Автоматические системы управления боевыми действиями

Форум о новинках и разрабатываемых образцах военной техники

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Andreas » 07 сен 2013, 17:17

Оперативно-техническое управление (ОТУ) размещало своих сотрудников и спецаппаратуру в так называемых комнатах «Зенит» в зданиях дипломатических представительств СССР на территории зарубежных стран. Эти! комнаты и находившаяся в них спецаппаратура использо- вались специалистами ОТУ для организации противодействия подслушиванию со стороны спецслужб противника и для слежения за «вражеским» эфиром на волнах, отведенных местной полиции и службам безопасности. Каждый раз, когда офицер резидентуры КГБ направлялся на рискованную встречу с агентом, дежурный техник в комнате «Зенит» начинал тщательное прослушивание. Обнаружив резкое увеличение интенсивности радиопереговоров или уловив какой-либо другой подозрительный признак, он посылал в эфир специальный сигнал тревоги.
Миниатюрный приемник в кармане офицера советской разведки начинал зуммерить, что означало: необходимо прервать встречу или отказаться от нее, если она еще не произошла. Известны по крайней мере три случая, когда комнаты «Зенит» в советских посольствах принесли ощутимые положительные результаты.
В 1958 году в советском посольстве в Осло удалось настроиться на волну переговоров норвежской контршпионской спецслужбы и раскусить код, которым пользовались ее сотрудники при наблюдении за работниками посольства СССР. Первой цифрой они передавали, кто выехал из здания нашего посольства: единицей обозначался резидент советской разведки, двойкой — его заместитель. Далее шла первая цифра регистрационного номера автомобиля, а последней цифрой задавался номер предполагаемого района Осло, куда направлялся советский разведчик. Знание этого кода помогало работникам резидентуры КГБ обеспечить безопасность поездок сотрудника КГБ Евгения Белякова на свидания к любовнице — жене премьер-министра Норвегии Гердхардсена, занимавшего этот пост в 1945— 1951 и 1955—1965 годах.

В 70-е годы анализ интенсивности радиопереговоров, выполненный техниками комнаты «Зенит» в советском посольстве в Токио и подкрепленный наблюдениями сотрудников местной резидентуры, позволил прийти к выводу, что японские группы внешнего наблюдения, состоявшие из работников контрразведки и политической полиции, обычно резко ослабляли свою активность по выходным и праздничным дням, а между 11 часами вечера и 7 часами утра вообще не появлялись на улицах. Это объяснялось нежеланием начальства платить им сверхурочные. Знание режима работы японской «наружки» позволило советской резидентуре в Токио значительно повысить эффективность своих операций.
Наличие комнаты «Зенит» в советском посольстве в Вашингтоне помешало ФБР идентифицировать Рональда Пелтона, позвонившего туда 14 января 1980 года с целью вступить в контакт с местной резидентурой КГБ. Сотрудники ФБР записали его беседу по телефону и, когда на следующий день по договоренности Пелтон лично явился в здание посольства, заблокировали все выходы оттуда, чтобы установить личность и арестовать Пелтона, когда он будет покидать посольство. Однако дежурный техник в комнате «Зенит» в советской дипломатической миссии зафиксировал неожиданный всплеск переговоров с использованием переносных и автомобильных радиостанций после того, как Пелтон оказался в здании посольства. Тогда Пелтона переодели и загримировали под рабочего из обслуживающего персонала и в толпе других сотрудников посольства выпроводили незамеченным через боковую дверь.
Чтобы более четко осознать масштабы деятельности КГБ, касавшейся чтения шифрпереписки иностранных государств, достаточно привести один пример. В 1967 году в КГБ было прочитано в общей сложности 188 440 шифртелеграмм, засекреченных с помощью 152 различных криптосистем, принадлежавших 72 капиталистическим странам. В том же году были вскрыты 11 кодов, а еще 7 были просто добыты (куплены или украдены). В 26 случаях была произведена установка микрофонов. Был осуществлен перехват шифртелеграмм, переданных с помощью 2002 передатчиков, которые использовались для связи в 115 странах мира.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Dvu.ru-shnik » 07 сен 2013, 18:36

От разведки боем в дебри контрразведки и КГБ? Ну-ну...
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8003
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Палестинский Казак » 07 сен 2013, 19:41

Академик СВЧ сдал всех - пипец!!!
ШУХЕР....
Палестинский Казак
 
Сообщения: 1399
Зарегистрирован: 24 май 2012, 03:53
Откуда: родился в Новороссии, служил в ГСВГ - Baumwolle

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Володя » 07 сен 2013, 20:07

Не выйдет!!! Не те времена! :D :mrgreen: :lol:
Всем привет из Обетованой... Канады!
Володя
 
Сообщения: 2863
Зарегистрирован: 04 апр 2012, 04:51
Откуда: Торонто Онтарио Канада

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Andreas » 07 сен 2013, 20:55

Виктор Мураховский
ЦИФРОВОЕ ПОЛЕ БОЯ: РОССИЙСКИЙ ПОДХОД



Цифровое поле боя (Digital Battlespace) – весьма модный в последние годы термин в международном военном сленге. Наряду с «сетецентрическими боевыми действиями» (Network-centric warfare*), «ситуационной осведомленностью» (Situation Awarness) и другими заимствованными в США терминами и концепциями, он получил широкое распространение в отечественных СМИ. Одновременно эти концепции трансформировались в представления российского военного руководства о будущем облике российской армии, поскольку отечественная военная наука за последние двадцать лет ничего равнозначного, по его мнению, предложить не смогла.

По словам Начальника Генерального штаба ВС РФ генерала армии Николая Макарова, сказанным в марте 2011 года на собрании Академии военных наук, «мы просмотрели развитие способов, а затем и средств вооруженной борьбы». Ведущие армии мира, по его утверждению, перешли от «широкомасштабных линейных действий многомиллионных армий к маневренной обороне нового поколения профессионально подготовленных вооруженных сил и сетецентрическим военным действиям». Ранее, в июле 2010 года, начальник Генштаба уже заявлял, что Российская армия будет готова к сетецентрическим боевым действиям к 2015 году.

Однако попытка оплодотворить отечественные военные и промышленные структуры генетическим материалом «сетецентрической войны» пока дает плоды, лишь отдаленно схожие с «родительским» обликом. По признанию Николая Макарова, «мы пошли на реформирование Вооруженных сил даже при отсутствии достаточной научно-теоретической базы».

Строительство высокотехнологичной системы без глубокой научной проработки приводит к неизбежным коллизиям и губительному распылению ресурсов. Работу по созданию автоматизированных систем управления войсками (АСУВ) ведут несколько организаций ОПК, каждая в интересах «своего» вида ВС или рода войск, «своего» уровня управления. При этом наблюдается «разброд и шатание» в области принятия единых подходов к системотехническим основам АСУВ, единым принципам и правилам, интерфейсам и т. д. Лишь в последнее время работы, развернутые по теме «Заря», позволяют надеяться на приведение к «единому знаменателю» информационного пространства ВС РФ.

Также не следует забывать о позиции ряда авторитетных российских военных специалистов, которые считают, что сетецентрические принципы управления предназначены лишь для ведения глобальных войн с управлением из единого центра; что интеграция всех участников боевых действий в единую сеть – это фантастическая и несбыточная концепция; что создание единой (для всех уровней) картины ситуационной осведомленности не нужно боевым формированиям тактического звена и т.д. Некоторые эксперты отмечают, что «сетецентризм – это тезис не только переоценивающий значение информации и информационных технологий, но и одновременно с этим не способный полностью реализовать имеющиеся потенциальные технологические возможности».

Чтобы представить читателям российские технологии, применяемые в интересах обеспечения сетецентрических боевых действий, в прошлом году мы посетили разработчика ЕСУ ТЗ воронежский концерн «Созвездие» (см. «Арсенал» №10-2010, стр. 12), а недавно побывали в ОАО «НПО РусБИТех», где занимаются моделированием процессов вооруженного противоборства (ВП). То есть создают полномасштабную цифровую модель поля боя.

* «Эффективность сетецентрических боевых действий гигантски выросла за последние 12 лет. В операции «Буря в пустыне» действия войсковой группировки численностью свыше 500 000 человек поддерживалась каналами связи с пропускной способностью 100 Мбит/с. Сегодня группировка в Ираке численностью менее 350 000 человек опирается на спутниковые каналы связи с пропускной способностью более 3000 Мбит/с, что обеспечивает в 30 раз более толстые каналы для меньшей на 45% группировки. В результате армия США, используя те же боевые платформы, что и в операции «Буря в пустыне», сегодня действует с гораздо большей эффективностью». Генерал-лейтенант Гарри Родж, директор Агентства защиты информационных систем Министерства обороны США, командир объединенного оперативного соединения операций в глобальной сети.

Главный советник Генерального директора ОАО «НПО РусБИТех» Виктор Пустовой рассказал, что несмотря на формальную молодость компании, которой исполнилось три года, ядро коллектива разработчиков давно занимается темами моделирования различных процессов, в том числе вооруженного противоборства. Зародились эти направления еще в Военной академии воздушно-космической обороны (г. Тверь). Постепенно сфера деятельности компании охватила системное программное обеспечение, прикладное программное обеспечение, телекоммуникации, обеспечение информационной безопасности. Сегодня на фирме функционирует 6 структурных подразделений, коллектив насчитывает свыше 500 человек (в том числе 12 докторов наук и 57 кандидата наук), работающих на площадках в Москве, Твери и Ярославле.

Информационно-моделирующая среда

Мейнстрим в сегодняшней деятельности ОАО «НПО РусБИТех» – разработка информационно-моделирующей среды (ИМС) для поддержки принятия решений и планирования применения оперативно-стратегических, оперативных и тактических формирований ВС РФ. Работа гигантская по своему объему, чрезвычайно сложная и наукоемкая по характеру решаемых задач, непростая в организационном плане, поскольку затрагивает интересы большого числа государственных и военных структур, организаций оборонно-промышленного комплекса. Тем не менее, она постепенно продвигается и обретает реальный облик в виде программно-технических комплексов, которые уже сейчас позволяют органам военного управления решать ряд задач с недостижимой ранее эффективностью.

Заместитель Генерального директора – Главный конструктор ОАО «НПО РусБИТех» Владимир Зимин рассказал, что к идее ИМС коллектив разработчиков пришел постепенно, по мере развития работ по моделированию отдельных объектов, систем и алгоритмов управления ПВО. Сопряжение в единую структуру разных направлений неизбежно потребовало повышения необходимой степени обобщения, отсюда родилась принципиальная структура ИМС, включающая три уровня: детальный (имитационное моделирование среды и процессов вооруженного противоборства), экспресс-метод (моделирование ВП при дефиците времени), потенциальный (оценочный, высокой степени обобщения, при дефиците информации и времени).

Модель среды ВП – это виртуальный конструктор, внутри которого разыгрывается военный сценарий. Формально это напоминает шахматы, в которых участвуют те или иные фигуры в рамках заданных свойств среды и объектов. Объектно-ориентированный подход позволяет задавать в широких пределах и с разной степенью детализации параметры среды, свойства объектов ВВТ, воинских формирований и т. д. Принципиально различаются два уровня детализации. Первый поддерживает моделирование свойств ВВТ, вплоть до узлов и агрегатов. Второй – моделирует воинские формирования, где ВВТ присутствует как набор определенных свойств данного объекта.

Непременными атрибутами объектов ИМС являются их координаты и информация о состоянии. Это позволяет адекватно отобразить объект практически на любой топографической основе или в иной среде, будь то сканированная топокарта в ГИС «Интеграция» или трехмерное пространство. При этом легко решается проблема генерализации данных на картах любого масштаба. Ведь в случае ИМС процесс организован естественно и логично: через отображение необходимых свойств объекта посредством условных знаков, соответствующих масштабу карты. Такой подход открывает новые возможности при планировании боевых действий и принятии решений. Не секрет, что к традиционной карте решения приходилось писать объемную пояснительную записку, в которой раскрывалось, по сути, что именно стоит за тем или иным условным тактическим знаком на карте. В разработанной ОАО «НПО РусБИТех» информационно-моделирующей среде командиру достаточно заглянуть в данные, привязанные к объекту, или увидеть все «воочию», вплоть до мелкого подразделения и отдельного образца ВВТ, просто укрупнив масштаб картинки.

Эсперанто моделирующей системы

В ходе работ по созданию ИМС специалистам ОАО «НПО РусБИТех» требовался все более высокий уровень обобщения, на котором было бы возможно адекватно описать не только свойства отдельных объектов, но также их связи, взаимодействие друг с другом и со средой, условия и процессы, а также другие параметры. В результате возникло решение использовать единую семантику описания среды и параметров обмена, определив язык и синтаксис, применимые для любых других систем и структур данных – своеобразный «эсперанто моделирующей системы».

Пока ситуация в этой сфере весьма хаотична. По образному выражению Владимира Зимина: «Есть модель ЗРК и модель корабля. Поставьте ЗРК на корабль – ничего не работает, они друг друга «не понимают». Только недавно головные исполнители по АСУВ озаботились, что моделей данных нет в принципе, то есть отсутствует единый язык, на котором системы могли бы «общаться». Например, разработчики ЕСУ ТЗ, пройдя путь от «железа» (средств связи, АВСК, ПТК) до программной оболочки, уперлись в ту же проблему. Создание единых стандартов языка описания моделирующего пространства, метаданных, сценариев – обязательный этап на пути формирования единого информационного пространства ВС РФ, сопряжения АСУВ видов ВС, родов войск, разных уровней управления.

Россия не является здесь первопроходцем – в США достаточно давно разработали и стандартизировали необходимые элементы для моделирования ВП и совместного функционирования тренажеров и систем различного класса: IEEE 1516-2000 (Standard for Modeling and Simulation High Level Architecture – Framework and Rules – стандарт моделирования и имитации архитектуры высокого уровня, интегрированная среда и правила), IEEE 1278 (Standard for Distributed Interactive Simulation – стандарт обмена данными пространственно распределенных симуляторов в режиме реального времени), SISO-STD-007-2008 (Military Scenario Definition Language – язык планирования боевых действий) и другие. Российские разработчики фактически бегут по той же дорожке, только отставая на корпус.

Между тем, за рубежом выходят на новый уровень, приступив к стандартизации языка описания процессов боевого управления коалиционных группировок (Coalition Battle Management Language), для чего в рамках SISO (организация по стандартизации взаимодействия моделирующих пространств) создали рабочую группу (C-BML Study Group), в которую вошли подразделения по разработке и стандартизации:

• CCSIL (Command and Control Simulation Interchange Language) – языка обмена данными для имитации процессов управления войсками;

• C2IEDM (Command and Control Information Exchange Data Model) – модели данных информационного обмена в ходе управления войсками;

• US Army SIMCI OIPT BML (Simulation to C4I Interoperability Overarching Integrated Product Team) – адаптации процедур американской системы управления C4I средствами языка описания процессов боевого управления;

• French Armed Services APLET BML – адаптации процедур французской системы управления средствами языка описания процессов боевого управления;

• US/GE SINCE BML (Simulation and C2IS Connectivity Experiment) – адаптации процедур совместной американо-германской системы управления средствами языка описания процессов боевого управления.

Посредством языка боевого управления предполагается формализовать и стандартизировать процессы и документы планирования, команды управления, отчеты и донесения для использования в существующих военных структурах, для моделирования ВП, а в перспективе – для управления роботизированными боевыми формированиями будущего.

К сожалению, «перепрыгнуть» через обязательные этапы стандартизации нельзя, и нашим разработчикам придется пройти этот маршрут полностью. Догнать лидеров, срезав путь, не получится. А вот выйти с ними вровень, используя дорожку, протоптанную лидерами, вполне возможно.

Боевая подготовка на цифровой платформе

Сегодня межвидовое взаимодействие, единые системы планирования боевых действий, интеграция средств разведки, поражения и обеспечения в единые комплексы являются основой постепенно формирующегося нового облика вооруженных сил. В этой связи особую актуальность приобретает обеспечение взаимодействия современных тренажерных комплексов и моделирующих систем. Это требует использования единых подходов и стандартов для интеграции компонентов и систем различных производителей без изменения информационного интерфейса.

В международной практике процедуры и протоколы выскоуровневого взаимодействия моделирующих систем давно стандартизированы и описаны в семействе стандартов IEEE-1516 (High Level Architecture – высокоуровневая архитектура). Эти спецификации стали основой и натовского стандарта STANAG 4603. Разработчики ОАО «НПО РусБИТех» создали программную реализацию данного стандарта с центральным компонентом (RRTI).

Эта версия успешно апробирована при решении задач интеграции тренажеров и моделирующих систем на основе HLA-технологии.

Данные наработки позволили реализовать программные решения, объединяющие в единое информационное пространство самые современные методики подготовки войск, классифицируемые за рубежом как Live, Virtual, Constructive Training (LVC-T). Эти методики предусматривают разную степень вовлеченности людей, тренажеров и реальных ВВТ в процесс боевой подготовки. В передовых зарубежных армиях созданы комплексные учебно-тренировочные центры, в полной мере обеспечивающие подготовку по методикам LVC-T.

В нашей стране первый такой центр начали формировать на территории Яворовского полигона Прикарпатского военного округа, однако развал страны прервал этот процесс. За два десятка лет зарубежные разработчики ушли далеко вперед, поэтому сегодня руководством Министерства обороны РФ принято решение создать современный учебный центр на территории полигона Западного военного округа с участием немецкой компании «Рейнметалл Дефенс».

Высокий темп работ лишний раз подтверждает актуальность для Российской армии создания такого центра: в феврале 2011 года с немецкой компанией подписано соглашение о проектировании центра, а уже в июне Министр обороны РФ Анатолий Сердюков и глава Rheinmetall AG Клаус Эберхард подписали соглашение о строительстве на базе общевойскового полигона Западного военного округа (поселок Мулино, Нижегородская область) современного Центра подготовки Сухопутных войск России (ЦПСВ) емкостью на общевойсковую бригаду. Достигнутыми соглашениями определено, что строительство начнется в 2012 году, а ввод в эксплуатацию состоится в середине 2014 года.

В этой работе активное участие принимают специалисты ОАО «НПО РусБИТех». В мае 2011 года московское подразделение компании посетил начальник Генерального штаба Вооруженных Сил – первый заместитель Министра обороны Российской Федерации генерал армии Николай Макаров. Он познакомился с программным комплексом, который рассматривается в качестве прототипа унифицированной программной платформы для реализации концепции LVC-T в центре боевой и оперативной подготовки нового поколения. В соответствии с современными подходами, обучение и тренировка военнослужащих и подразделений будет проводиться на трех циклах (уровнях).

Полевая выучка (Live Training) проводится на штатном ВВТ, оснащенном лазерными имитаторами стрельбы и поражения и сопряженном с цифровой моделью поля боя. При этом действия людей и техники, в том числе маневр и огонь средств прямой наводки, осуществляются натурно, а иных средств – либо за счет «зеркальной проекции», либо моделированием в имитационной среде. «Зеркальная проекция» означает, что подразделения артиллерии или авиации могут выполнять задачи на своих полигонах (участках), в едином оперативном времени с подразделениями в ЦПСВ. Данные о текущем положении и результатах огня в режиме реального времени поступают в ЦПСВ, где проецируются на реальную обстановку. Например, на средства ПВО поступают данные о летательных аппаратах и ВТО.

Данные по огневому поражению, поступившие с иных полигонов, трансформируются в степень поражения личного состава и техники. Кроме того, артиллерия в ЦПСВ может стрелять по участкам в стороне от действий общевойсковых подразделений, а данные о поражении будут зеркально проецироваться на реальные подразделения. Аналогичная методика применяется и для других средств, использование которых совместно с подразделениями СВ исключено по требованиям мер безопасности. В конечном итоге, согласно этой методике личный состав действует на реальном ВВТ и тренажерах, а результат зависит почти исключительно от практических действий. Эта же методика позволяет на учениях с боевой стрельбой отработать огневые задачи в полном объеме для всех штатных, приданных и поддерживающих сил и средств.

Совместное использование тренажеров (Virtual Training) обеспечивает формирование в едином информационно-моделирующем пространстве войсковых структур из отдельных тренажерных систем и комплексов (боевых машин, летательных аппаратов, КШМ и т. д.). Современные технологии в принципе позволяют организовать совместную подготовку территориально разнесенных войсковых формирований на любом ТВД, в том числе по методике двустороннего тактического учения. В этом случае личный состав практически действует на тренажерах, но сама техника и действие средств поражения моделируются в виртуальной среде.

Полностью в информационно-моделирующей среде (Constructive Training) обычно работают командиры и органы управления при проведении командно-штабных учений и тренировок, тактических летучек и т. д. В этом случае моделируются не только технические параметры ВВТ, но и подчиненные войсковые структуры, а также противник, все вместе представляющие так называемые компьютерные силы. Это метод ближе всего по смыслу к теме военных игр (Wargame), которые известны уже несколько веков, но обрели «второе дыхание» с развитием информационных технологий.

Нетрудно заметить, что во всех случаях необходимо сформировать и поддерживать виртуальное цифровое поле боя, степень виртуальности которого будет различной в зависимости от применяемой методики обучения. Открытая архитектура системы на основе стандарта IEEE-1516 позволяет гибко изменять конфигурацию в зависимости от задач и текущих возможностей. Вполне вероятно, что в недалеком будущем, с массовым внедрением в ВВТ бортовых информационных систем, возникнет возможность их объединения в режиме тренировки и обучения, исключающим расход дорогостоящих ресурсов.

Экспансия в боевое управление

Получив работающую цифровую модель поля боя, специалисты ОАО «НПО РусБИТех» задумались о применимости своих технологий для боевого управления. Имитационная модель может лечь в основу комплексов средств автоматизации для отображения текущей обстановки, экспресс-прогнозирования текущих решений в ходе боя, передачи команд боевого управления.

В этом случае текущая обстановка по своим войскам отображается на основе поступающей автоматически в режиме реального времени (РРВ) информации об их положении и состоянии, вплоть до мелких подразделений, расчетов и отдельных единиц ВВТ. Алгоритмы обобщения такой информации в принципе аналогичны тем, которые уже используются в ИМС.

Информация о противнике поступает от средств разведки и подразделений, находящихся в соприкосновении с противником. Здесь пока существует много проблемных вопросов по автоматизации этих процессов, определению достоверности данных, их селекции, фильтрации, распределению по уровням управления. Но в общих чертах такой алгоритм вполне реализуем.

На основе текущей обстановки командир принимает частное решение и выдает команды боевого управления. И вот на этом этапе ИМС может существенно повысить качество принятия решений, поскольку позволяет скоростным экспресс-методом «отыграть» локальную тактическую ситуацию на ближайшую перспективу. Не факт, что такой метод позволит принять лучшее из возможных решений, но увидеть заведомо проигрышное – почти наверняка. И тогда командир может немедленно отдать команду, исключающую негативное развитие ситуации.

Причем модель для розыгрыша вариантов действий работает параллельно с моделью реального времени, лишь получая от нее исходные данные и никак не мешая функционированию остальных элементов системы. В отличие от действующих АСУВ, где используется ограниченный комплект расчетно-аналитических задач, ИМС позволяет разыграть практически любую тактическую ситуацию, не выпадающую за границы реальности.

Благодаря параллельному функционированию в ИМС модели РРВ и модели имитационной, возможно зарождение нового метода боевого управления: прогнозно-опережающего. Командир, принимающий решение в ходе боя, получит возможность опираться не только на свою интуицию и опыт, но и прогноз, выданный имитационной моделью. Чем точнее будет имитационная модель – тем ближе к реальности прогноз. Чем мощнее вычислительные средства – тем больше опережение противника в циклах боевого управления. На пути создания описанной выше системы боевого управления предстоит преодолеть множество препятствий и решить весьма нетривиальные задачи. Но за такими системами – будущее, они могут стать основой АСУВ российской армии действительно современного, высокотехнологичного облика.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Dvu.ru-shnik » 07 сен 2013, 21:24

А я об этом уже давно твержу, в том числе и вам уже неоднократно говорил, что у нас пока нет единой платформы, на которой бы были выполнены все элементы единой системы - ПВО, ПТО, разведки, артиллерии, авиации и других составляющих общего информационного поля. Офицерам-операторам приходится вручную перебивать все данные, поступающие на КП для обобщения информации на АСУВ ЕСТЗ. Мне всё же пришлось застать этот сетецентризм до своего ухода на пенсию, а посему я в общих чертах немного знаком и с теми проблемами, которые возникли в ВС РФ в связи с этой концепцией, и с теми "хауноу", которое пропихивают деляги от военпрома типа "Созвездие".
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8003
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Dvu.ru-shnik » 07 сен 2013, 21:26

А времечко-то тикает... Вчера Ирак, Югославия и Ливия, сегодня Сирия, завтра Иран, а кто дальше? Мы не так сильны, чтобы могли позволить себе маленькие слабости и не столь богаты, чтобы покупать дешёвку - надо вкладываться в ЕДИНУЮ систему управления войсками, а не латать Тришкин кафтан..
Наш народ не сотрёшь в порошок,
Его можно стереть только в порох

(Ильяс Аутов)
Аватара пользователя
Dvu.ru-shnik
 
Сообщения: 8003
Зарегистрирован: 08 янв 2012, 17:46

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Andreas » 07 сен 2013, 23:40

Согласен.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение гришу » 08 сен 2013, 03:07

Палестинский Казак писал(а):Академик СВЧ сдал всех - пипец!!!
ШУХЕР....

...дочя ... моя ...младшая, и то - Смачней :roll: Ругается. " Ёлки - Иголки".
Ушёл в себя. Вернусь не скоро…
Аватара пользователя
гришу
 
Сообщения: 10960
Зарегистрирован: 14 июл 2011, 01:44

Re: Автоматические системы управления боевыми действиями

Сообщение Andreas » 08 сен 2013, 15:18

Дмитрий Аверьянов
21.11.2012

Причины провала отечественного АСУВ – строения
Часть I. Организация работ

На протяжении 40 лет интерес к автоматизированным системам управления войсками (АСУВ) в мире и в нашей стране остается высоким. Так по некоторым оценкам, одно воинское тактическое формирование, оснащенное эффективными средствами АСУВ, равноценно трем аналогичным, не оснащенным ими. Иными словами, одна автоматизированная бригада может успешно противостоять трем неавтоматизированным. Это достигается за счет повышения эффективности управления и информационного превосходства над противником, в том числе, благодаря созданию единого информационного пространства театра военных действий. Поэтому интенсификационный метод повышения боеспособности российской армии может скомпенсировать ведущиеся реформы ведомства А.Э. Сердюкова, направленные на сокращение армии. Тем более, что еще четверть века назад наша страна была лидером АСУВ – строения, как, впрочем, и во многих других отраслях. Но сегодня уже все по-другому, другая Россия – другие приоритеты.

Введение в АСУ военного назначения

Внедрение автоматизированных систем управления в войсках рассматривается как основной инструмент повышения эффективности управления силами и средствами в боевых условиях. Это обеспечивает возможность сокращения армии без снижения ее боеспособности. Сегодня автоматизированные системы управления войсками и оружием технологически представляют собой глубокую интеграцию в единую систему различных передовых разработок военной индустрии, включая современные высокопроизводительные и отказоустойчивые вычислительные комплексы, широкополосные средства радиосвязи, разведывательные и боевые беспилотные летательные аппараты (БПЛА), средства видеонаблюдения и целеуказания, системы идентификации «свой-чужой», средства ориентирования на местности и электронную картографию, аппаратуру шифрования и идентификации пользователя, системы поддержки принятия решения и другие системы, как информационного обеспечения и реализации «цифрового поля боя», так и комплексов управления огнем.


Задачами АСУВ являются информационное взаимодействие и управление входящими в нее подсистемами, а также предоставление интерфейса для взаимодействующих систем. Насколько эффективны такие механизмы как раз и определяет качество АСУВ. Причем важна не только массовость структурного включения систем в состав АСУВ (их номенклатура), но и уровень их интеграции в составе единого информационно-ударного комплекса. Это определяет качественный переход «железной массы» (бронетехники, авиации) и живой силы, разбросанных по полю боя и легко уничтожаемых поодиночке, в высокоманевренный единый механизм с высокой живучестью и увеличенным боевым потенциалом за счет резкого повышения эффективности управления. Т.е. приобретение боевым механизмом новых качеств за счет синергетического эффекта (т.н. эмерджентность).

Вне зависимости, кто дает целеуказания для нанесения огневого удара: передовой авианаводчик, оператор БПЛА или комплекс «Зоопарк», вне зависимости, какие средства нанесения удара при этом будут задействованы: РСЗО или системы высокоточного оружия, в любом случае, система управления обеспечит эффективное поражение сил и средств противника, причем оптимальным образом с исключением удара по своим подразделениям. Интеллектуальная система перепроверит, проанализирует всю имеющуюся информацию иногда, на первый взгляд, напрямую не связанную с решением, но косвенно дающую дополнительные основания при оценке обстановки. Критерии эффективности включают не только вероятность поражения объектов противника, но и такие как минимизацию демаскирующих признаков средств разведки или огневого поражения. Все новейшие технологии ведения вооруженной борьбы, сетецентрические (network-centric war), войны шестого поколения, бесконтактные и прочие, используют концепцию АСУВ.

Текущее состояние автоматизации в России

Плачевное положение с АСУ войсками и оружием ни для кого давно не секрет, глава правительства признал системы управления российской армии устаревшими: «На оперативно-тактическом уровне (батальон—бригада) за последние 20 лет российская армия сильно отстала от западных стран» [1]. Неудачи как в построении различных АСУВ, например, приведенные в [2], [3], а также их отдельных элементов, что беспилотных летательных аппаратов [4], что радиосредств и другой начинки, рассматриваются как в общих, так и военных каналах СМИ и очевидны специалистам. Отдельные, как правило, шапкозакидательские заявления о достижениях в разработке АСУВ или прорыве в какой-либо ее составляющей не изменят общей картины удручающего состояния российских АСУВ, находящихся фактически на нулевой отметке.

Это приходится констатировать несмотря на очевидные преимущества, обеспечиваемые автоматизированными системами управления, в оперативности управления силами и средствами и эффективности применения средств огневого поражения, что позволяет увеличить боеспособность формирований в несколько раз. Это не смотря, на то, что 25 лет назад, отставая в компьютерных технологиях, мы имели самую передовую полевую АСУВ «Маневр». Возможно, и ранее ее ценность была не столь в ее боеспособности (ввиду технологического несовершенства), сколько в концептуальной проработке как оперативно-тактических применений, так и схемотехнических решений, не потерявших актуальность и сегодня. Это не смотря, на то, что на протяжении всего постсоветского периода у нас ведутся разработки АСУВ и тратятся на них колоссальные бюджетные средства.

Важно подчеркнуть, что в отличие от других средств, например, стратегических наступательных вооружений или ПРО, на АСУВ пока не распространяются никакие международные ограничения и санкции. То есть методом интенсификации можно в рамках международных соглашений (ограничений) теоретически до бесконечности расширять функциональность АСУВ и наращивать охват ими войск, тем самым, обеспечивая меньшей численностью превосходство над противником.

В чем же проблема неудач в столь перспективном направлении и актуальном сегодня в условиях сокращения армии? Почему наши «Кушетки» и «Бармицы» уступают западным аналогам, а «Созвездия» и «Акации» далеки от американской FBCB2 (Force XXI Battle Command Brigade or Below), и есть ли вообще отечественные концепции, аналогичные С3C4I FTW (Command, Control, Communications, Computers and Intelligence for the Warrior)?

Кто у руля?

Уже 10 лет ведется разработка Единой системы управления тактического звена (ЕСУ ТЗ), начатая по распоряжению В.В. Путина в 2000 году. Известна разработка АСУ воздушно-десантной дивизии (ОКР «Полет-К»), начатая еще в начале 90-х. Прошло 20 лет, а спросить не с кого. Ни в чеченских компаниях, ни в грузино-российском конфликте АСУВ даже не пахло, и на учениях 2009 года с их применением («Осень-2009», «Запад-2009» и другие) они не получили удовлетворительной оценки. Это результат десятилетних ОКР с постоянным ростом объемов финансирования и продлением сроков. Кроме ЕСУ ТЗ работы по АСУВ велись в интересах других видов и родов войск в рамках отдельного финансирования.

С какой помпезностью в начале двухтысячных развернуло деятельность, в том числе, и по АСУВ, Российское агентство по системам управления (РАСУ). Казалось вот она системообразующая организация, обеспечивающая консолидацию отечественных систем управления. Но реформаторская волна по реструктуризации агентств и министерств, похоже, «выплеснула и ребенка». Во всяком случае, последние 20 лет эти и другие АСУВ жили «своей жизнью», и то, что сегодня что-то изменилось, скорее всего, иллюзия.

Читая западных классиков сетевых технологий буквально видишь отражение их проблем в зеркале российской действительности, но с запозданием в полвека. Ниже приводится фрагмент из книги «Компьютерные сети» авторитетного ученого Э. Таненбаума, один в один повторяющий российскую действительность:
«Чтобы понять, как развивались события дальше, мы вспомним октябрь 1957 года, когда в СССР был запущен первый в мире искусственный спутник Земли и тем самым основной соперник США получил преимущество в космосе. Тогда президент Эйзенхауэр задумался о том, кто же допустил такой прокол. И выяснилось, что армия, флот и ВВС США только зря проедают деньги, отпущенные Пентагоном на научные исследования (здесь и далее курсив автора). Было немедленно решено создать единую научную организацию под покровительством Министерства обороны, ARPA (Advanced Research Projects Agency, Управление перспективного планирования научно-исследовательских работ). У ARPA не было ни ученых, ни лабораторий. У нее вообще практически ничего не было, за исключением небольшого офиса и скромного (по меркам Пентагона) бюджета. ARPA занималось тем, что выбирало из множества предлагаемых университетами и компаниями проектов наиболее перспективные и организовывало выделение грантов под эти проекты и заключение контрактов с этими организациями». Напомним также и о том, что благодаря ARPA мир обязан Министерству обороны (МО) США сетью Интернет.

Нет в России подобной организации и на протяжении постсоветских лет точно также наши «армия, флот и ВВС только зря проедают деньги, отпущенные на научные исследования». Это можно доказать проведя аудит разработок в рассматриваемой сфере и их выходной фактически нулевой практический результат. Контролем расходов средств и координацией разработчиков АСУВ (ЕСУ ТЗ, АСУ более высоких звеньев управления) должна заниматься компетентная организация, независимая от главных конструкторов и их кремлевских протеже.

Таким образом, очевидна необходимость в «Рус - ARPA», пресекающая бесконтрольность ведения работ, в том числе, по АСУВ. Однако принятые организационные подходы к образованию новых госструктур вызывают опасения: «питерские» в совокупности с «национальными особенностями», включая высокую коррумпированность (особенно силовых ведомств) и «откатинг», обрекут рациональное зерно на гибель. Пока в новейшей истории России еще не было положительных примеров создания отечественных «RAND Corporation». Много позитивного дало стране и оборонке «Чубайс Corporation»? («Роснано») или подобные структуры?, сколько вложено в них средств? Однако все можно списывать на «систему», а виновников и расхитителей - носителей конкретных фамилий и имен, попросту оставить в тени.

Персональная ответственность

Первый вопрос, который обычно задается при разборе неудач: «кто виноват»? C кого сегодня можно спросить за провалы ВПК в секторе систем управления войсками и оружием? Кто ответит за колоссальные народные средства, «зарытые в землю», бездарно потраченные или банально расхищенные? Российские президенты? “Гайдары», «Черномырдины», министры обороны? Или может главные конструктора ЕСУ ТЗ, начиная с А.П. Царева, или генеральные директора ВНИИС ОАО «Концерна «Созвездие», начиная с В.И. Борисова? На сайте ОАО \"Концерн \"Созвездие\" найдете только хвалебные дифирамбы о великих достижениях в этом направлении. Сколько идеологов и вождей сменилось при очередном start up по данной тематике в начале 90-х, например, ОКР «Полет-К» - прародителя ЕСУ ТЗ?

Удивительно, но как обычно, виновных нет. И как ни странно, ни со стороны правительственных кураторов, ни со стороны МО, ни промышленности нет взаимных претензий. Более того, «заслуженные деятели» заслуженно получили правительственные награды и или внеочередные «звездочки». Даже если их систему преследуют неудачи и на испытаниях одни отказы, то по традиции - никого не накажут, а дадут еще денег на доработку. Когда-то все было списано на недофинансирование и дефолт в России, сейчас – на мировой кризис 2008, потом на дефолт в США. Персональная ответственность – залог успеха любого проекта, сегодня фактически забыта. Не будем вспоминать расстрелы и ссылки, отметим только, что за ошибочные решения или провал целого направления сегодня не практикуются ни срок, ни штраф, ни конфискация имущества, ни просто публичное порицание. Ну, были, конечно, отдельные товарищи, которые завалили всю отрасль, но с этими «вредителями» отечественного АСУВ-строения система беспощадно и показательно расправилась, включая все вышеперечисленные меры, например, с главным конструктором ОКР «Полет-К» Р.П. Николаевым [5]. И это не единственная жертва военно-политической конъектуры.

Производители АСУВ

Кто осваивает оборонный бюджет и кому и для чего сегодня нужны заказы?

Уже давно основными производителями АСУВ и их составных частей являются, как и положено при развитом капитализме - российские частные компании: ООО, ОАО и ЗАО. И конечно, их хозяева ставят интересы своей компании на второе место, главное для них - обороноспособность страны, а ремонт их особняка на рублевке – так это вообще десятое дело. Постоянно преобразовываются или создаются все новые ОАО и ЗАО, осваивая львиную долю бюджетных средств на оборонные нужды страны.

Правительство сделало ставку на коммерческую разработку средств АСУВ: "Унитарные предприятия в основной своей массе должны быть либо акционированы, либо проданы на аукционе, либо ликвидированы, - считает Г.Греф. .. целью приватизации является повышение конкурентоспособности приватизированных предприятий путем привлечения частных инвестиций в капиталы предприятий и, как следствие, модернизация основных фондов предприятий» [6]. Кроме того, среди владельцев «оборонных» ОАО и ЗАО встречаются лица либо вообще без формы допуска, либо только с третьей, а также лица с двойным гражданством. Интересно, какие при этом возникают угрозы национальной безопасности при руководстве такими гражданами стратегическими разработками, например, «ядерным чемоданом» [7]?

Часто используется «модель Лужкова», когда с руководителем госпредприятия, например, ФГУП, или значимым чиновником госучреждения аффинированы коммерческие компании, участвующие в разработке продукции или поставке комплектующих.

Не является секретом, что новые разработки средств вооружения сегодня рассматриваются как эффективный способ «освоения» государственного бюджета. Ниже приводится несколько примеров, как разработку АСУВ и другой оборонной продукции превратили в доходный бизнес по опустошению бюджета страны.

Конкурсная основа

Суровые законы рыночной экономики России свидетельствуют, что каким бы выдающимся ученым и патриотом не был бы хозяин частной «оборонной» компании, в нем уживаются минимум две сущности: бизнесмена и ученого, т.к. без первой – его бизнесу наступил бы крах. Не будем питать иллюзий: редкие частники «оборонки» заинтересованы в получении значимого для отрасли результата, как правило, требующего серьезных научно-технических проработок и определенных рисков. ОАО и ЗАО не благотворительные организации, все банально просто: победа в конкурсе любой ценой, перепродажа с максимальной наценкой, монтаж и подсчет маржи. Перепродажа (поставка) подразумевает получение у вендора скидки от GPL (Global Price List) от 30% до 80% и дополнительную наценку для Заказчика за поставку. Если Заказчик об этом не знает - тогда, он не соответствует занимаемой должности, иначе закрывает глаза. Посчитайте сколько государство переплатило на каждом поставочном контракте только с разницы GPL, потом добавьте сумму откатинга и т.д. Рискованно вкладываться в наукоемкие проекты, сегодня в моде краткосрочные вложения и быстрая окупаемость.

Конкурсы, аукционы? Как правило, в этих «шоу» выигрывает тот, «кто должен» (принуждение к победе). Приведем некоторые известные сценарии. Можно заявить на конкурс такие условия, которые другие выполнить не могут. Например, указать в спецификации поставки хотя бы несколько эксклюзивных позиций, которые присутствуют только у нужного поставщика или производителя этого изделия. Можно задать либо нереальные сроки подготовки самих предложений, требующих серьезный анализ, либо сроки разработки изделия или поставки импортного оборудования. При этом нужный контрагент до конкурса подготовит нужные материалы, документацию и заранее закупит необходимое оборудование. Эти проблемы постоянно обсуждается в печати, например, в [8] с подзаголовком "Откаты" и иные коррупционные схемы тормозят перевооружение армии»: «Нормы Закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» прописаны таким образом, что, по сути, проведение конкурсов на выполнение работ с условиями, которым удовлетворяет лишь один производитель, превращается в профанацию. В этих случаях производитель фактически является исключительным поставщиком и, как следствие, получает право на госконтракт, заключая его по первоначально установленной заказчиком максимальной цене».

Иногда делается сговор двух и более участников, которые подыгрывая друг другу, удерживают начальную цену. Известны махинации с тиражами газет, содержащими публикацию конкурсной информации и другие схемы проведения «правильных» конкурсов и аукционов, запросов котировок и конъектурного анализа. Да и у Заказчика иногда «рыльце в конкурсном пушку» и «бабки попилены» еще до объявления конкурса. Таким образом, время стахановцев сменилось временем «эффективных» менеджеров.

[1] «Путин признал системы управления Российской армии устаревшими», Грани.ру, 19.01.2010
[2] «Путин нацелил армию на Интернет», «Независимое военное обозрение», 19.01.2010.
[3] \"Акация\" не расцвела», \"Газета\", 20.07.2009.
[4] \"Аист\" счастья не принес», «Независимое военное обозрение», 05.02.2010.
[5] «Цифровая армия готовится к войне», «Российская газета», опубликована на сайте 13.11.2009.
[6] \"Необходимо значительное сокращение ФГУПов\", РБК 19.04.07
[7] «Америка будет держать руку на пульте», «Московский комсомолец» 21.03.2008
[8] «Разворованный гособоронзаказ», «Независимое военное обозрение», 12.03.2010.
"Всё будет так, как мы хотим. На случай разных бед, У нас есть пулемёт Максим, У них Максима нет"
Hilaire Belloc, "The Modern Traveller" (C)
Аватара пользователя
Andreas
 
Сообщения: 10966
Зарегистрирован: 22 май 2012, 16:31

Пред.След.

Вернуться в Новинки военной техники

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1