудиям противника 98 снарядов, из них бронебойные были израсходованы все7. Дальнейшее наблюдение показало, что несколько немецких танков смогли прорваться к совхозу "Войсковицы" с юга.

На связь с экипажем вышел комбат. Громким голосом Шпиллер спросил:

- Колобанов, как у тебя? Горят?

-Хорошо горят, товарищ комбат!

Старший лейтенант сообщил, что экипажем разгромлена танковая колонна противника численностью в 22 боевые машины. Дальше удерживать свою позицию его экипаж не в состоянии, так как кончаются боеприпасы, бронебойных снарядов нет вовсе, а сам танк получил серьезные повреждения.

Шпиллер поблагодарил экипаж за успешное выполнение боевой задачи и сообщил, что на пути к совхозу "Войсковицы" уже находятся танки лейтенанта Ласточкина и младшего лейтенанта Дегтяря. Колобанов приказал Никифорову идти к ним на соединение. Посадив на броню оставшихся из боевого охранения пехотинцев (многие из них были ранены), КВ с десантом на броне устремился на прорыв. Немцы не стали ввязываться в бой с русским танком, и КВ беспрепятственно достиг окраины совхоза. Здесь Колобанов встретился с командирами подошедших танков.

От них он узнал, что в бою на лужской дороге экипажем лейтенанта Федора Сергеева было уничтожено восемь немецких танков, экипажем младшего лейтенанта Максима Евдокименко - пять. Младший лейтенант в этом бою погиб, трое членов его экипажа ранены. Уцелел лишь механик-водитель Сидиков. Пятый немецкий танк, уничтоженный экипажем в этом бою, на счету именно механика-водителя: Сидиков таранил его. Сам КВ при этом был выведен из строя. Танки младшего лейтенанта Дегтяря и лейтенанта Ласточкина в этот день сожгли по четыре вражеских танка каждый.

Всего 19 августа 1941 года танковой ротой было уничтожено 43 танка противника.

За этот бой командир 3-й танковой роты старший лейтенант 3. Г. Колобанов был награжден орденом Боевого Красного знамени, а командир орудия его танка старший сержант А.М. Усов - орденом Ленина ...

Через полчаса совхоз "Войсковицы" был очищен от противника. Вновь доложив Шпиллеру обстановку, Колобанов получил приказ отойти всей ротой в тыл для пополнения боекомплекта и ремонта. Когда после боя экипаж стал осматривать свою машину, на броне КВ насчитали 156 следов от попаданий бронебойных снарядов8.

Едва положение под Войсковицами стабилизировалось, Шпиллер привез к месту боя экипажа Колобанова с немецкими танками фронтового кинооператора, который, вскинув камеру, запечатлел панораму горящей колонны.

Так, умелые действия танкистов 1-й Краснознаменной танковой дивизии на рубежах Красногвардейского укрепрайона помогли впоследствии стабилизировать фронт у Пулковских высот и не пустить врага в Ленинград.

Ремонт танка затянулся почти на месяц. Ночью 21 сентября на кладбище города Пушкин, где танки заправлялись топливом и боеприпасами, рядом с КВ Колобанова разорвался немецкий снаряд. В это время комроты только что вылез из танка, и его с чудовищной силой швырнуло на землю. В госпиталь старшего лейтенанта отправили в бессознательном состоянии. В истории болезни Зиновия Колобанова, хранящейся в Военно-медицинском архиве, значится: "Осколочное поражение головы и позвоночника. Контузия головного и спинного мозга".

В 1942 году в тяжелом состоянии его переправили через Ладожское озеро на Большую землю. Затем были месяцы обездвиженного лежания в госпиталях, длительное беспамятство и только потом крайне медленное возвращение к жизни.

Кстати, в госпитале, при показе раненым одного из выпусков "Фронтовой кинохроники", Колобанов увидел свою работу - разбитую танковую колонну противника.

Не смотря на тяжелое ранение и контузию, Колобанов вновь попросился в строй. Палку, на которую он при ходьбе опирался, пришлось выкинуть. И вот в конце 1944 года Колобанов снова на фронте, командует дивизионом СУ-76. За бои на Магнушевском плацдарме получает орден Красной Звезды, а за Берлинскую операцию - второй орден Боевого Красного Знамени.

После войны, проходя службу в одной из армий на территории Германии, принимает батальон тяжелых танков ИС-2. За очень короткий срок его батальон становится лучшим в армии. Командующий наградил Зиновия Колобанова именным охотничьим ружьем.

Удалось ему разыскать свою жену и маленького сына. Всю войну Колобанов о них ничего не знал, он расстался с беременной женой в первый день войны. Но Зиновий Григорьевич и Александра Григорьевна нашли друг друга: помогла одна из радиопередач, занимавшихся поиском родных и близких, потерявшихся во время войны.

Но судьбе казалось, что она не до конца испытала этого человека. Из батальона дезертировал солдат, впоследствии он объявился в английской оккупационной зоне. Над комбатом нависла угроза военного трибунала. Спас Колобанова командарм: объявив о неполном служебном соответствии, перевел его в Белорусский военный округ. Все случившееся не прошло для офицера бесследно: обостряются последствия контузии. По инвалидности он увольняется в запас.

На этом беды танкиста не закончились. Долгое время Колобанову отказывались верить, когда он рассказывал о знаменитом бое и о количестве уничтоженных его экипажем танков. Были случаи, когда из зала, услышав про количество подбитых танков, доносился иронический смех: "Мол, ври ветеран, но знай меру!"

Однажды Колобанов попросил слова на проходившей в Минском Доме офицеров военно-исторической конференции. Говорил о роли танковых подразделений в оборонительном бою, сослался на собственный пример и рассказал о бое под Войско-вицами. Один из ораторов, ехидно усмехнувшись, заявил о том, что этого не было и быть не могло! Тогда, едва сдерживая волнение, Зиновий Григорьевич передал в президиум пожелтевший листок фронтовой газеты. Руководивший конференцией генерал быстро пробежал глазами текст, подозвал оратора к себе и приказал:

- Читай вслух, чтоб весь зал слышал!

В 1995 году Зиновий Григорьевич Колобанов, так и не став Героем Советского Союза, скончался.

Более счастливой оказалась судьба командира орудия Андрея Михайловича Усова. Он прошел всю Великую Отечественную войну, от Ленинграда до Берлина, закончив ее в звании старшего лейтенанта. Был награжден орденами Ленина, Отечественной войны II степени, Красной Звезды и медалями. После войны вернулся в родной город Толочин, что находится в Витебской области Белоруссии, где и работал до ухода на пенсию. Однако вновь поведать о том удивительном бое Александр Михайлович не сможет - его, как и Зиновия Григорьевича Колобанова, уже нет в живых.

Вскоре, после того как был ранен командир, в бою на Невском "пятачке" погиб стрелок-радист старший сержант Павел Иванович Кисельков. Не вернулся с войны и младший механик-водитель красноармеец Николай Феоктистович Роденков.

Бывший старший механик-водитель танка КВ Николай Иванович Никифоров так же, как и Усов прошел всю войну до конца, а затем остался служить в танковых войсках Советской Армии. После увольнения в запас жил в городе Ломоносове. В 1974 году скончался от тяжелой болезни легких.

Затерялись и кадры "Фронтовой кинохроники", где были запечатлены уничтоженные Колобановым немецкие танки.

На месте боя экипажа Колобанова с немецкой танковой колонной установлен памятник. На сером, похожем на огромный кирпич пьедестале, стоит тяжелый танк ИС-2, прошедший послевоенную модернизацию. Видимо, авторам монумента не удалось отыскать КВ-1.9 Впрочем, уже тогда, а тем более сейчас, найти танки подобного типа было практически невозможно. Поэтому на постамент поставили "ИС". Ведь он тоже кировский (хотя и из Челябинска), да и внешним видом, хотя бы ходовой частью, похож на КВ. Памятные доски, прикрепленные к постаменту, напоминают о том, что произошло здесь в августе 1941 года.

Несмотря на то, что передняя часть "кирпича" приподнята, вид у танка далеко не самый грозный. Все дело в его 122-мм пушке, которая находится на минимальном угле склонения.

Рядом с танком-памятником установлено аляповато нарисованное "героическое панно", на котором изображен танк, отдаленно напоминающий КВ, с № 864 и красной звездой на башне, поражающий из своего орудия вражеские танки. Кто служил в армии должен помнить подобного рода рисунки, намалеванные масляной краской на ржавых листах железа, красовавшиеся на территории буквально каждой воинской части. Рядом с картиной боя нарисована звезда Героя Советского Союза, хотя никто из экипажа Колобанова этой высокой награды не получил.

Часть дороги, по которой наступали немецкие танки, так и не дождалась асфальта: она засыпана щебенкой. Асфальт уложен только на ее небольшом отрезке - по пути от памятника к перекрестку. Та вторая, неприметная, дорога, пересекавшая основную, стала солидной трассой с асфальтовым покрытием. Не смотря на то, что часть болот, окружавших дорогу, осушено, вокруг еще достаточно канав и водоемов, поросших тиной и камышом.

Сохранилась и ферма Учхоза, а вот двух берез, служивших для танкистов ориентиром, не сохранилось. Видимо, строительство новой дороги и линии электропередач не пощадили их.

На данный момент у танка-памятника весьма затрапезный вид. Самому танку требуется новая покраска, дополнительные топливные баки проржавели настолько, что в них видны большие дыры. Сетки моторного отделения вырваны чуть ли не с "мясом". У пьедестала - жалкое подобие венка. За памятником виднеются убогие блочные дома поселка Новый Учхоз.

Местные жители, которым дорога память о Великой Отечественной войне, сетуют на то, что вокруг памятника всегда полно мусора, как буквально на следующий после 9 мая день кто-то переломал и растоптал все цветы, возложенные накануне к подножию пьедестала. Как тут не вспомнить о другом танке-памятнике - тридцатьчетверке, взорванной на Невском "пятачке" какими-то отморозками в ночь с 21 на 22 июня 2002 года. Вот так некоторые нынешние "благодарные" потомки чтят память защитников Ленинграда.
1 Колобанов не только был лишен звания, наград и уволен из армии, но и якобы осужден. Вполне возможно, что так и было, однако в чем выразилась эта судимость автору неизвестно.

2 Это были экранированные танки КВ-1 с установкой дополнительных листов брони на борта корпуса и башни. Причем последние устанавливались не вплотную к основной броне башни, а прикручивались болтами к металлическим бонкам, а те, в свою очередь, уже приваривались непосредственно к броне танка. Сейчас стало известно, что тяжелые танки КВ-1 с подобным бронированием выпускались только в июле 1941 года и воевали только на Северо-Западном и Ленинградском фронтах. Не трудно догадаться, что танкистам 1-й танковой дивизии достались КВ именно данной модификации.

В последних публикациях, касающихся истории создания тяжелых танков КВ, утверждается, что Кировский и Ижорский заводы не занимались их экранированием. Нет прямых подтверждений, что этим занимался и Ленинградский металлический завод. Однако, по некоторым косвенным документам, на этом предприятии вполне могла осуществляться не только сборка корпусов и башен, но и экранировка танков КВ. Вполне возможно, часть экранированных подобным образом башен и корпусов попала на Кировский завод с Металлического завода, так как с началом Великой Отечественной войны его также подключили к увеличению выпуска тяжелых танков КВ.

3 Ранее ошибочно утверждалось о том, что это начался бой на Лужской дороге.

4 В отдельных изданиях, посвященных Великой Отечественной войне и обороне Ленинграда, при упоминании об этом бое порой называется только фамилия командира орудия танка старшего сержанта Усова, а о командире танка Колобанове не говорится и вовсе.

5 Бронирование лобовых и бортовых листов корпуса и башни советского тяжёлого танка КВ-1 достигало 75 мм, а у экранированных машин 100 мм. По бронированию корпуса КВ-1 образца 1941 года уступал только лишь английскому "Черчиллю" I, поэтому броню танка Колобанова не могли пробить короткоствольные 75- и 50-мм пушки немецких танков (не говоря уже о 20-мм и 37-мм орудиях). Следует напомнить о том, что 50-мм пушка KwK 38 среднего танка Pz. III пробивала с дистанции 100 метров бронебойным снарядом 45 мм брони, а подкалиберным - 72 мм. Немецкий средний танк артиллерийской поддержки Pz. IV, вооруженный 75-мм пушкой KwK 37, со 100 метров бронебойным снарядом пробивал броню еще меньшей толщины - всего 31 мм. 76-мм пушка Ф-32 танка КВ-1, пробивала с дистанции 500 метров 60 мм, а с 1000 метров - 52-мм броню, уверенно поражая танки Pz. IV и Pz. III не говоря уже о легких Pz. II и 38(t).

В данном случае бой велся на дистанции около 150 метров...

6 Вероятно, немецкая болванка, сбив бронеколпак, разбила верхнюю часть перископа. Обычно приборы наблюдения меняются экипажем изнутри танка, но заменить его только своими силами Колобанову не позволяла обстановка. Поэтому менее занятый в бою стрелок-радист вовремя среагировал и заменил поврежденный элемент перископа. К тому же, люк механика-водителя, находившийся на крыше корпуса КВ, помог ему достаточно оперативно проделать эту рискованную операцию.

7 Боекомплект танка КВ-1 образца первой половины 1941 года составлял 114 снарядов.

8 В различных источниках количество вмятин на броне танка Колобанова разное: либо 135, либо 147, либо 156.

9 В Санкт-Петербурге и Ленинградской области танки КВ можно увидеть в двух местах:

КВ-1, но уже выпуска Челябинского Кировского завода можно увидеть в пригороде Санкт-Петербурга - поселке Ропша. Танк имеет боевой вид, на его броне остались многочисленные отметины немецких болванок.

Еще один танк КВ, но только более поздней модификации - КВ-85, находится в Санкт-Петербурге на проспекте Стачек, в Автово,


Вот, собственно, и всё. Все цыплята.
С уважением,
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17612
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.

Re: "...Наградить посмертно с вручением..."

Сообщение EvMitkov » 23 май 2011, 05:35

Начну, КАК ОБЫЧНО, с конца :mrgreen:

"...И третье-а зачем литературе врать по этому поводу? Практически вся литература того периода гласит о том,что всё у нас было плохо,что танки плохие и их мало,что экипажи не обучены и снарядов нет. И если вдруг среди этого всплывает такое,то скорее всего по моему разумению сие зело было правда. Опять же-смысл сочинять?..."

А никто и не сочинял..Однопартийная тоталитарная пропагандистская машина построена по нескольким единым принципам:
1. Если нельзя запретить, нужно возглавить.
2. Полуправда - эффективнее, чем открытая ложь или полное замалчивание.

Непосредственный участников-свидетелей того боя уже не осталось, да из и не искали никогда. Остались некоторые документы - боевые донесения с обоих сторон, архивные материалы по Л\С и сводки. Да несколько фото, сделанные после боя, причем - сделанные противником, без достаточной последующей идентификации.
"Замолчать" этот бой, как много лет "прятали" бой Колобанова - не получилось. Противник не позволил - в Вермахте с документами всегда был немецкий порядок, а документы эти попали не только нам, союзничкам тоже.
Вот и получается, что ответить на вопрос, ПОЧЕМУ удар 2-й ТД 3МК и 28 ТД 12-го МК с их КВ, Т-34 ( не упоминая уже об остальном) обернулся НЕУСПЕХОМ в первые дни Приграничного сражения ( это мне, как военному человеку, объяснять не нужно, а - большинству?) - совковой системе сложно. КАК ЖЕ ТАК? ВСЕ ТАНКИ СТАРЫЕ И ПОЛОМАТЫЕ, зато каждый по отдельности - СУПЕРКРЕПОСТЬ! ГЕНЕРАЛЫ-ДУРАКИ ВОЙНЫ НЕ ЖДАЛИ, а простой сержант, вооруженный горящим сердцем и передовым учением Ленина-Сталина под руководством ВКП(б)/КПСС - нужное подчеркнуть! - в одиночку затормозил Гёпнера!!!
ДА НЕ ЗАДЕРЖАЛ ОН НИКОГО!!!
Слава этим ребятам, Вечная им Память и Царствие Небесное - они до конца, до донца ИСПОЛНИЛИ СВОЙ ВОИНСКИЙ ДОЛГ. Я МЕЧТАЛ БЫ ТАК ЗАКОНЧИТЬ СВОИ ДНИ. Они - ДОРОГО ПРОДАЛИ СВОИ ЖИЗНИ. ОНИ - НЕ СДАЛИСЬ, НЕ ПОПРОСИЛИ ПОЩАДЫ.
ОНИ ДЕРЖАЛИСЬ ДО КОНЦА. СУТКИ.
ДЕРЖАЛИСЬ.
НО НЕ ЗАДЕРЖАЛИ ГЁПНЕРА.

Их - просто обошли и добили.
И сержант в начале войны, в первые недели КОМАНДОВАТЬ КВ НЕ МОГ. Ни по Штатному расписанию, ни по Уставу. Это была еще КАДРОВАЯ армия, Саша. Предвоенная РККА.

Будет время - перечитай "Живые и Мёртвые" Симонова, дружище.
Он - НЕ ВРАЛ НИ СЛОВА. Не о технике. Не о боях.
О ЛЮДЯХ.


С уважением,
Не пытайтесь загнать меня в угол - тогда я добрый
Аватара пользователя
EvMitkov
 
Сообщения: 17612
Зарегистрирован: 02 окт 2010, 02:53
Откуда: Россия, заМКАДье; Ростовская область.


Вернуться в Военная история

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Google [Bot] и гости: 3